Я заменю тебе солнце

Ирина прикусила губу изнутри, затем подняла на него взгляд, сталкиваясь с его серыми глазами. Потом выпрямилась, а распущенные волосы скользнули на спину. — Что-то ещё? — проговорила она холодным, официальным тоном, так как не знала, как лучше себя сейчас повести. «О чём я вообще думаю? Стараюсь сейчас его не взбесить? Что, Ирина Алексеевна, в собственной квартире уже не можешь высказаться так, как хочется? Вот до чего докатилась…» Анатолий осторожным движением коснулся ладонью её волос. Затем провёл ниже, от затылка и до шеи, затем пальцы соскользнули выше, пока не устроились на подбородке Ирины. Не разрывал зрительного контакта, а подушечка большого пальца нежно вела по мягкой коже скулы. Ирина внимательно смотрела в его глаза, не шевелилась. Пыталась в который раз разгадать его и понять, что сейчас происходит. Тело как будто электризовало от каждого его прикосновения. Дыхание стало учащенным. — У тебя как день прошёл? — абсолютно спокойно поинтересовался Анатолий, а его взгляд по-прежнему скользил по её светлым волосам, а пальцы осторожно заправляли их за уши. «Должны же мы хоть иногда разговаривать, правильно?» — двигала сейчас его действиями именно это мысль. Ирина, которая пыталась понять, что сейчас происходит, внимательно посмотрела в его глаза. Он сейчас никак не удерживал — вторая ладонь несколькими секундами ранее соскользнула с её талии, и сейчас, по сути, ничего не мешало уйти, однако… по какой-то причине не хотелось этого делать. Он словно гипнотизировал её взглядом и прикосновениями. — День? — опомнилась она, когда поняла, что он сейчас ждёт от неё ответа, — нормально прошёл, операции были… но я очень устала. Поэтому… — «отпусти меня» так и не слетело с губ, зато Ирина нашлась с другой фразой, — пойдём спать, а? Тем более, ты тоже устал, я вижу. Последняя фраза была сказана с какой-то нежностью, и Анатолий это почувствовал. Даже не услышал, а почувствовал, так как по позвоночнику пробежались мурашки. Когда он последний раз от неё слышал что-то в таком тоне? — Спать… — задумчиво проговорил он, растянув немного гласную, затем снова бросил взгляд в её глаза, — что, даже не выгонишь меня на диван? — А почему я… — под влиянием его прикосновений и реакций Ирина поняла, что факт того, что он вновь нарушил обещание, ушёл куда-то на второй план, и это ей не понравилось. В зелёных глазах мелькнул огонёк. Анатолий это заметил, но рук своих не убрал, а даже наоборот — продолжал пропускать её волосы через пальцы, понимая, что сейчас последует упрёки, но его они совершенно не интересовали. Взгляд упал на её губы. — Мы с тобой договаривались, что ты не пьешь, — проговорила Ирина, затем самостоятельно вывернулась из его рук — понимала, что если позволит власти над ситуацией быть ещё немного у него, то всё кончится как в прошлый раз, — обещание ты нарушил. Пару секунд его пальцы продолжали нащупывать её волосы в воздухе, затем Анатолий убрал их в карманы и окинул её взглядом. Сначала собирался сказать, что Ирина тоже нарушала обещание, но… договор с тем, что он не пьёт, был вновь заключен несколько дней назад. — Ир, — тяжелый вздох, — ну ты же понимаешь, что моя работа подразумевает такие встречи… да и как бы я отказался? На что бы сослался? На то, что я внезапно решил вести здоровый образ жизни? Самой-то не смешно? — Не смешно, — воинственно проговорила Ирина, скрестив руки на груди, — ты понимаешь, что тебе вообще с твоей зависимостью не надо пить? Что прикажешь потом делать, если… Анатолий тяжело вздохнул, затем неожиданно положил ладонь ей на талию, и повёл Ирину в спальню, не желая больше с ней продолжать этот диалог. Та позволила себя увести, однако не собиралась заканчивать свою тираду. — В конце концов, ты уже взрослый человек, я не… — Не нанималась мне в няньки, и печень новую ты мне доставать не будешь, это я уже всё слышал, — размеренно проговорил