Adventure in space

      С того дня они провели больше месяца в открытом космосе. Почти не останавливались на каких-то планетах, кроме одной, на которой Антон должен был обойти врачей. Не будем врать, подросток очень боялся их, а когда Данил заявился в комнату, сорвал с него одеяло, заставляя продрогнуть от холода, и куда-то повёл, то он вообще ничего не понял. Только уже в самóм светлом здании Антон осознал, что находится в больнице и должен пройтись по врачам. Даня держал в руках огромный список всех кабинетов, которых они должны были пройти за день, и у подростка начали дрожать ноги от такого. Но радость была в том, что они сделали всё это быстро, и Антона даже никто не мучал. Никто его не пытался уколоть, как сделал это Данил.       Доктора сообщали не очень утешительную новость: да, Антону можно делать скачки в местности, но если они будут очень долгими по времени и нагруженные, то тот даже не сможет это пережить.       Данил решил, что они будут делать их только в крайнем случае, и подросток был не против такого.       Совсем недавно они прилетели на совсем пустую планету с населением только около тысячи человек. Даня не желал оставлять парня одного, без какой-либо возможности обороняться против тех, кто мог бы навредить. А их ведь было не мало.       Так что сейчас они сидели на одном из небольших крыльев своего корабля, отдыхая от тренировки. Сейчас, скажем честно, Данил не нагружает парня. Они лишь занимаются пробежкой, делают силовые упражнения, ну и небольшую растяжку, которая на самом деле забирает больше сил, чем все задания вместе взятые. Антон не был приспособлен к такому, и когда приходилось тянуться к носкам, либо же сгибаться несколько раз, то он всегда пытался отлинять. Но от Данила не сбежишь, и лучше делать то, что просит мужчина. Тот всегда занимался вместе с ним, ведь нужно и себя поддерживать в форме, хотя он, скорее всего, просто не хотел того, чтобы Антону было одиноко делать упражнения.       Сейчас же Антон ел какое-то мороженое, прикрыв глаза, качал уставшими ногами, болевшими от занятий. Лёгкий ветер дул прямо в лицо, они остановились на небольшом холме, с которого открывался лучший вид на эту планету. Небольшие домики вдалеке, горы и холмы, и прекрасная глазу розоватая картинка. Антон считал, что это место самое красивое, атмосферное и даже романтичное из всех, что он видел. Возможно, мужчина рядом так не считал, тот скучающе уставился на небо, опираясь на руки сзади, повернув голову в сторону подростка.       По полю бегал Кузька, он кот хоть и домашний, но гулял часто, а за последний месяц они могли погулять только три раза. Поэтому Кузя как мог, так и наслаждался этими прекрасными днями. Антону настолько нравилось это место, что он бы хотел остаться здесь навсегда. Так тихо, спокойно, почти нет людей, а рядом близкие… Хотя здесь так не хватает родителей. Парни не смогли связаться с ними вообще, а смотря новости про Землю, только чувствовали ужас. Да, ветусов почти получилось выгнать с планеты, но некоторые всё ещё оставались там, всё ещё был шанс на то, что они нападут на кого-то. Ветусы даже не смотрели на то, ювенис это, либо же землянин.       Они нападали на всех. Это пугало: такими темпами, говорил Данил, на них ополчится вся Вселенная. Если, конечно, уже не ополчилась. — Как мороженое? — отвлекает парня от негативных мыслей Данил. Не получив никакого ответа, он протягивает чужую ладонь к себе, откусывая. Мороженое сразу же тает от прикосновения горячего, так что небольшая часть капает на пальцы подростка, — упс, прости, — шепчет Даня, и даже не подумав, слизывает сладкие капли. Антон вскрикивает, чуть не роняя мороженое и отодвигается. — Ты с ума сошёл? — довольно громко говорит он, Данил жмёт плечами, не обращая внимания на свирепый вид подростка. — А вкусненько, — он чешет подбородок, мужчине было совсем фиолетово на то, насколько Антон был злой, вот секунда и он бы взорвался от возмущения. — Ну да ладно тебе, — Данил улыбнулся этому ещё ребёнку, клацает ему по носу, заставляя засмущаться, — доедай, позанимаемся ещё и пойдём в город, — он спрыгивает, тянется, нежась в лучах заходящего солнца. Антон кивает, облизывая уже порядком хорошо подтаявшее мороженое.       Даня садится возле Кузьки, который вдоволь набегался и лёг на траву, катаясь из стороны в сторону, радуясь такой погоде. Вроде только неделю на этой планете, а Антон уже влюблён во всё это.

