Ты монстр! — Это упрёк?

***

Румыния. Замок. Ночь. — Тише-тише, — Фиона плюхнулась на кровать и надежно обвила ее за плечи. — Тише… Адалин неистово закашлялась, сгибаясь пополам. Такое ощущение, что она сейчас легкие выплюнет — дикий кашель драл сухое горло, скобля его, словно наждачкой. — Воды, — сипло прохрипела Ленни. — Вот, держи, — иеле придержала девушку, поднося стакан к ее губам. — Тише, — она крепко обвила ее рукой. Влага скользнула по горлу, и это принесло короткое облегчение. Голова раскалывалась с такой силой, что возникло ощущение, как будто по черепу колотят кувалдой. Все тело горит — смутное чувство, что под кожей кто-то поджег спичку и теперь водит по костям и мышцам. — Жарко, — Адалин высвободилась из рук Фионы и, встав, распахнула окно комнаты. В помещение хлынул холодный воздух и ночь. Сразу стало легче. Уменьшилась зудящая боль в голове, а языки пламени под кожей убавили жар. — Фух… — Ленни выдохнула, прикрыв глаза. Иеле терпеливо ждала, наблюдая за девушкой. Адалин посмотрела на спокойный Холодный лес и перевела взгляд направо — реальность ударила наотмашь, и она отпрянула от окна. Руины башни выжгли зрение с такой яростью, что перед глазами заплясали точки. — Где они?! — Ленни резко развернулась. — Алекс в Холодном лесу, — мягко начала Фиона. — Хорошо. Лео с ней? — Адалин практически бегом вылетела из комнаты. — И где Влад? — Он в подземелье, — иеле поспешила за ней. Но Ленни быстрее. Когда Фиона выскочила за девушкой, той уже и след простыл — она переместилась в подземелье на дикой скорости. И…да, она этого не заметила. Она не поняла, что человек бы не смог так быстро оказаться тут. Потому что… Потому что как только она оказалась в подземелье, то сразу наткнулась на Влада и Локида, лежащих на невысоких постаментах. Обездвиженных. Бессознательных. — Влад! — Адалин бросилась к Цепешу. — Влад?! — она крепко обхватила ладонями его лицо. — Господи… — ее взгляд метался по его замершим чертам лица. — Нет-нет-нет… Влад, пожалуйста, — девушка дергано затрясла его. По ее щекам покатились слёзы, но она и их не заметила. — Локид? — Ленни прыгнула к ведьмаку. — Локид! — Они живы, Ленни, — Фиона и Стефано застыли в нескольких метрах. — Просто…- иеле поискала слово. — Травмы серьезны. Но они восстановятся. — Когда?! — рявкнула Ленни. — И где Лео с Алекс? Что они вообще забыли в лесу?! Где Елизавета? И где Анна? — она зло шагнула к Фионе и Стефано. Эмоции прыгали, как на батуте — они то взмывали вверх, практически выходя из-под контроля, то с грохотом падали вниз. — Остановись, — голос Стефано прозвучал жестко. — Вдох. И выдох. — Я займусь дыхательными упражнениями позже, Стефано! — огрызнулась Ленни. — Делай, как говорю. Вдохни и выдохни, — Стефано стоял на своем. — Мы всё скажем, как только ты возьмешь себя в руки, — он критически ее смотрел. По ее рукам стали расходиться черные вены, которые наползали на шею и лицо. Но она этого не замечала. Адалин послушно вдохнула и выдохнула, давя вспышки эмоций, которые крутились, как в калейдоскопе. Черные вены исчезли. Девушка развела в воздухе руками. — И? — поторопила она. — Я слушаю. — Елизавета мертва, — оповестила Фиона. — Отличная новость, — Ленни благосклонно кивнула. — А Анна? — Она сильно пострадала, но осталась жива. Ее здесь нет, — продолжила иеле плавно. — Не очень хорошая новость, но черт с ней, — Адалин дернула головой. — Долго Влад и Локид будут восстанавливаться? День? Два? Неделю? Мы как-то можем это ускорить? Помочь? — она уперла руки в бока. — Их травмы серьезны, — повторила Фиона. — Деревянный кол попал Владу прямо в сердце. И пробил насквозь грудную клетку. Заживать будет долго. Когда обрушилась башня, Локид успел защититься, но его все равно сильно ударило и придавило камнями. — Сколько займет восстановление?! — Годы, — ответил Стефано. — Может, десятилетия. — Что? — голос Ленни потрясенно сел. Она схватилась за край постамента и обернулась к Владу. — Нет! — она растормошила его рубашку и, охнув, отшатнулась. В его груди зияла огромная дыра, от которой расходились черные вены. Они крутились, то проявляясь, то исчезая — рана не кровоточила, и кожа постепенно затягивала ее. Но очень медленно. Человеческое зрение не способно уловить такие детали заживления. Но Ленни… Да. Она вновь не поняла. — Адалин, — тихо позвала Фиона. — Так, — Ленни приложила ладонь ко лбу. — Ничего страшного. Они живы — это главное, — она начала судорожно соображать. — Ничего, любовь моя, я что-нибудь придумаю, — ее пальцы ласково коснулись лица Влада. — У меня бабушка ведьма. Я с ней поговорю. Я прямо сейчас ей позвоню. Решим. Справимся. Всё будет