Анатолий, затем усадил её на постель. «Работу себе ищи другую и няньку» — пролетело в голове совершенно неожиданное воспоминание. Ирина прикусила губу, не обращая внимания на его действия. На душе заскребли пушистые паршивки. — Ложись спать, — Анатолий не заметил изменения в её настроении, затем направился в ванную комнату, включил свет и прикрыл за собой дверь. Ирина проводила его взглядом, затем выдохнула и откинулась на подушку. Прикрыла глаза, стараясь успокоиться и найти удобную позу для того, чтобы снова заснуть. Воспоминания о Геннадии неожиданно полоснули по сердцу. С момента его отъезда её жизнь совершила очередной кувырок, и просто не осталось времени на то, чтобы тратиться на мысли об этой ситуации. А может быть, Ирина просто не хотела в этом разбираться, не хотела снова это переживать… и задаваться очередным вопросом из разряда «почему так? Неужели нельзя было что-то исправить? Как же получилось, что столько всего хорошего так и не смогло спасти их отношения…» Ирина закрыла глаза, затем подложила ладонь под голову, повернулась на бок и постаралась заснуть. Думать обо всём этом было совершенно бессмысленно — всё уже кончилось. Вода, шумевшая в душе, послужила прекрасным белым фоном, который лишь подстегнул желание заснуть. Его сильные руки, забравшие её в оковы, были неожиданностью. В очередной раз оказавшись в реальности, Ирина развернула голову. — Ты уляжешься сегодня или как? — вяло пробормотала она, затем потянулась, — не души меня так… С непривычки ей было некомфортно. Ирина сделала глубокий вдох, затем осторожно поёрзала, потому что его тяжелая рука мешала дышать. Но скидывать её почему-то не стала. «Вот сейчас всё так спокойно… несмотря на то, что ты нарушаешь обещания… и разрушаешь то, что…» Мысли снова ушли не в то русло, и Ирина поморщилась, ощутив, как где-то в области сердца кольнуло. К горлу и вовсе подкатил комок — ей с ним с самого начала было спокойно. Пока не предал её дважды. Анатолий уткнулся носом в её волосы, вдыхая запах духов. Ему рядом с ней сейчас было спокойно. Но всё-таки одна рука соскользнула чуть ниже, и подушечки его пальцев коснулись того самого запястья. Ирина почувствовала это, затем глубоко вдохнула, осторожно провела рукой, чтобы сбросить его пальцы, затем выдохнула, чтобы, наконец, вернуть себе состояние умиротворения. Сон отбило сразу же. Анатолий тяжело выдохнул, а перед глазами вновь всплыла та сцена… «Неужели ты действительно до такой степени не можешь жить без своей должности?» — мысль была абсолютно спокойной, даже какой-то непривычной. Сейчас зубы не сжимались от злости, не было желания нервно коснуться ладонью лица. На улице послышался шум. Анатолий повернул голову и бросил взгляд на оконную раму — за последнюю неделю температура воздуха была совсем не для июня, а теперь ещё и дождь полил, как из ведра. Ирина, которая к тому моменту всё-таки погрузилась в сон, осторожно развернулась к нему — в комнату врывался холодный ветер, и ей нужно было получить свою порцию тепла. Анатолий вновь обнял её, затем начал внимательно изучать её лицо, а в голове всплывали уже совсем другие моменты… «Потеря работы всегда очень бьёт по человеку» Чёртов визит к психологу, который не помог… разве что, Анатолий убедился в том, что вроде бы Ирина не собирается снова… Впрочем, он никогда не доверял мозгоправом, а сейчас, может быть из-за глубокой ночи, все эти воспоминания запустили спусковой механизм тревожности. «Почему же по тебе так не бьёт то, что между нами происходит? Почему тебе кресло дороже всего этого?» Капли дождя продолжали со стуком опускаться на не до конца закрытое окно, завывал ветер. Где-то в глубине квартиры тоже были слышны эти звуки, превращая всё помещение в зал какого-то оркестра. Анатолий откинулся на подушку и закрыл глаза, затем накрыл их ладонью. Ирина спокойно лежала в его руках, размеренно дышала, и сейчас ей ничего не снилось.

