Комната Примирения

Люциус Малфой с гордостью оглядел бальный зал. В такие моменты он часто видел себя вожаком стаи, но, конечно, с присущими ему утончённостью и изысканностью. Он казался мудрым и царственным львом с совершенной серебристо-белой гривой, управляющим присутствующими с величественным обаянием и одаривающим такой щедростью и экстравагантностью, что вечера становились легендарными… даже эпическими — слово, которым он последнее время явно наслаждался. Ежегодный бал Малфоев — самое престижное событие в светском обществе. Присутствовали только приглашённые гости. Какой-то глупец пытался убедить его сменить название, утверждая, что, если произнести его быстро, оно будет очень похоже на «Mal Foible», что переводится как «неприятности». Конечно, он сразу вычеркнул его из списка приглашённых… и ударил негодяя тростью по носу для убедительности. И то и другое принесло Люциусу невероятное удовлетворение… особенно из-за напряжения, связанного с огромным списком гостей. Он приложил огромные усилия, самостоятельно составляя список, отчасти потому, что Нарцисса отказалась участвовать, решив провести ночь у сестры, чтобы позволить ему «немного развеяться», но главным образом, для того чтобы он добился идеального сочетания — блистательного аристократизма, впечатляющих магических родословных, большого количества денег, интеллектуальной утончённости, правильных политических взглядов и, что самое главное, фантастических сисек. О, да! Он удовлетворённо вздохнул, увидев шведский стол из плоти, который дрейфовал по комнате. Все бальные платья были гениальным творением, идеально подходившим для демонстрации достоинств женской фигуры. Лишись он возможности поглазеть на женщин, то ему, возможно, пришлось бы организовывать ещё одно ежегодное мероприятие, например матч по квиддичу на раздевание, чтобы наконец насытиться. Как бы то ни было, вечер был насыщен мириадами разнообразных грудей — и он ещё не потрогал ни одну, что уж там до сосков, это сделает позже… и не только это. Он был замечательным харизматичным хозяином, королём джунглей, который заботился обо всех нуждах своих гостей: развлекал их, угощал лучшей едой и напитками… Давал им всё, что взбредёт в их пьяные похотливые головы. Позже он начнёт собственное пиршество, став диким рычащим львом, трахающим всё, что попадётся ему под руку, и съедающим остальное. Для достижения идеального уровня податливости и чувственности французское шампанское текло рекой… в прямом смысле. Он нанял довольно талантливого помощника, чтобы создать бесконечный водопад изысканного шампанского, который спускался каскадом, чтобы обеспечить быстрое наполнение всех пустых бокалов. Таким образом, гостям не приходилось контактировать с противными домашними эльфами. Хотя им в любом случае запрещено выходить из кухни. Другая его безотказная стратегия создания настроения заключалась в том, чтобы, конечно же, ни один бокал не пустовал и чтобы никто не оставался один. Именно поэтому он так рассердился, когда внезапно заметил гостя, одиноко стоящего в дальнем углу и говорящего в одно из этих надоедливых маггловских устройств для связи. Гермиона Грейнджер. Он раздражённо стиснул челюсти. Приглашать её было рискованно, но он подумал, что этот риск должен окупиться. Конечно, она достаточно умна, чтобы удержаться на месте в выдающейся компании, и она ко всему прочему поднялась до довольно высокого ранга в Министерстве, курируя импорт магических товаров, но настоящая причина, по которой он желал её присутствия, — конечно, её сиськи. То, что они не обладали выдающимися размерами, восполнялось наличием потрясающих вздёрнутых сосков. Он не мог оторвать от них взгляд и представлял, как они будут вздыматься над ним, если она всё-таки решит оседлать его сегодня. Но если она собиралась провести весь вечер, стоя в углу, шансов на это мало… да ещё и её бокал был пуст. Решительно скривив губы, Люциус схватил бутылку вина и стал прокладывать путь мимо гостей, улыбаясь, похлопывая по спине, говоря слова поддержки и любезно кивая. К тому времени, когда он наконец добрался до неё, она уже перестала разговаривать по устройству и начала тыкать в него, щёлкать по кнопкам. Казалось, она не замечала его приближения. — Мисс Грейнджер, — мягко поприветствовал её Люциус, — могу я предложить вам выпить? — Минуту, пожалуйста, — она продолжала стучать и щёлкать по экрану. Даже не просто не заметила, а не обратила внимания. Люциус чувствовал, как его натянутая улыбка начала угасать. Нечасто ему приходилось ждать разговора с маггловским мусором. Возникло желание просто повернуться, уйти и приказать одному из охранников-оборотней вышвырнуть её на улицу. Но потом Грейнджер прекратила постукивать пальцами по