хорошо, — она бегло поцеловала его в щеку и рванула к лестнице. — Вы мой телефон не видели? Я позвоню Лорейн. Надо что-то предпринять. И можете позвать Алекс с Лео? Мы сейчас придумаем, как быть. — Скажи ей сейчас, — шепнул Стефано. — Фиона. — Ленни, — иеле стремглав понеслась за девушкой. — Ленни, стой! — Потом, Фиона, — отмахнулась Адалин, взбегая по лестнице на второй этаж. — Ленни, мы не можем позвать Алекс и Лео! — громко выпалила иеле ей в спину. Девушка остановилась. Медленно, как заедающая стрелка часов, обернулась. — В каком смысле? — Адалин перестала дышать, уставившись на Фиону и Стефано, стоящих у подножия лестницы. — Лео мертв, Ленни, — Фиона осторожно шагнула вверх на одну ступеньку. — Нечисть пытается спасти Александру. — Ты сказала, что они в Холодном лесу, — Ленни быстро моргнула. — Я сказала только про Александру, — тихо ответила Фиона. Адалин уже собралась возразить, но осеклась. Иеле действительно не говорила о Лео. Она сказала только про Алекс. Остальное Ленни додумала сама. »… — Где они?! — Алекс в Холодном лесу. — Хорошо. Лео с ней?..» — Где Лео? — В своей комнате. Стефано и Фиона рванули за девушкой, которая влетела в комнату друга и застыла на пороге. Окна раскрыты настежь. Горят светильники, а на кровати лежит неподвижный Лео. — Лео! — Адалин кинулась к другу. — Лео, слышишь? Лео! — она потрясла его за плечи. — Черт, что же это такое…- все внутри раскалывалось на две части: одна пыталась что-то судорожно придумать, а вторая тонула в агонии, отказываясь принимать неизбежную правду. — Что вообще происходит?! Мы должны позвать нечисть! И Лорейн! Нужно вернуть Влада и Локида! Нужно вернуть Лео! А Алекс?! Где она?! Отведите меня к ней! — Ленни заметалась по комнате. — И что это вообще за запах тут?! Откройте еще одно окно! — она бросилась к створкам и распахнула их. Стефано и Фиона переглянулись. Человек бы не почувствовал сейчас этот запах — слишком мало времени прошло с момента смерти Лео. Но Адалин… Да, она снова не поняла. Она видела рваную рану в груди любимого мужчины и не понимала, почему замечает, как та затягивается. Она чувствовала запах начинающегося разложения тела лучшего друга и не понимала, что не должна его ощущать на таком тонком уровне. — Я спрашиваю: какого дьявола?! — ее мысли окончательно запутались. — Ведите меня к Алекс! Почему?! Почему только я выжила, а они все в таком состоянии?! Почему?! — Адалин, ты… — Фиона запнулась, со свистом выдохнув. — Ты не выжила. Анна тебя убила, — прошептала иеле еле слышно. Человек бы не расслышал эти слова, но Ленни уловила каждый звук. Девушка окаменела, немигающими глазами вцепившись в Фиону. С ее лица исчезли все эмоции. Только лихорадочный огонь застыл в тлеющих глазах, где кипела безмолвная агония. — Адалин, в твоем организме могла оказаться кровь вампира? — аккуратно спросил Стефано. Ленни пошатнулась, как от размашистой оплеухи. Она отпрыгнула назад, снеся бедром светильник с тумбочки и с размахом плюхнувшись на нее. …» Адалин нащупала стакан на столике и, сжав его, размашисто ударила ее в голову. Анна, яростно зашипев, дернулась в сторону и отпустила ее. — Локид! — звонко крикнула Ленни, бросившись к двери. — Кретинка! — схватив девушку за волосы, Анна дернула ее назад, ударив ножом под ребра и отшвырнув от себя. Адалин всхлипнула от боли, когда кровь густым потоком хлынула из раны, а Анна вылетела из комнаты. Ленни осталась на полу, истекая кровью, которая хлестала, как ненормальная. Правую сторону практически парализовало. Боль ощущалась по всему телу, а не только в месте удара — стучало в голове, немела и при этом тонула в спазме каждая клетка. Ей казалось, что она умирает. Еще немного, и она потеряла бы сознание. А снаружи: крики, треск, удары, звуки борьбы. Ей нужно уходить отсюда. Найти Алекс, Лео и укрыться. Но она не может уйти. И именно в этот момент на глаза попался кубок, из которого Локид пил кровь проклятого вампира. Она не раздумывала. Из последних сил кинулась к нему, делая один глоток за другим. Рана начала постепенно затягиваться. Боль стала отступать. Сознание прояснилось. — Где Адалин?! — крик Фионы снаружи. — Адалин! Стеф, уведи их, я найду Ленни! — Тут я…» — Я ее выпила, — прошелестела Адалин. — Я выпила кровь Влада. Фиона и Стефано воззрились на девушку округлившимися от поражения глазами. — Анна напала на меня в комнате Локида. Ударила ножом, — шепотом продолжала Ленни. — Все тело онемело, и я… А Локид до этого пил кровь Влада для восстановления сил… И я… — Ты выпила кровь Влада, чтобы рана затянулась, — тихо подсказал Стефано. Ленни кивнула. — А потом Анна убила тебя. Ты умерла с кровью