Отрывок

- Твою мать! – воскликнул я, едва проснувшись. Солнце вовсю светило и палило, сжигая всё на своём пути. Я повернулся к окну и тут же зарылся с головой в одеяло. Вставать в 7 утра – это мука. Это пытка. Это придумал какой-то садист, который ненавидел всех студентов мира. - Да может, в жопу эту пару? – послышался крик Лёхи за стеной. - В жопу! – с улыбкой крикнул я в ответ и закрыл глаза. Но через секунду в голове мелькнула мысль, от которой пришлось тут же вскочить с кровати. - Лёха! Вставай! У нас же у Елены Гитлеровны пара! Она нас нахэндэхохает, если мы опять не придём! Лёха тихо выругался и зашуршал одеялом. Мой взгляд опять приковался к окну – оно было размером со всю стену, и кроны деревьев были в метре от стекла, ярко-зелёные, ожившие от холодов. На столе напротив кровати – раскрытая тетрадь, где я вчера «пытался» сделать что-то по немецкому, чёрная кружка, хотя мне по душе любой цвет, кроме этого, и ноутбук. Я минуту приходил в себя, осматривая комнату и позволяя каким-то бестолковым мыслям проникнуть в моё сознание. Сегодня обещали грозу. Наверное, умереть от удара молнии – это даже почётно. Я зашёл в соседнюю комнату, которая служила спальней Лёхи, и увидел, что он так же бессмысленно смотрел в окно, как и я пару минут назад. Хотя, скорее всего, ничего умного у Лёхи в голове не было, мне всё равно казалось, что он думает о чём-то важном. Просто его тупой взгляд производил абсолютно обратное впечатление. - Лёха, я в ванную, ибо мне ещё за кофе идти. - Да пожалуйста. Димон, ты сделал дойч? И на что он надеялся? - Нет, конечно, ты какого мнения обо мне? – спросил я с ухмылкой, и Лёха рассмеялся. - Ладно, я пошёл. – Я закрыл дверь в ванную и взял в руку зубную щётку. Из зеркала на меня посмотрел практически енот – такие же чёрные круги под глазами. А, насрать! Хорошо, хоть бриться не надо сегодня. Прошло минут 7, прежде чем я вылез из душа. Вода приятно обжигала кожу, и глаза то и дело закрывались. Срочно кофе, срочно! Я открыл дверь, взял со стола ключи с телефоном и вышел из квартиры. В коридоре уже кипела жизнь – кто-то жарил яичницу на кухне, два парня спускались по лестнице. Зачем они разделили женское и мужское общежития? Наше крыло похоже на гейский притон. Я толкнул дверь ногой и вышел на улицу. Меня тут же ослепило так, что мои зрачки чуть не побелели от этих лучей. Даже не похоже на затишье перед бурей. Наш кампус был гигантским, по крайней мере, казался таковым, если подойти поближе. Общежития окружали двор с газоном и дорожками из камня, а во главе как раз стоял наш корпус – весь в коричневых тонах. Как Оксфорд. Утром он выглядел особенно величественно. Я вышел из этого адского круга и направился за кофе. На улицах никого не было. Ещё бы, и меня бы здесь не было, если бы не этот сраный немецкий. Он зачем мне вообще? Я не собираюсь никому угрожать, пытать кого-то. Язык дьявола. Маленький магазин с кофе был уже открыт. Дверь была настежь распахнута, а за прилавком стояла девушка и что-то писала на бумажке. Я зашёл внутрь и посмотрел на меню. - Доброе утро, - поздоровалась она. - Доброе, - с сарказмом ответил я, выбирая напиток. – Латте маленький, пожалуйста. - Хорошо… - А хотя давайте средний. Сегодня можно. - Хорошо, будет готов через пару минут. Перекусить желаете? - Не… Я оглянулся на сэндвичи и понял, что всё-таки желаю перекусить. Но я взял деньги только на кофе. Ладно, сегодня худею. - Добрый день, - раздалось за моей спиной. Я обернулся и увидел Коляна, смотрящего на девушку. - Добрый день, подождите минутку, пожалуйста. – ответила она без улыбки и повернулась к кофе-машине. Она тоже не выспалась. - Николай! – учтиво обратился я к нему и протянул руку. - Дмитрий! – он пожал мне руку и чуть улыбнулся. А он выглядит бодрее, как будто проснулся часа 2 назад. - Давно встал? - Нет, час назад где-то. Мне было лень даже футболку гладить. Я усмехнулся. «Даже! Педант». - Ясно-понятно. - Ваш латте. 