Любви все должности покорны

Солнце ярко светило в огромные окна спортзала шестьдесят восьмой старшей школы города Мухосранска-на-Оби. "Очередной дурацкий день" - подумал Сергей Алексеевич, щурясь от солнца. - Карасёва! - крикнул он. Голос его, громкий и зычный, разнёсся по залу, и дети вздрогнули от неожиданности. Лера пугливо вжала голову в плечи. Интересно, что ему на этот раз не понравилось? - Что это за штаны, а? Мы что, снова в двухтысячных?! - Но у меня нет других... - тихо сказала девочка. - Не ври, есть у тебя всё! - учитель подошёл ближе, - На прошлом уроке нормально выглядела, по-человечески! Лера, посмотрев на свой "плюшевый" спортивный костюм, который действительно выглядел довольно старым, промолчала. Леггинсы, которые так понравились учителю, порвались во вторник, когда она слишком неосторожно присела на лавочку отдохнуть. - Так, Карасёва, на выход! - Сергей Алексеевич, или старый хрыч, как его называли ученики, указал Лерке на гостеприимно распахнутые двери спортзала. Девочка, вздохнув, поплелась в раздевалку. Физрук проводил её взглядом. - Налево, стройся! - гаркнул он, - Раз, два! За направляющим шагом марш! Девятый "Б" уже знал, что "шагом марш" означает "бежать, как на пожар". Дети быстро, впрочем, без особого энтузиазма, побежали по кругу. Лерка Карасёва обессиленно прислонилась лбом к холодному зеркалу, висящему на стене. "Как же достал этот старый... Физкультурник" - думала она, снимая спортивный костюм. В мыслях она уже давно покрывала его трёхэтажным матом... Когда девочка уже полностью разделась и стояла в нижнем белье, дверь резко распахнулась. На пороге стоял Сергей Алексеевич. Лерка завизжала и и схватила рубашку, прикрываясь. - Карасёва! - он, кажется, смутился, - Там это... В баскетбол играем. Пойдёшь? Я, может быть, даже двойку тебе не поставлю. Лерка торопливо закивала и выпроводила учителя. Она опустилась на стул и сжала голову руками. Раньше никто не видел её в белье. Даже её парень, Артём Борщов, говорил, что не стоит торопиться. Одевшись, она вышла в коридор. В коридоре почему-то толпились ученики, разглядывая что-то. Кто-то щёлкал камерой в телефоне, кто-то записывал видео. С трудом протиснувшись сквозь толпу, Лера наконец увидела причину такого переполоха. На полу, явно без сознания, лежал Сергей Алексеевич. На его лбу красовалась огромная шишка, а щёку пересекал глубокий порез. Егор Болонский хладнокровно спрятал перочинный ножик в карман, но Лерка этого не увидела. Костя Попов принёс зачем-то земли (и где он её взял, зимой-то?), а Стёпа Свинорылов раздобыл ветки. Пока Лера стояла в замешательстве в проходе, её одноклассники исцарапали учителю лицо и присыпали его землёй. - Похороны закончились, господа, когда поминки? - закричала Вика Козюлечкина, пнув тело. Все, кроме Лерки, засмеялись. - А может быть... - робко начала она, подняв зачем-то руку, как на уроке. Однако её прервали. - Что случилось? - в образовавшийся возле тела учителя круг вошла Мирослава Медведева, маленькая юркая девочка с длинными светлыми косичками. Увидев тело, она почему-то возмущённо посмотрела на Леру. - Лерка! - сказала она, посмотрев на подругу, - Это ж надо было! Я понимаю, эти козлы бессердечные, но ты-то! Беги в медпункт за медсестрой, он же помереть может! Лера, спохватившись, убежала.

***

- Сергей Алексеевич, вы очнулись наконец! - всплеснула руками медсестра. Она тут же принялась хлопотать над его порезами. - А-а-а-а-а, - застонал он, - Только не зелёнка! Когда медсестра закончила, всё лицо учителя было в бинтах. Сергей Алексеевич посмотрел в зеркало. Отражение его не то чтобы не устроило, оно его испугало. Лина Александровна, молодая школьная медсестра, испытывала к нему что-то вроде любви, и поэтому нарочно перебинтовала бедного физрука так, чтобы бинты ежесекундно сваливались, и учителю приходилось часто бегать к ней. Однако он ещё ни о чём не подозревал. Поблагодарив девушку, он, пошатываясь, вышел из медпункта в коридор. И тут бинт развязался, и Мумия Алексеевна, кокетливо махнув перевязочкой, удалилась. Сергей Алексеевич не просто так заявился к Надежде Георгиевне. Вся школа знала, что если что-то случилось - это к ней. "Вот медсестры пошли криворукие!" - раздражённо думал он, шагая к кабинету. Гениальный план Лины Александровны по охмурению физрука с треском провалился... - Так вот что с вами случилось, - хмыкнула женщина, с интересом посмотрев на него, - Ну давайте свою многострадальную голову, перебинтую, так уж и быть! Сергей Алексеевич благодарно посмотрел на неё, и тут их глаза встретились. Сердце физкультурника почему-то пропустило удар. Он вдруг почувствовал, что его больше не интересовали ни большая грудь Наташи Долбодятловой, ни огромная задница Сони Свиноножкиной. Даже Лера Карасёва в нижнем белье больше не стояла у него перед глазами... Сергей Алексеевич смотрел в её голубые глаза. И смотрел бы вечно, если бы учительница не принесла бинты. Она осторожно сняла старую перевязку и стала накладывать новую. Её тёплые сухие руки касались кожи его головы, и Сергею почему-то было приятно. Но хотелось большего. Когда она закончила, он притянул её к себе. Надежда Георгиевна удивилась, но не стала сопротивляться... Я не стану описывать дальнейшие события того вечера, это слишком банально и прозаично. Думаю, всё и так ясно. Преподаватели стали тайно встречаться, и иногда Сергей Алексеевич даже водил возлюбленную в ресторан. Там-то их и встретила Лерка Карасёва... *продолжение следует*