Never go back

— Скарлет, что нам теперь делать? — Тим посмотрел на девушку, потом перевел взгляд на Кристофа. — Эй, Крис, — девушка, опустившись на песок напротив барабанщиком, помахала рукой перед его лицом, — скажи что-нибудь, пожалуйста. Однако Шнайдер молчал, погрузившись в собственные мысли. Когда эта пара сказала, что он умер, барабанщик счел это за неудачную шутку. Но, увидев, с какой серьезностью и неохотой они этого говорили, он начал отрицать этот факт. Кристоф тогда начал обвинять Скарлет и Тима в том, что они все это подстроили, подговорили его друзей, чтобы те не обращали на него внимания. Правда, девушка не растерялась: она, на возмущение Кристофа отреагировала слишком спокойно и предложила, раз он им не верит, то пусть подойдет и попробует обнять Рихарда. Ничего не ответив на слова девушки, Кристоф вскочил со стула, на который его усадила эта парочка, и помчал в гостиную, где находилась вся группа. Осторожно подойдя к лид-гитаристу со спины, Шнайдер, глубоко вздохнув, положил руки на плечи свое любовника, но… Они прошли сквозь тело гитариста, будто тот был голограммой. Кристоф предпринял еще одну попытку прикоснуться к гитаристу, но и та провалилась с треском. Тогда Шнайдер осознал, что слова Тима оказались правдивыми. Потому что по-другому он не мог объяснить себе, почему он не может прикоснуться к Рихарду. Дум стоял за спиной лид-гитариста, не двигаясь, словно он был высечен из камня. К нему подошла Скарлет и, взяв барабанщика за руку, провела сквозь музыкантов, и вывела его на террасу. Дождавшись, когда Тим выйдет из дома, девушка повела Кристофа прочь от дома. Отойдя на небольшое расстояние от коттеджа, Скарлет отпустила руку Шнайдера, и тот, сделав еще несколько шагов, упал на колени. К нему тут же подскочил Тим и попытался поднять, однако барабанщик повис у него на руках как тряпичная кукла. Парню ничего не оставалось делать, как усадить Кристофа обратно на песок. Девушка пыталась вывести барабанщика из состояния оцепенения, но все попытки были тщетны: Дум невидящим взглядом смотрел куда-то вдаль, а с его уст изредка слетало короткое слово «умер». — Тим, я не знаю, что с ним делать! — Скарлет подняла взгляд на парня. Краем глаза она заметила, что к дому музыкантов подъехало четыре джипа, из которых вышли спасатели. — Чтоб их… Так. Ты сиди с ним здесь, а я пойду, послушаю, какую чушь эти идиоты будут нести в этот раз. — Поднявшись на ноги, девушка отряхнула колени от песка и направилась в сторону коттеджа. — Только быстрее возвращайся. — Крикнул парень вслед девушке и уселся на песок рядом с барабанщиком. — И что теперь делать с тобой… — повернувшись к барабанщику, тихо произнес Тим. — Что теперь со мной будет? — осевшим голосом спросил Шнайдер после затяжной паузы. Это было достаточно неожиданно, что Тим вздрогнул. — Честно, — парень начал рисовать на песке разные узоры, — я не знаю. Но тебе надо помочь. Но что-то надо делать. — Тим! — послышался крик девушки, и парень интуитивно посмотрел в сторону коттеджа, от которого стремглав неслась Скарлет. Тим заметил, что на террасе стоял один из спасателей, который что-то объяснял Рихарду, — быстро поднимай его! — Скар, что стряслось? — спросил парень, когда девушка подбежала к ним. — Они идут искать Шнайдера. И сердечный идет с тем коротышкой. — С трудом произнесла девушка, стараясь перевести дыхание, — это наш шанс. — Какой шанс? — удивленно переспросил Тим. — По пути объясню. Поднимай его и пошли за ними! — приказным тоном ответила Скарлет и, развернувшись, быстрым шагом направилась к дому. — Опять началось… — пробубнил себе под нос парень, поднимаясь с песка. Отряхнув джинсы, он хотел помочь подняться Шнайдеру, но тот, оттолкнув руки парня, встал сам и медленно пошел вслед за девушкой. Когда троица нагнала Рихарда и Пауля, они снизили темп, чтобы идти с гитаристами наравне. Шнайдер шел след в след за Цвеном