странному аппарату, убрала со лба несколько выбившихся прядей и поприветствовала его тёплой улыбкой, наполненной такой естественной чувственностью, что та сразу же достигла его члена. — Прошу прощения, мистер Малфой, — она слегка коснулась его руки, — прибывает партия драконьих яиц, и я действительно должна держать всё под контролем. Я понимаю, что не могла отказаться от вашего предложения, но возникло несколько проблем, которые я старательно пытаюсь решить. — Ничего страшного, — добродушно фыркнул он, протягивая ей бутылку. Её рука быстро накрыла бокал. — Боюсь, я вынуждена отказаться. Я обычно не пью больше одного, иначе мне трудно заснуть. Не спать целую ночь после одного бокала? Было совершенно ясно, что она имела в виду бессонницу, но он предпочитал думать о её сне, прерванном спонтанным желанием заняться страстным сексом после бокала вина. — Конечно, но, думаю, ещё один вам не повредит. В конце концов, сегодня пятница, — мягко уговаривал он её. — Вы же не станете работать в субботу. — Я работаю каждую субботу, — спокойно заявила она, — и каждое воскресенье. На моей должности должно быть двое работников, но есть только я, так что… — она ​​смиренно пожала плечами, и её улыбка слегка поблёкла от усталости, но она была слишком горда, чтобы признать это. — Но когда же вы получаете удовольствие… расслабляетесь? — Люциус с любопытством наклонил голову и придвинулся немного ближе, вдыхая тёплый аромат ванили. Её смех был на удивление искренним, ярким и воздушным. — Боюсь, я забыла, что это такое. Думаю, мне повезло любить свою работу. — В самом деле, — промурлыкал он, — но, возможно, я бы смог предоставить вам то, что поможет снять напряжение. Немного одного вещества… чтобы помочь вам расслабиться. Она приподняла бровь. — Думаю, я достаточно расслаблена, мистер Малфой. Но благодарю вас за предложение. Внезапно устройство в её руке завибрировало. — Я прошу прощения. Если вы не возражаете, мне нужно ответить. А потом она повернулась к нему спиной. Он бы мог рассердиться на неё за пренебрежение, если бы не возникшая к ней симпатия. Люциус не был даже против того, чтобы она повернулась к нему спиной. Её платье было скорее коктейльным, чем бальным, но особенно элегантным, серебристым, с достаточно низким вырезом, что были видны ямочки над ягодицами. Лопатки двигались с томной элегантностью, когда она жестикулировала, пока разговаривала. И гладкая кожа её спины была настолько соблазнительной, что он подумал, заметит ли она, если он её оближет. Люциус вздохнул. Ещё слишком рано думать о таких вещах, и хотя он предпочёл бы, чтобы она была пустышкой и лёгкой на подъём, но ему явно придётся смириться с её резкостью и неприступностью. По крайней мере, она достаточно привлекательна, чтобы не выгонять её… во всяком случае, пока. Он резко повернулся, и хмурый взгляд вновь исказил его лицо, а морщинка залегла между бровей. Ещё один. Дальняя сторона зала. Отстранённый. Пустой бокал. На этот раз это не было неожиданностью. Снейп. Люциус задавался вопросом, зачем кому-то вообще приходить на бал, если он или она не планирует общаться с другими гостями. Как бы то ни было, Северус, к счастью, на подобных мероприятиях появлялся редко. Похоже, его присутствие зависело от того, насколько он считал мероприятие достойным его внимания, и от развития его текущих проектов по зельеварению. Очевидно, дела шли медленно. В настоящее время Северус, казалось, полностью игнорировал всех вокруг, просматривая книги на стеллажах бального зала. — Так хорошо, что ты смог прийти, Северус. — Люциус встал между Снейпом и объектом его интереса, заставив того слегка отшатнуться. Северусу никогда не нравилось, когда люди влезали в его личное пространство, только если он сам не инициировал это. — Люциус, — пробормотал он, даже не пытаясь улыбнуться. — Похоже, у тебя есть третье издание «Ранних сущностей». Мне интересно, были ли исправлены исторические неточности относительно происхождения Дандердью… Я отправил автору письмо с поправкой, и меня заверили, что ошибка будет исправлена. Люциус с непониманием в глазах уставился на него. Он не читал ни одной книги из этой комнаты. Они были приобретены исключительно для галочки и для соответствия определённому уровню. Ему, конечно же, было наплевать на исторические неточности… особенно, когда рядом находилось так много высококлассных кисок. — Позволь мне, — Люциус быстро налил вина в бокал Северуса, прежде чем схватить его за плечо, повернуть лицом к толпе и пробормотал на ухо: — Приметил кого-нибудь, кто понравился? Снейп сделал глоток вина и презрительно сжал губы. — Не совсем. Челюсть Люциуса слегка дёрнулась от раздражения. Снейп всегда был необычайно разборчивым, гораздо более разборчивым, чем