Моя доза

≪Крупная сумма денег≫ лежала перед госпожой Сяо, у которой улыбка была от уха до уха. — Теперь Сяо Чжань — мой сын, и на этом всё, наши пути расходятся. — холодно сказал господин Ван и, быстро встав со стула, вышел из когда-то любомого ресторана, в котором сохранилось слишком много воспоминаний о женщине, которая сейчас сидела там и подсчитывала купюры денег. Мужчине потребовалось время, чтобы совладать собой и не обернуться. Если бы он обернулся, то точно бы пошёл к ней и увёз бы домой, не смотря на её измену и за ложь, причинившую ему аж боль в душе. Господин Ван молча сел в свою машину, приказав водителю ехать. *** — Ибо? — вымолвил Сяо Чжань, почувствовав на своей талии холодные руки, обнимающие его сзади. Второй молчал и нежно уткнулся Сяо Чжаню в шею. — Ибо… — горячее дыхание Ибо обжигало нежную кожу, вызывая по всему телу мурашки. Сяо Чжань рвано выдохнул и обернулся к Ибо. — Чжань-Чжань. Прошу, будь только моим… — Ибо впился в нежные губы Чжаня, целуя нежно и осторожно, чтобы не спугнуть. Чжань открыл рот впуская юркий язык Ибо, который уже по-своему хозяйничал внутри. Воздух заканчивался, однако лёгкие изнутри обжигало вовсе не это. Ибо нехотя отстранился от любимых губ и, посмотрев в чужие, но уже такие родные глаза, без труда поднял Чжаня на руки и отнёс в свою комнату, где нежно опустил на большую кровать. Чжань зажмурился, когда Ибо повёл своим языком по его шее. Тревога укусила его сердце. Даже одно тёплое дыхание Ибо могло дурманить голову. *** Ибо быстро избавил Чжаня от ненужной тряпки и, обжигая своим взглядом, начал изучать тело любимого. Ибо оставлял на нежной коже дорожку поцелуев и метил тут и там. Метки раскрывались красиво и сексуально, как бутоны алых цветков. Чжань тихо постанывал, заглушая свои стоны рукой. — Ты такой милый, когда краснеешь, — из-за этих слов Чжань покраснел ещё сильнее и закрыл лицо руками, которые тут же убрали. Вдобавок ещё и страстно поцеловали в губы. Ибо избавил себя от  назойливой одежды, открывая вид на подтянутое тело. Чжань провел рукой по твёрдому прессу Ибо, и тот тут же дрогнул от такого нежного, невозможно робкого прикосновения… *** Растянув пальцами так называемую «хризантему», Ибо медленно вошёл в Чжаня и остановился, чтобы тот привык. Отвлекая от боли, Ибо целовал чужие лицо, скулы, шею. Когда Чжань дал знак, то Ибо начал медленно двигаться в нём, заполняя пустоту всем собой. Два влюблённых тела воссоединились в одно целое. Спустя некоторое время Чжань уже стонал во весь голос, когда Ибо нашёл тот самый заветный клубок нервов, убивая все живое внутри обоих. Чжань стал всем для Ибо. Его хотелось любить и оберегать, никому не давая даже прикоснуться. Сяо Чжань — его доза, чтобы жить дальше. Пошлые шлепки и звонкие стоны двух самозабвенно увлечённых друг другом парней заполнили комнату, эхом отдаваясь в наполненный такими дурманящими запахами кислород. *** Чжань кончил первым, а за ним и Ибо. Чжань обессиленно лежал на груди Ибо и тихо посапывал, умиляя Ибо ещё больше. Ибо больше не упустит то чудо, которое лежит у него на груди. Это лишь начало их большой любви и конец этому — лишь счастливый и долгий, как в банальных, но таких любимых и воспеваемых сказках.