Смерть заставила нас встретиться вновь

Через день Россия проявил желание снова заявиться к Пруссии с Австрией. Он сразу дал знать об этом Речи Посполитой как только тот проснулся. — Повтори ещё раз, — попросил поляк, приподнимаясь на локте, а второй рукой потирая глаза. — Полетели к Пруссии с Австрией, говорю, — повторил русский, присев на край кровати рядом с Речью. Он снова проснулся раньше того, потому успел приготовить завтрак для них и лишь дожидался поляка, который наконец-то проснулся, однако ещё не полностью. — А, ладно, давай, — сказал РП и широко зевнул, заваливаясь на кровать обратно и отворачиваясь от царя. — Сейчас, ещё немного полежу и встану. — Нет, ты встанешь сейчас и пойдёшь поешь, — возразил ему Империя и, взявшись за плечо гусара, перевернул его обратно на спину. Посполитый недовольно замычал, положив руку на лицо, пряча глаза в изгибе локтя. Он сегодня не выспался, и виной тому был как раз тот, кто пытается ему помешать сейчас доспать лишние минуты. В голове поляка всплыл вчерашний поздний вечер, когда они вдвоём легли спать. Через несколько минут после этого РИ притянул за талию Посполитого и прижал к себе спиной, точнее, крыльями, в перья которых потом уткнулся носом. РП тогда так и не понял, во сне РИ сделал это или наяву, но тревожить его и менять положение не стал, однако и заснуть долго потом не мог, ведь сон ему умело отогнали парой простых действий. От воспоминаний поляка отвлекла чужая рука, которая легла на его живот. Он дрогнул, почувствовав это и то, как его огладили. Речь убрал руку от лица и посмотрел на то, что делает РИ, но прежде чем он успел задать вопрос, тот сам заговорил: — Тебя бы откормить, — проговорил он задумчиво, будто самому себе. — Зачем? — задал вопрос Речь, вскинув бровь. — Хочу, — ответил Россия, так и не указав нормальную причину. Он перевёл взгляд на крылатого и легко улыбнулся. Тот вздохнул и не стал спорить, не увидев в этом смысла. Сонливость немного отошла, и можно было вставать. — Пойдём завтракать, — сказал РП, принимая сидячее положение. Империя убрал с него свою руку и шире заулыбался, что было больше похоже на ухмылку. — Пошли, — он кивнул и встал с кровати, позволяя сделать то же самое поляку. Речь Посполитая поднялся и потянулся. Прежде чем покидать спальню он решил переодеться, однако стоило поляку взяться за свой хитон, как руки России легли на его собственные, останавливая. — Что-то не так? — поинтересовался Речь, повернув голову к русскому. — Надень-ка свою прежнюю одежду, — попросил Империя, продолжая мило улыбаться. — Есть какая-нибудь особая причина для этого? — Она тебе идёт. Да и для разнообразия почему бы не надеть её? — Россия склонил голову набок и медленно убрал руки от РП, занявшись тем, что достал другую одежду поляка. — Ладно, если ты так хочешь. Мне не сложно, — достаточно быстро смирился Речь, ведь ничего такого в этом правда не было. Он забрал рубашку с брюками у РИ и начал переодеваться. — Любишь смотреть на меня в этих вещах? — решил пошутить он. — Да, — ответил русский, но было непонятно, в шутку это или нет. Посполитый замер, посмотрев на него, а Империя смотрел в ответ, прямо в глаза. И тогда поляк понял, что нет, не пошутил Россия. Но ведь в этом и не было ничего такого, не так ли? России просто нравится, как выглядит Речь в его старой одежде, а сам Речь Посполитая недавно признал, что русский привлекателен. В этом нет ничего большего, никакого подтекста. Но почему тогда РП до сих пор стоит столбом, смотря на царя и продолжая думать о его ответе на вопрос? — Всё в порядке? — решил поинтересоваться русский, выводя этим поляка из мыслей. — А, да, — очнулся он, — нормально. — РП продолжил переодеваться быстрее, чтобы не стоять полуголым перед РИ. Теперь, когда сон полностью ушёл, что пусть было и не надолго, он смог нормально обдумать