Музыка нас связала

      Айзава скучающим взглядом скользит по наполненной людьми комнате. Тут душно, тесно и неприятно. Но мужчина удерживает себя здесь ради одного единственного человека из всей толпы. Удерживает так, словно до сих пор верит, что нужен ему.       Уйти, не попрощавшись и ничего не сказав было бы грубо по отношению к человеку, который столько лет терпел его общество, не так ли? Внутренний голос скептически хмыкает и едким голосом спрашивает, а заметит ли он отсутствие друга? Разве здесь мало людей, которые могут дать ему больше, чем Айзава? Черные глаза холодным усталым взглядом проходятся по лицам. Наверное, он сильно выбивается из атмосферы вечеринки. Вокруг все улыбаются, болтают без умолку. Однако Шота не видит ни капли искренности в этих приклеенных улыбках. Хизаши так не улыбается, может поэтому сейчас он притягивает к себе все больше и больше людей. Его радость искренняя и светящаяся. Он словно яркий лучик солнца, превратившийся в человека.       Айзава просто не может ему отказать и расстроить. Видеть, как брови складываются домиком, а в зеленых глазах проскальзывает обида — это выше сил мужчины. Сердце коротко колет, и он ворчит, но соглашается. Просто дарит свое свободное время и присутствие Хизаши, пока тот не встретит вариант получше.       Поэтому он не уходит. Мелкими глотками попивает сладкий напиток, который даже не пьянит, ждет, пока Ямада промелькнет рядом. В глубине таится призрачная надежда на то, что блондин придет к нему. Выберет из всех окружающих людей давнего друга. Если это случится, то Шота признается. Он так долго это откладывал. Все ждал чего-то. И сейчас ждет, вновь саркастически замечает внутренний голос. Айзава хмурится своим мыслям, недовольно мотая головой. Он опускает взгляд на напиток, наблюдая, как бьется о стенки оранжевая жидкость с приятным запахом апельсина и каких-то трав. Мужчина закрывает глаза, прикладывая стакан ко лбу и снова возвращается к Хизаши. Он всегда чудится ему в запахе и вкусе апельсина. Такой же яркий и интересный. Совершенно отличается от Шоты.       Встретившись однажды в Академии, блондин сразу записал его в друзья. Со временем мужчина просто привык, да так, что без вечной болтовни Мика под боком становилось грустно. Они несколько лет болтались вместе, всегда и везде. И все это время Сущий Мик выделял брюнета среди остальных. Плевать на компанию, место и время. Айзава был на первом месте и уже привык к нагретому солнцем месту, когда его оттуда грубо и нагло спихнули куда-то вниз. О нем все еще вспоминали, однако скорее от отсутствия вариантов, чем от действительного желания пообщаться и повеселиться как раньше. Шота сразу это заметил. Просто в один момент Хизаши не поздоровался с ним утром, отвлекаясь на кого-то другого, не написал сотню сообщений за урок, не пригласил в кафе на обед, не принес кофе и еще очень много «не», ударившие Сотриголову под дых. Мужчина и не осознавал до этого, какую значимую роль играл Мик в его жизни. Он будто действительно был солнцем, без которого Шота лишь загибался.       Он не выдвигал другу претензии. Пилил взглядом последний диалог, стараясь найти хоть намек на причину обиды и игнорирования. За короткое время вспомнил все свои проступки и уже был готов напечатать Хизаши длиннющее письмо с извинениями за все совершенные и не совершенные дела. Лишь тогда пришло новое сообщение «Прости, что не писал так долго… Прогуляемся?». Айзава покрепче сжал в руке телефон и молча переживал фейерверк, взорвавшийся в груди. Они все еще дружат. Он все еще нужен. Приятное теплое чувство не отпускало весь день до встречи. А стоило ему увидеть несмело улыбающегося Хизаши, смотрящего только на него, так внутри разгорелся настоящий пожар. Шота тогда поспешно отвел взгляд и почти не смотрел на друга всю прогулку. Дурак. Сейчас приходилось ловить каждый такой редкий момент и упиваться им несколько недель. До следующей минутной встречи или разговора.       Айзава открывает глаза, и выливает напиток в горшок стоящего рядом растения. Ему нечего больше ждать. Ему нужно отпустить. Так он говорит себе каждый раз, пока не придет еще одно сообщение от его солнца и он снова не расправит листья под лучами.