There Goes The Neighborhood

Йен услышал, как Лиам зашел в дом, готовый к их сегодняшнему киномарафону. — Хей, я еще готовлю попкорн. Устраивайся поудобнее, — крикнул он из кухни. Но вместо гостиной гость прошел к нему в кухню. Йен поднял глаза, ожидая увидеть своего младшего брата, но у него перехватило дыхание, когда он увидел Микки. — Оу, привет. Не ожидал тебя увидеть. Все нормально? — Йен улыбнулся. Микки смущенно почесал затылок. — Ээ, да. Я не помешал тебе? Йен проследил за взглядом Микки и ухмыльнулся, глядя на огромное ведро с попкорном. — Просто марафон величайших фильмов всех времен. Назад в будущее. Балбесы. Останься со мной. Пропащие ребята. Микки ухмыльнулся и кивнул. — Звучит весело. — Ага. Лиам ненавидит рождественские фильмы. Особенно в первую неделю декабря. Он будет здесь с минуты на минуту. Хочешь присоединиться к нам? Микки покачал головой. — Ээ, нет, спасибо… все в порядке. Я просто зашел… ээ… поздороваться. Да. Йен хотел подразнить Микки за его восхитительную застенчивость, но боялся, что тогда все усилия пойдут прахом. Он просто был в восторге, что их пьяные обжимания не испугали его, и Мик сделал первый шаг. — Я рад. Как прошла ваша поездка? — Эх. Хорошо. Ев все время ворчал, но было круто, — Микки на мгновение нахмурился. — Почему ворчал? — Не хотел ехать. Он и так отменил планы с друзьями, когда отправился в поездку с мамой, а потом я еще тащу его смотреть ебаный Колокол Свободы. Пофиг, что это образовательно и культурно. Но когда мы приехали, то он сразу увлекся. Йен усмехнулся, слушая Микки. — Хорошо. Я рад, что вы отдохнули, ребята. — Мне казалось, что я убегаю, — вздохнул Микки. — После того, что случилось. С нами, я имею в виду. Йен молчал, пока Микки собирался с мыслями. — Но я не убегал. Мы всегда отправлялись в поездку. Я просто не знал, что мы закончим… что появишься ты. Ты знаешь, что мы сделали. Так что, наверно, я просто хотел, чтобы ты знал. Я не сбегал, — решительно добавил Микки. Широкая улыбка осветила лицо Йена. — Спасибо. Микки кивнул, и входная дверь распахнулась. Лиам объявил о своем присутствии радостным приветствием. — Оставлю вас с вашим фестивалем попкорна и фильмов, — поддразнил Микки и направился к выходу. Йен услышал, как тот поздоровался с Лиамом, после чего захлопнулась дверь. Лиам появился в дверях с удивленным выражением лица. — Вы двое… ну… того самого? Йен закатил глаза. — Общались? Да. — Ну, я имел в виду, переспали, — пошутил Лиам. — Тогда нет. Просто болтали. Давай, бери попкорн и идем, — ответил Йен брату. Его настроение значительно улучшилось, и он хотел насладиться моментом.