вампира в организме, Адалин. — Я вампир? — Ленни оторопело закрыла глаза. — Твою мать, я вампир… — она спрятала лицо в ладонях. — Пока ещё не совсем, — Фиона взволнованно вздохнула. — Ты обращаешься. Это постепенный процесс. У тебя еще три дня, — шепнула иеле. — Три дня… На что? — Ленни убрала ладони от лица. — Чтобы завершить обращение, — негромко произнес Стефано. — Ты должна выпить кровь человека. Иначе… — Иначе я умру, — каждая буква слетала с губ и падала в пропасть. Фиона и Стефано кивнули. Сочувственно переглянулись, смотря на застывшую в окаменении Ленни. Господи… Она же с ума сойдет, когда все осознает… Влад и Локид тяжело травмированы. За жизнь ее сестры борется нечисть. Ее лучший друг мертв. А сама Адалин… А сама Адалин обращается в вампира. Ленни подняла глаза на напротив висящее зеркало. Выглядит вполне обычно. Нет каких-то особых изменений. Она опустила голову — на руках то появлялись, то исчезали черные вены. — Это процесс обращения, — Стефано перехватил ее взгляд. — Алекс жива? — непослушными губами проговорила Адалин. — Алекс жива? — повторила она. — Мы ее вытащим. Оказалось, что она авгур. Предсказатель, — ответила Фиона максимально успокаивающим тоном. — Алекс жива? — снова повторила Ленни. Глухо. Отстраненно. Фиона и Стефано переглянулись. — Я схожу в лес. Проверю, как идет обряд, — иеле направилась к двери. — Нечисть может помочь Лео? — и опять глухой вопрос. — Нет, Адалин, — Стефано приблизился к девушке. Положил ладонь на ее плечо. — Позвони моей бабушке, Стефано. Ее зовут Лорейн. Она ведьма, — безучастно произнесла Ленни, смотря в одну точку. — Адалин, я не думаю, что… — Сделай, — хлестко припечатала Ленни. — Свяжись с ней и спроси, как лучше поступить. Она приедет сама или мне привезти Лео в Лондон? Если нужно ехать в Лондон, то нужна транспортировка. Организуй. Ты можешь сделать это? — ее взгляд, полный агонии, обратился к Стефано. — Я всё сделаю. Не волнуйся, — он согласно кивнул. — Я пока побуду на улице. Мне… Мне надо, — Адалин бережно погладила Лео по волосам и направилась к выходу. Ноги не слушались. Еле ими передвигая, она добралась до улицы. Ночь. Ясная и звездная. И под этими звездами разрушенная башня замка Дракулы. Обрушение задело и часть основного здания — ее острое зрение выцепило знакомые детали разбитой мебели из их с Владом комнаты. Не думая, она забралась на эти обломки. Села на камни, сверля глазами кроны Холодного леса. Сколько она так просидела? Да черт его знает. Отвлеклась только тогда, когда услышала шаги Фионы. — Она в порядке, Ленни, — Фиона несмело улыбнулась. — Будет жить. Правда, не совсем, как человек, — иеле остановилась рядом с руинами. — А как кто? Как нечисть? — Адалин облокотилась на согнутые колени. — Авгуры по своей сути ближе к ведьмам, чем к нечисти, — Фиона оперлась на одну из каменных глыб. — Я могу ее сейчас увидеть? — Она пока без сознания, — иеле отрицательно помотала головой. — Попозже. Пусть нечисть завершит обряд, — Адалин в ответ на это молча кивнула. — Посидеть с тобой? — мягко предложила Фиона через пару минут абсолютного молчания. — Нет, спасибо. Иеле тактично отступила, но далеко не ушла. Опасалась. Опасалась ее срыва, импульса, истерики, ярости. Но Адалин была похожа на окаменевшую статую, с безучастным видом рассматривая темноту горизонта. Такое ощущение, что она вообще ни о чем сейчас не думает. Просто сидит на руинах замка Дракулы. Вздохнув, она поднялась и стала спускаться с камней, чтобы вернуться в замок и узнать, что сказала Лорейн. Почему Ленни, кстати, сама ей не позвонила? Она не знала ответ на этот вопрос. Спрыгнув с булыжника, она угодила на накренившуюся тумбу, которая валялась в этих завалах. Раздался треск дерева, и ящики сдвинулись в сторону, а их содержимое высыпалось наружу. — Черт, — Адалин собралась перешагнуть это, но полураскрытый конверт привлек ее внимание. Она наклонилась, поднимая его с земли. На свет появилось несколько снимков. Всё внутри сжалось и с грохотом рухнуло вниз. Это были снимки с благотворительного вчера, которые Влад, оказывается, хранил в своей прикроватной тумбочке. На первом кадре: Влад, Адалин, Локид, Александра и Лео стоят около высокого столика. Ведьмак что-то эмоционально рассказывает, Лео и Влад, усмехаясь, попивают напитки, а Ленни и Алекс искренне смеются. На втором: Локид и Влад разговаривают неподалеку от барной стойки, Александра протягивает руку к мимо проходящему официанту с подносом, на котором громоздятся закуски, а Адалин наклоняет голову к Лео, но при этом они оба смотрят куда-то в сторону, как будто она что-то рассказывает или показывает другу. Третий кадр: это момент сразу после того, как Ленни и Влад отошли к столику, где она заявила, что на один вечер является любовью всей его жизни. Он наклоняется к ней, а она касается его плеча и тянется навстречу. И еще множество снимков. Ноги подкосились, и Адалин осела на землю, перебирая фото. Дышать стало нечем. Они так счастливы. Были так счастливы. Губы искривились и задрожали, а на ее лице стала отпечатываться ужасная гримаса боли. Она стала надвигаться, как цунами. Ленни отвела глаза в сторону и сквозь размытое от слез зрение увидела черную бархатную квадратную коробочку, которая тоже вылетела из тумбы. Нет. Нет. Пожалуйста, нет. Но рука уже потянулась к ней и открыла. Кольцо. Изящное. Немыслимо красивое. В свете луны сверкнул топаз в россыпи бриллиантов. …» — Сколько займет восстановление?! — Годы. Может, десятилетия…» Годы. Без него. Она начала задыхаться. Лео, Локид и Влад радостно улыбались с фотографии. …» — Лео мертв, Ленни…» Всё внутри застыло, а в следующую секунду разорвалось на части. Разлетелось на мелкие клочки, раздербанив ее на ошметки. Она закричала так яростно и пронзительно, что Фиона разрыдалась, услышав этот истошный душераздирающий звук. Полный агонии вопль, выворачивающий наизнанку. Пальцы выпустили снимки и футляр, вцепившись в камни. — За что?! — отчаянный крик, обращенный к черному небу. Ответа не было. Этот дикий рев ударил даже всегда невозмутимого Стефано, который оказался рядом и обхватил Ленни, прижав к своему плечу. Он смотрел на эти же фотографии. И на это кольцо. Он взял дрожащую девушку за запястье, когда ее пальцы вцепились в его рубашку. Посмотрел вниз. На ее руке часы от Bjerre. Музей Bjerre, который так восхищал Адалин, Лео и Алекс, откроется в Лондоне через пару недель. Приглашения на открытие несколько дней назад отправили родителям Алекс, Лео и Ленни. Это был подарок Цепеша их семьям. И они все должны были ехать на открытие. Все. Локид, Стефано и Фиона знали о предстоящей поездке, которая должна была стать сюрпризом для остальных. Знали, что Влад собирался куда-то увезти Адалин после открытия, чтобы… Стефано покосился на кольцо в перевернутой коробке. Но ничего этого не будет. Открытие музея Bjerre в Лондоне состоится без них. Не будет яхтенного круиза, который Адалин подарила Владу. Все планы… Все мечты и желания… Всё это теперь покоится под руинами замка Дракулы. — За что… — прохрипела Адалин, цепляясь за Стефано. Стефано промолчал. Рядом с ним села Фиона, привалившись к его плечу и сглатывая соленые дорожки. Стефано еще крепче обнял Адалин и сжал ладонь иеле. Вот и всё, что осталось. Неподвижные владыка и ведьмак в подземелье. Безжизненный Лео. Превращающаяся в авгура Александра. Превращающаяся в вампира Адалин. И Стефано с Фионой, которые в эту самую секунду просто не знали, что делать дальше.

***

Лондон. 09:11 — Мистер Баттенберг-л’Амори, — в кабинете Роберта появилась секретарь. — Приехала Лорейн и… — Я сама оповещу о своем визите, — Лорейн резко отодвинула девушку и стремительно вошла в кабинет. — Спасибо. — Мама? — Роберт недоуменно выгнул бровь, когда она бесцеремонно захлопнула дверь прямо перед носом секретаря. Несмотря на то, что Лорейн являлась мачехой Роберта, а не родной матерью, тот часто ее так называл. — Что случилось? — он отвлекся от работы, наблюдая, как она рывком сдергивает пробку с бутылки и наполняет полный стакан виски. — Роберт, сынок, — Лорейн влила в себя полный стакан виски, даже не поморщившись. Ее пальцы дрожали. Она нервно взъерошила пепельные короткие волосы, уложенные волнами. — Замок… Замок Цепеша. Одна из башен рухнула. — Адалин цела? — Роберт подорвался с места. — Да, — Лорейн кивнула, обернувшись. — Она цела, — на этих словах Роберт облегченно опустил плечи. — Так, ладно, — он сел обратно в кресло. — Ничего страшного. Влад, конечно, наверняка расстроен. Но главное, что все живы и целы. А замок — это просто здание, — Роберт взялся за телефон. — Я с ним свяжусь. Помогу, если надо, — Баттенберг-л’Амори, как владелец строительной и архитектурной империи, стал мыслить в деловом ключе. — Нет, Робб, — Лорейн забрала телефон из его рук. — Не все живы. И не все целы. Роберт поднял темные глаза на Лорейн. — Александра в тяжелом состоянии и осталась в Румынии, — негромко проговорила она. — Влад тоже. Адалин и Лео возвращаются в Англию. Точнее… — Лорейн запнулась. — Адалин везет его в Англию. Лео погиб, Роберт. «А твоя дочь превращается в вампира» Этого Лорейн ему не сказала. Роберт молчал. Скорбь и боль — потом. Сейчас надо как-то сообщить о смерти Лео его родителям. И организовать похороны. И как-то… Да, как-то все это пережить.

