В ночи услышу голос твой

Вэй Ин задумчиво водил пальцем по обивке сиденья, пока Анита и Ларри Киркланд, он же стажер, он же легальный истребитель вампиров, он же беспечный наивный ребенок двадцати одного года от роду, которому, видимо, не объяснили, для чего выдается оружие, напряженно молчали, будучи не в силах начать разговор. Ларри сидел на переднем сиденье джипа Аниты и все никак не мог найти нужное положение в пространстве, чтобы лишний раз не тревожить поврежденную спину. Осиновый кол, восемнадцать швов — это мощно, но ценой полученная рана за совершенную глупость слишком уж большой не была. Ларри еще легко отделался. До тех пор, пока Анита не начала отчитывать своего цыпленка, Вэй Ин прокручивал в голове недавние события: новый навеянный сон, вчерашний ритуал поднятия зомби-свидетеля на кладбище, чем-то взволнованного Сюэ Яна, который ни в какую не шел на контакт и отмалчивался, легкий разговор с Анитой перед поездкой в больницу к нерадивому стажеру. Блейк, помнится, отказалась доверить свою машину Вэй Ину. И не то чтобы у нее не было для этого причин. Просто некоторые ее аргументы были забавными. Во-первых, Вэй Усянь ездил, как ненормальный, что называется, с ветерком. Во-вторых, Аните хватило прошлого раза, когда на ее имя выписали штраф за превышение скорости, и плевать, что они удирали от свихнувшихся вампиров. Штраф есть? Штраф есть. Следовательно, джип Аниты Вэй Ину теперь не светил. Ну, а в-третьих, девушка просто повернута на безопасности вследствие психологической травмы. У Аниты мать умерла в аварии, когда ей было восемь или девять лет. Она увидела и застала момент ее смерти. Тогда-то, по подозрениям Вэй Усяня, дар некроманта и начал пробуждаться в полной мере. Смерть близкого и дорогого человека послужила своеобразным толчком. И, возможно, если бы мачеха, отец, бабка и прочие родственнички, ревностные католики, навязывающие и своим, и чужим свою веру, не давили на Аниту по поводу ее «неправильной» внешности, в которой преобладали латиноамериканские черты, и темного дара, то все было бы не так плохо. Анита бы не стала отрицать свою суть, запирая ее глубоко в себе, и быстрее бы разобралась со своими способностями. При помощи того же предзнания или врожденной интуиции, например. Они остановились на Балласе. Главная причина — Анита пропустила поворот на I-270. Улица была заполонена людьми, что спешили на ланч, стремясь как можно скорее набить чем-то желудок — сэндвичем, пирогом или простым кофе, — а потом вернуться к прерванной работе. Вэй Ин, как и Анита, засмотрелся на дергающегося и вертящегося Ларри, который как-то умудрился спасти от безжалостных медсестер свою синюю футболку. Достойно уважения. Самому Усяню редко удавалось что-то спасти, когда их цепкие руки стремились его вылечить. Медсестрички без всякой жалости резали на нем одежду и качественную портупею, совершенно не заботясь об их стоимости, чтобы добраться наконец до ран. У Ларри были коротко остриженные рыжие кудрявые волосы. В фигуре преобладала подростковая угловатость и некоторая неуклюжесть. Между светлыми бровями залегла хмурая болезненная складка, а лицо побледнело настолько, что видна была каждая веснушка. Парень на шестнадцать выглядел от силы. Не на свой возраст — уж точно. Ему с друзьями гулять надо, обсуждать любовные интересы и волноваться о проваленном экзамене, а не на вампиров ходить. Невинный глупый ребенок. Вэй Ин тихо фыркнул. В тишине салона подобный звук прозвучал чересчур громко, но его это не волновало. До него в очередной раз дошло, что вот она — разница. Если Вэй Ин в свои двадцать один прославился на весь Китай и Азию Неукротимым Демоном, безжалостно убивающим чудовищ, которые являлись не только нелюдями, но и вполне себе людьми, пытался выжить и