Право на выбор

Несмотря на все ценные проректорские указания, я умудрился немного заблудиться. Тест на превалирующие магические способности проходил не в академическом корпусе, а во внушительном и массивном основном учебном. Понаблюдав за отдельными бродящими туда-сюда студентами, я сделал неутешительные выводы, что опять же стал жертвой своего происхождения и отцовского каприза: у «обычных» адептов были магические метки, позволяющие ориентироваться в новой обстановке и расписании. Метить правящего дракона профессор Эзалон не стал, но и доступа к телепортационным и информационным академическим каналам не предоставил… Я выхватил взглядом из прочих молодого бледного и светловолосого, почти даже беловолосого вампира — это был первый увиденный мною здесь вампир, хотя точный возраст, конечно, по лицу дитя Нергала прочитать было нельзя — и наугад пошёл за ним. И не прогадал. Вместе с клыкастым блондином я просочился в просторную светлую аудиторию. Вампир покосился на меня, склонил голову, одновременно почтительно и с достоинством — некоторым звереобразным бы поучиться — и как-то молниеносно сел за деревянную парту во втором ряду. Парты располагались одна над другой, в пять рядов, полукругом. У меня занять место так же быстро и стремительно не получилось. Во-первых, шум и журчащая многоголосица разговоров моментально стихла и возобновилась лишь через пару мгновений, причём с утроенным энтузиазмом. Во-вторых, свободных мест оказалось не много — похоже, профессор Эзалон не соврал, когда сказал, что в этот раз число студентов максимально. Наверное, пара сотен с лишним, юношей больше, чем девушек — драконы, четверо — воздушный, земной и водные… люди… оборотни… эльфы… вампир, кажется, один, белобрысый… полукровки — последних тоже раз, два и обчёлся… И мы с Данарром. Данарр сидел в первом ряду с краю, у большого и солнечного арочного окна. Свет серебрил его волосы, на меня он даже не посмотрел, уставившись на парту, словно там было написано что-то интересное, например, подробная инструкция «как вести себя с бывшим другом, которого хочется выбросить из собственной жизни». Эта парта ощутимо отличалась от прочих — она была на одно существо, хотя там спокойно бы поместились двое или даже трое, выполнена из благородного темного дерева, существенно контрастировавшего с прочими светлыми, и окантована золоченой металлической рейкой по краю. Рядом стояла еще одна, пустая. Для меня? Что тут говорить. То ли ждали именно нас с Данарром, то ли такое богатство здесь на постоянной основе — нет, нет да и поступают правящие драконы. Но в связи с «лишением привилегий», пожалуй, лучше примоститься где-нибудь среди прочих существ, чего уж там. Пусть отец порадуется моему послушанию, то есть, конечно, он не узнает, но… Ладно, дело не в отце. Дело в Данарре. Сидеть рядом с ним… А я ведь впервые вижу его вот так — среди других существ. Почти год мы встречались наедине друг с другом — кажется, это было много-много лет назад. Наедине, так, что я почти мог считать его своим воображаемым драконом. Говорят, если драконята каким-то немыслимым образом теряют семью и не находят понимания в новой, у них такое бывает — воображают себе несуществующего дракона и дружат с ним, игнорируя реальную жизнь. Наверное, я какой-то неправильный дракон — и отец во многом прав в своем презрительном ко мне отношении. Мне сидеть тут, в отдалении от всех остальных существ, ощущая пристальные взгляды в затылок, было бы как-то некомфортно, хотя вообще-то это правильно и естественно, ведь мы — это…мы. А вот Данарр был естественен и расслаблен, настоящий правящий дракон. Сильный. Уверенный в своём превосходстве. Гордый. Как там сказал этот кроликофил — он драконистее тебя? — Господин Шадар, приветствую. Достопочтимый господин Мэгран, рад вас видеть присаживайтесь, — позади раздался густой и глубокий бас. Я обернулся и увидел мощного пожилого дракона, на удивление — с голым, как коленка, черепом и длинной белой бородой. Дракон смотрел на меня доброжелательно, почти с удовольствием, так отец разглядывал старые корабельные якоря — сокровища из своей коллекции… Дракон сделал приглашающий жест в сторону свободной роскошной парты. Я вздохнул и качнул головой: — Спасибо, вон там мне вас будет лучше слышно. Прошел на первое свободное место, которое увидел — в третьем ряду, между белобрысым вампиром и парнем-человеком. Наверное, стоило сесть рядом с другими драконами, но пусть будет, как будет. Парень торопливо отодвинулся, чуть не упав со своего стула, отодвинулись, кажется все в радиусе пары метров, склонили головы, а пожилой дракон задумчиво кашлянул вслед и наконец-то обратился ко всей аудитории: — Приветствую вас, одарённые дети Эёрана… Рад видеть столько новых лиц в старых стенах Академии драконов. Я являюсь ректором Академии, моё имя Дегон. Да, точно, так его и зовут, отец же мне говорил. Дракон, посвятивший свою жизнь Академии и её студентам, у него и сокровищница где-то поблизости расположена… Что ж, не все, не все драконы идут по родовому пути. Кто-то выбирает и свой собственный. Мысль была тревожащая, неприятная, сложная. И я не стал ее обдумывать, тем более, что ректор Дегон продолжал деловито и неторопливо