***

Как обычно, когда в деле замешаны чувства, жизнь подбрасывала трудности. Неуверенность брала верх над Микки все больше, когда он не получил никаких известий от Йена после их последней встречи, но рыжий развеял его сомнения, отправив Микки запрос в друзья на фейсбуке, после чего прислал сообщение о том, что отрабатывает смены за заболевшего коллегу. Именно тогда Микки понял, что влюбился в этого парня и даже не знал его номера. Это было безумие. За все время знакомства с Йеном они не сделали очевидного — не обменялись номерами телефонов. Если Микки нужно было связаться с Йеном, а с глазу на глаз он это сделать не мог, он делал это через Ева, у которого номер Йена был. Они переписывались каждый день насчет какого-то дерьма о беге. У Мика не было необходимости. Но его сердцебиение участилось при мысли, что Йен достаточно беспокоится о своих чувствах, чтобы связаться с ним. Микки ответил ему, что в этом нет ничего страшного, и они могут встретиться в любое другое время. Все просто. Они встретились намного раньше, чем ожидали, когда спустя четыре часа после отправки сообщения Йен встретил Микки на стройплощадке. Кто нуждается в медицинской помощи? Единственный и неповторимый Михайло Милкович. — Чушь собачья. Йен услышал ворчанье Микки, как только вышел из машины. Встретившись с ним взглядом, он улыбнулся. — Конечно, блять, это ты. Йен не без облегчения заметил, что у Микки нет тяжелых повреждений, и расслабленно выдохнул. — Знаешь, Мик, то, на что ты идешь, только чтобы увидеть меня… — Завали ебало, — рявкнул Микки. — Мне нужно работать, так что просто посвети мне в глаза и скажи моему мудаку-боссу, что я в норме. Йен взглянул на свою напарницу Сью и покачал головой. — Этот прекрасный луч света — мой сосед. — Оу, — глаза Сью слегка расширились. — Не думаю, что тебе стоит называть своего босса мудаком, — добавил Йен, поворачиваясь к Микки. Мужчина, стоявший рядом, усмехнулся. — Я говорю ему об этом уже который год. Микки взглянул на него. — Йен, это Мерф… мой босс. Йен усмехнулся. — Ага. Так что случилось-то? — Ничего, — пробормотал Микки. — У него случился припадок, и он ударился головой, — одновременно с ним сказал Мерф. Йен закатил глаза. — Господи, Мик. Ты что, просто хотел плюнуть на это? Микки ничего не ответил и отмахнулся. Йен фыркнул. — Очень по-взрослому. — Можем ли мы уже закончить? Йен подошел ближе к Микки и заглянул в его сапфирово-голубые глаза. — Следи за пальцем, — пробормотал Йен, и Микки прикусил губу. Галлагер улыбнулся, представляя, о чем тот думает. Он подчинился его просьбе, и Йен был доволен. — Где именно ты ударился головой? Микки указал на затылок. — Где-то тут. Честно… я чувствую себя хорошо. Мерф покачал головой. — Тебе нужно или домой, или в больницу. Недельку отдохнешь. Микки яростно взглянул на босса. — Ты серьезно? У меня пиздец как много дел! — В понедельник ты к ним вернешься. Йен похлопал Микки по руке. — Он прав. Микки тяжело вздохнул. — Ради бога. Сью все еще стояла рядом, наблюдая за Йеном. Он задумался, как выглядит со стороны, заботясь о Микки. Выглядело ли это более лично, чем его обычные осмотры? — Думаю, мы отвезем вас в… — начала Сью, но Микки яростно помотал головой. — Нет. Никакой больницы. Я поеду домой, а позже меня может навестить Флоренс Найтингел*. Йен приподнял бровь. — Я теперь дежурный врач? — Ты кто угодно, если мне не придется идти в кишащую микробами адскую дыру, которую вы зовете больницей, — парировал Микки, и у Йена побежали мурашки по коже. — Ладно, — согласился Йен. — Я заканчиваю в полночь. В пятнадцать минут первого я приду. Постарайся не умереть. Микки отсалютовал ему и улыбнулся. — Приходи. Брайан будет рад узнать, что ты еще жив. Сью посмотрела на них обоих, и Йен осознал, что она все поняла. Он мимоходом упоминал Микки, но в подробности не вдавался. Теперь же он знал, что от вопросов не избавится. — Пошли. Мы подбросим тебя до дома. — Я и сам доеду. — Ты же знаешь… Вторичные припадки довольно распространены. На шоссе так лучше не рисковать, — ответил не терпящим возражений голосом Йен. — Ладно! Господи! — Микки фыркнул. Когда Микки пошел к дому, Сью повернулась к Йену. — Вы двое? — Ээ… вроде того? Не совсем. Но да, — загадочно ответил Йен. Сью закатила глаза. — Держу пари, он паинька. Йен усмехнулся. — Я чертовски на это надеюсь. — Фу, — Сью усмехнулась. — На этом наш разговор окончен.

