Эксперимент номер 225

— Аннали, просыпайся, моя девочка, — раздался нежный женский голос, который на всю жизнь остался в памяти и сердце. — Мама? — растерянно произнесла Аннали, приподнимаясь с кровати. Ей снова было тринадцать лет. Возле неё сидела высокая женщина с бледной кожей. Её длинные светлые волосы были собраны в причёску, какие носили знатные дамы. Она держала девочку за руку и смотрела на неё тёплым взглядом зелёных глаз. — Дорогая, тебе снова приснился кошмар? — спросила мать, коснувшись плеча дочери. — Кошмар? — в голове Аннали начали мелькать образы: побег, лаборатория, Айзек, мутанты, Даниэль, учёные… Неужели все эти события были всего лишь страшным сном, от которого она, наконец, проснулась? Неужели её родители были до сих пор живы? И их смерть тоже была частью этого кошмара? Аннали крепко вцепилась в руку матери и прижала её к своей щеке. Из синих глаз девочки потоком полились слёзы… — Всё хорошо, солнышко, я с тобой, не плачь, — говорила её мать, ласково поглаживая дочку по голове. — Пойдём вниз, дорогая. Обед уже готов и остывает. Из ночнушки Аннали переоделась в своё любимое платье, а мама помогла ей расчесать длинные светлые волосы. Приведя внешность девочки в порядок, они обе вышли из её комнаты и пошли по коридору с красной ковровой дорожкой. Эти светлые окна, картины на стенах, декоративные вазы, запах свежих цветов, что стояли в них… Да, это без сомнений был дом Аннали. Они с матерью спустились по резной лестнице в зал, где стоял большой стол из красного дерева. На нём уже находилось множество разнообразных блюд, которые готовил личный повар, как и было положено в богатой семье. За этим столом сидел мужчина с угольно-чёрными волосами. Он читал новый выпуск газеты, сосредоточенно всматриваясь в текст своими выразительными сапфировыми глазами. — Папа… — шокировано произнесла Аннали, увидев его. Её мозг до сих пор не мог адаптироваться к новой реальности. Родители девочки были живы, но почему-то ей было тяжело это принять… — Аннали, доброе утро, мой ангелочек! — сказал мужчина, оторвавшись от чтения. — Как тебе спалось, родная? — Не очень хорошо… — тихо ответила девочка. Она неуверенно села за стол прямо напротив него. Мать подала ей тарелку с омлетом и овощами. На десерт был черничный торт, который Аннали очень сильно любила до того рокового дня… Погодите. Этот черничный торт. Каждый раз кондитер изготавливал для Аннали новый торт по заказу её родителей каждую субботу. В том кошмаре она ела точно такой же торт перед тем, как погибли её родители. В этот день случилась та самая трагедия. Девочка задышала чаще. Её руки похолодели и затряслись. Горло начало издавать непонятные звуки из-за подступившего кома. Мозг старался всеми силами подавить ужас и нарастающую истерику. — Аннали, всё хорошо? Тебе плохо? — спросила мать, обеспокоенно посмотрев на дочку. — Ты только недавно оправилась от болезни, мой ангелок... Любимая, вероятно, было ошибкой вытаскивать её из постели и тащить на обед в зал. — Может, ты и прав... — Нет, я хорошо себя чувствую,— в следующий момент Аннали встала со стула, как вдруг почувствовала резкое головокружение, из-за чего пошатнулась и тут же упала. — Аннали! Боже Праведный… — Отнеси её в комнату! Я сейчас позвоню ******* чтобы он приехал! — слышала она обрывки фраз своих родителей перед тем, как потерять сознание. С ней случалось это довольно часто… Сильные головные боли и обмороки с самого детства. Была ли это болезнь, Аннали сама толком не знала. Но она знала, что именно по этой причине её родители уехали жить вместе с ней на окраину города, в этот большой дом, что достался их семье от бабушки со стороны отца, подальше от городской суеты и нежелательных для неё стрессов. Так детство Аннали прошло почти в полной изоляции. У неё не было друзей, даже знакомых детей, с которыми можно было бы погулять на улице. Единственное место, где она гуляла, был их сад на заднем дворе. Там росло много красивых цветов. Они с мамой сами выращивали их. Также они часто пили персиковый чай в саду за плетёным столиком, выполненным на заказ. А отец приносил домой много разных животных, за которыми Аннали ухаживала. Несмотря на жизнь, проведённую в «золотой клетке» детство девочки было счастливым благодаря её родителям, пусть она и ни разу не видела внешний мир... Туман перед глазами снова рассеялся, и Аннали увидела стены своей комнаты. Возле её кровати располагалось большое окно со шторками, неподалёку стоял комод, напротив него висело зеркало, а на противоположной стороне от кровати находился стол для письма в комплекте со стулом. Девочка осторожно поднялась и села на кровать, посмотрела в окно выпученными синими глазами. Судя по тёмному небу, на дворе стоял поздний вечер. Аннали закрыла своё лицо белыми ладонями. Почему у неё такое странное чувство, будто она не должна здесь быть? Это сон или реальность? Всё в этом доме казалось ей родным, но в то же время чужим, даже собственные родители... Взгляд тринадцатилетней девочки скользнул в сторону часов, что стояли на комоде. На них чётко отображалось время: десять часов вечера. Это время… в её сне, видении, прошлой жизни, она не знала, как это назвать, в этот самый день, в то