Симфония разрушителя

В отличии от второго убийства, третье Разрушение не заставило себя долго ждать. Правда, пришлось кое-что поменять в своей стратегии. А именно – больше никаких ночных клубов. Хоть там найти подходящую жертву и очень просто, мое ментальное здоровье все-таки не выдерживает длительного пребывания в этом заведении. Алкоголем залечивать его не вариант, все же есть риск набухаться. Хорошо, что я тогда с Евой смог более-менее протрезветь. Нужно было сменить локацию для охоты. С этим я определился быстро, благо, реклама этой хрени была практически по всему Интернету. Странно, что я сначала попробовал клуб. Наверное, я слишком по-старперски мыслю иногда. Приложения для знакомств. Я уже вижу ваши улыбки сквозь экран монитора. Не нужно смеяться. Я тоже поначалу думал, что это тупая затея. Но я рассуждал так, что если этот вариант будет удачным, то он для меня идеален. Никуда не нужно ходить, чтобы найти новую жертву, что означает меньшие риски быть замеченным. Затащить домой девушку еще проще в таком случае, ибо будем честны, приложениями для знакомств чаще в чисто интимных целях используют. Ну, и самое главное, не нужно терпеть паршивую клубную музыку. Да и я ничего не потеряю, если все-таки попробую эту безумную идею. Сплошные плюсы, не находите? Я скачал все приложения, которые были на слуху. Не буду лишний раз их называть, дабы хотя бы в мемуарах убийцы вам реклама этого глаза не мозолила. Считайте это моей благодарностью за то, что вы все-таки дошли до этого абзаца моего рассказа. Но вы все эти названия прекрасно знаете, уверяю. Долго останавливаться на моих приключениях в цифровых знакомствах не вижу смысла. Лишь кратко опишу свои впечатления от этого, без сомнения, интересного опыта. Эти приложения – изобретения не иначе как самого Сатаны. Да, они удобны в том плане, что чтобы найти жертву не нужно ходить по всяким клубам. Но во всем остальном это чертовски неподходящая для меня вещь. Поиск подходящей овечки занял недели три. Я никогда так не уставал от общения с девушками, как там. Одни игнорируют по несколько дней, другие слишком сильно крутят жопой, хотя по ним видно, что они зарегистрировались в этих приложениях для того же, что и девяносто процентов пользователей – поиск одноразового или не очень партнера для секса. Тамошние женщины слишком многое возомнили о себе. Они думают, что только из-за того факта, что между ног у них вагина, а не член, мужчина должен перед ними чуть ли не фокстрот танцевать. В общем, эти три недели, что я там провел, мои наушники не переставали играть для меня сверхбрутальную и быструю музыку по типу Converge и Napalm Death. Только так я мог выпустить весь тот гнев, вызванный женщинами. Клянусь, я никогда не испытывал такой ненависти к противоположному полу, как тогда. Еще попадались проститутки, которых, если честно, убивать не особо хотелось. Убить путану для меня - это как съесть фастфуд. Да, он очень доступный, придет быстро, но от его употребления твой организм «спасибо» не скажет. Одна только мысль об этом вызывает у меня желание вымыть тщательно руки с мылом. И вот, сквозь огонь и пламя этих кругов ада, которыми были диалоги с разными девушками, я все-таки нашел подходящую дьяволицу. Точнее, я нашел ее спустя два-три дня активного использования приложения. И моментально свайпнул. Или как там это называется? Профиль гласил: «Валерия, 32». «Черт возьми», подумал я, разглядывая ее фотографии, «если бы все женщины в ее возрасте так выглядели, то это был бы рай на земле». Многие девушки, которые лет так на десять моложе, не источают и половины той сексуальности, как та, на чьи снимки я тогда смотрел с довольно сильным желанием раскромсать и уничтожить. Все-таки, далеко не для всех возраст это просто цифра. Рыжий цвет ее волос словно кричал о том, что эта детка не оставит мужчину разочарованным. Но самой главной деталью в ней были глаза. Один ее глаз был оливково-зеленого цвета, а другой – зелено-голубого. И это смотрелось очень притягательно, являлось эдакой экзотической фишечкой. Я даже слегка сомневался, что она ответит мне взаимностью. Обычно со мною такого не бывает. Уродом себя не считаю, а рыбы в море дохрена, как говорится, поэтому зачем из-за этого загоняться? Но в приложениях для знакомств даже раки очень привередливы к наживке. А «Валерия, 32» была в этом водоеме русалкой. Но она написала в ответ. Первым делом я спросил ее о глазах с недвусмысленным намеком на то, что мне ее гетерохромия показалась весьма привлекательной. Она уверила меня, что это не линзы, у нее с рождения такая особенность радужных оболочек. Дальше я окончательно убедился, что такой способ поиска потенциальных жертв не для меня. Мы начали общаться. Долго общаться. Мы почти каждый день все эти три недели разговаривали практически ни о чем. О работе, о политике, о ее прошлом неудачном опыте с мужчинами, о путешествиях, о спорте и прочее-прочее. Мы просто говорили друг с другом, чтобы между нами не возникало игнора. Я чувствовал, что и ей это все не интересно. Но общение по Интернету – это далеко не то же самое, что в реальности. Когда в жизни ты ищешь девушку, с которой можно было бы без обязательств культурно провести время в кровати, все намного проще. Видишь девушку, немного с ней общаешься, понимаешь по ходу разговора, что девушка тоже не против немножко предаться зову плоти. После вы идете вместе выпить, пара часов такой же пустой болтовни, которая позволяет окончательно убедиться в взаимности ваших планов на ночь и вы едете в твою или в ее квартиру. Хотя, чего я это вам рассказываю? Вы сами все могли видеть на примере Евы, моей второй жертвы. А в приложениях для знакомств вместо часа или, в крайнем случае, двух часов вы тратите на построение контакта три гребанные недели. А это риск. Чем меньше промежуток времени между знакомством и убийством, тем меньше шанс, что о вашей связи с жертвой узнают посторонние люди, вроде я это уже говорил. Да и это, опять же, утомительно и бессмысленно. Я уверен, почти то же самое чувствовала и Валерия. Она не искала отношений в Интернете, это я могу вам заверить. Рассказы о бывших ублюдках, как она их называла, об этом прямо говорили. Видно было, что вся эта романтика, чувства, последующие слезы и ссоры из-за недопонимания и измен, ей надоела. В редкие моменты тотальной откровенности между нами, когда от привычных пустых тем для разговора нас обоих начинало тошнить, она поделилась со мною тем, что чем старше она становится, тем больше у нее сексуальное желание. Если это не прямой намек насчет ее намерений, то я не знаю, что может быть таковым. Обычно после получения подобной информации я начинал действовать. А я еще неделю продолжал маяться с ней черт знает чем. Похоже, это бессмысленное Лимбо меня тоже начало затягивать. Все эти приложения окрашены в яркие цвета, но это всего лишь лживый фасад, созданный дабы усладить глаз пользователей. Их истинный цвет – цвет гудрона. Вот так бы я описал вкратце ощущения от нахождения в этой экосистеме цифровых знакомств: «Это настолько же бессмысленно и безвкусно, как жевать гудрон». Но мое желание убивать наконец-таки проснулось и взяло верх. Русалка уже двести раз клюнула на удочку, осталось только ее вытянуть на берег и выпотрошить. Пора заканчивать с этой вязкой жижей под названием приложения для знакомств, а не то Ариэль сорвется с крючка. Я написал ей: «Есть ли у тебя планы на вечер субботы?». Казалось, она только этого вопроса и ждала. «Таких, которых нельзя отложить - нет». Я предложил ей выпить у меня дома. Да, вот так с ходу. А что, мы уже наладили друг с другом