на расстоянии вытянутой руки. Казалось бы, чего стоит, чуть ускорить шаг, подойти к нему и, обняв его, идти дальше? Но нет, теперь это было так же невозможно, как увидеть собственные уши. Между Кристофом и Рихардом образовалась пропасть, длинною в смерть. Ее может преодолеть только Рихард, но, как бы ни хотелось Кристофу, чтобы они были вновь вместе, на такую жертву он не готов. — Тим, ты помнишь про мои звонки? — не отрывая взгляд от Пауля, спросила Скарлет. — Которыми ты меня чуть в психушку не упекла? Конечно, помню. — Усмехнувшись, ответил Тим и, посмотрев на Шнайдера, он перевел удивленный взгляд на девушку, — ты думаешь, что стоит это сделать? — В принципе, это можно попробовать. Посмотрим на его реакцию. — Скарлет повернула голову в сторону парня, — если она окажется именно той, то это будет прекрасно! — радостно воскликнула девушка. — Это жестоко. — Тим вновь посмотрел на Шнайдера. Ему безумно жалко было барабанщика, и он прекрасно понимал, что сейчас чувствует Рихард, ведь ранее он был в точно такой же ситуации. — Ты думаешь, он сможет? — Если он любит Криса, то сможет… — Не называй меня Крисом, Кристофом. — Бесцветным голосом Шнайдер перебил речь Скарлет. — Я никогда не любил это имя. Оно слишком скучное, в нем нет ничего интересного. — Ладно, — буркнула под нос девушка, — Шнайдер, тебе придется немного разозлиться, когда придет время. — Зачем? — не отрывая взгляда от спины Рихарда, спросил барабанщик. — Не задавай лишних вопросов. Просто когда тебе станет больно — разозлись на него, — Скарлет указала пальцем на Пауля. — Но он же мой друг. Скарлет резко остановилась и, схватив Шнайдера за руку, потянула на себя, заставляя того тоже остановиться. Кристоф повернулся к девушке и встретился с взглядом, который был полон ярости и ненависти. — Ты умер из-за него! Черт возьми, ты понимаешь это? — закричала девушка, смотря в глаза барабанщика, — это он тебя разлучил с этим парнем! Это из-за него вы завязли по уши в дерьме! Только Кристоф ничего ей не ответил. Он до сих пор не мог понять, что вообще происходит. Единственное, что улеглось в голове барабанщика — он мертв. Как трудно не было бы признать сей факт, его очевидность была на лицо. — Просто, сделай то, что я попросила. — Тихо добавила девушка и, взяв Шнайдера за руку, пошла вслед за Тимом и гитаристами. Шнайдер и Скарлет догнали гитаристов, когда те уже добрались до леса, который им определили для поиска Кристофа. Когда до музыкантов оставалось сделать еще несколько шагов, Дум увидел, что Пауль любуется тем, как Рихард закуривает сигарету. В ту же секунду сердце барабанщика сковала нестерпимая боль, от которой он свалился на колени. — Твою мать! — закричала Скарлет, подбегая к барабанщику, — начинай злиться! Не тяни! Но барабанщик ее не слушал. Вспомнив, что в прошлый раз, когда у него был похожий приступ, Тим посоветовал ему задержать дыхание — в этот раз он сделал то же самое. С каждой секундой боль утихала, но все равно, что-то оставалось, что сильно кололо сердце. У барабанщика возникло такое ощущение, словно эта боль питалась кислородом, как и человек: воздух есть — человек может жить, нет — он умер. — Шнайдер! — закричал Пауль, от чего Кристоф интуитивно посмотрел на гитариста. — Черт, Пауль, ты меня до смерти напугал. — Выронив сигарету, Рихард испуганно схватился за сердце. Шнайдеру безумно хотелось обнять Круспе и успокоить его, но это было невозможно. — Прости, я не хотел… — Ладно, ничего страшного, не умер же. — Устало ответил Рихард. — Правда, ничего страшного! — усевшись на поваленное дерево, с иронией произнесла Скарлет. — Раз не умер, тогда решай, как будем его искать: разделимся или вместе? Шнайдер пристально наблюдал за Рихардом. Как тот, не скрывая волнения и страха, смотрел по сторонам, решая, куда им пойти, откуда начать поиски. Ему несказанно сильно хотелось встать и закричать: «Рихард, я