самое время кто-то убил её родителей. Было ли это просто ведение или дурной сон, который она сама себе выдумала? Сердце Аннали затрепетало, дыхание участилось. Несмотря на все попытки себя успокоить, страх взял своё. Девочка вскочила с кровати и вылетела из своей комнаты в тёмный коридор на поиски своих родителей, чтобы предупредить их об опасности. Уже было поздно, и вся прислуга давно уехала домой, поэтому в особняке было тихо. Даже слишком пугающе тихо. Аннали спешно зашагала по тёмным коридорам особняка, так как просто боялась ходить совсем одна в темноте, пусть даже освещаемой бледными лучами луны через окна. Стараясь не впадать в панику, девочка, наконец, дошла до той самой двери, что вела в спальню её родителей. — Мама! Папа! — громко крикнула она, буквально врываясь в их комнату. Однако там никого не было… Её встретила только ровно застеленная двуспальная кровать, затонувшая во тьме, освещаемой бледными лучами луны. Аннали стала судорожно вспоминать свой страшный сон. Тогда всё произошло в зале. Она шла на кухню через зал, чтобы попить воды, а там… Девочка не хотела вновь вспоминать этот ужас. Не хотела идти туда, но переживание за родителей было сильнее. Она двинулась к лестнице, чтобы спуститься вниз. Было темно, и Аннали ничего не видела. Но когда она коснулась перил резной лестницы, она почувствовала, как её ладонь вляпалась во что-то мокрое и холодное. Посмотрев на свою руку, девочка увидела на ней следы тёмно-красной жидкости, что отдавала лёгким металлическим запахом. Это… что кровь? Девочка зажала свой рот чистой рукой от ужаса. Сейчас лучше было не кричать, чтобы её не обнаружили... В любом случае ей нужно найти маму и папу, чтобы убедиться, что они живы или уже... Надеясь, что ещё не поздно, Аннали осторожно отправилась по следам крови. Исследуя тёмные коридоры, девочка внезапно услышала приглушённые шаги. Испугавшись, она живо кинулась в противоположную сторону, чтобы не столкнуться с этим человеком. Аннали спряталась в первую же попавшуюся комнату. Внезапно кто-то схватил её сзади, закрыв рот девочки рукой. Её сердце чуть не остановилось в этот момент, но через мгновение над её головой показалось лицо женщины с растрёпанными светлыми волосами, что прижимала палец к губам, смотря на Аннали тёплым взглядом зелёных глаз. — Мама, — старалась сдержать девочка крик радости, увидев знакомое лицо. — Аннали, Боже, ты в порядке? — спросила женщина, взяв её за лицо и внимательно осмотрев. — Мама, что происходит? — спросила девочка, заметив следы крови на руке своей матери. — Милая, нам нужно покинуть дом и сделать это как можно быстрее. Не задавай много вопросов. Папа… Он ждёт нас снаружи, — сказала она, улыбнувшись. Однако Аннали знала, что это ложь… В её сне отец был уже мёртв, когда она нашла маму. Но, может быть, всё пошло не по тому сценарию, как в её кошмаре? И отец правда ждёт их снаружи? Внутри неё ещё теплилась надежда. — Хорошо… Пойдём, — сказала девочка, взяв свою мать за не раненую руку. Приоткрыв дверь комнаты, где они сейчас прятались, и убедившись, что опасности нет, обе тихо двинулись в сторону зала. Там находился выход. В их особняке была ещё пара запасных выходов на случай пожара. Но идти туда в темноте, да ещё зная, что по коридорам ходит убийца… Мать крепко держала Аннали за руку и вела за собой, но девочка чувствовала, как её трясёт от истерики, которую та из всех сил старалась сдержать, дабы не впасть в панику. А так же она старалась вслушиваться в каждый шорох, чтобы вовремя заметить опасность. — Аннали, пригнись! — резко крикнула женщина, толкнув дочку в сторону. В то же самое мгновение рядом раздался выстрел. Они успели скрыться за углом от следующего, но когда Аннали открыла глаза, она увидела рану на животе своей матери. Кровь растекалась по тёмно-зелёному платью. Женщина лежала на боку и не могла встать. — Мама! Мама вставай! — в ужасе кричала Аннали, стараясь поднять её на ноги. — Я не могу… Аннали. Рана сильно кровит… — женщина прикоснулась к её лицу своей окровавленной рукой и со слезами произнесла: — Беги как можно быстрее. Выберись из дома и вызови помощь. Там через парк живут наши соседи. Доберись до них и попроси их вызвать полицию. — мать девочки нашла в себе силы, чтобы привстать. Она села на колени и крепко сжала руки дочери со словами: — Аннали, знай, что мы с папой любим тебя и всегда будем вместе с тобой. Обещай нам, что ты выживешь и проживёшь долгую и счастливую жизнь с человеком, которого ты полюбишь всем сердцем, — девочка опустила взгляд и коснулась своего кулона в виде золотого сердечка, украшенного орнаментом из чёрного золота в виде цветов. Айзек… Такое знакомое ей имя. — Я жалею только об одном… Что мы не увидим, как ты вырастешь. И уже никогда не увидим своих внуков… Что мы не умерли вместе с ним в глубокой старости, лёжа в одной постели, крепко держась за руки, как того и хотели… — Мама… нет… — произнесла Аннали, синие глаза которой наполнили слёзы. Увесистые капли падали на пол и поглощались красной ковровой дорожкой, что приобрела тёмный оттенок из-за впитавшейся в неё крови. — Прошу тебя, Аннали, выживи и обещай не сдаваться, чтобы в твоей жизни не случилось, — заливаясь слезами, говорила