***

— Хорошо, что ты уцелела, милая. Хорошо, что ты уцелела, милая, — на повторе шептала София, гладя плечо Адалин. Мать Лео держалась за Ленни, неотрывно смотря на тело сына в гробу. Чарли — отец Лео — обвивал жену одной рукой, а вторая его рука лежала на другом плече девушки. Роберт, Беатрис и Лорейн стояли по другую сторону гроба. Здесь же была и Фиона, которая поехала вместе с Ленни. Стефано остался с Александрой в Румынии. Пасмурно. Прохладно. И немноголюдно. Только самые близкие. — Хорошо, что ты уцелела, — продолжала шептать София. Чарли кивнул в такт словам жены. А что еще им оставалось? Их единственный сын мертв. В их рухнувшем в одночасье мире осталась только эта девочка — Адалин Баттенберг-л’Амори. Девочка, которая росла вместе с их сыном. Девочка, которая училась вместе с их сыном — сначала в школе, потом в университете, а затем они стали вместе работать. Девочка, которая воспринималась их сыном не просто, как подруга, а как сестра. Девочка, которая была рядом с Лео всю жизнь. До самой гробовой доски. Родители не должны хоронить своих детей. Но Софии и Чарли пришлось. И теперь они держались за эту девочку, как за последнюю надежду в этом мире. Потому что у них осталась только эта девочка. …» — Эй, попугайчики-неразлучники, — София выглянула из дома. — Идите обедать. — Он в меня песком кинул! — пожаловалась маленькая Адалин, выскочив из песочницы. Следом за ней выпрыгнул такой же маленький Лео. — Потому что ты отобрала все его игрушки, Адалин, — Беатрис, улыбнувшись, облокотилась на ограждение веранды. — Своими играть надо! — возмутился Лео и напялил на голову Ленни розовое ведерко. — У-у-у, дурак! — она погрозила ему кулачком и кинулась на его спину. — Дети! Обедать! — громко повторила София. — Сколько можно вас звать! Все остынет! — А Ленни уже поела! — радостно воскликнул Лео. — Я ее песком накормил, — расхохотался мальчишка, убегая от подруги…» Прохладный ветер сорвал платок с головы Адалин. Чарли его поправил. »…— Опять драка? — укоризненно проговорил Чарли, опираясь на капот машины. — Лео, Адалин, ну сколько можно?! — отец Лео приехал за подростками, чтобы забрать из школы. — Этот козел-переросток обидел Ленни, — фыркнул Лео. — И обозвал непристойными словами. — А ты зачем полезла? — Чарли обратился к Адалин. — Аха, он будет на Лео со спины нападать, а я в стороне должна стоять? — возмутилась Ленни. — Поэтому ты ударила его стулом, а ты, Лео, глобусом? — Чарли приподнял бровь. — Что было под рукой, то и схватили, — хором ответили Лео и Ленни… » Ленни закрыла глаза. …» — Как же так, Ленни, — Лео аккуратно приблизился и обнял подругу, которая вцепилась в него, как в спасательный круг. — Девочка моя. Моя бедная девочка, — он заботливо погладил ее по волосам, и она устало прикрыла глаза. — Разберемся. Со всем разберемся. Отдохни сейчас. А я буду рядом, — Лео подтащил ее к дивану и усадил на него, бережно качая ее на руках…» И они всегда были рядом. Они, жуя пиццу, сверяли университетское расписание, чтобы понять, какие лекции и когда у них пересекаются. Она сидела на диете и крутила педали велотренажера, а он провоцирующе шуршал шоколадкой, лежа на диване. Он выбирал одежду в магазине, а она специально приносила ему не его размер, и это его то смешило, то бесило. Их родители были уверены, что однажды они поженятся. «Как-то странно жениться на собственной сестре», — недоумевал Лео. «Я не выйду замуж за парня, который видел меня в подгузниках», — крутила пальцем у виска Ленни. Со временем Беатрис, Роберт, София и Чарли поняли, что романтических чувств между Адалин и Лео действительно нет и не будет. Хотя один раз они все-таки поцеловались — будучи пьяными подростками на какой-то вечеринке. »…— Нет, фу, — Лео шустро отстранился, поморщившись. — Помидоры можно не только есть, Лео. На них еще можно тренироваться с поцелуями, — Адалин рьяно потерла губы. — Ты чего полез вообще? — Ты слишком грустная, а я слишком пьяный, — хохотнул Лео…» Больше таких инцидентов не было даже на пьяную голову. Они вросли корнями в отношения «друг-подруга» или, скорее, «брат-сестра». Не все было идеально и безоблачно: порой они могли грызться, как собаки. Или могли даже не общаться, занятые своими делами. Но их отношениям это не вредило, ведь, в конечном итоге, они бы пошли друг за другом на край света. …» — Потанцуешь со мной? — Ленни поднялась и ярко улыбнулась Лео, сидящему на мягком диване. — О, нет, — Лео открестился