Смерть заставила нас встретиться вновь

Речь Посполитая приоткрыл глаза и перевернулся на бок, широко зевая, прикрыв ладонью рот. Его сонный взгляд зацепился за сидящего за столом недалеко от кровати Российскую Империю, который читал какую-то книгу при свете настольной лампы. Первая мысль, что посетила голову поляка, была: «у нас же нет этого в спальне», а уже потом он понял, что это и не их с русским спальня вовсе. Он подскочил, откидывая одеяло, которым был укрыт, и принимая сидячее положение. Постепенно дошло и осознание того, что они были в гостях Пруссии и Австрии, но домой так и не вернулись. Даже в город не сходили, как планировал изначально РП. А сейчас и поздно идти будет: за окном темно. — «Надеюсь, Ао не переживает. Я же предупреждал его о том, что мы отлучаемся на неопределённый срок…» — Посполитый вздохнул. Эта мысль его и успокаивала хоть немного в данный момент. Однако факт того, что Ао будет всё равно переживать, оставался фактом. Наверняка думает, что с поляком что-то сделали, и места себе найти не может. Гусар упал обратно на кровать и посмотрел на тёмный потолок, слегка освещённый светом от лампы. — Выспался? — спросил Россия и отвлёкся от страниц книги, переведя взор на крылатого. — Да, — ответил РП и повернул голову в его сторону. — Как так вышло? — Не знаю. — Русский пожал плечами. — Ты задремал, пока сидел на кухне, вдали от нашей с Пру и Авом компании. Мы, из-за того, что тебя долго не было слышно, зашли проверить и увидели, как ты лежишь на столе, положив голову на руки. Мне было жалко тебя будить, так что попросил Австрию остаться на ночь. Он совсем не возражал и выделил нам эту комнату, — вкратце рассказал он. — Ясно. — Крылатый слегка стушевался. Стало неловко от получившейся ситуации. — И это всё? А чем вы потом занимались? — Не то чтобы он думал о том, что ему планировали причинить боль или издеваться, пока есть такая возможность, нет. Он уже понял, что ни у кого из этой троицы не было злых помыслов, иначе он бы не лежал в кровати, заботливо накрытый мягким одеялом. Но что же они делали всё то время, что поляк умудрился проспать? Только говорили, допивая десятую чашку чая? Поляку было любопытно узнать ответ. — Ничем особенным. — Империя отложил книгу, которую до сих пор держал в руках, на стол и продолжил: — Пообщались, подобрали мне новую одежду, например. — Погоди, что? — РП приподнялся, садясь. — Какую? Россия качнул головой в сторону комода, стоящего у стены напротив кровати. Речь посмотрел туда и увидел аккуратно сложенную обновку. — Чёрные брюки, белая рубашка с расширенным по краям рукавом и галстук жабо, — перечислил царь. — Неплохо, — прокомментировал поляк. — Что ж, мне одной проблемой меньше. Не придётся самому тебе подбирать одежду. Ладно, что дальше? — Ничего такого. Просто Австрия, посмотрев на тебя, стал вспоминать о тех временах, когда у него тоже были крылья, — пожав плечами, сказал Империя, но Речи показалось, что тот что-то не договорил. Однако допрос устраивать не было ни желания, ни настроения, так что РП пожал плечами и ответил: — Хорошо. — Он отсел ближе к спинке широкой кровати и облокотился спиной о неё. — Как думаешь, Ао сильно волнуется? — Как минимум уже убивает меня в мыслях, — пожав плечами, ответил Россия и посмеялся. — Боюсь представить, что тогда будет «как максимум». — Посполитый улыбнулся, тоже находя это весьма забавным. Его маленький друг, даже будучи в ярости, никогда не выглядел устрашающе, вызывая лишь улыбку. — Сам боюсь, — весело ответил РИ, закидывая ногу на ногу и складывая на колене руки. — А если серьёзно, то твой маленький пушистый защитник на меня будет зол до конца времён, я полагаю. — Он скоро к тебе привыкнет. — РП слабо махнул