её мать, как внезапно рядом послышались приближающиеся шаги. — Беги, Аннали! Быстрее уходи отсюда! — прокричала она, толкая дочку вперёд. — Мама… — Аннали сделала несколько шагов назад, увидев тёмный силуэт за углом, и рванула вперёд. Почти сразу позади раздалось несколько выстрелов. Тринадцатилетняя Аннали бежала по тёмным коридорам особняка, едва разбирая дорогу. Слёзы слетали с глаз, мешая видеть Ноги тряслись, из-за чего она часто спотыкалась. Ей хотелось кричать от ужаса и страха и бежать как можно дальше от всего этого. Девочка не заметила, как спустилась по лестнице и уже добралась до зала. Но когда Аннали приблизилась к выходу, она внезапно обо что-то запнулась и с грохотом упала на пол. Приподнявшись, она увидела рядом с собой тело отца, что лежало в луже крови на кафельном полу. — Папа! — девочка попыталась растрясти его, но быстро поняла, что это бесполезно… Труп был уже холодным, что говорило о том, что мужчина давно умер. Аннали опустилась на колени и закрыла своё заплаканное лицо дрожащими руками, испачканными кровью, стараясь просто не заорать на весь дом. Мама, папа… Почему это опять происходит? Почему её кошмар снова повторяется? Неужели это был вовсе не дурной сон? Господи, почему? За что ей такие мучения? Аннали снова испытала это чувство отчаяния, парализующего страха и безысходности. Внезапно её мочку уха обожгло, рядом раздался звук отскочившей пули. Девочка подняла взгляд и увидела силуэт на лестнице, который держал её на прицеле пистолета. Аннали тут же вскочила с места и кинулась бежать на кухню. Там она забилась под столы и зажала рот рукой, чтобы не дышать слишком громко и часто. Снова послышались эти шаги, а затем раздался выстрел прямо рядом с местом, где она пряталась. Аннали чудом не зацепило пулей, но её ещё детская психика не смогла выдержать подобное. Девочка вылетела из своего укрытия и, оттолкнув убийцу, кинулась бежать в тёмные коридоры особняка. Она бежала по коридорам первого этажа, а затем выбралась в сад на заднем дворе. Его территорию покрывал аккуратный газон, в самодельных клумбах росли красивые цветы, маленький пруд беззаботно отражал на водной глади свет луны, что светила на улице довольно ярко, а высокая каменная стена защищала здесь всё живое от внешнего мира. Сейчас это была ловушка… Прятаться негде, да и бежать тоже. Аннали хотела развернуться, но вдруг услышала, как открывается дверь, ведущая в сад. Девочка в ужасе попятилась назад, пока не вжалась в стену. Тёмный силуэт, в руках которого был пистолет, вышел на улицу и луна постепенно осветила его. ============================ — Ах! — резко крикнула Аннали, внезапно открыв синие глаза и непроизвольно потянув свою перебинтованную по локоть руку вверх, к светлому потолку. Она снова лежала на круглом диване, прикрытая мягким пледом. Как же сильно у неё болела голова… Девушка коснулась своих висков, как вдруг почувствовала ещё более сильную боль, а с левой стороны и вовсе нащупала небольшое мокрое пятно, что запачкало бинты на её пальцах кровавыми следами. Аннали не сразу заметила, что рядом с ней находился мужской силуэт. Даниэль. Он всё это время сидел возле неё, сложив руки на груди, при этом устремив свой сосредоточенный взгляд в сторону. — Даниэль..? — едва слышно произнесла девушка его имя. — Ты всё вспомнила, не так ли? — коротко бросил он. Аннали отвела свой взгляд выразительных синих глаз в сторону. Сейчас она была не в том состоянии, чтобы лгать или как-то пытаться оправдать себя. — Ясно, — произнёс мужчина, не дождавшись её ответа, его тон выражал некую грусть и даже разочарование… — Что теперь со мной будет? — тихо спросила она. — Ты можешь выбрать два варианта развития событий, — заговорил Даниэль, посмотрев на свою супругу серьёзным взглядом зелёных глаз, что блестели под его очками. — Первый — если ты согласишься оставить всё как есть, моё отношение к тебе не изменится. Я продолжу играть роль твоего мужа и поддерживать тебя. Но в этом случае ты должна будешь забыть о номере 225 и желательно больше не упоминать о нём, никогда. Второй же вариант… Ты сама знаешь, что тогда с тобой будет. Аннали молча сидела на месте, потупив взгляд. Неужели Даниэль думает, что она сможет спокойно жить с ним после всего того, что он сделал с ней и Айзеком? Внезапно девушка почувствовала, как мужская рука касается её лица и слегка приподнимает за подбородок, заставляя смотреть прямо в лицо её обладателя. — Я знаю, что ты считаешь меня монстром. Но я делаю всё это ради достижения своей цели. Пойми, жизни десятков или сотен отбросов общества не стоят тысячи или миллионов жизней обычных людей. Подумай над моими словами, Аннали. А чтобы тебе было проще принять решение, я хочу тебе кое-что показать, — сказал Даниэль, протянув ей руку. Несмотря на своё состояние, Аннали решила пойти с ним. Что же такого он хочет ей показать? Они прошли по белым коридорам, а затем направились в зону, где находился специальный блок. Даниэль открыл замок массивной двери при помощи ключ-карту, и они с Аннали зашли внутрь. Было темно… очень темно, хоть глаз выколи. Их шаги отдавались глухим эхом, отскакивая от стен. — Мы на месте, — сказал мужчина, остановившись. Аннали огляделась