объяснять важность грядущей процедуры для всей нашей дальнейшей судьбы, выражать надежду на усердие, прилежание и будущие достижения новоиспеченных студентов. Вероятно, эта речь была у него заготовлена давным-давно, отработана и выучена до последнего слова, потому что мне показалось, что гладкие, правильные слова расходятся со взглядом — цепким, оценивающим, пробегающим по внимающим лицам разношёрстной студенческой компании. Не так он и прост, этот пожилой, но, несомненно, сильный и мудрый, единовластный правитель магической академии… Тем временем в аудитории появилось новое лицо — человечка, магичка, на студентку она уже не тянула. У неё было приятное, умное, располагающее лицо и короткие волосы до плеч — редкость для женщины в нашем мире. Я снова задумался, как же просто устроены люди. Всё на лице написано — возраст, например. А приглядишься, так и всю жизнь рассказать можно. Если так подумать, им глобально не повезло. Не летают, живут мало, стареют быстро, слабое тело. — Рад представить вам леди Диньяну, преподавателя по стихийной магии. Она проведёт сегодня для вас тестирование. Я настоятельно рекомендую вам сейчас отбросить лишние суетливые и праздные мысли и сосредоточиться на своём будущем, на своём предназначении. Желаю вам удачи на тернистом, но, безусловно, невероятном и полном чудесных, удивительных открытий пути магического внутреннего и внешнего самосовершенствования и… Я честно постарался сосредоточиться на своём предназначении. Я дракон. Дракон древнего влиятельного правящего рода, я должен… я боевой маг, я должен быть в состоянии защищать свой род, свою семью, избранную и своих потомков… если они у меня когда-нибудь будут, конечно… Перед глазами возникло море. Огромное, отчего-то серо-стальное, с холодными высокими волнами, представилось так ясно, что я словно ощутил холодные брызги на животе и лапах. Море. Ветер. Полёт. Данарр… С негромким хлопком ректор Дегон телепортировался прочь из аудитории, а представленная им леди внимательно и строго оглядела нас всех по очереди и кивнула, вероятно, собственным мыслям. — Уважаемые студенты, убедительная просьба не прикасаться до моей команды к оку истины, что появятся сейчас перед вами, — у нее был поставленный голос, с легкостью и без малейшего напряжения охвативший всю немалую аудиторию. Леди Диньяна прищелкнула пальцами — на узких запястьях звякнули многочисленные металлические браслеты. Перед студентами стали один за другим появляться прозрачные стеклянные шары. — Тестирование определит ваши способности, явные и потенциальные, а кроме того, ваши истинные желания, возможно, скрытые даже от вас самих. Вы увидите результаты в виде рекомендаций с приписанными к ним процентами, на которые вам и надлежит ориентироваться. Если напротив какого-то из направлений будет стоять свыше семидесяти процентов, это направление обязательно к изучению. Свыше пятидесяти до семидесяти — рекомендовано. Показатель от тридцати до пятидесяти процентов говорит о возможности дополнительного изучения направления при вашем желании и по вашей инициативе. Ниже тридцати — забудьте об этом. Вам нужно будет прикоснуться к шару на счёт три… На счет три, я сказала! Ее голос, властный и жесткий, хлестнул, как кнут. Парнишка — человек, сидевший справа от меня и потянувшийся было к оку, резко прижал руку ко рту. Насколько я мог судить по легкому запаху подгоревшей плоти, нетерпеливый студент получил небольшой, но болезненный ожог. И, похоже, дело было не в шаре, а в суровой воспитательной методике леди. — Раз, два… Я снова попытался подумать о сражениях, о мощи драконов, с силой которых могут сравниться разве что некоторые архивампиры, о распаляющих звуках и эйфории битв… Но ничего не выходило. Я снова видел море, смеющегося Данарра в распахнутой на груди рубашке, пещеры и гроты, небо и солнце, облака… Зажмурился, пытаясь уйти от мирных и заманчивых картин, и подсознание, словно в насмешку, превратило облака в белых пушистых длинноухих кроликов. Бездновы звери, будь они прокляты, теперь еще будут сниться мне и в видениях являться! Кролики-облака так и скакали по небосклону, трогательно поджимая к себе короткие передние лапки, когда леди Диньяна произнесла «три», и моя рука сама собой коснулась гладкой поверхности артефакта. И я провалился в сверкающее, мерцающее ничто. Серебристые и радужные водные потоки, словно живые, такие податливые и мягкие, огибали моё тело, скручивались в узлы, узоры, косы, я смотрел на эти искажения пространства и… не хотел возвращаться. Здесь было так спокойно. Однако вернуться пришлось. Ничто выплюнуло меня обратно, и я целое мгновение бездумно созерцал несколько свежих глубоких борозд от когтей на гладкой деревянной поверхности парты, за которую я, видимо, уцепился в попытке удержаться на месте. И еще то, чего тут раньше однозначно не было: бумажный лист с проступающими на нём знаками. Результаты тестирования.

Альвир Мэгран Эёран Дракон

Я бегло просмотрел список направлений с процентами напротив и мрачно покосился на око — оно неожиданно легонько подпрыгнуло, словно мяч, и исчезло. Вовремя, а то желание запулить им в стену стало вдруг совершенно непреодолимым. …Неправильный, неправильный я дракон!