контакт. Пожалуй, даже мы в этом перестарались. Должна же быть для меня какая-то награда за эту долгую обработку жертвы? Пропустить часть с баром и переместиться сразу ко мне будет достаточно. Так нас никто вместе не увидит, а значит что? Правильно. Меньше вероятность быть пойманным. Она согласилась. Что же, теперь остается подготовить все необходимые инструменты, а дальше уже механизм отработан. Хотя я и написал Валерии во вторник, суббота пришла быстрее, чем ожидалось. Мне казалось, что эти дни должны быть невыносимо долгими от предвкушения дальнейшего веселья, но нет, прослушивание дискографии любимых мною Dream Theater смогло более чем отлично скрасить мое ожидание дня приготовления суши из русалки. Валерия пришла минута в минуту договоренного времени. Скромности в ее наряде не было. Я бы даже сказал, что она выглядела как проститутка с таинственным ценником за услуги. Она была красивой как VIP-эскортница, но одета как шлюха с ориентиром на дальнобойщиков. Если бы не ней было сверху черного кожаного пальтишка, наверняка какой-нибудь пьяный мужчина предложил бы ей по-быстрому заработать в ближайшем переулке. Интересно, почему женщины думают, что короткое леопардовое платье возбуждает мужчин? Да, его хочется снять как можно быстрее, но по несколько другим причинам, нежели дикая страсть. Или она просто одевалась по принципу «показать побольше кожи»? Если так, то она точно какая-то нимфоманка, если хочет вызвать у меня желание таким примитивным способом «в лоб». Отвратительно вульгарное платье словно заставляло меня не сводить фокуса своих глаз с ее лица. И оно было так же экзотически великолепно, как на тех фотографиях. Особенно глаза. Воочию они казались еще более яркими, нежели на продукте самого мертвого из искусств. Такими же, кстати, были и волосы. Я теперь понимал, почему рыженьких в древности считали ведьмами и колдуньями. Примитивный разум просто не был способен оценить этой жгучей привлекательности пламенных локон. Мое воображение с радостью рисовало картину предстоящего разрушения. Я перебирал десяток идей и деталей своего будущего антитворения при виде такого интересного материала для работы. - Привет, зайка. Как твои дела? – сказала Валерия. - Теперь намного лучше. Ты, надеюсь, без проблем нашла адрес? - Я этот город знаю, как свои пять пальцев, дорогой. Отведи меня в любой закоулок и я без проблем дойду к себе домой. Ну, мои две предыдущие девушки с этим бы поспорили. Из моего пруда еще никто не уходил. Хотя Валерия же походит на русалку, кто знает, может и в этот раз найдет дорогу домой? Хаха. - Не хочешь выпить? – предложил я, как только она вошла в мою комнату. - Давай. А что у тебя есть? Вот тут я хорошо подготовился. У меня дома был неплохой такой склад алкоголя. Что тут сказать, я люблю себя побаловать качественным спиртным время от временем. Кстати, коллеги по работе тоже эту мою слабость быстро просекли. Поэтому они с подарками к моему дню рождения особо не парились. А для моих девочек мне выпивки не жалко. Как говорится, все для клиента. - Есть коньяк, виски, вино, даже еще тут полбутылочки рома осталось. Ну, и пиво еще, но это заначка на утро. - Думаю, коньяк будет отличным началом этого вечера. - Коньяк для очаровательной леди. Заказ принят, скоро будет готово. Прежде, чем приготовить смертельный коктейль, я сам выпил пару рюмок не самого моего любимого конского напитка. Чисто для настроя и легкости в голове. В прошлый раз я параноился на тему опьянения, но сейчас я был уверен в себе на все сто. Руки уже выучили всю процедуру наизусть. Можно и позволить себе немного расслабиться перед делом. Наливаю коньяк, достаю порошок, насыпаю его в рюмку. Теперь никаких нервов. Все сделано быстро и четко. Ну, и еще нарезаю лимон для закуски, чтобы мой поход на кухню не был только ради того, чтобы налить выпить. - Вот, держи. - Спасибо. Выпьем за встречу? Или у тебя есть другой тост на примете? - Давай все-таки за встречу для начала выпьем. Не самый плохой тост, как по мне. Ну, по крайней мере, в моем случае. Мы разом осушили наши рюмки. Теперь ждем десять-пятнадцать минут. - Ты любишь музыку? – спросил я. Надо же как-то убить время. - Ну, я не буду против, если ты что-нибудь лёгонькое поставишь. - Хорошо, я тебя понял. Да, думаю, расслабляющая музыка будет весьма подходящей в данной ситуации. Я остановил свой выбор на Poets Of The Fall. Скажу честно, не встречал ни одного человека, которому бы не понравился этот мелодичный шведский коллектив. Прежде, чем Валерия уснула, мы успели еще выпить по три рюмки. Но я не чувствовал себя пьяным. На меня навалилась смесь грусти и скуки. Чем дольше я смотрел на Валерию, тем больше мне хотелось, чтобы она ушла. Я не мог придумать, как изуродовать ее лицо. Но ведь ты до этого говорил, что у тебя в голове вертится полно идей? – справедливо заметите вы. Что же, все эти идеи не складывались в единую, целостную картину. У меня были лишь кусочка паззла, которые физически не могли сложиться. Тогда я в этом винил коньяк. Я уже упоминал, что не являюсь большим поклонником этого напитка? Он всегда меня вгоняет в депрессию. Не знаю, почему, но это уже стало аксиомой. Но сейчас, когда я выплескиваю свои воспоминания на бумагу, у меня появилась другая теория. Мне вспомнились слова Пазузу. Похоже, теперь я начинаю больше понимать это существо. Так вот, я тогда был, как ребенок в магазине сладостей, в котором любая конфетка может мне достаться бесплатно без каких-либо усилий. Все проходило слишком гладко, без какого-либо риска. И я потерял интерес. Передо мной оказался целый халявный шведский стол, очень трудно быть определиться, с чего начать. Коньяк лишь усилил эту палитру чувств. И позволил спихнуть все это на него. - Ты чего-то помрачнел. Я сказала что-то не то? А ты что-то говорила? – чуть не ляпнул я. Я был слишком сосредоточен на выпивке и музыке. Нужно сбавить обороты и не позволять себе слишком сильно расслабляться. - Да нет, все нормально, русалочка моя. Я просто немного в себя ушел, со мной бывает такое, когда я выпью. - Не нужно от меня уходить никуда. Можешь ведь все веселье пропустить. После этих слов Валерия меня поцеловала. И это правда сработало. Ее мягкие губки заставили крутится шестеренки в моей голове. Я начал потихоньку изучать ее тело своими руками. Не из возбуждения, а для того, чтобы лучше знать, с чем буду работать. Фигура у Валерии, конечно, была первоклассная. Было трудно одновременно целоваться и ощупывать все интересные женские места. Трудно сконцентрироваться на этих двух делах одновременно, когда ты лишь изображаешь страсть. Интересно, насколько трудно это порнозвездам дается? Ведь они этим каждый день занимаются. Причем на камеру. Наверное, как обычно, все дело тут в опыте. Мы начинаем перемещаться к кровати. Фокус моих губ переходит с губ на шею, как только наши тела легли на ложе, которое, возможно, никогда не увидит настоящей любви мужчины и женщины. Я начинал потихоньку входить в процесс притворства. Руки начинали активно играть с небольшой, но упругой грудью Валерии, а мои поцелуи начинали спускаться все ниже. И тут снотворное наконец-то подействовало. Сперва я пошел за инструментами, которые я предварительно подготовил и спрятал в кладовке. Я приобрел еще несколько штуковин на случай, если мне в голову придет какая-нибудь дикая идея. Например, шило, которым я уже знал, как воспользоваться в данной ситуации. Все это великолепие я перенес в ванную. Затем я перетащил туда спящую беспробудным сном Валерию и разделся до трусов. Дальше вы уже знаете, что будет. Я достаю из своего набора инструментов