по сторонам и растерянно произнесла: — Но здесь ничего нет… В следующий момент из темноты на неё набросилось существо, напоминающее огромного ящера, покрытого алой чешуёй. — А-а-а-а! — заорала девушка, грохнувшись на пол. Однако тяжёлые цепи, которые сковывали его передние лапы и шею, остановили мутанта, не дав ему подобраться к ней ближе. На Аннали смотрели два горящих огненно-оранжевых глаза. Мутант рычал и скалил острые клыки, с которых густым потоком стекала слюна. В его пустых глазах не отражалось ничего, кроме животного инстинкта. — Айзек… — с ужасом произнесла Аннали, узнав своего подопечного. — Верно мыслишь, дорогая. Как видишь, номер 225 перетерпел некоторые изменения,— самодовольно сказал Даниэль, положив свою руку на морду мутанта. Тот даже не смел противиться, будто бы признал в мужчине своего хозяина. — Он довольно долго сопротивлялся, но мне не составило труда сломать его разум и заставить подчиняться. Мои коллеги работали с ним до тех пор, пока не заставили его изменить свою форму. В таком его облике будет проще извлечь материал для создания финальной формулы моего препарата, который содержится в его спинномозговой жидкости. Извлечение такого рода материала в большом количестве несёт летальный исход. Поэтому я позаботился о том, чтобы в нём не осталось ничего человеческого. Так что тебе больше нет нужды жалеть это животное, — со злостной усмешкой сказал он. Аннали поднялась на ноги и с болью посмотрела на изменённого Айзека. Ей стало горько от осознания того, что учёные сделали с ним. И… что ему пришлось пережить, пока она находилась без сознания. — И так, после того, что ты увидела, я хочу узнать твой ответ, Аннали. Какой вариант развития событий ты готова выбрать? Остаться со мной, своим мужем, признать свою ошибку и быть моей женой, отпустив прошлое? Или же остаться с ним? — сказал Даниэль, кинув в сторону изменённого Айзека взгляд, полный презрения и даже брезгливости. Он сделал несколько шагов за спину Аннали и добавил, положив свои руки на её плечи: — Тебе решать, как сложится твоя судьба. Аннали нутром почувствовала холодящую душу опасность. Будто ужасный монстр стоял вовсе не впереди, а позади неё. Что-то подсказывало девушке, что если она сделает неправильный выбор, точнее тот, который не понравится её мужу, Даниэль просто толкнёт её в когти Айзека, который сейчас совсем не отвечал за свои действия. — Я могу… попрощаться с ним? — тихо спросила она. — Ты уже приняла решение? — Да... Я согласна на первый вариант развития событий. Разве у неё есть выбор? — Я не сомневался в этом,— сказал Даниэль, поцеловав свою супругу в щёку. — Я бы хотела остаться с ним наедине, если ты не против, — попросила девушка. — Да, конечно. Только не задерживайся, — улыбнулся Даниэль натянутой улыбкой, после чего неспешным шагом покинул специальный блок, бросив напоследок: — Не подходи ближе, иначе он нападёт на тебя. Аннали, не отрываясь, смотрела на мутанта, что висел перед ней на цепях. Его алая чешуя была исполосована множеством ран. Некоторые из них были настолько глубокими, что даже кровоточили. — Айзек… — вновь произнесла Аннали его имя, протянув свои руки к нему, чтобы прикоснуться. Но в ответ существо лишь снова попыталось на неё наброситься, продолжая терзать свои и без того кровоточащие раны. — Неужели ты не узнаёшь меня? Это же я, Аннали, — говорила она, осторожно касаясь его морды дрожащими руками. — Пожалуйста, ответь мне, Айзек… — просила девушка, пытаясь достучаться до его сознания. В ответ… ничего. Мутант лишь смотрел на неё одичавшим взглядом огненно-оранжевых глаз, продолжая рычать и скалить острые клыки. По лицу Аннали скатились слёзы. Она отвернулась от него, прикрыв рот рукой. Айзек… его больше нет. Внезапно девушка почувствовала, как что-то тёплое скользнуло по её руке. Обернувшись, она застыла. По морде монстра текли слёзы. — Айзек… Я обязательно верну тебе человеческий облик, — произнесла Аннали, утирая своей ладонью мокрые дорожки. Она взяла монстра за его когтистую лапу и намотала на её предплечье цепочку с золотым кулоном в виде сердечка, украшенного орнаментом из чёрного золота в виде цветов. Девушка коснулась своим лбом его носа и тихо прошептала: — Обещаю, я не оставлю тебя, Айзек. Потерпи ещё немного. Мутант тихо взвизгнул, после чего резко скрылся в темноте. Аннали вышла к Даниэлю, что всё это время ждал её в коридоре, и они оба молча направились в сторону жилого блока. — Я рекомендую тебе снова пройти процедуру удаления памяти, чтобы ты быстрее смогла забыть о номере 225, и не терзаться чувством вины, — внезапно сказал он. — Возможно, ты прав… Но сначала я бы хотела воспользоваться консультацией психолога. — Что ж, тогда ты знаешь, к кому тебе следует обратиться, — вскользь улыбнулся Даниэль. Он проводил свою жену до комнаты и, пожелав ей хорошего дня, покинул территорию жилого блока. Аннали рухнула на диван, пытаясь привести мысли в порядок. Бросать Айзека она не намерена. Девушка давно приняла решение бороться за него до конца. Однако обхитрить Даниэля было не так-то просто. Она понимала, что муж не доверяет ей, особенно сейчас. И правда… Только глупец поверит в то, что человек готов сразу отказаться от того, кого