предложение Империи навестить Австрию и Пруссию. Это было шансом снова встретиться с АИ и поговорить насчёт намечающегося путешествия, причём без лишних подозрений и расспросов о том, у кого Посполитый снова попадал. Правда, наверное, стоит в ближайшее время сказать Российской Империи, что они с австрийцем подружились, но будет это немного позже, так как для русского они виделись пока только один раз, за который укрепить дружбу можно было не успеть. После хорошего завтрака, в течение которого РП успел понять, что в намерениях откормить его Россия полностью серьёзен, и после приведения себя в порядок, русский с поляком отправились в город. Перед этим они, конечно же, предупредили Ао, который в этот раз не пожелал оставаться один, из-за чего они взяли его с собой и по дороге оставили у Алекса. Каков же был сюрприз для обеих стран, когда они постучались в дверь прусса и австрийца, но открыли им не они, а Германская Империя с Австро-Венгрией. Но то, что у двери оказались они, ещё и так быстро, объяснилось тем, что двое собирались уже уходить. — Ну, привет, — первым поздоровался с ними РИ, еле приподняв уголки губ, однако взгляд его был холоден. Услышав его голос, АВ еле заметно дрогнул, явно не ожидая такой встречи, и отвернул голову немного в сторону, несмотря на то, что и так не видел сейчас русского из-за повязок, как и тот не видел взгляда венгра. — Доброе утро, — вежливо поздоровался Германия в ответ, не отводя взгляда и смело смотря в ответ. — Какая неожиданная встреча, не так ли? — решил продолжить бессмысленный диалог он. Речь Посполитая вздохнул, не особо желая встревать в это. Он к ГИ с Австро-Венгрией был безразличен, а потому просто пожелал войти уже в дом и встретить своего нового друга в лице Австрийской Империи, с которым он спокойно может попить чай и обговорить волнующие темы. К слову, АИ объявился быстро. Почти сразу. Как, в общем-то, и Пруссия. — Только не надо тут молнии друг в друга метать, — попросил прусс, обращаясь к сыну и к России. — Просто тихо разойдитесь уже. — Проходи, — сказал Речь венгру, отступив немного в сторону, чтобы пропустить. Благо тот понял, что обращались к нему. Только вот не понял, кто, и вообще, он подумал сначала, что Российская Империя пришёл один. АВ протянул руки вперёд, надеясь наткнуться на новую личность, а заодно понять, где он, дабы не врезаться. Стало бы немного неловко от этого. Посполитый понял чужие намерения и потянулся своими руками в ответ. Австриец, ориентируясь по его рукам, добрался до лица и стал аккуратно трогать его, изучая, а после этого улыбнулся. — Благодарю… — он затих, не зная, как обратиться к нему. — Речь Посполитая, — назвал своё имя поляк. — Да, Речь Посполитая. Спасибо. — Поблагодарив его ещё раз, он неуверенно ступил вперёд, боясь споткнуться. Речь поддержал его и помог спуститься по ступенькам безопасно, пока за этим всем наблюдали притихшие полностью Германия с Россией, а также Пруссия с Австрией. — Извиняюсь за вопрос, но… — начал поляк. — У меня есть глаза, и я всё прекрасно вижу, — начал отвечать АВ, сразу поняв, о чём его хотят спросить. — Просто из-за их чувствительности, приходится прятать. — Понятно. Что ж, до свидания, я полагаю? — До встречи, — мило улыбаясь, ответил Австро-Венгрия и по интуиции, а также опираясь на память, оглянулся к Германской Империи. Тот всё понял без слов и быстро спустился к нему. — Пока! — АВ махнул всем рукой, попрощавшись. ГИ кивнул вместо слов, и они вместе ушли со двора, после чего РП вернулся к двери в дом. — Это было очень мило с твоей стороны, — отозвался Австрийская Империя, утягивая поляка внутрь. — Согласен, — поддержал его Россия, проходя следом и закрывая за собой дверь. Эмоций он сейчас никаких не выражал, поддерживая нейтральное выражение лица. — А теперь нам с Речью надо поговорить, а вы пока вдвоём