80 рублей. - Держите, - я достал помятую сотню из кармана и протянул девушке. Она аккуратно разгладила купюру, положила куда-то под стол и дала сдачу. - Спасибо. - Всего доброго, заходите ещё. Я сделал глоток обжигающего напитка и тут же почувствовал себя живым. - А вам что, молодой человек? - Мне тоже латте, пожалуйста, – ответил Колян. - Какой объём? - Маленький. - Будет готов через 3 минуты. Девушка отвернулась от нас. Мы с Николаем почти не общались, только иногда перекидывались парой фраз. Он был каким-то чересчур идеальным ботаником: всегда готов к паре, всегда порядок в комнате (был два раза и видел всё своими собственными глазами), всегда спокоен, лишний раз не привлекает к себе внимание. Поэтому с нами и не тусуется. - Сделал немецкий? – спросил я, чтобы как-то разрядить обстановку. - Да, а ты? - Почти. Он понимающе кивнул. Я решил, что мы достаточно пообщались, попрощался с ним и вышел из кафе. - Лёха, хочешь смешной анекдот? – спросил я, лёжа на диване. Лёха сидел в кресле и что-то смотрел в ноутбуке. - Давай. - Знаешь, как называется место на кладбище, где сидит сторож? - Ну? - Живой уголок. Лёха секунду подумал, потом усмехнулся. Причём искренне, хотя шутка была не особо смешная. Это одно из самых лучших достоинств Лёхи – он был прост и гибок в общении. И я на самом деле был рад, когда нас поселили вместе. Точнее, сначала я думал, как от него избавиться и почему он не может постричь свои волосы, но потом, узнав его поближе, я уже перестал планировать план выселения. Таких людей не так много, и их часто путают с подлизами или ещё с кем – в общем, их характер для большинства – просто дерьмо и фу вообще. Но он не пытался делать что-то для своей выгоды – он просто по-настоящему дружил со мной (да и с другими) и всегда был готов помочь и поддержать. Я тряхнул головой – что за мысли такие? Надо выпить кофе, а то подобрею ещё так. Я подошёл к серебристому холодильнику, который был мне по плечи, и открыл дверцу. Там не то, что мышь повесилась, – там целая стайка мышей решила покончить с собой. - Лёх, а ты ел уже? - Да, в столовой. - Понял. На этой неделе покупал продукты я, поэтому у меня просто не было выбора. Но сначала всё-таки в столовку – там хоть котлеты уже готовые. Сегодня во мне явно проснулся гурман, поэтому я добавлю лёгкий летний салат и компот из клубники. Думаю, будет неплохо. Я удовлетворённо улыбнулся и, взяв телефон, вышел из квартиры. В этот же момент дверь напротив отворилась, и оттуда вышел Колян. Заметив меня, он немного опешил, но потом двинулся вперёд и закрыл за собою дверь. - Куда идёшь, Николай? Он посмотрел на меня, потерев правый глаз. В чёрной футболке и чёрных спортивных штанах. Выглядел… уютно, что ли. - В столовку. А ты? - Тоже. И мы вместе двинулись вниз по лестнице. Николай шёл рядом, но чуть позади. Я не знал, что сказать, а Николай просто не хотел говорить. И из-за этого молчания мне всегда становилось как-то трудно. Совсем чуток, но если я задумывался о том, что у меня там внутри сейчас сидит, то понимал – тут что-то не так. Не люблю я эти молчанки. А Колян, судя по всему, жил так, как будто у него ограничен запас слов на день. Поэтому общались мы редко. Дойдя до столовой, я взял поднос и начал выбирать себе роскошные блюда: макарошки с сосиской, салат из огурцов с огурцами и компот. Считаю - почти как в ресторане. Колян взял то же самое, только салат был с курицей и сухариками, а вместо компота он выбрал чай с лимоном. Мы сели за один стол в углу у окна и приступили к еде. Я достал телефон и начал бессознательно листать ленту. Колян просто тихо ел, никуда не торопясь, и смотрел в окно. Там сейчас было пасмурно: дождь барабанил по стеклу и размывал пейзаж. Я тоже отвлёкся от телефона и посмотрел туда, но ничего особенного не увидел: трава да дорога. Что он там нашёл? - Колян, что ты там увидел? - Просто смотрю. Дождь идёт. Я посмотрел на него, а он – на меня. Странный парень. Если бы с него снимали персонажа в какой-нибудь игре, то он был бы слендером – тихим, во всём чёрном, незаметным, и убивал бы так же. И эта тишина пугала бы не только меня. Я быстро доел и вернулся в комнату, оставив Коляна одного. Наверное, так он и хотел.