так рьяно защищал и за кого был готов отдать собственную жизнь. Аннали вновь вспомнила тот момент в специальном блоке, когда Даниэль встал за её спиной, положив свои руки на нежные плечи. Неужели он в самом деле… собирался убить её в случае, если она откажется быть с ним? От этого осознания Аннали становилось жутко. Неприятный холодок пробежал вдоль позвоночника. И не только от этого, но и от резкого осознания того, что Даниэль прекрасно понимает, что она не передумала и согласилась на его предложение только из-за страха оказаться в когтях мутанта… Как же ему доказать, что она передумала? Аннали было просто необходимо втереться в его доверие в ближайшее время, чтобы начать действовать. А что, если она согласится пройти процедуру удаления памяти? Если Даниэль не доверяет ей, может, он поверит своим сотрудникам? Нет, это слишком рискованно. Её воспоминания об Айзеке могут удалить безвозвратно. Вряд ли кто-то из них согласится пойти против него, даже если попробовать их подкупить. Точно… Аннали уже знала одного человека, который решился пойти против Даниэля, чтобы помочь девушке выбраться из лаборатории. Возможно, он поможет ей и сейчас. Вскочив с кровати и покинув свою комнату, она отправилась по уже знакомым коридорам. Вернувшаяся память не изменяла. Вскоре на горизонте показалась та самая тёмно-коричневая дверь с табличкой, где было выгравирована крупными буквами надпись: Психолог Марсель Бонте. Глубоко вдохнув полной грудью, дабы снять подступившее напряжение, Аннали потянула за позолоченную ручку, предварительно постучав в дверь. — Можно? — спросила она, заглядывая в довольно светлый кабинет. За рабочим столом в кресле сидел мужчина с бледно-рыжими волосами. Он тут же поднял свой взгляд карих глаз на вошедшую девушку, после чего застыл. Из его руки выпала ручка, которой он что-то писал на бумаге. — Аннали… — дрожащими губами произнёс мужчина. Психолог поднялся с места, а затем набросился на неё, тепло и крепко обняв. Даже сама девушка не ожидала такой реакции от него… — Боже праведный, ты цела. Я думал… что тебя больше нет, — произнёс он. — Я всё ещё жива, благодаря вам, доктор Марсель, — тихо произнесла Аннали, боясь, что их услышат, несмотря на то, что кабинет психолога был полностью звукоизолированный. Доктор Марсель усадил девушку за стол, вскипятил чайник и налил в аккуратную кружку её любимый персиковый чай. — Раз ты до сих пор находишься в лаборатории и пришла ко мне, значит, на то есть причины? Что-то случилось? — спросил он, присаживаясь напротив своей собеседницы. Аннали сделала глоток напитка, дабы успокоиться и привести мысли в порядок, после чего чётко и твёрдо рассказала ему всё, как есть, и почему она до сих пор находится здесь. Она уже не верила в то, что доктор Марсель заодно с Даниэлем, иначе он бы не стал ей помогать. Мужчина бы не стал уговаривать его стереть ей память, вместо того, чтобы оставить умирать. Не стал бы выжидать момент, чтобы имплантировать в её ухо наушник. Не направлял бы её в тайне ото всех во время их с Айзеком трудного пути. Однако сомнения всё ещё терзали душу Аннали. Наверно, это было связано с тем, что она не привыкла доверять людям, особенно в этой лаборатории… Психолог сосредоточенно слушал её от начала до конца. — Доктор Марсель, вы поможете мне? — наконец спросила она, закончив свой рассказ. — Аннали, это очень рискованный шаг. Мозг человека очень хрупок. И если что-то пойдёт не так… — Я осознаю все риски. Даже если что-то пойдёт не так, я лишь прошу вас попытаться вернуть мои воспоминания об Айзеке и о том, ради чего я иду на всё это. — Ты уверена, что готова рискнуть всем ради… него? Аннали взяла мужчину за руку и посмотрела ему прямо в глаза своими сапфировыми очами. — Доктор Марсель, прошу вас. Айзек… Он всё, что у меня есть. Психолог устало выдохнул, потерев свою переносицу пальцами, после чего сказал: — Хорошо… Раз так, то я помогу тебе, Аннали. По согласованию с ней мужчина составил для девушки рекомендации о том, что на основании её психологического состояния рекомендует Аннали пройти процедуру удаления памяти. Доктор Марсель обещал девушке отправить извещение Даниэлю, а также внести некоторые коррективы в работу машины. Даже если что-то пойдёт не по плану, он сможет перенести её воспоминания на флешку, а потом загрузить их вновь в её голову. Аннали поблагодарила психолога за помощь и вновь отправилась в жилой блок. Следующим утром ей пришло уведомление о том, что она должна явиться в блок А, где для неё будет проводиться процедура удаления памяти. Как это ни странно, Даниэль сразу одобрил этот запрос… Аннали не ожидала, что получит его одобрение так быстро. Особой подготовки от неё не требовалось, лишь добраться до места проведения процедуры. Не став откладывать это дело в «долгий ящик», умывшись и приведя себя в должный порядок, Аннали отправилась к назначенному месту. С каждым пройденным шагом её сердце билось всё быстрее от поступающего беспокойства. Всё ли пойдёт по плану? Поможет ли доктор Марсель, если она в самом деле потеряет память об Айзеке? Не догадается ли Даниэль о том, что они задумали? Аннали старалась гнать вон параноидальные мысли. У неё осталось мало времени. До проведения