***

Анатолий отставил чашку с кофе на тумбочку возле кресла, затем окинул Ирину оценивающим взглядом — та стояла напротив зеркала, осторожно расчёсывала волосы. Ещё чуть-чуть, и им уже нужно было выходить, чтобы не опоздать. Ей — в свой непредсказуемый склиф, а ему в спокойное и размеренное министерство. Взгляд серых глаз зацепился за бегунок, который был опущен где-то на одну четвёртую от молнии платья. Анатолий поднялся, попутно застёгивая ремень на часах, затем коснулся подушечками пальцев спины Ирины. Та посмотрела на него, а рука с расчёской на пару секунд зависла в воздухе. Анатолий спокойно подтянул бегунок до конца, затем скользнул прямо по молнии ниже. Медленным движением костяшек добирался до поясницы. Ирина задержала дыхание и замерла, смотря на него. Тело напряглось, словно гитарная струна. Ладонь разжалась и спокойно устроилась на талии. Анатолий почувствовал запах её духов, который всегда кружил голову. Или она сама. Ладонь скользнула куда-то в область живота, и Ирине пришлось сделать шаг назад, таким образом вжаться в него. Прикусила нижнюю губу, затем стиснула расчёску, находившуюся в её пальцах. Анатолий, продолжая смотреть ей глаза, осторожно убрал в сторону волосы с шеи, затем наклонился к ней, по-прежнему отслеживая настроение во взгляде Ирины. «Я с тобой как в сапёра играю, честное слово, Ирина Алексеевна…» «Ты долго собираешься надо мной издеваться?» Взгляд буквально на секунду скользнул ниже, к треугольному вырезу серого платья, а затем последовало касание сухих губ к её шее. Ирина сделала глубокий вдох, а глаза прикрылись сами собой — сейчас он был с ней таким осторожным, аккуратным, да и в принципе застал её врасплох. Губы медленно, по миллиметру, опускались ниже отрывистыми поцелуями, вторая ладонь устроилась рядом с первой. Ирина сжала губы в тонкую линию, затем чуть наклонила голову, чтобы увеличить площадь для поражения его поцелуями. Рука потянулась в сторону и с негромким стуком положила расчёску на полку. — Как хорошо, что на работе ты носишь халат поверх платья, — проговорил он хриплым шёпотом, затем проложил губами дорожку от шеи до виска, а потом зарылся носом в её волосы. Ему и самому рядом с ней сейчас было спокойно. Ирина хрипло выдохнула, затем всё-таки смогла найти в себе силы для того, чтобы развернуться к нему. В этот раз она не хотела торопиться, и сама сказала ему, что лучше сбавить скорость. Однако они оба понимали, что то притяжение, возникнувшее между ними двадцать четвёртого декабря, пока не собиралось слабеть… только отчаянно сейчас пыталось сбросить те оковы, которые они вдвоём построили сами, запутавшись в череде молчаливых обид. — Это сейчас была ревность? — проговорила она, затем бросила взгляд на его губы, затем коснулась своими пальцами его шеи, поправляя воротник рубашки. Обе ладони вновь устроились на пояснице. Анатолий внимательно наблюдал за ней, почувствовав, что её прикосновения тоже заставили его напрячься. — Нет. Это была констатация факта. Ирина усмехнулась, затем поправила ему галстук, потом уложила ладонь поверх него, и посмотрела в глаза. — Поехали, опоздаем. Анатолий приподнял бровь, бросая взгляд на её губы. Очень хотел прикоснуться к ним сейчас. Ирина уловила его желание, поэтому выпрямилась, а