своего давнего друга по имени Молоток, и мы глушим рыбу все тем же способом, что и с двумя предыдущими принцессами – два точных и молниеносных удара в височную долю. Проверяем пульс и дыхание. Да, третье убийство успешно свершилось. Теперь нужно правильно подать наше блюдо из русалки, привести его в абсолютно нетоварный вид. Чуть не забыл свою камеру. Нужно ведь фиксировать весь процесс, а иначе придется держать все воспоминания в голове. А память – штука ненадежная, особенно в длительной задержке чего-то повседневного. Да, думаю теперь убийства стали моей новой рутиной. Делаю первый снимок мертвой Валерии, еще не тронутой другими инструментами. Снимаю с нее платье, я не хочу его пока в крови пачкать. В прошлый раз, дабы обескровить жертву, я просто перерезал ей горло, что было, признаюсь, было не особо эффективно. Поэтому пришлось немного поработать над этим моментом. Для этого установил над ванной небольшое крепление и приобрел крюк мясника. Когда я только представил, как буду вешать тела красивых девушек аки свиные туши, на мгновение ко мне вернулся чистая детская радость. Это отличная деталь для моего абсолютно авторского стиля убийств. Превращение прекрасного женского тела в бесполезную и отвратительную груду мяса – моя специальность. Пришлось, конечно, немного попотеть с этим. Нужно начать чаще спортом заниматься для таких вот манипуляций с телами. Снимок. Сначала я хотел опять, как в прошлый раз, просто сделать огромную рану на шее, откуда будет кровь вытекать, но возникла другая идея. Безумная даже по моим меркам идея. Я достал ножовку по металлу и несколько сменных лезвий на всякий случай. И начал отпиливать голову Валерии. Кровища била фонтаном. Даже в рот и глаза мне попало несколько раз. Когда вам в лицо резко летит отвратительно-соленая, горячая жидкость, это не самый приятный опыт, я вам так скажу. Я не блеванул только потому что моим органам зрения было еще более мерзко, чем вкусовым рецепторам. Нужно обязательно для такого будет купить защитные очки, если я в дальнейшем собираюсь заниматься обезглавливанием своих жертв. Когда весьма невеселый процесс декапитации был закончен, я бросил голову прямо в ванную, после чего тщательно вымыл лицо и руки. Теперь можно слегка передохнуть, пока стекает кровь. Только сейчас я понял, что в колонке все еще пел вокалист Poets Of The Fall. Надо бы сменить пластинку на что-то более жизнеутверждающее и веселое. Кажется, настало время прозвучать голосу одного из самых величественных фронтменов на планете – Фредди Меркьюри. Можно приступать к исполнению моего дьявольского плана. Я взял отпиленную голову и отчистил ее от крови. Как бы мне не хотелось сделать новое разрушение максимально отличным от предыдущего, кое-что придется повторить. Маникюрным ножницам снова нужно будет поработать с веками. Глаза – это все же моя главная цель, ибо они являются самым важным атрибутом человеческой привлекательности. Тем более, такие необычные очи, как у Валерии. Теперь я не особо стремился сохранить в целости глазные яблоки, но на удивление, мои пальцы все сделали очень аккуратно. Видать, прошлый опыт сказался. Снимок. И вот они предстали мне во всем своем великолепии. Надеюсь, вы еще не забыли о шиле, дорогие читатели? Если да, то я вам только что напомнил. Думаю, вы уже догадались, что я буду с ним делать. Два четких удара, и необычайной редкости бриллианты превратились в мерзкую жижу. Снимок. Пора теперь поиграть в индейца. Драгоценности я уже забрал, теперь нужно потушить огонь. Томагавка у меня, конечно же, нет, поэтому нужно пользоваться подручными средствами. Как я уже говорил, аккуратность не стоит у меня в приоритете. Обычный нож более чем подойдет. После сцены в стиле Кровавого Меридиана я сделал два снимка. На первом было запечатлено то, что уже сложно идентифицировать как голову Валерии. Вторая фотография зафиксировала мою руку, держащую скальп попавшей в мои сети русалки. Осталось только подождать, пока остатки крови вытекут из тела и улицу покроет привычное и уютное мне одеяло ночи. Можно пока заняться расстиланием полиэтилена в комнате, конкретно на полу и на кровати. Примерно в одиннадцать часов вечера я с помощью душа отмыл ванную и снял тело с крюка. Нужно сделать еще кое-что, прежде чем расчленить тело. Мышцы трупа пока еще не окоченели, поэтому я исполнил свою задумку безо всяких проблем. Я одел то ужасное платье на безголовое тело. Теперь ничто не отводило от него взгляда. Но это еще не все. Когда я избавил тело от крови, оно стало куда легче и мне намного проще было его перемещать. Что и было сделано. Я посадил труп Валерии на укутанную полиэтиленом кровать. Ее изуродованную голову я расположил у нее на коленях и сделал так, будто бы мертвые ладони девушки держали отсоединенную часть тела. И погибшая Ариэль все еще в этом платье. Прекрасная в своем уродстве картина. Снимок. С веселой частью покончено, теперь к задолбавшей своей необходимой постоянностью расчлененке. Это всего лишь третье по счету убийство, а отрубание конечностей уже сильно приелось. Но другого способа транспортировки тела я еще не придумал. Ну, что же, достаем топор и доску, у нас сегодня необычная разделка рыбы. Я даже не стал снимать результаты этого процесса, как в прошлый раз. Все равно расчлененные тела всех девушек выглядят плюс-минус одинаково. Бесполезные куски разрубленной плоти. Только память телефона забивается лишними снимками. Руки уже привыкли к топору, поэтому я все сделал довольно быстро и без заморочек. Теперь осталось все упаковать и отправить морскую принцессу обратно в ее стихию. На дворе уже полночь, настало время злодеям скрывать свои преступления в пучине мрака. Но прежде разведка пути на предмет наличия посторонних глаз. Как обычно, никого. И почему я не удивлен? Хоть бы какое-то разнообразие, честное слово. Зато никакого лишнего геморроя. Через две минуты я уже бросил мешки в багажник и начал заводить машину. Теперь форс-мажоры мне не были страшны. Я стал куда более самоуверенным. Прошлые два убийства сопровождались конской дозой адреналина, который мой организм едва успевал вырабатывать. А сейчас этого нет, все предосторожности стали не более чем формальностью. Даже жестокие убийства могут стать рутинным занятием. Но все же я получил от этого удовольствие, ибо с Валерией я повысил свою мерзкую планку. Пруд встретил меня как обычно своим холодным дружелюбием. Никогда не думал, что у меня когда-либо будут такие близкие отношения с водной помойкой. Мы с ним будто члены одной преступной группы. Я – исполнитель, а он – сообщник. Лодка была все так же наготове вместе с веслами. Я взял побольше груза на всякий случай, ибо опять же, тело было куда легче, чем обычно. И вот еще два мусорных пакета растворились в грязных темных водах заброшенного пруда. На обратном пути домой я включил «The End» Моррисона и компании. Завтра предстояло пойти в кинотеатр на режиссерскую версию «Апокалипсиса сегодня». Нужно было заранее настроиться. Забыл сказать, скальп я оставил себе на память. *** Целая неделя без его голоса в голове. Уже как-то даже непривычно. Человеческая способность адаптироваться к любому дерьму воистину удивительна. Я даже не старался избавиться от Пазузу. Наверное, я правда начал воспринимать его больше как назойливого товарища, а не как заклятого врага. Он, похоже, ушел из-за таблеток, которые я начал весьма активно принимать. Смириться с тем, что я не мог ответить на вопрос, хочу ли я убивать Алису, оказалось труднее, чем я думал. Это рушило мою индивидуальность. Не знаю, как по-другому это объяснить. Мой разум вообще тогда