Время собирать гильзы

У поцелуев приглушенный вкус. Послевкусие дикого желания смешивается с легкой горечью обиды друг на друга. За то, что оттолкнул и за то, что не остался. Каждый тонет в этой сладко-вязкой неге, когда пальцы с пронзающей болью скользят по бедрам. Эдди впитывает в себя все стоны и влажные губы, прикрывает глаза и старается запомнить каждое мгновение, в то время, как Эван не решается закрыть их, ведь каждый раз, когда он погружается в полную темноту, он видит тот день. Его личную боль. Он действительно старался отвлечься и забыть, но кошмар был в том, что Эван все помнил. Каждое слово и сбивчивое дыхание, каждое движение губ. Человеческая память- удивительная штука, она нарочно не дает нам забыть то, что мы больше всего не хотим помнить. - Постарайся выбросить все эти любовные глупости! Слова - вспышка из прошлого. В реальности Эдди прижимается всем телом к разгоряченному парню и обхватывает ногами за талию. - Ты сам себе все придумал. Не втягивай меня в это, ладно? Шум в ушах и легкое покалывание на кончиках пальцев. Бак откидывает голову на подушку, прежде чем Диас впивается в его шею зубами и зализывает только что оставленный укус. - Я не требую от тебя ничего. Постарайся делать то же самое. Это не так уж и сложно. Воспоминания черно-белые, но внезапно начинают приобретать кроваво-красный оттенок. Бак целует его в губы, отстраняется на пару мгновений и только сейчас их взгляды пересекаются. Он полагает, что возможно им следовало зайти так далеко, испытать судьбу на прочность, лишь бы снова поселить огонек жизни в глазах друг друга. В его голове миллионы слов, но каждое из них сейчас будет лишним. Эдди гадает, что было бы, не испугайся он тогда ответственности. Как бы это выглядело, если бы Бакли не уехал в Чикаго, а настоял на продолжении этой истории? Сколько бы еще это продлилось? Неделя? Месяц? Всю жизнь? Эдди проводит рукой по стройной спине спящего парня и прижимается губами к плечу. Он знает, что бывает с людьми после их смерти. Они становятся идеальными, когда уходят. Эдди думал, что с чувствами и их любовью будет ровно тоже самое. Если он убьет ее раньше в себе, если оттолкнет Бака, то в памяти их любовь идеализируется и останется навсегда. В одно время он возненавидел то, что происходило между ними. Это буквально вызывало зависимость и делало его чертовски уязвимым. Это изменило Диаса. Виноват ли он в том, что каждая история любви заканчивалась трагедией? Он никогда об этом не расскажет, потому что больше уже не ребенок, но лучше Эдди засыпается, когда рядом Бак. *** - Так сколько времени займет твой перевод из Чикаго? Мэдди выглядит еще взрослее в роли матери. Она всегда была для Бака олицетворением уюта и семейности, но сейчас, с приобретением нового статуса это особенно бросалось в глаза. - Прости, что? - У Чимни есть связи с компанией-перевозчиком. Они бы могли сделать приличную скидку, но нужно знать конкретные сроки. Я могу договориться и взять часть хлопот на себя. Мне все равно нужно отвлечься от монотонных мамских будней, если ты понимаешь, о чем я. - Спасибо, но.... Мэдди, я... Он старается подобрать слова, потому что это Мэдди и нужно быть чуть мягче. - Что такое? - Тон ее голоса становится тише и спокойнее, неизменно материнско-сестринский взгляд выдает легкую тревогу. -Перевода не будет. Я остаюсь в Чикаго. Сестра кивает и Бак замечает на ее лице тень печали. Она все еще не может поверить, что брат теперь так далеко, что вся его жизнь теперь проходит без ее участия и он больше не нуждается в ней как раньше. Она тоскует по тому времени, когда они были одной большой семьей со 118той частью. Тоскует по тем дням, когда брат был искренне счастлив. Да, по этому короткому промежутку времени она тоскует больше всего на свете. - Это из - за Эдди? Вы поговорили? - Если честно, то нет. Не думаю, что ему это нужно. - Поверить не могу, что говорю это, но тебе нужно как можно меньше думать. Самое большое людское заблуждение состоит в том, что мы по какой-то неизведанной причине уверенны, что знаем, что происходит в чужих головах. Но ты не можешь знать, как Эдди думает на самом деле. Не проще ли спросить? - Как раз-таки сказал он очень доходчиво. - Эй! Не нужно приплетать прошлое и жить только им. Эдди, в отличие от тебя, давно его отпустил. Жизнь не всегда укладывается в рамки “правильно” и “не очень”. Существует множество исключений. - Возможно, ты права. - Иначе и быть не может. - Она легко толкает брата кулаком в плечо и окутывает его теплыми объятьями. - Поговори с ним, Бак. Просто поговори. Еще до того, как Эван сам это понял, Мэдди знала, что Диас единственный человек, кто сможет полюбить Бака сильнее, чем она. Насколько Эдди знал Бака, а он его действительно знал, то рано или поздно, плотину молчания парня должно было прорвать. Эдди был в курсе, что это крайний вечер Эвана в городе, но все последние часы они молча перетасовывали карты в настолке, изредка перебрасываясь внутренними шуточками, понятными только их троице. Все продолжается ровно до тех пор, пока часы Кристофера издают оповещающий сигнал, сигнализирующий о том, что пора отправляться спать. Эдди роется в кухонном шкафчике в поисках текилы, потому что денек был не из простых, да и сейчас напряжения не меньше. - Ты ведь останешься? - Эдди делает глубокий выдох и чувствует удивленный взгляд Бака в спину. - Я имею в виду сегодня. Тебе же не нужно за руль? Разливает напиток на двоих и все еще смотрит в стену перед собой. - Нельзя вот так просто уехать, разрушив все, что залечивал последние два года. Эдди начинает злиться на себя, потому что изначально он всего лишь хотел предложить Баку остаться, а не навязывать парню чувство вины за ту ответственность, что висела на них двоих. Эван смотрит на парня как-то странно. Воспоминания накатывают с новой силой. Кроваво-красные с призвуком гула и белого шума. Он снова не в силах справиться с этим в одиночку. - Но разрушив все, что так долго строил - можно. У тебя же отлично получилось. Так? Он в два шага преодолевает расстояние от стола до Эдди, залпом опрокидывает шот и прижимается влажными губами к губам парня. Поцелуй короткий и горький. Бак снимает футболку и оборачивается у входа в спальню. - Так и будешь там стоять? Эдди старается выместить всю свою боль и засыпает с ощущением теплой руки на своей шее. Они обязательно все выяснят утром и он наступит своей гордости на горло,если так будет нужно. Попросит Бака остаться, даже выкрадет посадочные билеты, если это необходимо. Когда он просыпается - комната уже пуста.