***

      Они идут по городу, уставшие и мокрые от пота, шли к какому-то небольшому магазину, чтобы купить запасы еды и корм коту. — Как тебе хоть наши занятия? — спрашивает Данил, укладывая в тележку продукты. Тут, к сожалению, не было роботов, носивших за тебя тяжёлые сумки, поэтому приходилось самому, правда, это делать было не в тягость. — Мне нравится, хотя и тяжело, — вздыхает подросток. Он прекрасно понимает, что Данил всё это устроил ради того, чтобы обучить Антона самообороне, и при случае чего парень не оказался беззащитным. Впрочем, пока они лишь делали силовые упражнения и немного изучали навыки кулачной самообороны. — Думаю, что недельки две мы здесь поживём, обучимся так, чтобы ты смог нормально держать в руках пистолет и хорошо мог уклоняться и драться, — говорит мужчина, бросая в телегу какие-то чипсы. Парень кивает, поглаживая Кузьку, сидевшего на руках. Данил уже учил его держать в руках пистолет, который пока только стреляет пулями, не наносившими вред. Это был интересный опыт, так что Антон всё ждал, когда Даня начнёт учить его стрелять нормально. Руки приятно ныли, а тяжесть котёнка только давала лучшее ощущение эйфории.       Так прошло ещё несколько дней. Они занимались, что-то сооружали и строили планы на то, куда полетят дальше. Данилу была приятна компания подростка и его питомца. Всё же с ним давно никто не летал, он и соскучился по тому, что может за кем-то присматривать, заботиться, оберегать, любить… Любить? Мужчина вздрогнул. Странные мысли, конечно, идут за ним по пятам с тех пор, как на борту появился этот парень. Данил был уверен, что хочет любить его. Как друга? Брата? Человека? Здесь же уже было неясно. Понятно лишь одно — Дане хочется быть с подростком рядом, и как можно чаще, впрочем, это всё, что нужно для счастья.       В один из таких дней, когда оба устали от долгих упражнений на свежем воздухе, они решили спуститься вниз с другой стороны горы, пройти в другую местность. Шли они по лесу недолго, наткнувшись на гору, Антон увидел небольшую пещеру, залез в неё на коленях, удивлённо выдыхая, когда отодвинул ветки с листьями. — Данил, — зовёт он, мужчина следует за ним, глядя туда, куда заворожённо смотрел подросток. И сам застывает. Глазам его предстал вид на прекрасное озеро голубого цвета. Они вылезли из тесной пещеры, проходя внутрь. Лучи заходящего солнца попадали из большой расщелины сверху на воду, делая её ещё прекрасней. Антон прошёлся по траве, снимая кеды, утопая ногами в высокой траве. Это было невероятно. — Можем поплавать, — уверенно пошёл к воде Данил, разглядывая прекрасный вид. Они чуть ли не внутри горы, а в этой самой горе самый настоящий рай. Здесь бы жить, и место для дома как раз есть. — Ты серьёзно? — удивляется Антон, а получив кивок, радостно взвизгивает, скидывает с себя почти всю одежду, подбегая к воде. Подросток тихо рассмеялся, увидев недовольную моську своего кота, оказавшегося на камне, а не на тёплых руках хозяина. Антон коснулся ногой воды и восхищённо поднял взгляд на мужчину, стоящего поодаль, следящего за подростком. Вода была невероятно чистой, прозрачной и светло-голубой. Казалось, что он заходит в огромный чистый бассейн, вы же можете такое представить, правда? Либо же те самые лагунные рифы на Земле, что бывают почти всегда, только на юге их всё равно мало.       На солнце вода смогла нагреться и в ней было так тепло и приятно, что подросток прикрыл глаза, побежал вперёд, ныряя. — Дань, посмотри, я вижу свои ноги! Я вижу дно! Боже! — он вынырнул, смотря вниз.       