ладони легли уже на плечи. Смотрела в его глаза, выжидая. Резкая боль пронзила левый висок. Анатолий дёрнулся, затем резко закрыл глаза ладонью, потому что солнечный свет, заливающий комнату, внезапно стал убийственным. Ирина с удивлением посмотрела на него, почувствовав, как прежний настрой сменился. — Толь? Он через пару секунд убрал руку, затем сделал глубокий вдох, несколько раз моргнул. Затем выпустил Ирину, бросил взгляд на часы. — Голова что-то… сейчас… — направился на выход из спальни, в гостиную, где на журнальном столике его ожидал кейс, в котором хранились таблетки. Ирина проводила его взглядом, затем повернулась к зеркалу на пару минут, для того, чтобы поправить причёску, потом направилась к выходу, повернув часы на левом запястье. — Сильно болит? — поинтересовалась она, оказавшись рядом с ним. Анатолий сделал несколько глотков воды, затем отставил стакан и пожал плечами. — Да нет… неприятно. Ирина выдохнула, потом нахмурилась. — Пить надо меньше. — От одного бокала такого быть не может. Погода поменялась, не бери в голову, — его ладонь устроилась на её локте, и Анатолий повёл Ирину к выходу из квартиры. — Может давление померить? — Ирина остановилась в паре метров от коридора и бросила на него взгляд, — а то… — Ир, — в голосе послышалось раздражение, — всё нормально. Не у тебя одной медицинское образование. Ирина выдохнула, ощутив, как начинает на него злиться. «Да ну и иди ты к чёртовой матери» — Образование у тебя, — бормотала она, переобуваясь в туфли, — а у меня опыт при этом образовании! Анатолий посмотрел на часы, затем тяжело вздохнул. «А чего это ты переживаешь вдруг?» Пропустил её первой в подъезд, затем окинул взглядом квартиру, слегка наклонился, чтобы убедиться, что плита выключена, потом погасил свет и тоже вышел. — Во сколько ты сегодня заканчиваешь? — поинтересовался он, когда они уже вышли из подъезда. Залитая солнцем улица не поспособствовала улучшению ситуации с головной болью. Ирина поправила сумку, висящую на локте, затем пожала плечами. — Ты знаешь, что это склиф… всякое может произойти… телефон, — Ирина потянула молнию, начиная выискивать аппарат среди остальных вещей. Анатолий чувствовал, как раздражение, вызванное солнечным светом и пульсирующими висками, не отступает. Сдавленно выдохнул. «А в машине нельзя посмотреть?» — Ир, опаздываем… я знаю, что склиф, но всё-таки… Мимо прошёл сосед по подъезду, коротко поздоровался с Ириной, затем скрылся за тяжёлой дверью. Его мельтешение заставило Анатолия сделать глубокий вдох. Ирина, на автомате ответив, убедилась наконец в том, что мобильник на месте, закрыла сумку и посмотрела на него. — Вечером, — неопределенно бросила она, затем поправила свою чёлку и пожала плечами, — а что? — Ужинать поедем, — Анатолий облегченно улыбнулся, когда та направилась к машине, — нашёл одно новое место, где мы ещё не были. — Хорошо, я тебе позвоню, — спокойно ответила Ирина, надеясь, что, по крайней мере, он не успел забронировать. «Всякое может быть» Как только они оказались внутри, то он попросил Константина включить кондиционер на максимум. Ирина настороженно посмотрела на него, затем прикусила губу, закинула ногу на ногу и бросила взгляд на затонированное окно. Минивэн плавно тронулся с места.