)
18 апреля 2021 г., 21:41
— Мама, папа, мы с Рудольфусом Лестренжем тайно заключили помолвку! — именно с этих слов Беллатрикс Блек началось лето 1975 года в семье Блек.
Теперь Ориону и Сигнусу пришлось ломать головы, как не опозорить Беллу перед высшим обществом магАнглии в целом и семьёй ее жениха в частности. Конечно, юный наследник Лестренж был неплохой кандидатурой в зятья, но неожиданность помолвки… напрягала. Да и с лишними деньгами в семье был напряг. Поэтому джентльмены решили снять стресс и выпить горячительных напитков в кабинете Ориона, или, как его пафосно называла Друэлла, «Рабочий кабинет Главы рода Блек».
После двух бокалов хорошего огневиски:
— Так, — начал Орион. — Стоит вспомнить, из чего вообще обычно составляют приданое.
— Знаешь, мне кажется, ты задал этот вопрос не тому человеку. — ответил Сигнус.
— Ну ты же знаешь, Вальбурга опять начнет читать мне нотации о том, что вы с Друэллой неправильно воспитываете детей, а сама Друэлла ещё не отошла от выступления вашей доченьки. —Истерично, Орион.
— Мерлин, Орион, прекрати оправдываться! Кто тут Глава рода, ты или я? — грубо, Сигнус.
— Лучше бы был ты. Я никогда не умел управлять… — грустно и неуверенно, Орион.
— Замолчи, мямля. Мы уклонились от темы. Я, кажется, что-то вспоминаю… А, нет, я анекдот от Долохова про приданое вспомнил. — со смешком, Сигнус.
— О! Анекдоты от Долохова это тема! Рассказывай. — заинтересованно, Орион.
— Ну, значит, …
Ещё полбутылки спустя:
— А может, ещё не поздно расторгнуть помолвку? — заговариваясь, спросил Сигнус. — Надо обсудить этот вопрос с Ра… Ро… В общем, с ихним лордом.
— Ты правда веришь в то, что твоя доченька не нашла ритуал «Любовь навек»? Он в открытой секции, а девчонка перечитала эти книжки в десять лет, — неожиданно после дозы алкоголя Орион начал вести себя не как истеричный подросток. — И да, не ихний, а их.
— А знаешь, у меня идея. Помнишь, жена ихнего, — Сигнус, получив пинок от собеседника. — Хорошо, хорошо, их лорда говорила про первую магическую картинную галерею в Дамстшире?
— Допустим…- Орион, очень настороженно. — Ты же не собираешься…
— Да. Мы украдем самую древнюю коллекцию картин, о которой знают только пять человек: Милорд, я, хозяин галереи и два его сына.
— Нет…
— Да.
— Нет.
— Да.
— Даже не смей! Запрещаю словом Главы Рода!
— Ну и ладно, уже и пошутить нельзя… Уйду я от вас, потом…
— Да-да, я помню. Ты вот лучше скажи, кто такой этот твой Милорд?
— Ну смотри…
Через три часа этого пьяного бреда мужчины заснули. За это время:
— Орион успокоил нервы и теперь не будет истерить ближайший месяц (ох уж это блековское безумие!)
— Сигнус успокоил нервы и теперь не будет бросаться на каждого встречного ближайшую неделю (я ведь уже писала про безумие?)
— Сигнус рассказал Ориону о неком Милорде, который «делает классные татухи в виде змеи и черепа и учит как править миром». Думаю, стоит записаться к нему на занятие.
— Эти двое потравили анекдоты про приданое и решили, что стоит привлечь Долохова к обсуждению, ведь, по их словам, именно русские лучше всего в этом разбираются. (Если к ним присоединится их чокнутый дружок, это будет конец света)
— Эти два… Хм, пусть будет человека, не смогли выбрать что выпить и разбили бутылку дорогого коллекционного коньяка для завтрашней встречи с Малфоями.
— Обблевали весь пол в кабинете.
— Выбрали легендарное собрание сочинений Календы Варх «Об охранных чарах и оберегах» из десяти книг и вскрыли заначку, и всё это на приданое Белле.
«Мерлин, они такие идиоты, но как же я их люблю. Ладно, стоит перенести их в спальни, отмыть кабинет и приготовить мальчикам антипохмельное и обезболивающее, чтобы не мучились. А Вальбургу послать выбирать коньяк, она в этом разбирается.»
18.06.1975, личный дневник Друэллы Блек