каждый день боролся за жизнь и за саму возможность жить, за возможность побыть еще хоть один день в сытости, тепле и относительном спокойствии, то Ларри был обычным ребенком со слишком светлыми идеалами. — Ты обезболивающее принял? — спросила Анита. «О, началось», — подумал с весельем Вэй Ин. Ларри замер, стиснув край сиденья. — Нет. — Почему? — Я быстро отключаюсь от лекарств. Не хочу спать. — Сон от лекарств — совсем не то, что обычный сон, — заметила Анита, глядя строго перед собой. — Угу, — сказал Ларри. — Сны снятся похуже. С этим Вэй Ин был склонен согласиться. — Ларри, что произошло? — Я восхищен, что ты так долго не задавала этого вопроса. — Не паясничай, — негромко произнес Вэй Усянь, и Ларри инстинктивно сжался, тут же охая от боли. — Говори уже. — Мистер Вэй, а что вы тут забыли? Не задай этот вопрос Ларри, и, возможно, его можно было бы посчитать грубым. — Мне стало интересно, что ты в этот раз вычудил. — Ну, спасибо. — Не за что, рыжик. Колись уже. Хватит ходить вокруг да около. У светофора на Олив скопилась длинная очередь из машин. Вэй Усянь понадеялся, что застряли они ненадолго. — Мне надо было проткнуть два тела. Жертвы вампиров, которые не хотели восстать вампирами. — Оба составили завещание, — сказала Анита. — Помню. Последнее время всю эту работу делаешь ты. Ларри попытался было кивнуть, но резко замер. С раненой спиной головой особо не пошевелишь. — Черт, даже кивать больно. — Завтра будет больнее. — Ну, спасибо, начальник. Мне просто необходимо было это знать. — Не тебе жаловаться, рыжик, — подал лениво голос Вэй Ин. — Считай это платой за глупость. В следующий раз будешь умнее. Если доживешь. Анита нахмурилась, но оспаривать слова напарника не стала. — Вы оба сговорились? Вам никто не говорил, что вы просто отвратительно обращаетесь с больными? — Многие говорили, — сказала Анита. Ларри чуть слышно хмыкнул: — Охотно верю. В общем, я закончил с телами и собирал шмотки. И тут какая-то женщина вкатывает еще одно тело. Говорит, что это вампир, только без ордера суда на ликвидацию. Вэй Ина до сих пор изумляли такие порядки в США. Здесь, в отличие от Китая, где вампиров и оборотней до сих пор считали темными тварями и убивали без всякого суда и следствия, выписывали ордер. И лишь получив разрешение на ликвидацию, вампира можно было умертвить. Вся загвоздка в том, что в результате судебного процесса «Аддисон против Кларка», вампиров признали полноценными гражданами. Вампиризм, а с ним и ликантропию, посчитали специфическими болезнями и даже смогли доказать это научным и медицинским путем. Ситуация в Америке произвела своеобразный фурор. Такого еще нигде и никогда не было. Это встряхнуло весь мир и заставило его присмотреться внимательнее к действительности и проводимой политике в отношении вампиров. Удивительно. — Но ты же не стал работать с телом без документов? — спросила Анита, нахмурившись. — Нет, конечно. Я им сказал: нет ордера — нет убитого вампира. Закалывание вампира без ордера есть убийство, и мне неохота идти в суд оттого, что кто-то напортачил с документами. Объяснил им все совершенно недвусмысленно. — Им? — переспросила Анита, подавая машину ближе к светофору. — А там пришел еще один работник морга. Они отправились искать пропавшие документы, а я остался с вампиром. Было утро. Он все равно никуда не делся бы. Ларри попытался отвернуться, но из-за боли, что резко отдавала в спину при повороте корпуса и головы, остался на месте, глядя прямо в глаза Аниты, которая отвлеклась от дороги. — Я вышел покурить. Анита вытаращила глаза и еле успела ударить по тормозам, чтобы предотвратить столкновение с другим автомобилем. Вэй Ина здорово тряхнуло на заднем сиденье, а Ларри застонал от того, как резко его бросило на ремень. — Анита, твою