представлял собою чистый лист. Опять. Дежавю. Причем неприятное. Все словно возвращается на круги своя. Словно тех трех убийств и не было. Два года в никуда. Я любил убивать и ненавидел любить – вот самая точная характеристика, которую я мог себе дать. Последнее свидание с Алисой заставило меня в этом усомниться. Кто я теперь? Опять же, ответа нет. И это меня сильно обеспокоило. Я думал, что теперь, когда я начал заниматься своим аморальным увлечением, поиски ответа на этот вопрос можно считать официально законченными. Но не тут-то было, оказывается. Сначала у меня была мысль, что Пазузу имеет куда большее влияние на мой мозг, чем мне казалось изначально. Но нет, таблетки сильно ослабили его, а я все так же метался в сомнениях насчет убийства Алисы. И чем ближе подходило время третьего свидания, тем сильнее я убеждался в последних словах демона. Я все-таки влюбился. И это меня чертовски напугало. Почти всю эту неделю я, нашпигованный сильным успокоительным, пялился в теливизор, поглощая философию тамошних каналов. Отвратительный опыт. Уж лучше слушать пиявку, которая может сказать что-нибудь интересное обо мне со стороны, нежели превращать свою голову в унитаз, в который сливают токсичные отходы. Пялиться так в телевизор было в какой-то степени необычно. Я полностью был сосредоточен на происходящем на экране, но в то же время я постоянно чувствовал, что вот-вот отрублюсь. И порой действительно сознание покидало мое тело. Но мне надо было отвлечься с помощью чего угодно, кроме музыки. Сейчас я просто не мог ее слушать. Она только сыпала соль на рану медленного исчезновения моего прошлого «я». Получается, я рисковал всем ради того, что лишь казалось миссией всей моей жизни. Больно осознавать, что ты ошибся в своей сущности. И что делать дальше? Давно я уже не задавал себе этот вопрос. После первой встречи с прудом я всегда четко и ясно видел план дальнейших действий. Неведение собственного будущего вновь вернулось ко мне. В прошлый раз я отрастил себе панцирь из пофигизма, чтобы смириться с этой проблемой. Но тогда мне понадобились годы для этого. А в этом случае все пришло внезапно, словно обухом по голове ударили. Пилюльки не помогали. Волнение все еще было настолько сильно, что меня начало от него тошнить в буквальном смысле. Да и на моей профессиональной деятельности эти бесконтрольные приемы таблеток начинали сказываться. Я стал куда заторможённый, чем обычно. Сосредоточиться на работе было нереально. Порой было такое, что я даже отрубался на пару минут. Коллеги постоянно спрашивали меня, все ли со мной в порядке. Не хватало еще только потерять привычный и стабильный источник заработка от чертовой наркоты для разочарованных в своей жизни богатых домохозяек. Поэтому за несколько дней до нашего уже третьего с Алисой свидания я решил прекратить их потребление. Так еще и подсесть можно. А потом и в дурку с высушенным напрочь мозгом лечь. А мне этого не надо. На следующий день после отказа от таблеток вернулся Пазузу. Ты трус, знаешь об этом? Попытаться подавить свою любовь в околонаркоманском трипе – это, конечно, жалкий поступок. Зато в моей голове было тихо и спокойно. Твое упрямство доставляет нам обоим немало проблем, знаешь ли. Ты настолько прочно заперся в своей ветхой хижине, что уже практически и не выходишь наружу. Ты просто настолько боишься выйти, что любые проявления внешнего мира в твоей лачуге кажутся невыносимо ужасными. И при всем этом ты говоришь, что твоя первостепенная задача – исследовать окружающий мир. Как это назвать? Может быть, внутренняя агорафобия? Похоже, прием успокоительных неслабо на тебе отразились. Ты начал говорить еще более идиотскими загадками. И что ты мне предлагаешь? Открой двери для своей гостьи. Впусти ее. Сожги этот сарай, в котором ты слишком долго находился. А не слишком ли поздно для этого? Мне кажется, я уже давно прошел точку невозврата. Кажется, разрушать – теперь единственное, что я умею. Ты ведь сам прекрасно знаешь, что это ложь. Если бы все было так, как ты говоришь, этих метаний не было бы вовсе. Солнце давно ушло за горизонт. Луна светила в полную силу, словно небесный прожектор. Я жутко устал. Мое тело лежало на кровати, а сон никак не шел ко мне, ибо деревья были повсюду и они были чертовски страшны. Казалось, будто у каждого ствола были по паре глаз, злобно уставившихся на меня. Яркое ночное небо эту иллюзию особенно подчеркивало. Ничего не оставалось, кроме как встать с постели и идти по тропинке навстречу неизвестности. Я сразу прикидывал, куда можно, если что, спрятаться. Мест для этого было куча, но схоронят ли они меня от опасности? Не думаю. Вся эта местность словно пропитана враждебностью ко мне. Пространства вокруг было предостаточно, но я с таким же успехом мог находиться в тесной комнатушке наедине с Чикатило. Завывания ветра и шелест листьев – не самый приятный саундтрек для ночных прогулок. Да и холод не добавлял приятности этому походу в место под названием «туда, не знаю куда». Мне иногда казалось, что я слышу женский шепот прямо у своего уха, но я не мог разобрать ни единого слова. Да и не сказать, что я старался расшифровать эти неведомые послания. Мозг мог думать только о диком страхе, который внушало это место. Лес был бесконечен. Куча тропинок, однообразное окружение и светлая ночь делали его таковым. Куда мне нужно было идти? Я не знаю. Может, искать убежище и запереться там, ожидая спасительного рассвета? Звучит, как план. Но опять же, не похоже, что здесь есть уголок, где можно было бы схорониться. Стоять на месте – тоже не вариант. Это равносильно самоубийству. Поэтому я просто шел, все время оглядываясь по сторонам. Мне даже казалось временами, что я вижу пристально смотрящее на меня лицо с дьявольской улыбкой. Но несмотря на все вышеперечисленное, я шел спокойной, неторопливой походкой. Примерно как смертник, смирившийся со своей участью, идет на эшафот. Я потерял счет времени, поэтому не знаю, как долго я так бесцельно блуждал, пока не встретил Алису. Она стояла посреди тропинки, одетая лишь в белую ночнушку. Серебристый свет луны озарял ее, словно ангела, посреди этой безнадежной темноты. Ее голубые глаза казались еще светлей, и они внимательно смотрели на меня каким-то успокаивающим взглядом. Она словно звала меня ними. Первым моим желанием было незамедлительно подойти к ней и уйти наконец-таки из этой Аокигахары. Но тут же в голову начали лезть разные истории о сиренах, которые манили моряков своим чудным пением и топили их в бескрайних пучинах моря. Все в этом лесу хочет моей смерти, так почему Алиса должна была стать исключением? Я не знал, как дальше поступить. Пойти к ней? Обойти ее десятой дорогой? Или, несмотря на сказанное выше, вообще замереть на месте и посмотреть, что будет? Все эти варианты казались мне неправильными. Я чувствовал, что если я все-таки выберу один из них, то останусь здесь гнить вечно. Казалось, что лес меня не отпустит даже после гибели тела, а остальные мертвецы, лежащие здесь, будут мучать меня своими хриплыми голосами, стремясь свести с ума угнетающими речами. Уже мертвые знают правильные слова, чтобы заставить человека желать смерти, я в этом уверен. - Не нужно бояться. Здесь нет ничего, что может тебе навредить, кроме тебя самого, - раздался четкий голос в моей голове. Но это был не Пазузу. Это была Алиса. Я точно это знаю, мои глаза все время смотрели на ее лицо. Я могу даже сейчас поклясться чем угодно, что она не открывала рта в тот момент, когда прозвучал ее голос. Голос меня не испугал, тот факт, что внутри моей головы кто-то говорит – уже привычен. Да и