***

Брайан зашевелился и разбудил Микки, услышав, как Йен вошел через заднюю дверь. Мужчина и пес уснули на диване после того, как слопали пачку хот-догов под просмотр какого-то дерьмового шоу о погоне за копами на малоизвестном кабельном канале. Йен нехотя оставил его с Брайаном и номером своего телефона на случай, если что-нибудь ему понадобится. — Привет, Мик. Как ты себя чувствуешь? Микки зевнул и потянулся рядом с растянувшейся немецкой овчаркой. — Замечательно. Как прошел остаток смены? — Долго. Медленно. Болезненно, — Йен вздохнул. — Еще и метель наступила. Микки рассмеялся. — Я думал, ты любишь свою работу. — Люблю. Но все, о чем я мог думать, — это о том, чтобы вернуться сюда и увидеть тебя. Откровенное признание заставило Микки застыть. — Я в порядке, Йен. Йен смущенно улыбнулся. — Я знаю. Микки размышлял о том, к чему это все приведет, когда время уже перевалило за полночь, когда Йен лежал в его гостиной, глядя на него взглядом, напоминающим жажду. Он собирался заговорить, засунуть подальше гордость, разрушить свою хладнокровную личность и умолять Йена трахнуть его. Но мягкая улыбка Йена, перешедшая в восхитительный сонный зевок, остановила его. Теперь, присмотревшись повнимательнее, Микки понял, что Йен был на грани усталости. Он был измотан. В уголках его глаз скопились крошечные морщинки, нижние веки обрамляли темные синяки. Йен даже не мог стоять в своей посмотри-на-меня позе. Он позволил Микки увидеть себя уязвимым, и, черт возьми, это было решающим фактором для Микки. Он чертовски обожал этого парня. — Тебе бы поспать, мужик, — мягко улыбнулся Микки. Йен грустно вздохнул. — Ага. — Иди. Отдохни немного. — Ладно. Позвони, если тебе что-нибудь понадобится. — Хорошо. — Брайан, пойдем, — позвал питомца Йен. Брайан поднял голову, зевнул и тут же снова лег. — Мне жаль, но твоя собака любит меня больше, чем тебя, — поддразнил Микки. Йен усмехнулся. — Все в порядке. Я понял, к чему он клонит. А потом он исчез. Микки не знал, возможно ли, с медицинской точки зрения, получить припадок из-за того, что он так возбужден, но он чертовски хорошо держался.

