Я заменю тебе солнце

Покинув территорию «Склифа», Ирина остановилась и посмотрела по сторонам. Ей нужно было определить каким способом добраться домой: на такси или всё-таки пешком. Анатолий в этот день забрать её не смог. На несколько секунд она расстроилась — две операции, одна четырёх-часовая, отрицательно влияли на физическую выносливость, и было бы неплохо доехать до дома в комфортном минивэне. Однако через какое-то время Ирина поняла, что так будет лучше. Прошедшую неделю она отчаянно игнорировала Анатолия. Старалась как можно подольше задержаться на работе, даже пару раз предложила Константину заполнить за него карты. Тот, конечно, удивился, однако поняв, что двойного дна в этом предложении нет, в результате согласился. Позже ситуации повторились пару раз, как и в этот вечер. Ирина проводила их с Александрой взглядом и покачала головой, затем сразу же погрузилась в бумаги, стараясь оттолкнуть неприятные мысли. Дома старалась не ввязываться в какие-то разговоры. В глубине души понимала, что тот чувствует этот холод, но по-другому не могла. Пока не могла. В который раз за этот год жизнь преподнесла неприятный сюрприз. Ирине казалось, что всё происходящее — зацикленный сон, из которого невозможно вырваться. Кошмар, который с каждым разом становится всё хуже и хуже, а пути обратно уже нет. И каждая попытка спастись оборачивается ещё большей потерей очков. На улице уже стемнело — с наступлением осени день неумолимо сокращался. Подул холодный осенний ветер, пробрался под полы пальто. Ирина тяжело вздохнула, отодвинула плотную ткань, чтобы посмотреть на циферблат часов. Стрелки красноречиво намекали на то, что в такое время любой нормальный человек предпочтёт вызвать такси. Однако… — Ирина Алексеевна, — голос раздался буквально над ухом. Она вздрогнула и резко развернулась. Выдохнула, ощутив, как сильно застучало сердце. — Боже мой, Олег Михайлович, — дунула на чёлку, — нельзя же так пугать! Тот лишь усмехнулся, посмотрел себе под ноги, затем снова перевёл взгляд на неё. На дне его глаз была хорошо замаскированная тревога. Ирина, может быть, и не обратила бы на это раньше внимания, если бы не маленькое «но» — таким взглядом Олег Михайлович награждал её каждый Божий день с того самого момента в ординаторской. — Нервная вы… Нехорошо, — медленно проговорил он, окидывая её взглядом. — Олег Михайлович, вы же сами сегодня мне на операции ассистировали… Вы должны понимать, почему я нервная. Устала… Теперь вот такси надо вызвать, — похлопала себя по карманам пальто, начиная искать телефон. — А что, — он слегка поёжился от очередного порыва колючего ветра, — будущий муж не желает вас забрать? Тем более, ему и напрягаться не надо. Ирина усилием воли удержала эмоции, лишь глаз нервно дёрнулся. «Никогда бы не подумала, что в этой больнице так разносятся слухи… Знала ведь только Вера! А, ну, конечно… У стен же всегда есть уши. Жаль, что слышат они всегда не то, что хотелось бы» — А с чего вы это взяли? — несколько грубо произнесла она, дёрнув губой, — Я, кажется, об этом не объявляла. Или что, вы теперь верите во все сплетни, которыми может похвастаться наша больница? Не ожидала. — Ирина Алексеевна, я понимаю, что меня здесь, — кивнул на возвышающее за ними здание больницы, — привыкли считать клоуном… Но не идиот я точно. Кольцо дорогое, как на помолвку… — Вы не идиот, — с явной усталостью бросила Ирина, — вы упёртый… — остаток фразы застрял в горле, — я же вам уже сказала, что вас это не касается. Отвернулась, устремив взгляд на шоссе. Машины двигались очень медленно — стандартные Московские пробки. Что-то подсказывало Ирине, что на такси она доберётся примерно за то же время, которое можно потратит на прогулку. А может быть, ехать в душной машине придётся даже дольше. Олег внимательно смотрел на Ирину, угадывая её настроение. По нему можно было понять — стоит ли сейчас что-то говорить или лучше мирно попрощаться. Осознание времени суток быстро подкинуло неплохую идею. — Может быть, проводить вас? — неопределенно кивнул. — А вас Марина Владимировна дома разве не ждёт? — с изумлением поинтересовалась Ирина, вновь ежась от очередного потока ветра. Олег пожал плечами, затем несколько смущенно улыбнулся. — Ждёт… Но как же я могу оставить одну мою начальницу? — Да уж… Вот именно что, когда я была начальницей, такие предложения от вас не поступали, — усмехнулась Ирина, однако её глаза остались грустными. Олег внезапно стал серьёзным. — Да ладно… Я уверен, — сделал шаг вперёд, опустил взгляд, — всё будет нормально. И снова вы вернётесь в кабинет, и жизнь у отделения потечёт как