тон голоса Алисы ни на чуточку не заставил меня ощутить какую-то опасность, а я был взвинчен до параноидального состояния из-за этого проклятого леса. Алиса начала идти ко мне медленным шагом. Что же, будь, что будет, - подумал я тогда. - Не впадай в безысходность, побереги силы. Нас здесь нет, я ни за что… Она не успела закончить фразу. Алиса подошла ко мне и дотронулась своей рукой моей щеки. Лес исчез. Деревья сменились песком, лунный свет превратился в солнечный, а вместо угрожающей тишины зазвучали голос чаек и звуки волн. Волны, унесите меня с собой… Волны… Волны… И тут я проснулся. Похоже, кошмар закончился на мажорной ноте. Ты просто открыл двери, как я и сказал. Так этот сон твоих рук дело? И да, и нет. Я всего лишь задал направление, а твой мозг доделал остальную работу. Мои возможности в твоей голове не настолько велики, можешь по этому поводу не переживать. Иначе бы ты видел такие сны куда чаще. Ты ведь говорил, что не в твоих интересах мне вредить? Вредить – нет. А вот слегка помучить можно. Вот и доверяй тебе после таких слов. Зато эти слова очередное доказательство моей честности, не находишь? Если бы я изо всех сил пытался завоевать твое доверие, то я бы тебе такого прямо в лоб не говорил. Мне уже плевать, доверяешь ты мне или нет. Дальше все зависит только от тебя. Свою часть работы я сделал. Прошу, скажи мне, что это означает то, что ты скоро свалишь из моей головы. Пока нет. Мне ведь интересно, чем все это закончится. Поэтому я останусь. Не волнуйся, это не навсегда. Да и тем более, мы все-таки наладили с тобой контакт за это время. Не отрицай этого. Я знаю, когда ты лжешь. Человек ведь ко всему привыкает, не так ли? Надоедливые существа вроде тебя – тоже не исключение. Пока, правда, до Стокгольмского синдрома не дошло. Когда ты свалишь, я по тебе скучать не буду, не надейся. Обидно, конечно, но я это как-нибудь переживу. Пока не забыл, хотелось бы спросить у тебя кое-что. Ты можешь, скажем так, обрести физическую форму в моих глазах? То есть, ты хочешь не только слышать меня, но еще и видеть? Я не говорил, что я этого хочу. Боже упаси. Просто я не желаю больше этих твоих внезапных игр с моими органами. Пазузу в ответ громко рассмеялся. Честно говоря, я и сам толком не знаю. Быть голосом в голове психопата – паршивая участь, знаешь ли. Вроде бы я могу мыслить. Следовательно, я существую. Но слышать меня можешь только ты. Я узник твоего мозга. Пока что. Но не думай об этом. Сейчас у тебя есть куда более важные заботы, чем я и принцип моего существования. Я даже покину тебя ненадолго, дабы не мешать. Помни, что сейчас настало время принять самое ответственное решение в твоей жизни. Чао. Более важные заботы… Не нужно быть гением, чтобы понять, что имел в виду голос моего безумия. Алиса. Мне уже давно не снились сны. Тем более такие яркие и реалистичные. Любовный тупик пробудил мое подсознание. Могу ли я все еще встать на тропу нормальной жизни? Или точка невозврата давно была пройдена? Я далеко не специалист по трактовке сновидений, но что-то мне подсказывает – это видение говорит о том, что шанс еще остался. Можно ли ему верить? Не знаю. Я больше ничего не знаю. После встречи с Алисой весь мой мир, построенный плотью и кровью троих девушек, упал словно башни-близнецы одиннадцатого сентября. Те убийства казались теперь чем-то, что было в далеком прошлом. Или вообще тем, что происходило в какой-нибудь альтернативной реальности. Теперь же мне просто хотелось стереть это все из памяти и жить обычной жизнью простого человека. Ну, и еще в тот момент мне хотелось оказаться в объятиях девушки, которую я люблю. Будто я персонаж какой-то отвратительной романтической комедии для девочек-подростков. Похоже, что любовь реально какое-то гротескное чувство. Оно заставляет все твои мысли крутиться вокруг объекта обожания. Сперва Пазузу, теперь это. Я теперь точно не был властелином собственного разума. Наше свидание у меня дома должно уже состояться завтра. Я решил съездить в последний раз к моему сообщнику пруду, чтобы попрощаться с ним навеки. И отдать ему все мои инструменты из, казалось бы, уже прошлой жизни. Последний сувенир в виде скальпа я тоже решил выбросить. Нужно избавиться от всего, что связано с Разрушением. Настало время для великой любви. По традиции, я решил поехать ночью. Темнота уже словно посредник между мной и прудом. Мне не хотелось видеть его при свете дня, который бы еще сильнее обнажал его беспомощность и уродство. Хотелось запомнить его таким же таинственным и меланхоличным, каким я его и увидел в первый раз. Да и ездить с рыжим женским скальпом в машине, когда светит солнце – не самая безопасная и разумная затея. Когда наступила ночь, я сложил все свои пожитки Разрушителя в один большой мусорный пакет. И скальп туда же. Я по привычке снова осмотрел тамбур. Никого. Не то, чтобы это было необходимо, но будет все-таки странно если меня увидят, уходящего из дома посреди ночи с огромным мешком. В багажник моей машины на этот раз было погружено не женское тело, но все равно было такое ощущение, что отличий нет. Я все равно собираюсь увозить труп, чтобы похоронить его как можно дальше от посторонних глаз. Когда я сел за руль, мои руки сами врубили альбом Spiderland группы Slint. Подходящий саундтрек для этой ситуации, как по мне. Перерождение. Я впервые за эту неделю включил музыку. Как я уже говорил выше, просто физически больно было ее слушать из-за моей небольшой депрессии. Похоже, жизнь начинает потихоньку налаживаться. Даже сейчас я не могу поверить, что решился на этот шаг. Отречься от всего, чем я занимался последние пару лет. Отречься от того, что когда-то было для меня священным долгом, словно я просто перешагнул в новую главу своей жизни. Можно ли вообще жить обычной жизнью после того, как ты убил трех девушек, а после изуродовал их трупы? Почему бы и нет? В конце концов, история знает похожие примеры. Из самых известных – Джек-потрошитель и Зодиак. Чем я хуже? Правильно, ничем. Когда я подъехал к пруду, на улице поднялся очень сильный ветер и начало греметь. Словно сам мир захотел нашу последнюю встречу максимально драматичной. Я даже слегка забеспокоился на мгновение о том, что в меня может ударить молния. Как наказание за все то дерьмо, что я совершил. Это даже было бы весьма справедливым возмездием, на мой взгляд. Ну, и доказательством существования Бога. Наверное. Нужно закончить с этим как можно быстрее, а то если не молния прибьет, так надвигающийся осенний ливень наградит меня простудой. Спустя пятнадцать минут пруд принял свою последнюю жертву – Разрушителя. Теперь Артур может идти домой и хорошенько отдохнуть перед своим первым днем новой жизни. Я бросил прощальный взгляд на пруд и уехал. Моя нога на педали газа едва нажимала на нее. Мне захотелось дослушать Spiderland до конца. *** К вечеру уже все было готово. Бутылочка хорошего шампанского охлаждена до правильной температуры, фрукты аккуратно порезаны, а приготовленная мною карбонара выглядела чертовски аппетитной. Теперь осталось дождаться виновницу торжества. Честно говоря, когда я решил предложить ей провести наше третье свидание у меня дома, в голове настойчиво возникал сценарий отказа. Мне казалось, я слегка торопил события. Даже казалось, что совершаю нечто кощунственное в отношении любимого человека. Как вы помните, прошлые девушки соглашались на это с первого диалога, можно сказать. До убийств все было примерно так же. Знакомство, небольшой пустой диалог и мы уже оказываемся в одной постели. Когда я был в отношениях, это мне напоминало походы в KFC, где у тебя скидка на