Пираты

— Стоит ли мне сразу отправить ее обратно? — Не сейчас, Ваше Величество, иначе вас сочтут жестоким отцом, который не дал для своей дочери даже отдыха дома, принебрег ее страхом и тем, что Принцесса пережила страшное. Мы не знаем, что действительно было в тех водах, по словам некоторых моряков, рядом находится граница с частью моря, где обитают морские твари. Вдруг она видела их тоже? Будьте милосердны. Тэхен склоняет голову, стоя на колене перед троном Короля, который задумчиво потирает бороду, глядя в поток. Пес только смотрит в пол, не смеет поднять взгляда, пока в голове обдумывает все, что узнал, услышал, вынюхал, достал из земли, как дождевого червя, пытающегося от него скрыться. Он заставил своих людей следить за Ким Намджуном, который, как самая настоящая крыса, быстро исчез из поля зрения всех, заставив работников всполошиться. Те пришли как на казнь говорить Псу, что упустили, а тот лишь посмеялся, потому что этого следовало ожидать. Связываться с подобными людьми все равно, что навесить на себя клеймо, как юной девушке попасть в просак с делами любовными у всех на виду. Это как грязь, от нее не отмыться, репутация общения с Черным Рынком поставит под удар любого, если только ты не Король. Тэхен не правитель, но он его верный пес, сейчас ищет, как раскрыть тайну, потому что пусть Принцесса молчит, даже не отвечает на приветствия Тэхена и усердно молится за души тех, кто погиб на том корабле, это кажется все ненатуральным. Тэхен рассматривает это, стучит, пытаясь обнаружить второе дно. Ему бы поймать Намджуна и заставить говорить, только его след уже простыл, а второй способ добраться до мужчины — одна из управляющих Торговыми судами, только до нее не добраться, сейчас самый сезон перевозок, его пик, пока не наступили шторма. Король все также думает. Пес думает, что его правитель глупый, раз так быстро хочет отправить Принцессу снова замуж, не показывает и капли отеческой любви, предпочитая своих старших. И то, поучать. — Что из нее за будущая Королева другой страны, если она кораблекрушение не смогла пережить? — Король бормочет себе под нос, Тэхен склоняет голову ниже, чтобы не увидели его ухмылки, которая пропадает так же быстро, как и появилась. Легко говорить такие слова, когда сам сидишь на троне, греешься в меховом плаще и не знаешь несчастий, кроме тех злостных писем от мелких княжеств на Севере, которые грозятся напасть, как маленькие щенки тявкают, резвятся, пока Тэхен занят. Он бы отправился на север и заставил бы всех шавок заткнуться, только разбирается с делом пропавшего ключа усыпальницы. — Ваше Величество, у Принцесс слабый дух. В конце концов, им досталась нежность Матери-Королевы. Лебезит, пресмыкается, Тэхен держит руку на сердце, мысленно все просчитывает. Даже если все действительно погибли, что-то не сходится. Даже если принцесса Сонми молчит, так был кто-то кроме торгового судна. Или же, ее могла подобрать как раз та управляющая, что связана с Намджуном. Среди тех, кто плавает, ходят слухи, что мужчина за ней бегает, кто-то говорит, что преследует рьяно, обещает спалить до тла все торговые суда и всех людей. Тэхен задумывается над этим, возможно, вышло так, что этот Намджун со своей командой напал на Королевский корабль, он причина того, что все погибли. Забрал парчу, золото, меха, драгоценности, обогатился ими и Принцессой, как залогом того, что денег станет еще больше. Запугал ее Высочество, чтобы та молчала, наобещал ужасов наемников, как обычный преступник. «Зачем только его отпустил», — после аудиенции, уговорив Короля не отправлять Принцессу Сонми так скоро к жениху, Тэхен задумывается. Принюхивается в своей голове к множеству обрывков сообщение и донесений о том, кто этот Ким Намджун, с кем связан, как долго в море. Все отделения