мать, следи за дорогой, — процедил Вэй Ин. — Какие-то придурки не должны сбивать твою концентрацию. Забыла уже? Уточняю: ты, Ларри, — придурок. Кто оставляет вампира без присмотра? Вампира, на которого, возможно, выписан ордер? Ларри состроил жалобное выражение лица. Он был одновременно и смущен, и разозлен. Как только у него это получается? — Я не только покурить вышел, — возмутился Ларри, пряча взгляд. — Это тело просто лежало на каталке. Ни приковано не было, ни связано. Крестов тоже не было. Я выполнял приговоры, случалось. Тех вампиров так заматывают серебряными цепями и крестами, что сердце еле найдешь. Что-то тут было не так, и я захотел поговорить с судмедэкспертшей. К тому же она оказалась курящей. Я и решил, что мы можем покурить у нее в кабинете. В любой другой момент Вэй Ин как-нибудь похабно пошутил, да только решил сдержаться. Не время. — И? — спросила Анита. — Её не было, и я вернулся в морг. Когда я вошел, служительница пыталась проткнуть грудь вампира колом. «И откуда же, спрашивается, у этой бабы кол? Просто пиздец», — подумал Вэй Усянь. — Ты и сумку с инструментами бросил без присмотра? — прошипела Анита, с силой сжимая руль пальцами. — У меня в сумке нет обреза, как у тебя, так я и подумал: кто туда полезет? — Ты серьезно? — спросил Вэй Ин, закатив глаза. — Ларри, многие из такой сумки могут что-нибудь унести в качестве сувенира. — Ладно-ладно, я допустил ошибку. — Ты облажался, парень, — не сдержался Усянь. Тупость поощрять он не собирался. Обойдется. — Сам знаю, — озлобленно ответил Ларри, после чего продолжил: — Я эту женщину обхватил за пояс и оттащил от вампира. Ларри опустил глаза вниз. Судя по всему, в истории наступал момент, которого он особо стыдился. — Я повернулся к ней спиной, чтобы осмотреть вампира. Проверить, что она его не проткнула. — И она располосовала тебе спину, — сказала Анита. — Да. Она, наверное, решила, что я в нокауте, потому что оставила меня и набросилась на вампира снова, и тут вошел ее напарник. Я обезоружил женщину, но она все пыталась добраться до вампира, и мы только с тем напарником сумели скрутить ее. Она просто обезумела. — А почему ты не вытащил пистолет, Ларри? — Если бы вытащил, то мог бы ее застрелить. — Браво, — иронично протянул Вэй Усянь. Если бы что-то такое вытворил Ян, он бы его из зала не выпустил до скончания времен. Потом Вэй Ин отвел бы его на стрельбище, где до осточертения заставил бы собирать и разбирать оружие на скорость и стрелять, и стрелять, пока от мишеней не осталась бы труха. Яну сейчас неполные семнадцать. И он бы ни за что на свете не повернулся к противнику спиной. Не дали бы природная подозрительность и инстинкт самосохранения. — В этом вроде бы и смысл, Ларри. Вытащить пистолет и выстрелить. — Я не хотел ее убивать. — Зато она хотела, — бросил Вэй Ин. — И она бы убила тебя. — Знаю. — Хреново знаешь. Мне плевать на тебя так же, как и тебе на меня, но Аните — нет. Не заставляй ее хоронить тебя раньше времени. — Я жив, и она не убита, мистер Вэй. У вамп… — Поправочка, — перебил парня Вэй Ин, — ты пока́ жив. И если не перестанешь думать спинным мозгом вместо головного, то долго не проживешь. — Вэй Усянь, — произнесла Анита. — Что? — Нет, ничего. Машина выехала на Олив и двинулась в сторону двести семидесятого шоссе. Они ехали на север, к Сент-Чарльзу, где жил Ларри. Оставалось ехать минут двадцать-тридцать. — Ларри, — как можно спокойнее проговорила Анита, по всей видимости, сдерживая крик, — отбрось свою щепетильность в сторону. — Я буду делать то, что посчитаю правильным, Анита. Ничто не изменит моего мнения. — Да черт бы тебя побрал, Ларри! Для тебя это игрушки, что ли?! Ты мог умереть. — А что бы сделала ты? Застрелила бы ее? — Я бы не повернулась к ней спиной. Мне не