***

Йен проснулся вечером следующего дня и почувствовал себя виноватым из-за того, что не пришел проведать Микки раньше. Если честно, он знал, что с Микки все в порядке. Это был небольшой приступ, и потребовалась только скорая помощь из-за возможной травмы головы. Йен был рад, что Микки не получил сотрясение мозга, так что шансы на то, что что-то пойдет не так, были ничтожно малы. Но это был Микки. Его Микки. Даже если тот не давал разрешения называть его «своим», именно так он о нем и думал. Йен не мог допустить, чтобы с Микки что-нибудь случилось. Он бы никогда себе этого не простил. Меньше чем за полчаса Йен принял душ и оделся, готовый отправиться к Микки. Только открыв заднюю дверь, он понял, как много снега навалило. Метель безжалостно пронеслась по всему городу. — Черт, — Йен в последнюю секунду спас себя от того, чтобы не наступить в снежную кучу. Он развернулся и направился ко входной двери, из которой было легче вырваться наружу. Йен бросился к крыльцу Микки и зашел в дом. — Бля! — крикнул он, входя внутрь. — Это твой список дел? — донесся из кухни голос Микки, и Йен мгновенно расслабился. Все вставало на свои места, когда Микки был рядом. Он усмехнулся и пошел на голос. Обнаружил Микки за помешиванием чего-то в миске. — Чем занимаешься? — Пеку печенье, — Микки тепло улыбнулся. — Мужчина-пекарь. Вау, — у Йена закружилась голова. — Они для Ева. Он завтра придет. — Хм, — Йен наклонился ближе и вдохнул запах печенья и немного Микки. — Может, сначала нам нужно попробовать печенье на качество? — Очевидно, — согласился Микки. — Ты сегодня занят? — Только тем, чтобы не отморозить себе задницу. Ты видел, сколько снега выпало? — Жестко. Хочешь потусоваться здесь и посмотреть фильмы? Йен просиял. — Определенно. Микки покраснел. — Круто. Присаживайся, я приду через минуту. Они успели посмотреть «Крутые виражи», «Один дома» и «Дядюшка Бак» — у Микки, очевидно, был фетиш на Джона Кэнди — после чего в доме отключилось электричество. Снаружи было темно, и вся комната погрузилась в темноту. — Блять, — прошипел Микки. — Это был лишь вопрос времени, — Йен вздохнул и включил фонарик на телефоне. — Есть какие-нибудь свечи? — Я похож на человека, который покупает свечи? Йен пожал плечами. — Ты и на пассива не похож. Микки сунул руку в ящик под кофейным столиком и вытащил коробку с шестью свечами. — Вот именно. Никогда не суди книгу… Йен даже не стыдился своего смеха. Микки заставлял его смеяться больше, чем кто-либо из тех, с кем он хоть когда-либо встречался. Он светил фонариком, помогая Микки зажигать свечи. Теплое свечение придавало комнате интимную обстановку, и Йен почувствовал прилив тепла внизу живота. — Это может быть на всю ночь, — пробормотал Микки и пошел к шкафу в прихожей, чтобы взять еще одеял. — Тебе не стоит оставаться одному. — А? — Микки нахмурился и бросил Йену толстое одеяло. — Вчера у тебя был припадок. Ты не должен сидеть с отключенным электричеством. А что, если с тобой что-нибудь случится? — выпалил Йен. По прищуренным глазам Микки он понял, что сказал что-то не то. Микки провел большим пальцем по носу. Этот тупой рыжий ублюдок действительно ему это сказал? — И что же со мной может случиться? — зловеще тихо спросил он. Йен открыл и закрыл рот. — Что такое может случиться, с чем я не смогу справиться? М? Я сам о себе могу позаботиться, снисходительный ты придурок. Йен умиротворяюще поднял руки. — Я знаю, что ты можешь… — Я всю жизнь был сам по себе, Йен. Всю мою гребаную жизнь. Я сам о себе забочусь, сам выживаю. У меня в год случается по двадцать припадков. Может, иногда больше. И я всегда в порядке. Я должен быть в порядке. — Микки… — Йен попытался прервать его бессвязное бормотание, но Микки был взбешен, что Йен намекал на то, что ему нужна помощь. — Нет! Ты не имеешь права приходить сюда и говорить такое дерьмо! Я сам могу о себе позаботиться, пошел нахуй! — выплюнул Микки. — НУ, МОЖЕТ БОЛЬШЕ ТЕБЕ И НЕ ПРИДЕТСЯ, — взревел Йен, и яд в его голосе потряс Микки. Брюнет удивленно отступил на шаг, и Йен сделал глубокий вдох. — Прости, — ответил он. — Я не хотел тебя обидеть. Я хотел сказать… может, ты позволишь мне позаботиться о тебе? Это ведь то, что делают люди, правда? Когда любят кого-то. Микки опустился на стул позади него и молча уставился на Йена. Тот подошел к нему и опустился перед ним на колени. Они взял лицо Микки в ладони и прижался лбом ко лбу мужчины. — Ты больше не одинок. Я рядом. Я всегда буду рядом, — хрипло пробормотал он. Микки вздохнул. — Йен… — Тебе не нужно волноваться о том, чтобы сказать это в ответ. Я сказал это не поэтому. Я просто хочу, чтобы ты знал… Я хочу, чтобы ты знал, как сильно я забочусь и хочу заботиться о тебе. Так же, как я хочу, чтобы иногда ты заботился обо мне, — Йен нежно погладил лицо Микки большими пальцами. — Блять, — Микки шмыгнул носом и быстро прижался губами к губам Йена. Сердцебиение Йена участилось, когда он поцеловал Микки в ответ. Они ускорили темп; их языки словно танцевали и боролись друг с другом, зубами они кусали губы друг друга, а руками сжимали и гладили. В конце концов Микки оттолкнул Йена, чтобы отдышаться, но Йен остался на месте. — Я хочу тебя, Мик. Прямо здесь. Прямо сейчас. — Но как насчет… — Микки был прерван очередным поцелуем. — Ты можешь сказать «нет», если действительно этого не хочешь. Но не говори, что это плохая идея, если ты этого хочешь. Что бы тебя ни беспокоило, мы разберемся с этим. Микки тихо вздохнул. — Я хотел спросить, что насчет Ева? Йен склонил голову набок. — Не знаю, как ты обычно этим занимаешься, но я бы не хотел, чтобы Ев сейчас был тут. Микки ударил Йена ладонью по затылку. — Козел. — Если мы попробуем, и ничего не получится, — начал Йен, и Микки кивнул, — тогда мы должны подумать о наших детях. Мы разделяем совместную опеку. Я вижусь с Евом для бега и киномарафона. Ты видишься с Брайаном, пока я на работе. Так же, как и сейчас. Микки уставился на Йена, и рыжеволосый рассмеялся. — Да ладно тебе, Мик. Ты должен был заметить. Мы уже связали свои жизни до поцелуя. Секс на полу твоей гостиной ничего не изменит. Все, что нужно было услышать Микки, чтобы убедить его, очевидно, было сказано, и он бросился на Йена, упавшего спиной на пол. Микки прижался к нему в глубоком поцелуе, а Йен оказался на седьмом небе от счастья.