все блюда примерно восемьдесят процентов. Платить много не надо, еду доставляют быстро и с кассиром ты только обсуждаешь свой заказ. То есть, даже тогда я воспринимал секс со своей второй половинкой исключительно как вид плотских утех. Никогда это для меня не было влажной мечтой безнадежного романтика, у которых коитус нечто вроде высшей формы физического выражения любви, как показывают в какой-нибудь эротике с упором на эстетику и концентрации на чувстве обоюдного экстаза между героями. Мне не хотелось воспринимать Алису как приспособление, в которое можно слить одну из естественных жидкостей организма. Девушка, которая тебе небезразлична – это вам не туалет, знаете ли. Поэтому я, наверное, и надеялся слегка на отказ от свидания у меня дома. Но она согласилась. Рано или поздно это должно было произойти. Я поймал себя на мысли, что все происходит слишком быстро. Сперва эта любовь прилетела, словно сосулька в голову, потом я с ходу решаю бросить то, что считал делом всей своей жизни, а теперь я готовлюсь к перевороту своего понимания секса на сто восемьдесят градусов. Эта часть моего жизненного пути настолько нашпигована различными поворотами, что мне казалось, будто бы я герой какого-нибудь фильма. Не верю, что это реальность. Не верю, что это происходит со мной здесь и сейчас. Я уже ни во что не верю. Но вдали маячит перспектива любви. Она служила опорой в жизни бесчисленного количества людей. Может быть, я вскоре окажусь в их числе. Поэтому пока рано бояться и опускать руки. Нужно идти навстречу новой жизни, раз уж я похоронил созданного мною Разрушителя. кажется я начинаю сходить с ума уберите это месиво в моей голове дозой свинца В дверь слабо постучали. Хорошо, что я пока музыку не включал, иначе бы Алиса точно стояла у порога пару минут. помогите я истощен Она была в том же наряде, который был на ней надет при нашей первой встрече в парке. Казалось, будто это было где-то в прошлом году, а не три недели назад. Время в моем сознании видоизменилось – один час стал будто один день. Наверное, это последствия переходного состояния. Ничего, сегодня трансформация будет завершена. Хочу уже наконец-таки стать нормальным человеком. Хочу стать человеком без голосов в голове и навязчивым желанием убивать и уродовать красивых женщин. Так. Хватит уходить в себя и заниматься дерьмовой экзистенциальной мастурбацией. Сконцентрируйся лучше на девушке, которая стоит и ждет, когда ты ее уже пригласишь войти. Я удивился тому факту, что это сказал мой голос, а не Пазузу. Похоже, эта тварь мне уже больше не нужна. Надеюсь, он уйдет теперь с моей головы. - Привет, Алиса, - сказал я после легкого поцелуя в губы, - Проходи, располагайся. - Привет. Слушай, еле сюда добралась. Я вагон метро минут двадцать ждала. А твой дом я по Гугл Картам с очень большим трудом нашла. Представляешь, я даже на какую-то площадку забрела, и долго оттуда выход искала. - Ты бы позвонила, когда подъехала к моей станции, я бы тебя на машине отвез. Чего ты сама пешком шла, не зная дорога? - Да я просто подумала, что тебе подготовиться надо. Решила, так сказать, дать дополнительное время на организацию сегодняшнего мероприятия. Но, конечно, мой топографический кретинизм – это без комментариев. В какой-то момент я уже подумала, что вообще сюда не дойду. когда уже это закончится? я держусь из последних сил - А у тебя тут уютненько, - подытожила свои впечатления от моей квартиры Алиса, - давно ты тут живешь? - Ну, чуть больше года. Но за это недолгое время моя квартирка уже многое повидала. Она знает немало моих секретов. Поэтому я чувствую себя связанным с этим местом, что ли. С трудом могу представить свой переезд отсюда. - Боюсь даже спросить об этих секретах. Но, знаешь, видно, что ты трепетно к своему жилью относишься. Кажется, будто тут все на своем месте. Вот не знаю, почему. - Спасибо. Когда живешь один, то стараешься не превращать свой дом в типичную холостяцкую берлогу. Нужно воспринимать свой дом не как просто крышу над головой, а как свою территорию, где ты можешь просто побыть самим собой после тяжелого трудового дня. Ну, по крайней мере, у меня так происходит. А ведь действительно только здесь я был истинным собой, как мне тогда казалось. И даже сейчас, когда мое мировоззрение совершило оборот на сто восемьдесят градусов, новый «я» по-настоящему раскроется только здесь. И тут я подумал, может ли быть место, где я накачивал девушек снотворным, после чего делал уродливые post mortem их тел, и сейчас называться моим домом? Смогу ли я приходить сюда и не вспоминать то, чем я был раньше? Думаю, что нет. Похоже, придется вскоре переезжать. - Ты не будешь против, если я музыку включу? – спросил я. - Если честно, когда я только зашла сюда, то слегка удивилась тишине. Ты ведь обычно с музыкой не расстаешься. Да, конечно, включай. Какие песни обычно люди включают, когда хотят создать романтическую атмосферу? Таких композиций, если честно, слишком много, но мне хотелось подобрать нечто особенное. Мне не хотелось ставить какую-нибудь пошлую банальщину, которую врубают в каждом втором фильме, когда хотят показать любовь между героями. То есть, Careless Whisper, песни Марвина Гэя и тому подобное отпадают сразу. Что тогда остается? Если бы я не использовал творчество группы Poets Of The Fall в прошлой жизни, то включил бы их сейчас. Даже в таких мелочах хочется как можно дальше дистанцироваться от событий, которые были описаны выше в этих моих своеобразных мемуарах. это произошло не просто так это не могло возникнуть из ниоткуда Я остановил свой выбор на Deftones. Да, возможно, некоторые знающие люди покрутят пальцем у виска, но есть в музыке этой группы какой-то чарующий звук меланхоличной страсти, который, как по мне, весьма подходит сложившейся ситуации. Эти песни весьма неплохо отражали мое душевное состояние. за этим кто-то стоит я знаю как же я раньше не догадался Закончив с обязанностями диджея, я пошел на кухню за карбонарой и шампанским. Разлив игристое по бокалам, я машинально полез в свой тайник со снотворным. Я с испугом отдернул руку. С переездом не стоит затягивать. - Прошу, ваш заказ. Повар просил передать, что он очень старался для такой прекрасной молодой особы, но гарантировать качество блюда он на все сто процентов не может. Уж очень давно он не практиковался. похоже он сосредоточен лишь на себе он не видит меня я могу попробовать понять что-то пока я не умер Алиса засмеялась. - Моя интуиция и глаза подсказывают мне, что паста вышла стоящей своих денег. - Надеюсь, так оно и есть, ибо возврат средств за заказанные блюда в нашем заведении не предусмотрен. - Оу, похоже, я в безвыходном положении. Но я все так же уверена, что ваш повар меня не подведет. Создание романтической атмосферы можно считать завершенным. Теперь следующий пункт плана – ужин. Карбонара действительно вышла вполне достойной. Ну, у меня очень редко еда не получалась, если я по рецепту готовлю. Бывают такие люди, которые даже яичницу пожарить нормально не могут, но я точно в их числе. - За что поднимем первый тост? – спросила Алиса. как это произошло? это случилось только со мной или есть еще жертвы? - Думаю, сперва нужно выпить за нашу первую встречу в парке. Никогда не думал, что повстречаю такую сногсшибательную девушку, как ты, во время дремы на скамейке. - Ты меня немного смущаешь. Не такая я уж и сногсшибательная. А в тот день уж тем более я таковой не была. - Ну, меня с ног тебе удалось сбить. Так что, не нужно себя недооценивать. - Да я серьезно. В тот день… А хотя нет, к чему омрачать такой уютный вечер грустными подробностями, верно? Давай