побудьте, — заговорил быстро АИ, утаскивая за собой Посполитого к лестнице. — О чём это вы наедине поговорить хотите? — спросил Пруссия, которому это не очень понравилось, как и русскому, судя по его лицу. — Вас это точно никак не касается, — бросил Ав напоследок и убежал с гусаром на второй этаж. — Мне кажется, они так просто это не оставят, — полушёпотом сказал ему РП, когда они подходили к одной из спален. Комната точно была не той, в которой ночевали РИ с РП, так что поляк не мог пока понять, принадлежит она самому австрийцу или очередная гостевая. На лестнице послышались торопливые шаги, а австриец с поляком в этот момент быстро скрылись за дверью. Империя тихо прикрыл её и запер, чтобы к ним не смогли ворваться, хотя он был не уверен в том, что обычная дверь остановит тех двоих, если они захотят пройти. Речи затея прятаться совсем не нравилась, потому как они этим только разозлили Пруссию с Россией, что делать нежелательно. И если о России поляк не слишком волновался, то прусс выглядел так, будто готов убить и его, и Австрию. Ну или же крылатый преувеличивал, ведь Пруссия в принципе никогда не выглядел особо доброжелательно. Речь даже не знал, а улыбается ли тот вообще? — Не беспокойся ты так, — сказал АИ, заметив волнение второго. — Пруссия не враждебный, просто очень ревнивый. Ничего он тебе не сделает, — австриец махнул рукой, и в этот момент послышался стук в их дверь. — А вот сделает ли мне — не знаю, — он нервно усмехнулся и посмотрел на вход. — Ревнует? Могу ещё раз поинтересоваться насчёт ваших отношений? — Не уверен. — Если хотите поговорить, то говорите в нашем присутствии, — послышался голос прусса с той стороны. — Или у вас двоих какие-то секреты от нас? — Пруссия-то попал в точку, только вот подтверждать его догадку сейчас нельзя, чтобы хуже не сделать. Возможно, Австрии следовало ему рассказать о визите РП и о том, что за разговор у них был, в тот же день, но Империя посчитал это слишком личным, тем, что Речь доверил только ему и не хотел бы, чтобы кто-то ещё знал. Тем более Пруссия. — Речь, — позвал нежно РИ, лучше прусса зная, как нужно вести себя сейчас, — не хочешь выйти? Вы можете спокойно поговорить и в нашем присутствии, иначе мы подумаем, что вы пытаетесь от нас что-то скрыть. — Уходите уже, вы, два собственника. Дайте спокойно пожить, — огрызнулся Австрийская Империя. Ручка двери дёрнулась, но не опустилась до конца из-за замка, а после послышалось раздражённое ворчание и удаляющиеся шаги, но ушёл только один из них. — Как дети малые, — вздохнул Ав, приложив руку ко лбу. — Что ты мне хотел сказать? — шёпотом спросил поляк, приблизившись к Империи. — Насчёт России снова хотел поговорить, а ещё про письмо Священной Римской Империи, — также шёпотом ответил Ав. — И если о втором можно поговорить и при них, то о первом — никак. — Тогда почему бы не отложить разговор о России? — Потому что мне жуть, как интересно, произошли ли изменения за то время, что мы не виделись, — пояснил АИ, сверкающими глазами смотря на крылатого. — Ничего не случилось, — сказал он, а потом, слегка смутившись и отведя взглял, добавил: — почти. — Почти? — переспросил Австрия, ухмыляясь. — Это делал не я, а РИ, но тебе же интересно сейчас не это. — Ладно, времени нет, просто скажи, что чувствуешь рядом с ним или чувствовал в те моменты, — начал тараторить Австрия, услышав снова шаги. Кто-то из тех двоих уже возвращался. — Тепло, спокойствие, волнение, смущение, — вспоминал РП, также начиная паниковать, ведь неизвестно, зачем кто-то из стран за той дверью уходил, и что собирается делать сейчас. — Ну? Разве это ничего не значит? — спросил АИ, подходя к двери с намерением открыть её. Он убрал замок и приготовился опускать ручку. — Я уже не знаю, — опустив голову, ответил РП. Всё прозвучало так, будто ответ очевиден, и Россия ему может