loving you is a losing game

      — Ты же знаешь, что можешь оставить всё, как есть, — вкрадчиво напомнила Талуипа, когда Ён пришёл к ней, без слов, одними глазами дав понять, что готов. Она давно себе призналась, что негласно считала его сыном. Именно из-за этого привратница собиралась сделать всё возможное, чтобы он был счастлив.       Молча кивнув, Ён ни секунды не сомневался, сохраняя уверенность в том, что делал. На его лице прослеживалась человеческая усталость, но только не беспокойство.       — Ты попрощался, — Талуипа не спрашивала, и без ответа Ёна зная, что он так и поступил, — перед тем, как всё встанет на свои места, я хотела кое-что узнать.       Ён отрешённо взглянул на женщину, не прилагая особых усилий, понимая, что дальше последует. Он никак не мог закрыться от взгляда брата, в котором читалась болезненная надежда, и от отчаянных слов: «Не делай этого, прошу». Именно так Ран смотрел на него в тот момент, когда Ён поднял меч. И с такой же интонацией Ран произнёс: «Хён». С наивной надеждой.       — Ты не пожалеешь? — Насильно вытянув Ёна из воспоминаний, спросила Талуипа, и этот вопрос он и ждал, не затягивая с ответом.       — Я жалел шестьсот лет, этого достаточно, — спокойно произнёс Ён, сумев развеять силуэт брата.       Оставив бессознательного Рана, зная, что та дозировка снотворного, подсыпанная в кофе, не даст ему проснуться до утра, Ён вернулся к себе домой. Остановившись около двери, он нерешительно сжал ключи в руке. Было не так поздно, чтобы Чжиа спала.       Постояв некоторое время снаружи, Ён всё же вошёл в дом, сразу заметив её на диване. Чжиа закуталась в плед, держа в руках книгу. Она ждала его, и это было слишком очевидно.       Услышав шаги, Чжиа резко повернула голову, уже улыбаясь, увидев вернувшегося мужа. Она знала, что Ён ходил к брату. А ещё предполагала, что Ран придержется её плана, найдя любую причину, которая сможет оттолкнуть Ёна.       — Ты долго, — заговорила Чжиа, вытянув руки навстречу, когда Ён подошёл к ней.       Обняв её, Ён продолжал молчать. В голове крутились отрывки, когда они только впервые встретились. А затем, как вновь столкнулись друг с другом, благодаря Рану, пытающемуся причинить ему боль, делая это слишком открыто и понятно.       Когда в Чжиа мелькала Аым, он обманывал себя, что это судьба.       — С Раном всё хорошо? — Когда Ён отстранился, решила спросить Чжиа, не сумев понять по его внешнему виду, что между ними произошло.       — Не уверен, — Ён не знал, что ещё сказать, ранее услышав иную историю от брата, в которой его некогда любимая жена сама же и выгнала его. И почему он закрывал глаза.       — Неужели опять влип в неприятности? — Настороженно уточнила Чжиа, подавляя внутри себя нарастающую ревность, что Ран всё равно продолжал отнимать у неё мужа.       — Чжиа, — устало произнёс Ён, всё ещё надеясь услышать оправдание, — ты ничего не скрываешь от меня?       То, как уверенно Чжиа смотрела ему в глаза, не дрогнув, выглядя так, будто ничего не понимала, слишком идеально притворяясь — всё это говорило о том, как Ён ошибся. Он отчётливо видел перед собой не ту добрую понимающую девушку, а Имуги, как тогда, вселившегося в её тело. Только Имуги был мёртв.       — Нет, и ты это знаешь. У меня нет от тебя никаких тайн, — улыбнулась Чжиа, а от того, как сильно она выделила «ты это знаешь», Ён на секунду прикрыл глаза.       Нет, это он виноват. Виноват, что любил брата, при этом говоря ей, что любит её. Постоянно пропадал в поисках Рана, но продолжал эгоистично хвататься за Чжиа, используя предлог: «Он мой брат». Ён сам всё испортил. И теперь нечего было удивляться, когда Чжиа лгала ему прямо в лицо, лишь бы не потерять.       — Ты ещё не ужинал? — Поднявшись с дивана, на всякий случай, уточнила Чжиа, взяв за руку Ёна.       — Умираю с голоду, — слегка улыбнулся Ён, избегая ненужной ссоры, крепче сжимая ладонь Чжиа. Всё, что хотел, он уже знал.       После ужина, Чжиа уговорила Ёна посмотреть фильм, устроившись у него на коленях, пока усталость не победила её. Прижимаясь к нему, она умиротворённо уснула. А Ён ещё долго неподвижно сидел, смотря на выключенный экран телевизора. У них давно не было таких спокойных вечеров, как сегодня.       Грустная улыбка появилась на лице Ёна.       — Не хочу, чтобы и ты страдала из-за меня, — шёпотом выдохнул он.       Жмурясь, Ран с трудом приподнялся, опираясь на локоть. Вся комната, как будто плыла, и от этого его затошнило. Часто заморгав, он обратно откинулся на спину, пытаясь прийти в себя.       Кроме головной боли и тошноты, Ран ничего не чувствовал. Он даже не мог вспомнить, что произошло.       Тяжело выдохнув, младший вновь предпринял попытку сесть, непонятно как, сумев совладать с неприятными ощущениями во всём теле. Смотря перед собой, он продолжал жмуриться, пока внезапно в груди всё ни сжалось. И он всё вспомнил.       — Если бы у тебя была возможность всё забыть, жить без болезненных воспоминаний, ты бы согласился?       Страх, что Ён снова оставил его, отразился на Ране тем, что его ноги моментально стали ватными и как будто чужими. С трудом сглотнув, он схватил дрожащей рукой телефон, не с первого раза включив его, спеша скорее набрать заученный наизусть номер брата.       Услышав ожидаемый голос автоответчика, не обращая внимания на слабость из-за снотворного, Ран выбежал на улицу. Яркое утреннее солнце не улучшало его состояние, наоборот, ослепляя.       Боясь опоздать, Ран сел в такси, прижимая ладонь к лицу, сопротивляясь головной боли. Ён ни за что не оставил бы Чжиа — так думал младший, когда стал громко стучать в дверь.       Лисье чутьё Рана ничем не помогло из-за его плохого самочувствия. И, когда наконец-то дверь открылась, он не смог понять, был ли Ён в доме.       Внимательно рассматривая незваного настойчивого гостя, Чжиа не скрывала своего недовольства. По её виду было понятно, что она никуда не спешила, как думал Ран, или же это был такой план.       — Где Ён? — Не выдержал Ран, безысходно сжимая кулаки. Он меньше всего хотел пересекаться с этой женщиной.       — Думаю, Вы ошиблись домом, — терпеливо ответила Чжиа, осуждающе добавив, — впредь проверяйте адрес, а не выламывайте дверь.       Покачав головой, Чжиа взяла сумку и прошла мимо Рана, совсем ненаигранно не узнавая его, уверенно направляясь к машине.       — Так и будете здесь стоять? — Бросив взгляд в сторону младшего, недоверчиво уточнила она.       Не найдя подходящих слов, Ран молча отошёл от дома, всё ещё ничего не понимая.

— Если бы у тебя была возможность всё забыть.

      В голове Рана всплыли слова брата, и у него резко перехватило дыхание.