все-таки выпьем за встречу. Ненавижу такие моменты, когда нужно уговаривать человека выговориться. Простите за тавтологию. Будто бы это не ему нужно, а вам. Но игнорировать данную просьбу я вам не советую. Особенно с девушками. Иначе вы покажете себя черствым мудаком, да и между вами может появиться неловкая пауза, которых на свиданиях стоит избегать во что бы то ни стало. почему именно я? почему именно так? лучше бы меня просто убили а не заменяли ним - Слушай, мы с тобой уже, надеюсь, не чужие друг другу люди. Наши отношения имеют перспективу. Ты мне очень нравишься, и поэтому я хочу узнать о тебе все. Я думаю, на этом этапе мы должны открываться друг другу не только с положительных сторон, а еще и делиться нашими страхами, переживаниями и недостатками. Поэтому твои слова ни в коем случае не испортят сегодняшний вечер. Даже наоборот, мы станем чуть ближе друг другу, если ты поделишься со мною тем, что тебя гложет. Я с радостью тебя выслушаю. Признаться честно, я сам от себя даже не ожидал такой речи. И снова у меня возникло стойкое ощущение того, что я стал героем дешевой мелодрамы для сорокалетних домохозяек. Может быть, я все еще в том сне? Но на Алису мои слова, судя по искренней и теплой улыбке, произвели положительное впечатление. Будь бы я на ее месте, то моей реакцией был бы испанский стыд. Поражаюсь тому, как девушкам легко вскружить голову такой сладкой болтовней. они открыли мою черную дверь а меня самого посадили в клетку - Прежде всего, хотелось бы сказать тебе спасибо. Похоже, что я действительно не ошиблась, подсев тогда к тебе. Моя история, возможно, будет довольно долгой и скучной. Если я увлекусь слишком сильно, ты скажи, хорошо? - Мы никуда не спешим же, верно? Расскажи все так, как считаешь нужным. Ее лицо сильно помрачнело. Я даже слегка испугался от такой внезапной перемены. Образ Алисы после наших двух встреч сформировался в моей голове, и это была самая солнечная и позитивная вещь, с которой я когда-либо сталкивался. Мне казалось, что даже сгорая заживо, она будет улыбаться. - Хорошо. Начнем с того, что я обычно не подхожу в парке к незнакомым парням. Точнее, я никогда так не делала до того, как встретила тебя. - И что подтолкнуло тебя к этому? - Я боюсь, что это прозвучит немного обидно для тебя. Поэтому и не очень хотелось об этом говорить. - Не думаю, что я вообще способен на тебя обижаться. - У меня недавно сестра прыгнула под поезд. Только, прошу, не надо говорить, что ты соболезнуешь. Просто столько людей мне это уже говорило, что я воспринимаю это просто как дежурную фразу. - И как ты это пережила? Чувствовал себя долбанным карикатурным психоаналитиком в дорогом кресле и кабинетом в шикарном офисе, который умеет произносить лишь одну фразу: «И что вы чувствуете по этому поводу?» - Я уже смирилась с потерей сестры, хотя выкинуть мысли о том, что в ее смерти есть и моя вина, не получается. Наверное, потому что это так. Я не смогла ей помочь в ее бедах. Она была очень замкнутой девушкой, и поэтому ей редко удавалось ладить с людьми. Даже я ее не могла понять, и в итоге я просто уехала учиться сюда. Можно сказать, я просто-напросто махнула на нее рукой. Она не оставила никакой предсмертной записки, поэтому до сих пор не понятно, почему она это сделала. - Прости, что перебиваю на такой грустной ноте, но, честно говоря, я немного потерял нить повествования. Мы ведь сначала начали говорить о том, почему ты ко мне подсела, и тут мы перешли к смерти твоей сестры. Я немного запутался. - Это была такая долгая предыстория. Так вот, мне было стыдно за то, что я бросила свою сестру, когда ей нужна была поддержка от близких людей. Я соглала тебе, когда мы впервые встретились. Помнишь, что я сказала, когда ты меня спросил о том, почему я гуляла одна в парке? - Ты говорила о том, что в твоей жизни мало разнообразия и поэтому ты в парк пошла погулять. - До чего нелепая отговорка, согласись? На самом деле, мне нужно было побыть наедине с собой на свежем воздухе. Действительно глупая отмазка, если так подумать. А я тогда даже не усомнился в ней. Похоже, что тогда, в момент нашего с Алисой знакомства, я был беззащитен, словно котенок. Мне можно было любую лапшу на уши вешать и я бы поверил. чего они добиваются? какова их цель? и кто такие эти они? я умру так и не узнав ответа - Ты говоришь, что ты хотела побыть одной, но по итогу, мы с тобой провели тот вечер вдвоем. Почему? Если честно, до этого разговора мне не было так важно узнать ответ. На меня слишком многое свалилось тогда. И Пазузу, и нелегкое решение отказа от убийств в пользу любви. Но теперь, чем больше я начал действительно узнавать Алису, тем больше хотелось увидеть полную картину. Увидеть полную картину. Сукин ты сын… - Ты мне ее напомнил. Ты так же, как и она, выглядел таким отстраненным от реального мира. И ужасно одиноким. Услышать такое от Алисы было действительно обидно. Хотя я не мог опровергнуть ни одного ее слова. Наверное, и правда, мое увлечение убийствами сделало меня таким потерянным для этой планеты. На мгновение проснулась дикая ненависть к самому себе. К Разрушителю. Теперь я ничуть не жалел о том, что похоронил этого ублюдка. И тут в голову пришла другая мысль. Не менее стремная. - То есть ты подошла ко мне из-за жалости? - Так и знала, что мы к этому придем. Не совсем. Скорее, я поняла, что мы нужны друг другу. Считай это проявлением женской интуиции. - И как ты считаешь, она тебя не обманула? Впервые за этот рассказ она улыбнулась. - У меня редко доходило до третьего свидания. Точнее, вообще не доходило. Так что, делай выводы. - Серьезно, у тебя до меня не было серьезных отношений? Она засмеялась. обидней всего то что я не знаю ничего меня просто оставили здесь умирать - Ты бы видел лицо моей соседки, когда я сказала, что собираюсь пообедать в кафе с парнем. Она еще так смеялась над моим нарядом, в котором я к тебе пришла. Говорила, что я в нем похожа на парижскую проститутку. Ну, кстати, мне действительно было слегка неловко в таком ходить по улице. Казалось, будто все на меня пялятся. Обычно я даже юбки и мини-платья редко надеваю, а тут даже эту блузку на себя напялила. Конечно, я дико прифигела, когда обнаружила ее в своих вещах. - Кстати, выглядела ты тогда чертовски соблазнительно, смею заметить. Но зачем ты пришла в таком непривычном для себя амплуа? - Просто захотелось выпендриться перед тобой своей женственностью и красотой. На самом деле, понятия не имею. Наверное, подумала, что так нужно одеваться, когда идешь на встречу с парнем. Не смейся, я в этих делах полный профан. Интересно, Алиса начала со мной так откровенничать из-за того, что у нас завязался чертовски душевный разговор или потому что мы паралельно с этим успели осушить уже половину бутылки шампанского? До этого наши беседы на свиданиях были не более чем обязательной програмой, как и с остальными девушками, я болтал с ней обо всем и ни о чем. А сейчас мы действительно начали узнавать друг друга. Точнее, я начал узнавать Алису. Обо мне она не должна узнать. Иначе всему конец. Да и тем более, Разрушитель похоронен. Раз и навсегда. Незачем вскрывать свежую могилу. Это ужасный этап моей жизни уже пройден. нет обидней всего то что я точно знаю что умру а о том что с ним будет я не узнаю никогда - Ну, скажу, что ты смогла произвести на меня впечатление тогда. - Спасибо. А можно у тебя кое-что спросить, раз уж мы начали такие разговоры? «Это ты ответственен за исчезновение трех девушек?» Мне почему-то показалось на мгновение, что она спросит именно это. Но я все равно согласился. - Только, чур, отвечать