от подруги. — Ты же знаешь: я за тобой хоть на край света, но точно не на танцпол кружиться в танго…» Она должна его вернуть. Должна. Он не должен был погибнуть… Не так. Не сейчас. Адалин посмотрела прямо на Лорейн. Она умоляла свою бабушку помочь, но та ничем помочь не могла. Если и существовал способ вернуть Лео, то Лорейн о нем не знала. — Я тебя верну, Лео, — тихо-тихо шепнула Ленни, когда пришла ее очередь прощаться, и она склонилась над гробом. — Обязательно верну… Я не стану прощаться. Мы еще увидимся. Она отошла от гроба и приблизилась к Лорейн, отводя ее чуть в сторону. — Есть заклинание, которое сохранит его тело от… — Адалин запнулась. «От разложения». — Ленни, — зеленые глаза Лорейн сочувствующе и в то же время укоризненно сверкнули. — Нет, послушай, — Адалин заговорила бегло и тихо. — Мы живем в мире нечисти. Должен быть способ вернуть человека к жизни. Я верю, что тебе этот способ неизвестен, но можно что-то придумать. Найти. Или просто подождем, когда вернется Локид. Он много пожил и много знает, — слова срывались, и в них — надежда. — Надо просто сохранить тело Лео, пока мы не придумаем, как его вернуть. — Адалин, — Лорейн нахмурилась и горько вздохнула. Вот что она должна ей сказать? Что она должна сказать девушке, которая просто не может смириться с потерей? Не может и не хочет. — Так есть такое заклинание? — уточнила Ленни. — Адалин… — Есть или нет? — отчеканила Адалин, начиная раздражаться. — Да, есть, — Лорейн кивнула. — Сделай, пожалуйста, — попросила Ленни. — Адалин… — Сделай, пожалуйста, — с нажимом повторила Ленни. — Я не могу по-другому, Лорейн. Я знаю, что он мертв, но я не могу по-другому, — в ее глазах встали слезы. — Не могу… — Адалин, — Лорейн опустила глаза и нахмурилась. — Перчатки, Ленни. Надень перчатки. Девушка посмотрела вниз: по ее ладоням стали вновь расходиться черные вены, и она быстро надела перчатки, пряча руки. — Ты еще не пила кровь человека? — приглушенно спросила Лорейн. — Нет, — Адалин отрицательно мотнула головой. — Но ведь выпьешь? — ее бабушка вдруг забеспокоилась. — Я достану тебе пакет с донорской кровью из больницы. Не обязательно нападать и убивать кого-то. Ты ведь выпьешь, Ленни? Завершишь обращение? Ленни молчала, неотрывно смотря на Лорейн. — Пойми, я не желаю тебе участи вампира, но выбора нет — из двух зол выбирают меньшее. Мы все не можем сейчас потерять еще и тебя, — ведьма сжала локоть внучки. — Адалин, если ты этого не сделаешь… Если ты не завершишь обращение, ты умрешь. Ленни продолжала молчать. Посмотрела на опускающийся гроб и еле слышно произнесла: — Я уже мертва.

***

Румыния. Замок. — Как дела? — Стефано и Фиона, созвонившись вечером, одновременно задали этот вопрос друг другу. — Плохо, — и одновременно на него ответили. — Как Адалин? — Она исчезла, — напряженно ответила Фиона. — Сразу после похорон Лео. Мы с Лорейн ее ищем, но пока не можем найти. — Час от часу не легче, — Стефано тяжело вздохнул, опершись руками на стол. — Что она выбрала? Завершить обращение или умереть? — Мы не знаем, — иеле скрипнула зубами. — До похорон Лео она не пила кровь. А потом она… — Исчезла, — дополнил Стефано. — Александре лучше — она полноценный авгур, но есть загвоздка, — он почесал подбородок. — Обряд спас ей жизнь, но она прикована к Холодному лесу и не может его покинуть. Дать ей свободу перемещений может только… — Владыка, — теперь Фиона закончила предложение Стефано. — А он без сознания. Черт… Час от часу не легче, — она огорошенно повторила его слова. — Нам надо их вернуть, Стеф. Локида и Влада. И как можно быстрее. — В этом еще одна загвоздка, — Стефано и так был мрачен, но помрачнел еще сильнее. — Обычно они погружаются в этот сон, когда им надоедает жить. Это что-то вроде перезагрузки сознания. В этом случае экстренно вытащить их из этого состояния проще. — А сейчас они получили физические травмы, — медленно проговорила Фиона. — Да, — подтвердил Стефано. — Про Влада я вообще молчу: он часть своих сил отдал Локиду буквально накануне всего этого. Поэтому его регенерация идет гораздо медленнее, чем обычно, и… — Не говори мне про десятилетия их сна, — обрубила Фиона. — Мы не можем тут век сидеть и ждать их возвращения. — Дослушай меня, — перебил Стефано. — Я могу Владу капельницу из человеческой крови поставить и Локида подорожниками обложить, но без магии это все будет впустую. — Значит, нам нужна ведьма, — припечатала Фиона. — Причем с немалыми