Данил улыбнулся, видя этот искренний восторг и счастье. Антон светился как солнце, и Даня ощущал, как приятно всё внутри щемило от этой нежности к нему.       Кузька, что до этого был посажен на камень, недовольно фыркнул, слез и пошёл к одним из трав, потёрся об них, падая на спину, катаясь по грязной земле. Кажется, кое-кого придётся вновь мыть.       Данил же решил не отставать. Снял одежду, бросая рядом с чужой, подходя к воде. Озеро оказалось глубже, чем можно было подумать, но это не пугало, он нырнул с головой, расслабляясь от прохлады.       Он резко почувствовал, как сзади на него навалилось тело, прижимаясь, чуть ли не топя. Он закричал, барахтаясь до той поры, пока Антон немного не отодвинулся. — Ты придурок? — шепчет он, поворачиваясь к хохотавшему подростку, — а если бы утопил? Совсем ума нет? — мужчина разобиделся, повернулся в другую сторону, но продолжать слушать смех он был не намерен. Когда Антон уже икал от смеха, Даня приблизился, уже хватая его, поднимая немного, благо сил хватало, и бросая обратно в воду. Подросток оказался под водой, даже испугался такому, забарахтался, выныривая. — Ты с ума сошёл? Я же с тобой нормально игрался! — Антон, как злобный кролик, смотрел на мужчину. Данил резко вздрогнул, ловя себя не впервые за тем, что называет подростка милыми прозвищами, да и вообще думает о нём слишком много. — Игрался? — но на деле же он улыбается, подплывает поближе, — многие дети и подростки всё бы отдали, чтобы их так побросали в воду, — улыбнулся Данил, потрепав мокрые волосы. — Да, но не тогда, когда это так неожиданно! — он принимает нежность, улыбается. Всё же долго злиться на этого гиганта он не может. — Залезай тогда на плечи, сделаем тебе ожиданно*, — говорит мужчина, приседая для того, чтобы подросток смог залезть. — Да я сломаю тебя! — Антон улыбается, но вопреки своим словам, приближается, осторожно залезая на шею. — Ой, всё не ломал, не ломал, а тут резко сломал, — смеётся Данил. Убедившись, что подросток готов, он резко подпрыгивает, между тем Антон кидается обратно в воду, ныряя. Даня ждёт, пока тот вынырнет обратно, вытирает глаза, в которые попала вода от брызг. — Это ахуенно! — кричит парень, когда всё же выплывает. Он смотрит на мужчину, улыбается так ярко, что у того даже начинает ныть под сердцем. Даня даже не осознает, почему. Резко стало так тревожно, но Антон это быстро рассеял, подплыв, громко прося «ещё». А Данила два раза просить и не надо.       Наплававшись и окончательно устав, они улеглись на траву. Совсем стемнело, но взошла яркая луна, что была намного ближе, она дарила освещение, которое так иногда не хватает. Данил лежал, отбросив мысли обо всём плохом: о врагах, что могут вернуться в любую минуту, о том, что они могут заболеть, лёжа тут, о том, что они голодные, вообще обо всех проблемах. Рядом с Антоном почему-то думается по-другому, желания другие, мысли, амбиции. Он вроде бы хотел вновь пойти в гвардию, но сейчас желания нет, хочется другого… Хочется семьи? Да, точно, ему хочется семью. Пусть она и так есть, тот же Дима и Валёк — это самые главные люди в его жизни. Но сейчас рядом с ним есть Антон. Он становится на несколько планок выше, он тот, кто наравне с самыми близкими людьми. Подросток тот, о ком ему хочется заботиться, тот с кем хочется создать… Семью? Данила передёрнуло. Он знал, что его мысли иногда бывают странными, но чтобы до такой степени. Впрочем, это же просто желание построить хорошую дружбу с этим человеком? Стать близкими друзьями и быть всегда вместе. Наверное.