честно. Сколько у тебя было девушек до меня? «Трое», - чуть не ляпнул я. - Если ты говоришь про количество девушек, с которыми я спал, то точно уже не помню. Просто обычно я знакомился с ними уже пьяный. Наверное, около десяти где-то. - А серьезные отношения у тебя были? - И да, и нет. Я встречался с одной девушкой какое-то время, но любовью это назвать было сложно. Скорее, это можно считать сексом по дружбе, нежели отношениями. Сейчас я это так вижу. Правда, из-за довольно грязного расставания с ней в моей жизни начался период, когда я просто ушел во все тяжкие. - Подожди. Теперь я запуталась. Вы друг друга не любили, но расставание ты пережил, пустившись в кутеж, я правильно поняла? - Ну, скорее сам факт расставания и некоторые обстоятельства заставили мои мозги мыслить по-другому. Меня словно перезагрузили. Оглядываясь назад, я бы сказал, что скорее подцепил троян, который мог разрушить мою жизнь. Я творил безумную хрень, которую хотелось бы унести с собой в могилу. Но теперь, надеюсь, я стал другим человеком. вирус появился раньше я знаю Это был максимум того, что я мог рассказать Алисе. То, что я вам здесь расписал, ей я пересказал в нескольких расплывчатых предложениях. Но и этого хватило, чтобы хотя бы немного снять камень со своей души. Я поведал ей о том, что и у меня есть секреты, которыми я не горжусь. Пусть и не в таких деталях, как Алиса. - А почему вы расстались? Черт. Облегчение наступило слишком рано. Как можно завуалировать тот факт, что мы расстались потому что я разбил Катерине лицо молотком? - Мы расстались, потому что моей жизни нужны были перемены. Я тогда был словно скиталец с повязкой на глазах вот уже несколько лет. Просто шел куда-то в неизвестность. Не было цели, не было смысла, ничего не было. И эти отношения только все усугубляли, они все больше затягивали в болото экзистенциальной пустоты. Поэтому я их и прервал. Жестко прервал. И я начал заполнять эту пустоту неправильными вещами, о чем сейчас жалею. Но неизвестно, что бы со мной было, если бы не эти ошибки, которые я совершил. Возможно, мы бы с тобой даже никогда не встрелись. Красиво вырулил. Похоже, можно рассказать о всем что угодно, если правильно это подать. То есть, умолчать о деталях и сгладить многие углы. И правда, к чему эти подробности? Все уже позади. Бутылка шампанского уже была полностью выпита. - Сейчас ты можешь назвать свою жизнь пустой? – спросила Алиса. - Ну, напротив меня сидит красивая девушка, с которой я сегодня приятно провожу время. Так что, вряд ли. По крайней мере, в этот день я чувствую себя потрясающе. После этих слов между нами возникла недолгая пауза. Буквально на три секунды. За этот малый промежуток времени мы сказали друг другу очень многое, не используя слов. Все долгие взаимные признания в наших чувствах, которые в текстовом варианте заняли бы минимум полстраницы, мы передали в кратком взгляде. Мы встали из-за стола практически одновременно, подошли вплотную друг к другу и начали целоваться. Такого вовлечения в поцелуй у меня не было никогда в жизни. Как только я ощутил тепло ее тела своими губами, моя голова отключилась. Будто бы переключателем щелкнули. Я полностью стал своими ладонями. Все мое сознание словно переместилось туда. Тактильные ощущения в моих пальцах стали в несколько сотен раз сильнее, чем обычно. Губы и язык совершали привычные для поцелуя действия на автомате. Мои гиперчувствительные руки плавно спускались вниз по ее спине к низу ее футболки. Достигнув цели, ладони взмыли вверх, тем самым сняв один из ненужных предметов одежды. Алиса тоже не отставала. Вскоре после того, как я сбросил с ее тела футболку, пуговицы на моей рубашке оказались расстегнутыми. Пальцы медленно скользили по ее гладкой молочно-белой коже, словно они изучали каждый ее сантиметр. Это окончательно меня возбудило, и я начал вести этот единый организм страсти, соединенный поцелуем, к кровати. Спустя несколько минут на пол к футболке Алисы и моей рубашке полетела остальная одежда. Наши руки полностью впали в безумие. Движения в постели увеличавали свой темп с каждой секундой. Мы трогали друг друга без всякого стеснения. Наконец, наши губы разъединились, и немного сознания вернулось в мою голову. Теперь руки начали играть второстепенную роль в нашем первородном танце любви. Я начал осыпать теперь уже все тело Алисы поцелуями. Прелюдии закончились, пришло время для основного действия. Мы вновь стали единым целым, и мой разум вновь переместился. Мы оба с головой отдались этому чувству экстаза. Наши тела, казалось, были где-то очень далеко. Да и вообще это не наши тела. У нас нет тел. Мы были двумя энергетическими зарядами, которые столкнулись и начали буйствовать. Я не помню поз, не знаю, как долго все это длилось, моя концентрация на ощущениях от самого процесса была стопроцентной. Не знаю, может это послужило причиной тому, что произошло дальше или все-таки это было нечто иное. Вряд ли я когда-нибудь найду ответ на этот вопрос. Да и, собственно, уже незачем. Когда наш экстаз уже близился к своему логичному концу, я вернулся к своему телу. Но не знаю, что его тогда контролировало. Может быть Пазузу, может быть какая-то новая третья сущность внутри меня, или же все-таки это я сам. Мы были в классической позиции для физического проявляения любви. Руки, которые ощупывали грудь Алисы, начали подниматься выше. К шее. И начали ее сдавливать с дичайшей силой. Я ощущал, как мое лицо искажалось в зверином оскале. Алиса практически не сопротивлялась. Похоже, она была слишком ошарашена тем фактом, что я начал ее душить. Я впервые убивал жертву, когда она находится в сознании. До этого я никогда не смотрел в их глаза. То, что я увидел тогда, вызвало у меня спектр противоречивых эмоций – от желания блевануть до истерического смеха. В глазах Алисы отражалась целая вселенная страха, боли и отчаяния. Вскоре она перестала дышать, но руки не хотели отпускать ее горло. Мне понадобилось пару минут, чтобы расслабить ладони и разжать пальцы. Я не сразу осознал, что сделал. Как только до меня дошло, я начал хохотать от радости. Мною овладела логика, которая нормальному человеку покажется безумной, но не мне. Сегодня я совершил свой магнум опус по части Разрушения. В прошлые разы я убивал лишь физическую красоту своих жертв, так как мог видеть только ее. Но Алиса показала нечто иное. Красоту любви. Я никогда не понимал ее, не подозревал о ее ценности. Соответственно, она была мне неинтересна. До Алисы. Поддавшись чарам красоты любви, я даже на несколько дней отказался от того, что было моим призванием. Вот насколько она сильна, черт возьми. И вот я ее разрушил. Никогда не чувствовал себя таким живым. Меня настолько это впечатлило, что вот я и пишу этот рассказ уже почти сутки. Хочется запечатлеть этот грандиозный момент моей жизни на бумаге. Ведь вряд ли я когда-нибудь смогу превзойти это. Ну вот и все. Я чертовски устал после набора семидесяти страниц в режиме нон-стоп. Весь тот задор, с которым я садился писать этот рассказ, все-таки улетучился. Тело Алисы до сих пор лежит у меня на кровати. Надо бы ее тоже разрезать на мелкие кусочки и отправить в далекое плаванье, но только после того, как высплюсь. Спать рядом с трупом я не буду, устроюсь рядом на полу. так я и умру в неведенье А что дальше? *** вода была так тепла в этот день. волнам не было числа и я наблюдал весь краткий период их жизни как они разбивались о побережье. я видел алису но не мог ее услышать. она пыталась удержать свою шляпу на ветру и отворачивалась от меня. в этот момент она исчезла и стала лишь пятном на солнце нгпмишж