прежде. — Знаете, — Ирина почувствовала накатывающее раздражение — на фоне проблем в личной жизни думать ещё и о рабочих не возникало желания, — мне кажется, у отделения жизнь и не менялась особо. По крайней мере, никто начальству Веры Георгиевны не противится. Олег мягко усмехнулся, вновь посмотрев перед собой. — У всех дела, заботы… Но все будут рады, когда вы вернётесь. Вы же понимаете, что Зименская здесь ненадолго, — последнюю фразу произнёс с осторожностью, — она же уже пыталась… Но дольше всего были вы. Ирина одарила его долгим взглядом. Молчала. «Это всё, что у меня осталось, в конце концов… Сколько раз говорила себе, что с личной жизнью ничего не выйдет… Значит надо успеть здесь» — Спасибо вам, Олег Михайлович, — произнесла это по происшествии нескольких секунд, поудобнее устраивая сумку на предплечье, — приятно, что кто-то ещё ждёт прежнее руководство. Тот снова улыбнулся, затем глянул на часы. — Давайте всё-таки провожу. А то негоже потом перед министерством отчитываться… А Маринка поймёт. — У вас с ней всё нормально? — с подозрением поинтересовалась Ирина, не желая так быстро соглашаться. Олег кивнул. — Конечно. Не переживайте. — Хорошо… Хорошо, — нервно дёрнулась, — вы проводите меня до дома… Но только при одном условии. — Интересно, — на его лице появилась хитрая улыбка. — Мы не будем поднимать тему министерства… И отдельно взятых чиновников, — чётко произнесла она, буквально сверля Олега взглядом. Тот лишь кивнул, затем поднял руки вверх, выражая таким образом своё отступление от этой темы. — Тем более, я не уверена, что смогу найти это сама вот так, — проговорила Ирина после того, как назвала адрес. — Разберемся, — задумчиво проговорил Олег, огляделся и кивнул в нужную сторону. Весь путь до дома они проделали практически молча, лишь изредка перекидываясь какими-то фразами. На самом деле, Ирина в какой-то момент чуть не поделилась с Олегом всем, что происходит в её жизни. Но в последнюю секунду поняла, что мысли отказываются складываться в слова. В окнах квартиры, выходящих на нужную сторону двора, горел свет. Ничего хорошего он, однако, не предвещал. В дом Ирина зашла с тяжёлым сердцем.

***

Анатолий убавил звук на телевизоре практически до минимального уровня. Попытки отвлечься от собственных угнетающих мыслей всё равно не помогали. Ни телевизор, ни выпитая половина бутылки коньяка. Напряженная обстановка на работе, смешенная с холодом в отношениях с Ириной, не позволяла расслабиться ни на секунду. «Что же тебе снова не так?!» — этот вопрос крутился в голове Анатолия несколько дней. С одной стороны, Ирина не показывала видимого неудовольствия — была приветлива по утрам, не высказывала по поводу двух ужинов в ресторане, правда по вечерам, оказавшись в квартире, предпочитала практически сразу уходить спать, что можно было списать на усталость… Если бы не одно «но». Анатолий чувствовал тот холод, который исходил от неё. Чувствовал, пытался от него избавиться и понять причину, но порой появлялось ощущение, что разговаривает со стеной. От этого моральное состояние, раздробленное ещё в период недавних месяцев, наполненных попытками помириться и восстановить отношение, оставляло желать лучшего. Такое отношение задевало, обижало… А на вершине ждала злость, способная уничтожить всё на своём пути. Анатолий в очередной раз сжал зубы, бездумно скользя взглядом по экрану телевизора. Дёрнул же чёрт подойти к окну именно в тот момент, когда возле подъезда Ирина прощалась с Олегом. Этот эпизод лишь добавил горючки в подготовленный костёр раздражения. Безусловно, ревности, как к мужчине, не было. А вот другое чувство… Анатолий не сомневался — Ирину и Олега связывают тёплые отношения. И ему она может рассказать о чем-то, происходящем в своей жизни. А тому, с кем собралась связывать остаток жизни, видимо не может. — Если ты, конечно, всё ещё собираешься… — сдавленно прошептал Анатолий, услышав звяканье ключей. Кот, спящий на коленях хозяина, даже не пошевелился. Анатолий бросил на него взгляд и тоже решил не двигаться. Уложил ладонь на спину и начал медленно гладить по гладкой шерсти. Неизвестность, отговорки… Это злило. Ирина, заглянув в гостиную, дёрнулась. Предчувствие не обмануло — початая бутылка коньяка поблёскивала под искусственным цветом. — Привет, — всё-таки зашла в комнату, — я думала, что приеду раньше… — Можешь не переживать, — хмыкнули ей в ответ, — я прекрасно провёл время с Котом… Ты знаешь, — продолжал гладить кота, а взгляд становился непроницаемым, — с ним, оказывается, можно о многом поговорить… У меня же нет, — медленно повернул голову в сторону