***

      На следующее утро Антон встал от гуляющего холода по каюте. Что было даже странно. Он прошёлся немного, подтягиваясь, чувствуя приятную истому в ногах и руках после занятий и плавания. Это было прекрасно, скажем честно.       Парень вышел из своей «комнаты», направившись прямиком туда, где чаще всего и можно было застать мужчину. И Антон как всегда был прав, Данил сидел в кресле, тяжело вздыхая, смотря какое-то видео. Парень подошёл ближе, глядит, замечая, как чужой кулак сжимает что-то внутри. — Привет, — тянет он, Даня кивает, продолжая смотреть какую-то программу, — что делаешь? — Смотрю, — односложно отвечает мужчина, а через какое-то время поворачивается к подростку, внимательно смотрит на него, протягивает чужую ладонь к себе, разглядывая уже его пальцы. — Ты чего? — удивляется подросток, было желает вырвать руку, но чувствует, как на средний палец что-то надевают. У него получается отдёрнуть руку, глядя на… кольцо? — Это… — всё ещё в шоке, Антон теперь смотрит на Даню, надевающего такое же кольцо, — я надеюсь, что это не предложение, — пытается он шутить, хотя сам пока и не знает, что может обозначать предмет у него на пальце. Мужчина качает головой, тем самым говоря, что это не так, — тогда это парные кольца? Типа для друзей? — он приближается к Дане, вытягивает свою руку так, что теперь можно посмотреть на оба кольца одновременно. — Типа того, — тянет мужчина, задумчиво глядя на парня. Антона это смутило, и он даже заволновался, но смог только улыбнуться. — Знал, что такие кольца или браслеты, а может и кулоны эту дружбу рушат? — зачем-то говорит он, а потом ойкает, понимая, что несёт полный бред. — А? — Данил наконец очнулся, он смотрит на кольца уже осознано, а после переводит взгляд на Антона, — эти кольца, да. Внутри есть чипы, если оба надеты на нас, то мы сможем знать, где мы находимся, на каком расстоянии и так далее. Всё же это более практичней, чем то, что я дал тебе раньше, — говорит мужчина, вставая, нависая над подростком. — Типа только если на нас обоих? А если нет? — Тогда не сработает, так что лучше не снимай, — улыбается Данил, треплет волосы, направляясь на улицу, — готов к новому дню? — Да, — улыбается Антон, бежит за другом, вновь спрыгивая в его руки. Всё это стало настолько привычным, что не хотелось, чтобы это когда-нибудь прошло.       Вечером, лёжа на траве, они отдыхали в тишине. Эта планета была настолько тихой и спокойной, что здесь становилось в тысячу раз уютнее, чем где-либо ещё. Мужчина поворачивает голову набок, смотрит в голубые глаза Антона, глядевшего на небо. — Тебе нравится здесь? — спрашивает мужчина, хотя знает ответ — да. Парню здесь до безумия нравится, так что другого ждать и не обязательно. — Да, — это было очевидно, Даня улыбается, — кстати, — смотрит Антон на кольцо, разглядывая выгравированный рисунок на нём, — почему Луна?       