Морского бюро шерстят информацию, в окно кабинета Тэхена то и дело залетают птицы. Только Ким Намджун словно тень. «Тогда мне нужно та управляющая. Если они почти как пара, то узнать можно больше». — Капитан, — в дверь стучат, Тэхен замирает, переставая мерить шагами комнату, слушая, что скажут дальше. — Есть какие указания? — Найдите мне ту знакомую Ким Намджуна, выясните, кто мог быть с ним в тот день, когда забрали принцессу. И продолжайте искать ключ, он не мог так просто испариться. * * * — И что ты парня мучаешь? Он, конечно, вредный у меня, противный, но в чем провинился? — матушка размачивает в воде вяленные яблоки и груши, чтобы выдать каждому члену команды. По словам матушки, в море часто заболевают так, что десна кровят и температура поднимается, какой-то моряк поделился с ними рецептом, как с этим справится. Только нужные свежие фрукты, а они у вас давно все съедены, кто-то из команды, ты даже знаешь, кто, как мышь проскакивал в трюм с запасами, чтобы стащить пару яблок. Ты однажды поймала Юнги на руку, этот дичёныш только набурчал на тебя, а потом дал одно в качестве подкупа. Поэтому ты и после требовала пару яблок за молчание. Ну, как молчание, сказала все равно матушке, что Юнги яблоки таскает. Кидалась яблоком в Сокджина, как будто издеваясь, в действительности, чтобы Капитан не ходил такой хмурый из-за тебя. Ему так и не удалось поговорить, а ты все еще держишь дистанцию, выжидаешь время, потому что пытаешься разобраться в себе сама. На суше ты думала, что у тебя будет либо брак по расчету, либо с каким-нибудь мужчиной из аристократичных кругов вы сойдетесь на одной симпатии, которая продержится недолго, но, возможно, все равно все дойдет до свадьбы. И потом, в семье, будет все равно друг на друга, главное быть друг другу партнерами, поддерживать и не доставлять проблем. В редкие моменты ты захлебывалась мечтой о любви, как в романе, чтобы в Королевском Саду встретить мужчину, который отдаст тебе свое сердце в ответ на твое. В действительности тебе нравится, ты признаешь это, пират, который сам сказал, что у него было множество деыушек и это развлечение, не стоит возлагать надежд. И от этого хочется Сокджина поклотить, сбросить к Бекке и понадеяться на женскую солидарность с акулой, чтоб она преподала Капитану урок. — Матушка, я не понимаю мужчин. — О, дорогая, их никто не понимает. Они жалуются на нас, хотя сами как сложная коробка в пещере под водой. Черт найдешь ее! — Капитана это тоже касается. Мне показалось в один момент, что… загорелась искра? — ты смущаешься, используешь фразу из дамского романа, чтобы описать то ощущение жара, огня, который пробежался по твоему телу от прикосновений Сокджина, от того танца. То покалывание на кончиках пальцев, когда Капитан был вежлив к тебе, учтив, заботлив. Непонятная радость от его недовольства, что ты постоянно рядом с Хосоком. Чувства такие странные, разные, ты в них путаешься и теряешься, пытаешься понять сама, размотать этот клубок, только больше путаешься пальцами в нитках. — Т/И, детка, — Матушка вытаскивает руки из чаши с водой, вытирает их о тряпку, чтобы коснуться твоего лица, заставляя посмотреть на себя. — Они все считают себя тут сердцеедами, да только кто нормально с девушками общался? У Сокджина была я да сестра, разве мы подходим для подобных вещей? А с другими девушками на берегу письку сунуть дело простое, сколько бы их не было, в отношениях он явно простак. Все мы простаки и неумехи, живем от случая к случаю, ждем «берега» и пристанища, даже если это на короткое мгновение. Вам нужно обоим разобраться с этим. Женщина улыбается тебе, от чего по ее смуглому лицу расползается сеточка морщинок. — А если глупить будет, можно его к акуле кинуть, пусть тогда с ней милуется. От Матушки ты другого и не ожидала.