рукой. — Ао не сможет вечно отвергать твоё присутствие в нашей небольшой семье. — Семье? — переспросил русский. Эта деталь из сказанного его привлекла. Неужто поляк хочет сказать, что полностью принял его? Да, он уже подтвердил утром этого дня, что считает Российскую Империю другом до тех пор, пока тот его не предаст, но у Империи закрадывались сомнения насчёт того, что всё отныне так гладко, как хотелось бы. РИ просто не мог поверить своему счастью. Он думал, что тёплые отношения между ними будут возникать намного дольше, и был готов терпеливо ждать и добиваться этого. — Ну… — Речь отвернул голову от царя. — Да, а что не так? Всех своих близких тоже считаю частью семьи. Например, Алекса, Ао и Кроу. Они со мной никак не связаны по крови, понятное дело, но… Ты понял. — Да, понял, — подтвердил Россия. — Так, значит, я тоже вхожу в этот круг? — Он встал и подошёл к кровати, присаживаясь на её край. — Почему бы и нет. — Он пожал плечами и замолчал на некоторое время, раздумывая о правильности своих слов и мыслей. На это много времени у него не ушло, так как по итогу он решил плыть по течению, оставив всё как есть, а былое — позади. Гусар повернул голову к императору, который смотрел на него в ожидании чего-то, и спросил: — Правда ведь? — Безусловно, — мягко улыбнувшись, ответил РИ. — Я очень рад этому. Честно. — Он положил руки на грудь. — Ну, а теперь могу я кое-что спросить? — Из головы императора целый день не уходил один интересный вопрос, который он всё хотел задать крылатому, однако возможность выдалась только сейчас, под конец дня. Речь Посполитая кивнул в ответ, и РИ продолжил: — Почему ты не сказал правду насчёт того, из-за чего оказался укушен тем пауком? — Ах, ты об этом. Просто не хотел, чтобы твои друзья узнали, как сильно ты облажался. — Поляк сложил руки на груди и ухмыльнулся. — Вот оно как, — посмеялся Империя. — Весьма занимательно. Спасибо в таком случае. — Он лёг на кровать, положив руки под голову, и посмотрел в потолок, вспоминая о том, как хотел рассказать Пруссии с Австрией правдивую версию событий, пока гусар спит. Однако он не стал этого делать, решив, что сначала должен узнать о мотивах Речи. И это оказался правильный выбор. — Да не за что. Ты будешь спать? — поинтересовался он. — Да, пора бы ложиться. А ты, я так понимаю, выспался. — Верно. — Крылатый тоже лёг и накрыл их обоих одеялом. — Но могу полежать рядом и попытаться снова заснуть. Нам лучше бы рано утром уже быть на ногах и поскорее сходить в город, после чего отправиться домой. — Хорошо, без проблем. Спокойной ночи, — пожелал Россия и закрыл глаза, переворачиваясь набок, чтобы было удобнее. — Спокойной ночи, — в ответ сказал ему Речь. Лампа, что стояла на столе, так и осталась включенной, даря комнате свет. Выключать же её поляк не спешил, пожелав оставить пока что на случай, если заснуть он всё-таки не сможет. Тогда встать и уйти из комнаты ему удастся без приключений: ни обо что не споткнувшись и ни во что не врезавшись. Да, он сказал, что попробует снова уснуть, но был полностью уверен в том, что сделать это не выйдет. Спать не хотелось ни капли, и ждать, пока царство Морфея его пригласит к себе, придётся достаточно долго. Пролежав некоторое время, польская страна вздохнул и глянул на Империю, наблюдая за его спокойным дыханием и расслабленным лицом. Вроде как, тот спал, так что РП решил, что если и вставать, то аккуратно, дабы не потревожить чужой сон. Он убрал с себя одеяло и приподнялся, подвигаясь к краю постели и ставя ноги на пол. Обернувшись и убедившись, что РИ он не помешал, Речь встал и направился к выходу из комнаты. Когда он приоткрыл дверь и выглянул в коридор, заметил, что там не полностью темно. Какой-то источник