силами. Такие есть в Ордене, но никого из Ордена я сюда звать не стану, — продолжил Стефано. — В Ордене есть жирная крыса, желающая Владу смерти, и мы не знаем — кто это. Адалин может умоляющими слезами меня затопить, но я не стану рисковать жизнью Влада, — отчеканил Стефано. — Я подумал о ведьмаке Генри, к которому Влад возил «Елену», но он тоже ненадежен. Осознанно он обманул Влада или Елизавета и его обвела вокруг пальца — веры ему нет в любом случае. — А Лорейн? — вдумчиво предложила Фиона. — Бабушка Ленни — ведьма. И ей можно доверять. — Насколько она сильна и опытна? — резонно спросил Стефано. — Вот этого я не знаю, — вздохнула иеле. — Но я спрошу. Вот только… — она замолчала. — Говори, — потребовал Стефано. — Адалин не может смириться со смертью Лео и хочет найти способ его вернуть, — голос Фиона стал глуше. — Она просила Лорейн о помощи в этом. Но Лорейн не может разорваться на сто фронтов сразу. Если Лорейн все силы направит на помощь Владу и Локиду, то как быстро она их вернет? — Несколько лет, если у нее действительно много сил и достаточно опыта. «Если». Это не внушает оптимизма и уверенности. — Да ты с ума сошел! — оглушительно рявкнула Фиона. — Несколько лет?! — Это лучше, чем десятилетиями ждать, пока они сами оклемаются! — в тон ей парировал Стефано. — Как ты не поймешь, Фиона — всё плохо. Правда, плохо, — припечатал он. — Я не могу отсюда уехать и оставить все без присмотра. Лорейн, как ты правильно заметила, не может тратить силы на всё подряд — если ее внучка все-таки выпьет кровь, то мы получим новообращенного вампира, а с ними обычно немало возни и проблем из-за их инстинктов. Или нам запереть Адалин в камере до возвращения Влада? Можно. Но это полностью исключает ее адаптацию к вампирской ипостаси. В таком случае, когда Влад вернется и выпустит ее, а ее все равно придется выпустить — у нее снесет крышу, и он будет носиться с ней, следя, чтобы она полстраны не покромсала. Фиона молча чиркнула зажигалкой. — Пока он будет носиться с адаптацией Адалин, это будет его отвлекать от всего остального, — монотонно продолжал Стефано. — Ты понимаешь, что происходит? Некто отчаянно желает смерти Владу. И ресурсы у этого некто неслабые: у него в подчинении было 12 ведьм. Анна тоже жива и непонятно, где она находится и когда вернется. Они ведь тоже времени зря терять не станут, — он хлопнул ладонью по столу. — Адалин вот-вот станет новообращенным вампиром, которая схапала столько боли за один присест, что иной бы и не выжил. Ею будут двигать инстинкты и желание вернуть Лео, как ты сказала. Фиона затянулась сигаретой. — И что у нас есть? — риторически спросил Стефано. — Только одна ведьма, которой можно доверять. Причем непонятно, насколько она сильна и опытна. Есть авгур в лице Александры, которая могла бы помочь с предсказаниями, но она тоже новичок — она не умеет вызывать эти предсказания и не умеет их контролировать. Иеле, единственное оружие которой — смех. И я, который тут, как пес, сидит, — резко подвел черту Стефано. — А, и еще Орден, которому сейчас веры вообще нет! Фиона резко выдохнула. — Мы в дерьме, Стеф. — В полном, — согласился Стефано. — Что ты предлагаешь? — иеле снова чиркнула зажигалкой. — Предлагаю сосредоточиться на Адалин и Локиде, — Стефано опустился на стул, постучав пальцами по столу. — Приглядывать за Адалин и возвращать Локида. Его травмы легче. Вернем ведьмака — автоматически вернем Влада. Локид его вытащит. — Но несколько лет… — прошелестела Фиона. Для нечисти несколько лет — капля в море. Но в их ситуации это гигантский срок. — Может, все-таки годик? — с надеждой уточнила Фиона. — Херодик, — холодно съязвил Стефано. — Ты их травмы видела? Нормальные вампиры от деревянного кола в сердце вообще умирают. — Нормальные вампиры, — мрачно хмыкнула иеле. — Если Влад не выпишет мне премию по возвращении, я уволюсь, — она в третий раз чиркнула зажигалкой. — А знаешь, что еще… — Стефано вдруг замер. — Что? — голос иеле упал. Ну что еще-то, господи?! — Влад ведь уверен, что Адалин мертва, — медленно проговорил Стефано. — Представь его реакцию. Он ведь хотел человеческой жизни. С ней. А она вот-вот станет вампиром. — Это лучше, чем нежели она была бы мертва. А он… Шестьсот лет жил и еще шестьсот проживет, — усмехнулась Фиона. — Не переломится. — Так и быть, я не скажу ему, что ты так говорила за его спиной, — Стефано улыбнулся уголком губ. — Ищи Адалин. И позвони потом. — Хорошо. Пока, Стеф.