стоило бы, учитывая множество его… особенностей. Но почему-то это, казалось, работало на него — женщины возвращались к нему снова и снова. Так было, конечно, до тех пор, пока Снейп не уставал от обязательств, отказавшись от них, как сейчас пытался сделать с Люциусом. Люциус крепче сжал плечо Снейпа. — Как насчёт прекрасной мисс Грейнджер? Конечно, она, без сомнений, близка к твоим безупречным стандартам? Снейп фыркнул. — Прекрасной? Она — главная причина, по которой мне пришлось отложить последний проект более чем на три месяца. Её новые правила ввоза ингредиентов смехотворны. Оформление документов занимает слишком много времени. Её реакция в лучшем случае медленна, и у неё отсутствуют базовые принципы вежливости. Я действительно не могу понять, чем она целыми днями занимается. — Как я понял, она очень занята, — Люциус был удивлён, обнаружив, что защищает её. — Мы все заняты. Но мы не все намеренно вмешиваемся в дела других людей. Люциус посмотрел на Гермиону, которая всё ещё была занята этой проклятой маггловской штуковиной. Ему нужно было хоть как-то отвлечь её. — Возможно, тебе стоит поговорить с ней? Объяснить своё затруднительное положение? — Ты когда-нибудь говорил с ней? — Снейп посмотрел на него, как на сумасшедшего. — Самовлюблённая невыносимая всезнайка. Я бы лучше удалил себе селезёнку. Что ж, это довольно жестоко. Снейп больше ни на кого не тратил столько сил. Люциус изучал его краем глаза. Пусть Снейп и хмурился, Малфой ощутил высокий уровень раздражения. Неужели она ему нравится? Его взгляд вернулся к Гермионе, которая теперь рассеянно покачивалась на одном из своих элегантных серебряных каблуков, пока разговаривала, свободной рукой наматывая на палец прядь волос. Она была далеко не такой невыносимой, как предполагал Снейп, но определённо встревоженной. Люциус не переставал думать: он точно знает, что ей нужно и принесёт ей облегчение. Судя по раздражительности Снейпа, тот в равной степени нуждается в помощи, хотя ему и придётся сделать всё возможное, чтобы удовлетворить и себя, и мисс Грейнджер. Тем не менее это дало бы им обоим возможность преодолеть свои разногласия… и он избавился бы сразу от двух разрушителей вечерней атмосферы. Это довольно гениальный план… даже для такого блестящего человека, как он. — Мне довелось раздобыть чрезвычайно редкую книгу, которая, я полагаю, может тебя заинтересовать, — он похлопал Снейпа по плечу. — Как насчёт того, чтобы взглянуть на неё? — О чём идёт речь? — Снейп с лёгким любопытством взглянул на Люциуса. — О том самом… эм… первом издании того товарища… знаешь, о котором ты мне писал… некоторое время назад. — Стернбергер? — Да-да, это тот самый, — с энтузиазмом ответил Люциус, ведя Северуса между танцующих пар. — На самом деле, я считаю, это довольно важная книга… настолько интересная, что я хотел бы уточнить несколько моментов. Он резко повернул вправо и протянул Северусу бутылку вина, схватив Гермиону за локоть. Она удивлённо обернулась. — Мисс Грейнджер, так приятно, что вам удалось разобраться в вашем… вопросе. — На самом деле я… — Я собираюсь показать Северусу чрезвычайно редкое дополнение к моей коллекции книг. Я настаиваю, чтобы вы пошли с нами. Ваше мнение будет бесценным. Северус нахмурился ещё больше, и Гермиона не выглядела убеждённой, но Люциус крепче сжал их обоих, потащив через огромный дверной проём, а затем по коридору. Он поддерживал постоянный диалог — или, точнее, монолог, не позволяя никому ничего сказать из-за страха, что они начнут противиться, — прежде чем остановился перед комнатой — совершенно особенной комнатой, которую он модифицировал для других целей, но которая идеально подходила для его плана. Вытащив палочку из рукава, он отпер дверь, разжёг огонь в настенных светильниках и провёл гостей внутрь. Это была маленькая комната с одной большой кроватью. Люциус немедленно попытался отвлечь внимание от этой роскоши. — Я держу книгу запертой в этой комнате, так как считаю слишком рискованным оставлять её в библиотеке. Мисс Грейнджер, не могли бы вы пройти к этим ящикам? Она должна быть в третьем снизу. Гермиона выглядела всё более озадаченной, но подчинилась, подойдя к комоду и потянув за ручку в попытках открыть его. — Боюсь, он заперт. — Нет, просто заклинило, — настаивал Люциус. — Северус, не мог бы ты помочь мисс Грейнджер? Снейп фыркнул, сжав винную бутылку под мышкой, и подошёл к ней. Они потянули за ящик, взяв по одной ручке каждый, но всё было безрезультатно. — Он и правда закрыт. — Я рад, что вам удалось хоть в чём-то согласиться, — мягко промурлыкал Люциус, отступая за дверь. — Теперь я уверен, что вам двоим есть о чём поговорить. Быстро погасив свет, он закрыл дверь и запер её с другой стороны.