света с первого этажа горел, что было заметно. Посполитый прикрыл дверь за собой и направился туда, тихо ступая по полу. Оказалось, что горела лампа в прихожей. Только вот для чего это было сделано — он пока не понимал. Гусар осмотрелся и зашёл в гостиную, увидев, что на кухне тоже включено освещение. Он предположил, что там кто-то есть, и захотел проверить. Честно сказать, было бы неплохо, если бы это было так, потому что у него сейчас была дикая жажда, а трогать ничего в этом доме без ведома хозяев, он не желал. Заглянув на кухню, РП увидел Австрийскую Империю, который сидел за столом спиной ко входу, из-за чего пока не знал о присутствии поляка, и что-то пил. — Привет. — Ничего лучше этого он придумать не мог для начала разговора, зато австриец понял, что он здесь. АИ явно не ждал, что его кто-то решит навестить поздним вечером, потому испугался, что было заметно по его лёгкому вздрогу. Он развернулся к гусару и легонько улыбнулся. — Проснулся, — сказал он. — Присаживайся. Незачем в проходе стоять. — Он жестом руки пригласил Речь сесть на один из стульев, который, к слову, был ближе всех к Империи. — Спасибо, — поблагодарил его РП и прошёл на кухню. Он разместился на предложенном ему месте и только сейчас увидел, что перед АИ находятся бумага с пером и чернила. Они были немного отодвинуты от него, так как сейчас Австрия только пил, предположительно, чай. На бумаге же красивым и аккуратным почерком была написана пока всего одна строчка. — Россия лёг спать, а мне больше не спится, — сказал он. — Понимаю. У самого сон ни в одном глазу, — признался Ав. — Не хочешь ли чаю? — Не откажусь. Австрия кивнул и поднялся, подходя к столешнице, где находился заварник со свежим чаем, который АИ приготовил только недавно. — Выглядишь чем-то обеспокоенным, — подметил он, пока заливал чай в чашку для поляка. — Что-то произошло? Или ты никак не можешь привыкнуть к моей компании? — Не в тебе дело, правда. Просто… Об Ао беспокоюсь. — М? А кто это? — Он размешал сахар и вынул из чашки ложечку, после чего поставил готовый напиток перед крылатым. — Спасибо, — выразил он свою благодарность и сделал первый глоток. Горячий чай приятно согревал, несмотря на то, что в доме и так было тепло, благодаря чему РП не мёрз. — Ао это бельчонок. Он мой друг ещё с тех времён, когда я только очутился здесь, — начал объяснять Речь. Австрия вернулся на место и стал внимательно его слушать. — Улетая из дома, сказал ему, что меня не будет неопределённое время, но мне кажется, что задержаться на целый день тут — это достаточно долго для того, чтобы он начал переживать. — Интересно получается: взаимное переживание. Он боится за тебя, а ты за него, потому что он может бояться за тебя. — Австрия подпёр голову рукой. Посполитый усмехнулся. — И правда. Что ж, мне остаётся надеяться на то, что он всё поймёт. — Должен. Если знает о вашей с Россией связи, то должен знать и о том, что он не сможет тебе навредить, иначе самому себе сделает хуже. — АИ пожал плечами. — По крайней мере, это должно быть логично. Может быть, догадается. — Может, — кивнув, сказал гусар. — А ты много знаешь об этих связях, да? — Интересовался как-то раз. Потому что эта тема действительно необычна. В нашем мире-то такого не было. — Он отпил немного чая. — Кстати, могу полюбопытствовать? — Конечно. — Как вы с РИ так быстро пришли к примирению? — С самого начала он мне «по-дружески» напомнил об угнетении его народа моим и попытках захвата власти. Так что оба хороши оказались. А также мне пришлось смириться с тем, что он отныне со мной, потому что в ином случае я испытывал ужасную боль. — Но это только в первый день, так? — А тебе нужны все подробности из нашего совместного житья? — РП