тут, ты меня видишь?» Но он прекрасно понимал, что Рихард его никогда не увидит больше. — Давай разделимся, у нас так будет больше возможности его найти. — Посмотрев по сторонам, Круспе ступил на неширокую тропинку, которая вела вглубь леса. — Ты телефон с собой взял? — Да, взял. — Отлично, тогда через час встретимся здесь. — Рихард быстрым шагом пошел вперед, в надежде, что так он больше сможет осмотреть территории. Пауль же пошел по другой тропинке. — Так, Скар, ты иди за брюнетом, а я за Паулем. — Оставив указание девушке, Тим побежал вслед за Ландерсом. — Шнайдер. Ты должен разозлиться, когда тебе будет больно. — Девушка ступила на тропинку, по которой ушел Рихард, — иначе ты будешь мучиться целую вечность. — Сухо улыбнувшись, девушка побежала за Круспе. Шнайдер так и остался сидеть на сырой от дождя земле. Такого опустошения он никогда раньше не испытывал. Всего его мечты, желания, надежды погасли как та вспышка на море, которую он видел, когда ночью вышел на улицу. Барабанщик винил себя в том, что он зря вышел на тот странный шорох, который доносился с улицы. Ведь сейчас он мог бы спокойно сидеть на той небольшой террасе, в обнимку с Рихардом, и любоваться горизонтом. Но нет. Теперь этого никогда не случится и во всем вина… — Ландерс… — прошипел Шнайдер, поднимаясь с колен, — ты в этом виноват. До Кристофа дошло осознание того факта, что в его смерти виновен Пауль. Как ранее ему сказала Скарлет, что умирает тот, кто был влюблен в того, в кого влюбился третий. Хоть ритм-гитарист еще не осознавал своего чувства — оно уже сыграло решающую роль в этом спектакле. Шнайдер попытался понять, когда в Ландерсе стали теплиться нежные чувства в отношении лид-гитариста. Прошло около часа, однако Кристоф так и не смог вспомнить, что послужило поводом для Ландерса влюбиться в Круспе. От воспоминаний Шнайдера отвлек Рихард, вышедший на небольшую полянку, где они с Паулем разошлись по разным тропинкам. Кристофу показалось очень странным, что одежда лид-гитариста развевается на сильном ветру, когда ветки на деревьях не колыхались под сильными порывами. Спустя пару минут, на поляну выбежал Пауль, а за ним вышел и Тим. — Ладно, теперь пошли, надо убедить спасателей завтра продолжить. — Прокричал Ландерс, смотря на Рихарда. Его взгляд был наполнен сочувствием, но в то же время в нем было что-то нежное, на что можно было повесить ярлык «только для любовника». От этого взгляда в груди у Кристофа снова появилась боль, которая была во много раз сильнее, чем в прошлый раз. Держась рукой за грудь, Кристоф медленно пошел следом за гитаристами, которые торопились домой, чтобы сильная буря не застала их врасплох. — Не так быстро, Ландерс! — прошипев, Кристоф с ненавистью посмотрел на лид-гитариста и исчез на некоторое время из видимости Тима. — Скарлет! — закричал парень, увидев, как Шнайдер растворился в воздухе, — Скар, быстрее! Сюда! — Тим посмотрел на девушку, которая прогулочным шагом шла по тропинке. Она прекрасно понимала, зачем ее завет Тим. Внезапно, у Рихарда в кармане зазвонил телефон. Достав его, Круспе посмотрел на дисплей, на котором высвечивалось, что ему звонит Шнайдер. Цвен нажал на кнопку вызова. — Шнайдер! — закричал гитарист, — Шнайдер! Ответь, ты где? Крис, ответь, прошу тебя! — дрожащим голосом просил гитарист. Тиму стало невероятно жалко Рихарда. Но он ничем не мог ему помочь. Не в этот момент. — Шнай… — тихо произнес гитарист и, спустя мгновение, выронил трубку из руки. — А где Шнайдер? — спросила Скарлет, подходя к Тиму. Но, увидев телефон, лежащий на земле и затравленный взгляд Рихарда, она радостно обняла парня, — он смог это сделать! На поляне вновь появился Шнайдер, именно в том месте, где и исчез. Только сейчас он был без сознания. Отойдя от Тима, девушка подошла к барабанщику и села рядом с ним на колени. — Тим, давай, берем его и тащим домой. Я все на месте расскажу…