Ирины, — такого коллеги, как доктор Брагин. Коктейль из подавленных эмоций, непонимания и потребленного алкоголя оказался той самой спичкой, брошенной в костёр. Ирина наклонила голову вправо, пытаясь понять — не ослышалась ли сейчас. — Ты что, ревнуешь меня к Брагину? — в её фразе не было и грамма шутки, — Толь… Не пей сегодня больше. В ответ услышала лишь усмешку. Злую. Анатолий аккуратно переложил Кота на диван, затем поднялся. Ноги становились ватными, но, тем не менее, равновесие ещё сохранялось. — А я просто не понимаю… Почему ты так поздно пришла? — бросил взгляд на наручные часы, затем снова посмотрел на Ирину, — Я же тебя просил не ходить так поздно. Или… тебе было мало? Та приподняла брови, ощутив предельно яркий укол обиды. «Вот уж не думала, что ты мне поставишь это в упрёк…» — Ах да… Ты же просил, — нервная усмешка, — там пробки. Ты же меня не забрал, хотя, судя по всему, мог бы… Раз уж я пришла позже. Анатолий сделал два шага вперёд, обошёл Ирину и остановился в дверях. Сдерживаться было всё сложнее. Подсознание умоляло задать вопросы, узнать, наконец, что опять было не так. Вот только острое ощущение несправедливости и обесценивания, не позволяли поддаться доводам разума. В который раз эмоции взяли вверх. Продолжал пытливо смотреть в её глаза. Впрочем, ответный взгляд был точно таким же — Ирина, после тяжёлой смены, не собиралась уступать ни на секунду. — Пробки… Значит, решила после работы прогуляться? Ты там вообще ничем не занимаешься, раз силы ещё остаются?! — рявкнул. Стёкла шкафов, стоящих возле телевизора, зазвенели. Ирина вздрогнула — повышение голоса было очень плохим знаком. — Я хочу спать, — подошла к дверному проёму, — дай пройти. — А я тоже много чего хочу, — Анатолий даже не пошевелился, затем занёс ладонь. Ирина оцепенела, её сердце пропустило удар. Однако ладонь замерла возле её скулы, нежно опустилась, устроилась на подбородке. Подушечка пальца заскользила по мягкой коже щеки. Анатолий увидел в глазах Ирины испуг. Она молчала, пытаясь унять сердцебиение. Очень сильно хотелось убежать, но тело отказывалось подчиняться. «Я же тебе обещал, чёрт подери… Почему ты не можешь поверить?» — такая реакция лишь добавила раздражения. — Не дёргайся ты. Я же тебе уже говорил… — спокойно сказал он, продолжая незамысловатую ласку, — больше не повторится. Я вообще тебя хочу спросить, — взял её лицо в обе ладони, — по поводу подачи заявления… — взгляд серых глаз прояснялся. «Иди к чёрту со своим заявлением!» — Отличная тактика, — прошептала Ирина, — сначала выкинуть вот это, а потом заговорить про свадьбу. Тебе пить нельзя. Пусти, — уложила обе ладони на его запястья, — давай мы поговорим про это потом… «А ещё лучше, если ты сам поймёшь, что я уже ничего не хочу… Абсолютно ничего не хочу… Я не знаю, что мне от тебя ждать» — Вот это мне уже совсем не нравится, — заявил Анатолий без тени злости, — что за «потом»? Ты согласилась, — всё-таки убрал свои руки. Ирина выдохнула, поправила растрепанные волосы, потёрла лицо ладонями. — Мы так и не купили мне костюм… Потом… Сейчас плохая погода… И у меня правда очень много работы. И да, — села на диван, стараясь взять себя в руки, — не ревнуй меня к Брагину. Он спас мне жизнь, если ты не помнишь. Анатолий вздохнул, внезапно ощутив накатившую усталость. Медленно подошёл к дивану и устроился рядом с Ириной. Кот незаметно смылся пару минут назад — предпочёл не становиться свидетелем очередных разборок между хозяевами. — Я помню, — наверное, это обстоятельство было единственным, мешающим устроить нормальный скандал, — про жизнь и прочее… Я устал. — Я тоже устала. Сегодня были очень тяжелые операции, — посмотрела на него, — а мой будущий муж решил напиться… — Твой будущий муж решил немного выпить… У него были не менее энергоемкие совещания, — буркнул Анатолий, затем посмотрел на Ирину, — ты ужинать будешь? Я на тебя тоже заказал. Та устало улыбнулась. Кивнула. — Буду… В душ схожу пока и буду, — поднялась с дивана и достаточно быстро направилась в сторону спальни. Внутри у Ирины разгоралась очередная истерика. «Что я к тебе чувствую… И чувствую ли что-то вообще?» Анатолий остался сидеть в гостиной, периодически прислушиваясь к шуму воды. Головная боль постепенно стала сдавливать виски. «Снова весь разговор Коту под хвост… Ты не хочешь и не можешь признаться… Но я тебя отпущу» — взгляд наполнился холодной решимостью — «Поговорим значит завтра… Всё же было хорошо, Ир… Может хватит испытывать меня на прочность?!» К сожалению, у них у обоих остались невысказанные вопросы друг к другу. Погода в доме приближалась к буре.