процедуры по извлечению материала из тела Айзека, которое он не перенесёт со 99.9% вероятностью, осталось несколько дней. Ей нужно успеть продумать хоть какой-то план действий. Но пока за ней следит Даниэль, это будет просто невозможно сделать. Всё или ничего… Добравшись до блока А, Аннали прошла в специальную комнату, где было установлено массивное оборудование, из которого и состояла та самая машина. — Мисс Волтер, — услышала она знакомый голос. Обернувшись, Аннали увидела доктора Марселя, что ласково положил свою руку на её плечо. — Прошу вас следовать за мной, — сказал он с тёплой улыбкой. Аннали кивнула и молча последовала за ним. — Не волнуйтесь. Мы недавно усовершенствовали аппарат. Во время процедуры вы будете спать и ничего не почувствуете, — напыщенно пояснял мужчина, так как в комнате они были не одни. — Позволите мне помочь вам? — спросил доктор Марсель и, получив одобрительный кивок, взял девушку за руку и аккуратно усадил её на кресло. Аннали устроилась в нем как можно удобнее, чтобы не нервничать. Психолог одел ей на голову металлический шлем, а затем ввёл девушке через укол какую-то жидкость. Через несколько минут её поклонило в сон… И весь мир погрузился во тьму. ***** Аннали осторожно приоткрыла свои выразительные синие глаза. Её взору предстала светлая комната, похожая на палату медицинского блока. Рядом с ней сидел мужчина с бледно-рыжими волосами. — Доктор Марсель… — тихо позвала она. — Аннали, наконец-то ты очнулась, — произнёс психолог, взяв её за бледную руку, когда девушка попыталась встать. — Где я? Что… произошло? Моя голова… так болит. — Ты прошла процедуру удаления памяти. Всё прошло хорошо, — мягко напомнил ей доктор Марсель. Затем он придвинулся к ней ближе почти в упор, после чего тихо спросил: — Аннали, ты помнишь, кто такой номер 225? — Номер 225? Айзек!.. — резко выпалила она. — Ш-ш-ш. Лучше, чтобы нас никто не услышал, — Аннали кивнула. — Что ж, раз уж твоя память сохранилась, я должен ввести тебя в курс дела. Официально тебе удалили память о номере 225 и перестроили её таким образом, что ты никогда его не встречала. — Подождите… Разве возможно переделать память человека? — Ш-ш-ш. Аннали, сначала дослушай меня до конца. Так вот, сейчас ты должна вести себя так, будто до сих пор работаешь здесь секретарём. И ни в коем случае не упоминай о номере 225 где-либо. Всё ясно, юная леди? — девушка молча кивнула. — А что касается твоего вопроса… Да, это возможно сделать. Но это очень травматично для разума, особенно если действовать неаккуратно. Скорее всего, именно так и поступили с номером 225, поэтому он не может прийти в себя. К сожалению, дальше помочь я тебе не смогу. Но я буду молиться за то, чтобы у тебя всё получилось, моя девочка. А пока тебе следует отдохнуть. Удаление памяти не очень приятная процедура, — последнее предложение он сказал уже более громким и ободряющим тоном. Аннали не сразу заметила силуэт в приоткрытой двери палаты. Присмотревшись, она увидела высокого мужчину, брюнета в очках, под которыми блистал властный холодный взгляд зелёных глаз. Объяснив какие-то формальности, которые девушка даже не услышала, доктор Марсель поднялся с места и направился к выходу, пожелав ей хорошего дня. — Как она? — коротко спросил Даниэль, когда психолог поравнялся с ним. — Процедура прошла успешно. Как ты и просил, она забыла о номере 225. — В прошлый раз ты говорил мне то же самое. — Она забыла его, но благодаря твоей ошибке вспомнила вновь. — Что ж, не буду этого отрицать. — Постарайся в этот раз не делать глупости, чтобы не пришлось переписывать её память вновь. Человеческий мозг тебе не игрушка, чтобы постоянно испытывать его на прочность. — Я понял вас, мистер Бонте. Можете быть свободны. Мне нужно поговорить с ней. — Что ж, тогда удачи вам, — напоследок кинул психолог и отправился дальше по коридору. Даниэль вошёл в палату и подошёл к кровати, на которой лежала Аннали. — Доброго дня. Как ты себя чувствуешь, любовь моя? — спросил он, сев рядом. Что ж, вот и пришёл её звёздный час проявить актёрское мастерство… — Даниэль… Моя голова так сильно болит. Что произошло? — спросила Аннали, кинув на него жалостливый взгляд. — Это уже не важно, любимая, — сказал Даниэль, нежно погладив девушку по щеке. — Теперь у нас всё будет хорошо, — произнёс он, с теплом посмотрев на неё. На следующий день её выписали из медблока. Аннали вернулась к своей размеренной жизни и работе секретаря директора лаборатории. Девушка работала с бумагами, носила отчёты и одновременно пыталась разработать чёткий и эффективный план побега. Так просто им с Айзеком сбежать не удастся даже при его полной трансформации. Мало того, что он сейчас не в своём уме, так ещё и этот ошейник, что закреплён на его шее… Девушка утром чувствовала, что он доставит им проблем. Может, устроить саботаж? Но как это сделать? У неё осталось мало времени, чтобы хоть что-то придумать. Через два дня состоится извлечение материала… С этими мыслями Аннали провела весь оставшийся рабочий день, после чего вернулась в свою комнату, дабы отдохнуть и привести себя в порядок. Не успела девушка выйти из душа, как вдруг в дверь постучали. — Д-да!.. Войтиде! — крикнула она, плотнее