***

Пока они целовались, рука Микки начала расстегивать ширинку штанов Йена. Когда он просунул руку под брюки и дотронулся ею до члена, Йен задохнулся. — О боже, — стон Йена заполнил тишину. — Ебать меня. — Я к этому веду, — усмехнулся Микки и прижался зубами к горлу Йена. У Микки никогда не было такого стояка. — Раздевайся. Йен начал быстро снимать вещи, не обращая внимания на низкую температуру и на отсутствие света. Свечи, несомненно, добавляли сладострастия к сцене, разыгрывающейся на полу. Микки расстелил несколько одеял и пододвинул на них Йена, чтобы ему было удобнее. — Пожалуйста, скажи, что у тебя есть смазка, — взмолился Йен, и Микки усмехнулся. Брюнет порылся под диваном, вытащил небольшой тюбик и протянул его Йену. — Презерватив? — Йен с надеждой приподнял бровь. Микки указал на верхний этаж. — Ванная. — Эх… так далеко… оу, подожди. Кажется, у меня в кошельке завалялся один. Микки с трудом поднялся на ноги и побежал вверх по лестнице. — Оба пригодятся. Он услышал, как Йен плюхнулся на пол и услышал что-то о медленной и восхитительной смерти. Когда он вернулся с новой коробкой двенадцати презервативов, Йен медленно дрочил свой член. Микки с восторгом отметил, что в длину он был приличных двадцать сантиметров и в толщину, которая заставляла бы его молить о большем. Потом о меньшем. И так далее. — Иди сюда, Мик. Нужно подготовить тебя. — Не слишком много, — тихо ответил Микки. — Я бы хотел его почувствовать. Он ухмыльнулся, когда в глазах Йена вспыхнуло какое-то дикое желание. После этого он перевернулся на живот и почувствовал, как руки Йена пробежались по его гладкой спине и изгибу задницы. — Идеальная кожа. Идеальный зад. Я везучий сукин сын, — нежно сказал Йен. Микки собрался проворчать по поводу оттягивания, но отвлекся, когда Галлагер скользнул кончиком пальца между ягодицами. — Нужно попробовать тебя на вкус, — тихо рыкнул Йен и прильнул к заднице Микки, кусая ее и оставляя на ней засосы. — Господи, блять, боже, — простонал Микки и выгнул спину, из-за чего язык Йена проник еще глубже. — Я сейчас взорвусь. Йен резко остановился и принялся растягивать Микки. — Я должен трахнуть тебя прямо сейчас. Иначе кончу, — ответил Йен. — Шагом марш, солдат, — дал добро Микки. Йен усмехнулся и смазал член смазкой, после чего надел презерватив. — Готов? — он шлепнул Микки по заднице. — Давай. Йен вошел в него по самые яйца, и Микки практически снесло голову. Йен размашисто входил в него, намереваясь найти простату. Это было похоже на сладкую пытку, поэтому, когда Йен остановился, Микки был готов оторвать ему голову. — Эй! Его протест принес ему еще один шлепок по заднице, прежде чем Йен схватил его за лодыжки и перевернул на спину. — Хочу видеть твое лицо, когда мы кончим, — ответил Йен и вновь вошел в Микки. — Тогда лучше сделать это сейчас… потому что я почти… Микки попытался удержаться. Он хотел, чтобы Йен кончил вместе с ним. Он сделал первый шаг. Он дал Микки справиться с этим. — Прикоснись ко мне, — потребовал Микки, и Йен, усмехнувшись, взял его член в смазанную смазкой руку. — О гоооооосподи. Йен сильнее толкнулся внутри него. — Мик. Микки. Ох, черт. — Сейчас, Йен. Сейчас, — Микки подал мягкий сигнал, прежде чем со стоном выгнуть спину, наблюдая, как сперма заполоняет все вокруг. Следующий толчок Йена был последним, и он погрузился так глубоко, что Микки мог чувствовать каждое сокращение его члена, наполнявшего презерватив. Он вышел из Микки и стянул презерватив. Они лежали на холодном полу, а по их телам стекала высыхающая сперма. — Это было… — туманно пробормотал Йен. Микки натянул на их оголенные тела одеяло и положил голову на грудь Йена. — Это было всем. Йен чмокнул Микки в макушку, и они замолчали, успокаивая дыхание и погружаясь в сон. Эти несколько дней были довольно эмоциональными… но они еще не закончились.