***

Лондон. Поздний вечер. — Может, с нами на такси поедешь? Эй? Густав? — темноволосый юноша окликнул светловолосого. — Да мне тут недалеко, — отмахнулся блондин. — Давай, до завтра. — Как хочешь. До завтра, — машина отъехала от бара, откуда и вышли трое молодых парней. Двое отправились на такси, а один — пешком. Юноша копался в смартфоне и не смотрел по сторонам. Спокойно брел по улицам среди редкой толпы прохожих. Стали зажигаться фонари. Защелкали замки дверей разных заведений: закрывались магазины и кондитерские, гасли витрины бутиков. — Знаете, Густав, всё-таки надо было ехать на такси, — плавный женский голос раздался справа. Юноша остановился и повернул голову к обладательнице этого голоса. Расплылся в улыбке, заметив привлекательность незнакомки. Темные волосы лежат мягкими волнами, янтарные глаза сверкают в приглушенном свете фонарей. Подтянутая, стройная. Очаровательные черты лица, полуусмешка, отдающая коварством и самоуверенностью. Настоящая красавица. — Мы знакомы? — Густав убрал смартфон, вспомнив, что она назвала его по имени. — Нет, — Адалин сложила руки на груди, оперевшись плечом на стену дома. — Я просто выпивала в том же баре, что и вы. — И я не заметил такую красавицу? Не может быть, — Густав усмехнулся, взъерошив волосы. — Вы были слишком заняты рассказом о своих «подвигах», — хмыкнула Адалин. — Подслушивали? — юноша нисколько не смутился. — Коротала время, — Ленни пожала плечом. — Торопиться мне некуда. Своего лучшего друга я сегодня похоронила. Мой любимый мужчина серьезно ранен, как и его близкий друг. Так что… — она незначительно повела бровью. — Оу, — Густав нахмурился. — Сочувствую, — он огляделся. — Может… Выпьем? Поделитесь со мной своей историей. Я хороший слушатель. — Можно, — согласилась Адалин. — Куда хотите пойти? — оживился юноша. — Можем вернуться в тот бар. Или пойти в другое место? На ваше усмотрение. — Вы ведь меня угостите? — в темных глазах девушки зажглась неминуемая тьма. — Конечно, — Густав активно закивал головой. — Чем вас угостить? Что вы предпочитаете? Адалин посерьезнела, зло прищурившись. — Кровь. Юноша не успел рассмеяться, как оказался в темном безлюдном переулке, который тянулся за ее спиной. Ее острые когти впились в шею, вдавливая его спиной в каменную стену. — Что ты делаешь?! — сдавленно выдавил парень, ошарашенно округлив глаза и таращась на девушку. Ее лицо перестало быть похожим на человеческое. Выступили черные вены, перекатываясь под кожей. — Ты… — в ужасе прохрипел Густав. — Помогите! — Тш-ш-ш, — она сильнее сдавила его шею. — Кто ты такая?! Ты не человек! Не человек! — парень забарахтался, попытавшись вырваться, но ее хватка оказалась стальной. — Помогите! Монстр! Ты монстр! — заорал Густав. — Это упрёк? — ласково спросила Ленни. — Или комплимент? Он не успел больше ничего сказать. Ее острые клыки яростно вцепились в шею, прорывая кожу, и кровь потоком хлынула в ее горло. Живительная, утоляющая жажду и гасящая въедливый огонь, который сковывал ее изнутри последние часы. «Ка-а-а-йф…», — сыто простонали черти. Ее черти. — Адалин! Ленни раскрыла черные глазницы и отшвырнула бессознательного парня. Тот мешком свалился на асфальт. — С ума сошла?! — рявкнула Лорейн, бросившись к ней. — Я сказала: не обязательно нападать! — Он показался мне вкусным, — Адалин равнодушно пожала плечом. — Горе, Адалин, не повод для нападений! Он же вспомнит это, когда очнется! — Лорейн кинулась к юноше, но вампирша опередила, дернув его за голову и свернув шею. — Не очнется, — злобно процедила Ленни. По ее венам носилась чужая кровь, перемешанная с агонией, яростью, ненавистью. Жажда крови, жажда убийства вырывались вперед, затмевая все остальные ощущения и мысли. — Ах ты дрянь! — разъярилась Лорейн, вскакивая на ноги. — Avi! — она вскинула руку, и Адалин отшвырнуло вглубь переулка. — Больно тебе?! Так я сделаю еще больнее! — Я вампир! — Ленни, обезумев, набросилась на Лорейн, но та отшвырнула ее назад магическим залпом. — Ты шавка клыкастая! — рявкнула Лорейн. — Безмозглый кровожадный щенок, — еще один магический пинок, и Ленни с рыком впечаталась в стену. От удара несколько кирпичей рухнули на асфальт. Ведьма схватила внучку за волосы, отрывая ее от земли, и оглушила еще одним магическим залпом. — Лорейн! Ленни! — в переулок забежала Фиона. — Это что? — оторопела иеле, вытаращившись на развернувшуюся картину. — Она убила человека, — Лорейн отряхнулась от пыли и поправила волосы. — И попыталась напасть на меня. Ничего, — она оглянулась на бессознательную Адалин. — Я ее научу родину любить. — Она выпила кровь? — выпалила Фиона. — Да, — Лорейн кивнула. — Она вампир. Иеле и ведьма послали друг другу едва заметные улыбки. Возни с новообращенной предстоит немало. Но это лучше, чем ее смерть. — Адаптируем ее к вампирской ипостаси до возвращения владыки? — Фиона улыбнулась более открыто. — Адаптируем, — Лорейн важно уперла руки в бока. — Время пошло, — она деловито бросила взгляд на наручные часы.