закутавшись в махровый халат. Дверь комнаты приоткрылась, и на пороге показался её муж, что было весьма ожидаемо. — Даниэль… Чем обязана? — Не надо так официально, дорогая, — сказал он, улыбнувшись. — Я пришёл, чтобы просто увидеться с тобой. Мужчина оценочно покинул её взглядом, после чего подошёл к ней, а затем поцеловал довольно страстным поцелуем. Как же Аннали было от этого противно, но она старалась сдерживать своё отвращение, дабы не выдать себя. Даниэль отстранился от неё, а затем сказал: — А ещё я хотел предупредить тебя о том, чтобы ты меня не искала некоторое время. К нам, наконец, доставили нужное оборудование, поэтому извлечение материала у одного из подопытных, номера 225, что было запланировано через два дня, я решил провести сегодня. Услышав эту новость, руки Аннали похолодели. Что..? Сегодня? — Что такое, любовь моя? На тебе лица нет, — сказал Даниэль, но его слова прозвучали как насмешка, а по губам скользнула злорадная ухмылка. — Извини, я просто устала… Что ж, раз тебя ждут дела, я пойду возьму ужин только для себя. Стоило Аннали только отвернуться, как вдруг Даниэль схватил её за руку и резко повернул к себе и, схватив за лицо, заставил смотреть в его ядовито-зелёные глаза. — Ты что-то замышляешь, не так ли? — спросил он довольно жутким голосом. — Если ты думаешь, что у тебя ещё есть шанс спасти номер 225, лучше тебе сразу отказаться от этой глупой затеи. — Даниэль… о ком ты говоришь? Пожалуйста, отпусти меня. Мне больно. Прости, если я тебя вдруг чем-то разозлила, — старалась она отыгрывать как можно искренне. По лицу Даниэля тут же прошла самодовольная усмешка. Он притянул лицо Аннали к себе, а затем сказал: — Тогда докажи, что ты забыла о номере 225, — сказал он. В следующий момент мужчина толкнул её на диван и схватил девушку за тонкие белые запястья. — Даниэль, что ты… — но тот не дал ей договорить, мужчина приподнял лицо Аннали за подбородок и припал к её губам грубым поцелуем. Девушка не сопротивлялась, несмотря на то, что ей было больно, в некоторой степени мерзко. — Вот так, хорошая девочка, — прошептал Даниэль. Аннали понимала, что ему сейчас лучше не перечить. Несмотря на то, что она и Даниэль были официально женаты, до интима у них дело так и не доходило. Свободной рукой мужчина потянул за пояс её махрового халатика. Тёплое одеяние тут же открыло взору стройное фарфоровое тело, поверхность гладкой кожи которого покрывали не впитавшиеся капли воды после душа. Лицо Аннали залили багряные краски. Она стыдливо отвела взгляд синих глаз в сторону. Сердце тяжело колотилось. Она не ожидала, что это её первый раз произойдёт именно сейчас и при таких обстоятельствах. Что же ей делать? Если она в очередной раз откажет своему мужу, ссылаясь на что-либо, она только подтвердит его догадки, если не прямое обвинение. На личном опыте она уже убедилась, насколько он опасен в гневе… Не хватало того, чтобы он задушил её здесь, без свидетелей. Его рука была так близко к её шее… Да даже если они будут, кто ему помешает? Даниэль пристально наблюдал за реакцией Аннали, выискивая любые недостатки в мимике девушки, чтобы уличить её во лжи. Аннали сдавленно простонала, когда мужчина начал касаться её обнажённого тела, постепенно переходя к более решительным и грубым действиям. Неприятно и страшно… Девушка закрыла глаза. Её воображение само рисовало образ Айзека — метиса со смуглой кожей и шрамами по всему телу. Его притягательные огненно-оранжевые глаза, длинные тёмно-рыжие волосы багрового отлива… Она невольно представляла его на месте Даниэля. Боже, насколько же нужно быть бесстыдной, чтобы думать об этом в такой момент? Внезапно телефон Даниэля, что лежал на кофейном столике возле дивана, зазвонил. Недовольно цокнув, мужчина оторвался от обнажённой девушки и ответил на звонок: — Да? Всё уже готово? Понял, сейчас спущусь, — переговорил он с собеседником. Даниэль поправил на себе галстук и сказал, обращаясь к ней: — Мне нужно идти. Продолжим позже, дорогая, — он поцеловал её в щёку и поспешил покинуть комнату девушки. Аннали вздохнула с облегчением. Пронесло… По крайней мере, её не изнасиловал собственный муж. Однако извлечение материала из тела Айзека Даниэль проведёт сегодня, если не прямо сейчас. Девушка вскочила с дивана, быстро переоделась в своё платье и, не забыв накинуть на плечи белый халат и надеть туфли, выбежала из комнаты. Необходимо что-то срочно предпринять, иначе Айзек… С этими мыслями Аннали добралась до комнаты управления. Улучшив момент, она оглушила зазевавшегося охранника огнетушителем. По мониторам девушка увидела, как учёные собираются в специальном блоке, а значит именно там находился Айзек. Аннали судорожно начала рассматривать панель управления, цепляя взглядом множество разноцветных кнопок. Всё или ничего… Недолго думая, она нажала на все кнопки без разбора. Раздался звук тревоги. Как и тогда, на уровне F3, пронумерованные камеры, что отображались на мониторах, начали открываться одна за другой. Освободившиеся мутанты, которых учёные держали на уровне F1, чтобы проводить на них исследования, начали нападать на персонал. Аннали ужаснулась, увидев всё это. Однако ей нужно было спешить. Она выбралась в коридор и