Рыжие волосы — не значит Уизли.

      После решения вопроса с едой, который оказался легче, чем я думала, для моего друга, мы направились в кабинет директора школы.       Кабинет директора оказался довольно… хорошим? У меня не нашлось слов, чтобы описать эту комнату. Дедушка пришёл через 30 минут после меня, когда я уже успела заскучать.       — Лимонных долек? — сразу спросил он.       Я растерянно приняла одну и закинула в рот, однако больше есть не стала, а взяла ещё несколько предложенных конфет с собой. Это было слишком… сладко для, не привыкшей к сладостям, меня.       — Итак, миледи, — улыбнулся он, — спрашивайте, — я удивлённо посмотрела на него. — О, не стоит так на меня смотреть: я уверен, что как у волшебницы из другого времени у вас имеется множество вопросов. До ужина ещё два часа, так что, я думаю, что смогу немного вам помочь.       Я кивнула и задумалась. О чём стоит спросить первым? Самый важный вопрос?.. Не знаю. Вздохнула. Значит по порядку.       — Староста Когтеврана сказала мне, что Хогвартс построен в 10 веке, однако я не получала письма с приглашением. Почему?       — В вашей истории всё очень запутано, — ответил мужчина, но объяснил: — Есть вероятность, что вы пришли из альтернативной реальности, где Хогвартс так и не построили, а магическое сообщество практически вымерло, но также есть вероятность того, что кто-то по каким-то причинам наложил на вас антиследящие заклинание, чтобы совы не нашли вас.       — То есть, возможно, кто-то намеренно хотел нас таким образом отрезать от магии? И что значит альтернативная реальность?       — Возможно и такое. Альтернатива это то место/измерение, где всё или лишь некоторые моменты идут по-другому. Это всё ещё не изучено и является мифом - сказкой, если хотите.       — Хорошо… — я на некоторое время задумалась о его словах, переваривая информацию и формируя следующий вопрос. — Я могу видеться с Данте в свободное от возможной учёбы время?       — Конечно, если вы пожелаете.       — Что со мной будет, если мне разрешат остаться? Я ведь отстаю на два года…       — Скорее всего вы будете проходить ускоренный курс, либо же профессор Снейп сварит вам зелье памяти.       — Зелье памяти?       — Да. Зелье, позволяющие быстро и хорошо запоминать информацию, однако даже тогда вам придётся усердно работать.       Дальше мы говорили о предстоящей встрече с Министром, который изъявил желание сам объявится, и остальными профессорами. Я гладила Данте и Дамблдор сказал мне, что тот также будет вынужден проверить моего друга на то, действительно ли он не оборотень. Я лишь кивала на новую информацию. Через каждый вопрос или уточнение беря несколько минут на переваривание полученной информации.       — Получается, я не смогу вернуться в… свою реальность? — было моим последним вопросом перед ужином.       — Можете, если захотите настолько, что произойдёт такой же большой магический выброс.       Я покачала головой. Не нужно мне такого «счастья». Уж лучше тут, в незнакомом месте с бессоными ночами, чем на костре, да и там меня больше ничего не держало.       На ужине было намного шумнее, чем на обеде. Меня это не волновало: я оставила Данте с Хагридом, который позже должен был привести его в кабинет директора. Не то чтобы я не привыкла к разлуке с другом: он часто уходил охотиться один, да и мне нельзя было показывать, что я общаюсь с «диким» животным, а так как у меня к дополнению были ещё и свои обязанности в деревне, то побыть наедине нам доводилось не часто, тем не менее,было тревожно за него каждый раз. А вдруг его подстрелят на охоте или он сцепиться с другими хищниками? Вот и сейчас я была обеспокоена тем, что за ним будет приглядывать этот великан. А вдруг взбредёт что-то в голову и попытается «изучить» его? Или, что ещё хуже: подсунет мясо магического животного и будет наблюдать за реакцией. Я не сомневаюсь в нюхе волка, но…       — …Эмилия! — когда меня выдернули из мыслей и я растерянно осмотрелась, одна из когтевранок недовольно смотрела на меня, очевидно задав какой-то вопрос.       — Простите, — буркнула я, — задумалась.       Она одарила меня презрительным взглядом и повторила, добавив перед этим:       — Нужно быть внимательнее. Я спросила: «Ты знаешь что-нибудь о Мальчике-который-выжил?»       Издевается! Знает же, что я ничего не знаю об этом мире. Неужели так сложно проявить хоть толику понимания? Я фыркнула. Уже ненавижу когтевранцев. Среди них определённо было много хороших людей, но что я поняла за этот короткий промежуток времени, так это то, что когтевранцы в большинстве своём слишком зазнаються.       Пенелопа одна из тех, кто мне нравится, но я недостаточно хорошо знаю её как человека. Надеюсь, у нас будет возможность познакомиться поближе.       В итоге я начала так сильно переживать, что в итоге снова не слушала остальных. Честно говоря: их разговоры и поведение сейчас волновало меня меньше всего. Хочется побыстрее увидеть Данте и разобраться со всем, но в то же время мне очень боязно. Какое решение они примут? Попытаются отправить меня обратно? Будут ли меня спрашивать о том, другом мире, который сейчас остался позади? Страшный мир… В конце концов я так ничего и не съела, лишь выпила сок. Кусок в горло не лез. Так хотелось вновь оказаться маленькой девочкой — неразумным младенцем, которого волновало лишь то, что его не покормили… Если бы я и дальше продолжила думать, то, боюсь, захотела бы исчезнуть, чтобы больше никогда не думать о проблемах.       Однако из транса меня вновь вывел голос Пенелопы:       — Эми, — я сама разрешила ей так называть меня. Я перевела затуманенный взгляд на неё. — Ужин закончился, я проведу тебя.       Я моргнула, мысли и переживания развеялись, осталась лишь нервозность, которая выражалась в покусывании губы (который уже раз?) и подрагивающих руках.       — Да, конечно, — я встала из-за стола и только сейчас заметила, что здесь уже не так много людей: несколько профессоров и старшекурсников.       Когда мы подошли и дверь открылась, я посмотрела на свою «проводницу».       — Спасибо, — слабо улыбнулась я и зашла.       Возле кресла уже выжидающе сидел мой друг, директор за своим столом, на других креслах профессора и незнакомый мне молодой мужчина, и лишь Макгонагал и Снейп стояли.       Я ненадолго остановилась, но, отдёрнув руку, всё же села в кресло рядом с Данте, который сразу же успокоился и спокойно лёг у меня в ногах. Конечно же, я заметила как он внимательно вслушивался в каждый звук.       — Для начала я представлю вам профессоров, — раздался мягкий старческий голос Альбуса Дамблдора. — Хагрида, Северуса и Минерву, вы уже знаете. Итак…

***

      — … а этот человек — Билл Сайер — один из близких подчинённых Министра Магии, — закончил мужчина. — К сожалению, Министр не смог присоединится к нам сегодня вечером.       — Добрый вечер, мисс Уотсон. Мне доверили проверить вас и принять решение как с вами поступить, — коротко и холодно произнёс он. — Для этого мне нужно использовать специальное заклинание, чтобы увидеть ваши воспоминания, — его голос показался мне насмешливым. Он мне не нравился и Данте, похоже, тоже.       — Ну что же вы, в самом деле, мистер Сайер? — прервал нас директор. — Можно ведь воспользоваться Омутом Памяти.       — Можно, — фыркнул он. — Однако я сомневаюсь, что эта юная мисс умеет вытягивать воспоминания.       Бесит.       — Ничего страшного, — снова защитили (?) меня. — Я вполне могу сделать это сам. Вам, мисс, нужно лишь сосредоточится и подумать о своём прошлом, и вспомнить желательно всё до мельчайших подробностей. Где-то от 10 лет до сегодняшнего дня.       Профессора молчали.       — Конечно, профессор, — вздохнула я.       Вспомнить, да? Это будет сложно, но вполне выполнимо.       — Не спешите, мисс Эмилия.       Я послушно кивнула и замолчала, представляя детство, моё зрение затуманилось.       Вот 10-летняя я заинтересованно рассматриваю свой подарок на день рождения: семена самых разных цветов. Я удивлена и растерянно смотрю на маму.       — Ты ведь хотела цветы? — улыбнулась она. — Вот и попробуй их вырастить. У нас перед домом как раз хорошая для этого земля.       Я заворажённо прошлась по ним рукой и улыбнулась.       — У меня обязательно получится! — смело произнесла я. — А когда выращу, я обязательно пересажу несколько в горшок и поставлю у нас на подоконнике.       Она улыбнулась мне и мы, приобнявшись, вышли на улицу.       Я помню эти цветы… Жаль, что сегодня утром их растоптали…       А вот мне 11 лет. Папа ушёл на охоту, мама работает, а я давлю несколько ягод, чтобы нарисовать рисунок.       Когда мама возвращается, за ней следом идёт друг отца.       — Мне жаль, — хрипло говорит он, кладя на стол деревянный крестик отца, который был перепачкан в чём-то красном.       Позже я поняла, что это была кровь.       Мама плачет, а я не могу понять что происходит. И лишь позже, уже утром следующего дня мама мне объясняет. Я не верю. Изо всех сил бегу в лес. Вглубь, лишь бы подальше от дома, от деревни. Подальше от грустной матери и сочувствующих взглядов соседей.       Очнулась я лишь тогда, когда споткнулась и упала. Хруст. Рука в чём-то липком. Подношу к лицу. Красное. Смотрю вперёд. Нет… не может быть… смотрю и не могу отвести испуганного взгляда. Лицо бледнеет так стремительно и сильно, а тело холодеет, будто сейчас не лето, а зима. Снова хруст. Перевожу взгляд от кровавого месива к… волчонку? Руки дрожат. Не столько от страха, сколько от холода. Он смотрит с интересом, наклонив голову и я не понимаю что происходит.       Воспоминания мутнеют.       12 лет. Сижу с Данте под одним из многочисленных деревьев. Мама умерла несколько месяцев назад. Внутри пустота, но мне приходиться лишь жить дальше. У меня остались лишь Гера и Данте. Напеваю мамину колыбель. Так хочется к ним, но нельзя.       Почему все близкие мне люди умирают?       И 13 лет. Обвинение в колдовстве. Погоня. Смерть Геры. Выстрел. Запретный Лес.       Открыла глаза. Дрожу, по щекам слёзы — быстро их вытираю и поджимаю колени к груди, пряча лицо. Пусто. Грустно. Не хочу открывать глаза. Сейчас ведь открою, а магия окажется сном.       Но нет. Чья-то рука поглаживает по плечу. Становится так спокойно… ещё чуть-чуть и начну снова плакать.       — Мисс Уотсон, — произносит строгий голос. Открываю глаза. Доверенный министра. Тело сразу напрягается. — Теперь мы бы хотели проверить вашего питомца и задать пару вопросов, когда вы будете под зельем правды.       Я нахмурилась — не хотелось, чтобы кто-то называл моего друга питомцем, однако я сдержалась, ведь этому человеку всё равно. Аккуратно кивнула, не до конца уверенная в том, что такое «зелье правды».       — Отлично.       Пару взмахов палочки и Данте окутало голубое сияние из-за чего он зарычал. Сияние исчезло так же быстро как и появилось и Сайер быстро что-то записал в блокноте и кивнул.       — А сейчас, пожалуй, проверим вас, — и протянул мне зелье. Я взглянула на директора, который кивнул мне. — Три капли на язык.       Я так и сделала. Сначала ничего не происходило, но когда мне начали задавать вопросы, я поняла, что не могу соврать или ответить слишком коротко.       Мне задавали вопросы, начиная с глупых и заканчивая непонятными для меня, такими как: «Вы состоите в заговоре с Пожирателями Смерти?» и «Вы пришли сюда, чтобы мстить?». Какой ребёнок вообще будет за что-то мстить, да и к тому же, я явно слабее даже младшекурсника и совершенно ничего не знаю.       …около часа меня допрашивали и в итоге нас отправили спать, когда я наконец «удовлетворила» (хотя я сомневаюсь в этом) их любопытство. Сказали, что посовещаются и завтра мне скажут решение.       Старостам выдавали отдельные комнаты, в которых по желанию можно было жить, поэтому меня разместили с Пенелопой, а Данте, как и ожидалось, отправили с великаном.       Я попросила у соседки свечу и, когда зажгла её и поставила на тумбу, переоделатсь и завалилась в кровать, специально мне предоставленную. Заснула я быстро, утомлённая насыщенным днём.