вскинул бровь. — Желательно. — Австрия подался вперёд, к польскому государству, поставив локти на стол и положив подбородок на сплетённые пальцы, и хитро улыбнулся. — Ну нет уж, — отказался Речь, слегка отстранившись. Империя разочарованно вздохнул и сказал: — Ладно. Раз уж так не хочешь говорить. — Он развёл руки и пожал плечами. — А выпытывать из тебя всё равно не буду. Главное, что вы вместе хорошо уживаетесь. — Могу теперь я задать вопрос? — поинтересовался поляк. — Ну конечно. Почему нет? — Кому ты пишешь письмо? — РП мельком глянул на бумагу, этим действием также показав австрийцу, о чём он. — Это для СРИ. Он живёт достаточно далеко отсюда, так что общаемся почтой. По большей части. — Он посмотрел на своё ещё только начатое письмо и придвинул его ближе. — Думаю, о чём бы ему написать. Мыслей много, но при этом в голове пусто. — А ты только начни с чего-то, и дальше само пойдёт. Попробуй. — Уже думал об этом… — Он на пару секунд затих. — Ладно, — сказал Ав решительно, — ты прав. Нечего долго мяться. — Австрия взял в руку перо и, обмакнув его в чернила, начал писать. Речь же молча пил чай и наблюдал за тем, как тот выводил слова на бумаге. Австрия писал, делая небольшие перерывы, дабы поразмыслить над следующими словами, и не отвлекался ни на что. Через недолгое время Посполитый перевёл своё внимание на окно, которое находилось справа от него. Ему было непривычно то, что оно не зашторено в ночное время. Он старался закрывать окна, как только темнело, ведь не любил, когда внутрь смотрят. Когда смотрят на него. Но сейчас поляк находился в чужом доме, так что не пытался что-то сделать с окнами. — Пожалуй, пока всё. Потом допишу, когда вспомню, что ещё можно рассказать, — раздалось со стороны Империи довольно неожиданно. РП думал, что у того уйдёт больше времени. Хотя бы немного больше. — Знаешь… Ты такой добрый и весёлый, — высказал мысли вслух гусар. — Я всегда был таким. Ну или почти. — Австрия слегка удивился резкой смене темы. — Пруссия подтвердит. Просто с тобой и с остальными я держал лицо. Сейчас в этом нет надобности. — Он сложил руки в замок на столе и пожал плечами. — Не всё время же быть камнем. РП кивнул и хотел что-то сказать, но увидел, как к ним зашёл Пруссия, и закрыл рот обратно, уставившись на него. Заметив его реакцию, АИ обернулся и замер. — Кому-то не спится, я погляжу, — сказал прусс, вскинув одну бровь. Судя по тому, что смотрел он на Австрию, адресовано это было именно ему. — Вспомнишь солнце, вот и лучик? У нас тут милая беседа, не мешай. — Австрия нахмурился и помахал рукой, прогоняя Пру. — Могу подключиться? — На его лице появилась ухмылка. Он сложил руки на груди и опёрся о дверной косяк плечом. — Не можешь. — АИ встал и, взяв бумагу, вручил её немцу. — Иди лучше черкани что-нибудь и от себя. А мне с Речью не мешай, понял? — Жестоко, — прокомментировал поведение брата Королевство и сделал вид, будто обиделся, хотя АИ знал, что это не так. — Как есть, — сказал австриец и развернул прусса, выталкивая его с кухни. — Всё, давай, вперёд. — Ладно-ладно, хватит, ухожу. Долго не засиживайтесь, а то не выспитесь. — Он фыркнул и правда удалился отсюда, скорее всего, возвращаясь в спальню. Империя облегчённо выдохнул и вернулся к РП, снова переводя на него всё своё внимание. — Итак, продолжим нашу беседу? - Его настроение быстро сменилось обратно на весёлое. - Раз нам двоим не спится, то можем провести время вместе. — Он чуть подвинул стул к углу стола, чтобы быть ближе к крылатому, и сел. — Я не против, — ответил тот, ещё не до конца отойдя от увиденной сцены. Речь точно не понял, какие отношения между Австрией и Пруссией, зато знал, что на то, чтобы узнать ответ, у него предостаточно времени.