побежала в сторону специального блока, пока мутанты не успели напасть и на неё. Добравшись до места, Аннали буквально ворвалась в помещение, встретившись взглядом с толпой учёных, которые растерянно перешептывались между собой в попытках понять, стоит ли им эвакуироваться или тревога ложная и спровоцированная кем-то. Само помещение представляло собой комнату наблюдения и управления оборудованием, разделённую на две части стеклом. По ту сторону находился прикованный Айзек. Его лапы, шея, хвост и морда были зафиксированы клещами на странной установке, к которой был подключён огромный шприц с иглой, соединяющийся толстой трубкой с аппаратом для фильтрации. Воспользовавшись суматохой, Аннали протиснулась к двери, ведущей к боксу, где находился прикованный Айзек, и, приоткрыв её, ловко юркнула на другую сторону, заперев изнутри тяжёлый замок. — Мисс Волтер, что вы делаете? — Она сошла с ума? — Мисс Волтер, немедленно вернитесь! Там опасно! — раздавались приглушённые голоса учёных позади, за бронированным стеклом. Аннали кинулась к прикованному мутанту, полностью покрытому грубой алой чешуёй. — Айзек! Айзек! Ты слышишь меня? — говорила она, схватив существо за морду, всматриваясь в его мутные огненно-оранжевые глаза. — Нам нужно бежать! Скорее! — тараторила девушка, освобождая его из оков. Мутант не сопротивлялся и даже не проявлял агрессию. Было очевидно, его накачали транквилизаторами. — Пожалуйста, Айзек… — Аннали коснулась своим лбом его носа и тихо произнесла: — Пожалуйста, пойдём… Вспомни меня. Вспомни моё обещание: Мы выберемся вместе, Айзек. Пожалуйста, я не уйду без тебя. Не оставляй меня… — говорила девушка, из синих глаз которой обильно капали слёзы. Внезапно зрачок существа сузился. Мутант зарычал и попытался неуклюже встать на лапы. Руки Аннали скользнули с его морды на шею, заключая её в цепкие объятия. Как только она сжала его шею своими руками, мутант на четвереньках рванул в сторону окна с защитным стеклом. Удар. Ещё один удар. Спустя несколько попыток ему удалось разбить его и вырваться наружу. Учёные в панике начали покидать помещение. Сбивая их с ног, существо выбежало в коридор и пустилось наутёк. Аннали висела на шее у бегущего на четвереньках мутанта, цепко сжимая на его теле свои руки и ноги, ранясь об острые шипы. Она практически ничего не видела, лишь слышала звуки тревоги, крики людей, рёв освободившихся мутантов, выстрелы… Внезапно в них что-то влетело с такой силой, что на скорости перевернуло Айзека и отбросило Аннали в сторону. Открыв глаза, девушка увидела, как нечто, похожее на помесь богомола и рептилии, удерживает Айзека длинной жилистой лапой, нанося тому точечные укусы. Громко завизжав, мутант с алой чешуёй вцепился в плоть монстра своей массивной челюстью, усеянной рядом острых клыков. Силы укуса было достаточно, чтобы перекусить ногу напавшего существа пополам. Напавший мутант завыл и, завалившись на бок, упал на пол, начав дёргаться в судорогах. Айзек в одно мгновение добил его, вонзив свои острые когти в голову неудавшегося эксперимента. Аннали осмотрелась по сторонам. Коридоры лаборатории пестрели бегущими учёными, нападающими на них мутантами, что выглядели так, будто они все сбежали из ужасной коллекции *кунсткамеры, а также кровью. Где-то мелькали силуэты охранников, которые явно проигрывали эту битву. В стороне слышались выстрелы и предсмертные вопли. — Айзек, сюда! — окликнула его Аннали, пытаясь затолкать своего подопечного в одну из множества открытых камер. Как только ей это удалось сделать, девушка заперла замок изнутри подручными средствами, молясь о том, чтобы мутанты не решили проверить свои же камеры на наличие сбежавших учёных. Она понимала, что ей и Айзеку лучше переждать, иначе не мутанты, так охранники лаборатории расправятся с ними. Казалось, обе стороны сейчас убивают всех без разбора… Повернувшись, Аннали увидела, как существо с алой чешуёй зализывает свои раны, которые ему оставил тот самый монстр. — Позволь мне помочь, — тихо попросила она, осторожно приближаясь к мутанту. Айзек оскалил клыки и, тихо зарычав, попятился назад. Сейчас нельзя было делать резких движений, чтобы он не набросился… Аннали плавно достала из кармана халата скатку бинтов, которая осталась у неё ещё с того раза, когда она делала метису повязки и лечила его ожоги. Девушка осторожно перевязала раны мутанта. Тот лишь смотрел на неё одичавшим взглядом огненно-оранжевых глаз, в которых не отражалось и толика того, что он когда-то был человеком. Но Аннали чувствовала, что глубоко в подсознании он слышит её голос. Надеялась, что разум Айзека ещё не до конца сломлен, и что всё ещё не поздно его спасти. — Айзек… Всё будет хорошо, не бойся. Я найду способ вернуть тебе человеческий облик, — сказала она, погладив существо по лапе, после чего улыбнулась ему печальной улыбкой. Тот в ответ лишь продолжал разгонять тишину своим шумным рычащим дыханием, а затем опустил свою голову на плечо девушки. Аннали опустилась на пол камеры, поглаживая алую чешую существа. Вскоре её поклонили в сон всепоглощающая темнота и тепло от чешуйчатого тела Айзека, который, по всей видимости, уже давно задремал, почувствовав себя, наконец, в безопасности.