быть не безразличен, но он всё ещё продолжал сомневаться. И ещё сильнее он ставил под сомнение чувства русского, даже несмотря на то, что Австрия в прошлый раз дал понять, что сомневаться в нём не стоит и лучше вместо мыслей о нём, подумать о самом себе. Дверь распахнулась, и перед Австрией предстала картина Пруссии с ножом в руке. — Прошу прощения? — АИ вскинул бровь. — Что ж, вижу вскрывать уже не надо, — сказал спокойным тоном прусс и опустил нож. Посполитый подошёл ближе и встал рядом с австрийцем, положив руки на его плечо и выглядывая в дверной проём. Когда он заметил в руках Пру нож, то сильно понадеялся на то, что он его не решит использовать для чего-то другого, раз для двери он уже не пригодился. — Пойдёмте лучше на кухню, — легонько улыбнувшись, сказал РИ и протянул руку поляку. Тот, не раздумывая, вложил свою руку в его, и его вмиг схватили, потянув на себя и вытаскивая из комнаты. Речь запнулся и упал вперёд, чем воспользовался русский, обняв его, и так крепко, будто не собирался теперь никогда отпускать, держа при себе. — Действительно, собственник, — прокомментировал это Австрия, успев сделать такой вывод ещё в прошлый их визит. Сейчас же он сказал это специально для того, чтобы его услышал крылатый. — Отпусти, — попросил Речь Россию. — Да, сейчас, — ответил тот, но, несмотря на это, продолжал держать поляка, прижимая поближе. Он улыбался, смотря на него, но РП всё равно видел и чувствовал, что тот раздражён. Поляк вздохнул и отвернул голову от него. Взгляд теперь зацепился за счастливого Австрию и заметно успокоившегося Пруссию, который довольно-таки резко остыл. Припомнив слова австрийца о том, что прусс просто очень ревнив, он быстро понял, что тот таким спокойным стал после того, как Речь оказался в руках Российской Империи. — Ладно, теперь пойдём на кухню, я приготовлю всем чаю, — воодушевлённо сказал АИ, осторожно забирая нож у Пруссии. Когда все четверо уже сидели на кухне с чашками горячего зелёного чая, снова поднялась тема того, что Ав хотел о чём-то поговорить с Посполитым и для этого они убежали в другую комнату. РП с АИ переглянулись, и Австрия начал рассказывать, стараясь не выдать деталей: — В общем, — протянул он, потерев шею рукой, — насчёт Священной Римской Империи. Я ему отослал письмо с просьбой в тот же день и думаю, ответ должен прийти завтра. — Хорошо, — кивнул Речь, делая затем глоток чая. — О чём это вы? — поинтересовался прусс. — Вы всё про то письмо, которое ты, Ав, писал ночью, пока они, — он кивком указал на сидящих напротив, — у нас гостили? — Ну, нет, не о нём. Второе письмо, — ответил Империя, после посмотрев на Посполитого, взглядом прося у него помощи, потому что сам он не знал, что можно говорить, а что — нет. — Россия, — обратился поляк к русскому, потому что в первую очередь придётся объяснять всё ему. Тот посмотрел на него в ответ, подпирая голову рукой и показывая, что слушает. — Позавчера я ещё заходил поговорить с Австрией. И то письмо, о котором он говорит… Это насчёт той поездки, в которую я тебя позвал. — Ах, вот как, — сказал РИ и улыбнулся. — Я ещё больше заинтригован. Так значит, наш путь лежит к Римской Империи? — Ну, да, но наша цель другая. — Посполитый отвернул от него голову. Продолжать говорить об этом не было желания, потому что он всё сильнее начинал сомневаться в своей затее. — Хорошо, я тебя понял, — сказал Империя. — И обязательно ли было скрываться ради этого? — прусс вскинул бровь, складывая руки на груди. — Или было что-то ещё, но вы это уже обсудили? — Нет, — легко солгал Ав. — Это всё. Просто детально обсудить это в вашем присутствии не можем, ведь поездка — всё-таки сюрприз, — а вот тут он сказал правду. Пруссия и РИ поверили всему сказанному и больше не задавали об этом вопросов, а Автрийская Империя с Речью Посполитой могли наконец расслабиться.