нужно ее убивать, чтобы обезвредить. Достаточно просто разоружить. Мне не нужно было бы стрелять в нее. — Ситуация вышла у меня из-под контроля, — признал он. — У тебя его изначально не было, — добавил Усянь. — Все с самого начала пошло наперекосяк. — Слушайте, может хватит издеваться? Вам это удовольствие какое-то доставляет? — Не сказал бы. Но некое удовлетворение есть. — Вы можете перестать? — Могу, — пожал плечами Вэй Усянь, — но тогда ты ничего не поймешь. Может если физическая боль тебя не пронимает, то поможет моральная? Слова — тоже оружие. — Для этого нет необходимости грубить. — Грубить? О, рыжик, я еще не грублю. Это, к твоему сведению, называется здоровой издевкой. — Скорее уж нездоровой. — Как тебе будет угодно, лишь бы проняло. Ларри длинно выдохнул воздух сквозь сжатые зубы и прикрыл глаза. Джип свернул на двести семидесятое. — У всех бывают проколы, — вздохнула Анита. — Ларри, почему эта женщина так рвалась убить вампира? Ларри ухмыльнулся: — Она из группы «Человек Превыше Всего». А вампир — доктор той же больницы. Он забился в бельевой чулан — там он всегда спал днем, если застревал на работе и не успевал домой. Она его взвалила на каталку и притащила в морг. — Почему она просто не вытащила его на солнце? — Этот чулан он использовал на всякий случай — вдруг кто-то откроет дверь днем. Там нет окон. Она боялась, что ее заметят, когда она будет закатывать каталку в лифт или выкатывать ее наружу. — И она действительно думала, что ты его проткнешь? — Наверное. Анита, я не знаю. Она сумасшедшая, по-настоящему сумасшедшая. Плевалась в вампира, в нас. Кричала, что мы все сгорим в аду, и монстры захватят мир. Что монстры нас поработят, — помрачнел Ларри. — Знаешь, я думал, что «Люди Против Вампиров» — психи, но «Человек Превыше Всего» — это действительно страшно. — ЧПВ — более радикальная и очень агрессивная группировка, в отличие от ЛПВ, которые действуют в рамках закона, — сказал Вэй Ин. — Первые же плевать хотели на законы и мораль, ведь все, что они пропагандируют, с их точки зрения, — и есть мораль. Они даже повесили на себя убийство мэра-вампира в Мичигане. — Взяли на себя? — Ага. Анита знакома с этим делом лучше, так как именно к ней обратились за помощью. — Анита? Что значит «взяли на себя»? Ты им веришь? — Копы послали мне фотографии и описание тех мер безопасности, что предпринимал тот мэр. ЧПВ не смогли бы организовать что-то подобное, а добраться до вампира днем без какого-либо плана или подготовки для них оказалось бы невозможным. Для этого нужен точный расчет, а ЧПВ лишена хоть какого-то зачатка организованности. — Ты сказала полиции? — Естественно. Об этом они и спрашивали. — Удивительно, что они тебя не вызвали, чтобы ты посмотрела лично. Анита пожала плечами. — Я не могу лично выезжать на все противоестественные преступления. И вообще, я штатская. Да даже значок федерального маршала не делает меня менее штатской. Чтобы появиться на месте преступления, группе расследования должны дать разрешение на мое присутствие — вдруг в этом нет необходимости? — а мне должен поступить официальный приказ. Вдруг у Аниты пискнул пейджер, и она вздрогнула. Вытащив устройство из-под юбки, она внимательно посмотрела на высветившийся номер. — Что там, Анита? — спросил Вэй Ин. — Дольф? — Нет. Номер мне незнаком. — Ты же не даешь номер пейджера незнакомым людям? — спросил Ларри. — Мне это известно. — Слушай, не надо на меня огрызаться. Мне хватило. Паренек направил недовольный взгляд на усмехнувшегося Вэй Ина. — Извини, — вздохнула она, хотя в другое время обязательно накричала бы. Или все дело в пареньке? — Ничего. — Ладно. Сейчас отвезем тебя, и я узнаю, кто мне там названивает. Будем надеяться, что это что-то очень важное и срочное. Будем надеяться.