Мужчина тоже смотрит на кольцо, долго думая. — Ты похож на неё, — он говорит тихо, но подросток слышит, внимательно смотрит на мужчину, поворачиваясь к нему полностью, даже приподнимаясь. — Почему? — Такой же холодный, далёкий и загадочный, — улыбнулся он, — ты так одинок, но между тем рядом с тобой много звёзд. Такой же красивый и светлый, освещаешь путь… мой путь, — он отводит взгляд. Даня сам в шоке от своих слов, что уж сказать об Антоне, который раскрыл рот от удивления. — Даже если рядом нет ни одной звезды, со мной есть Венера, и это ты, — тихо отвечает парень, Данил садится и смотрит на улыбнувшегося Антона. — Венера, значит? — тянет Даня с улыбкой, переводит взгляд на небо вновь. — Ну, может не Венера, а…. Альдебаран*, — парень смеётся, с лёгкостью наблюдая за Данилом, поднявшего бровь, кивая. — Вот это даже ближе ко мне, как раз родился под созвездием тельца, — кивает мужчина, а подросток замолкает, больше ничего не говоря. Они сидят так, в тишине ещё несколько минут, пока один из них всё же не прерывает её. — Так значит ты — Солнце? Такой же горячий и светлый? — спрашивает Антон, заставляя немного смутиться мужчину. Улыбнувшись, Даня встаёт, подаёт подростку руку в шуточном поклоне. Парень принимает её, тянется, врезаясь лбом в подбородок мужчины, что наклонился и больно уж сильно на себя потянул парня. — Ауч, — говорят они в унисон, потирая ушибленные места, но улыбка с лиц у них не сходит.       Они хотели бы простоять так ещё долго, но видимо, этот мир против них. — Кого я вижу, — мерзкий голос, без капли доброты и дружелюбия. Парни поворачиваются, застывают. Фрэнсис. И не один. Оба смотрят, не зная, что делать. Откуда они тут? Как узнали, что парни находятся здесь? Что вообще происходит?       Данил убирает подростка за спину, вставая между ним и врагами, смотрит на них. А у тех же нет никакого смеха в глазах, как при первой встрече, только злоба и ненависть. — Как же ты надоел мне, Квантум, — шепчет главный, он достаёт пистолет, нацеливаясь, — впрочем, я хочу покончить с этим прямо сейчас, — улыбается сумасшедше, Даня ничего не предпринимает. Он растерян, хоть и не подаёт вид. Оружия нет, всё выложил, сил нет вообще, в любом случае, он сдался бы, ему теперь не так важна теперь своя жизнь, но рядом Антон. И мужчина не хочет, чтобы тот попал в их руки, так что Даня сделает всё, чтобы уберечь его. — Хотя, знаешь, — резко убирает пушку, задумчиво вертит её в руках, разглядывая парней, — скучно, — он вновь улыбается, как человек, ума лишённый, — хочу, чтобы и ты страдал, — тихо говорит мужчина, но Данил всё равно слышит. В этот момент в голове щёлкает, он оглядывает поляну, на которой они стоят. Двадцать людей в чёрном, дружки Френсиса и он сам. Даня знает, что не справится, но видя, как люди принимают положение для нападения, делает то же самое. Черноволосый усмехается, машет рукой, и солдаты останавливаются, теперь им будто бы всё равно, половина отходит, освобождая место. Кажется, здесь уже и так ясно, кто победил. — Данил, Данил, — Фрэнсис подходит совсем близко, рука в чёрной перчатке толкает его назад, и Даня шокировано понимает, что он будто бы ослаб в четыре раза больше. Он падает назад, больно ударяясь копчиком и Антон, до этого стоявший сзади, громко вскрикивает, — кричишь? — шепчет Фрэнсис, хватает за руку подростка, протягивая к себе, — как жаль, что ты попал именно к нему, — улыбка вновь озаряет его лицо, Даня, даже не думая следить за этим, встаёт, не обращает внимания на слабость, отбирает подростка у мужчины. Тот приподнимает бровь. — Я всегда был поражён твоей отвагой и желанием защищать всё и вся, как это было с Элизабет, — начинает он, и впрямь отходя, — но Лиззи ты не уберёг, даже не попробовал спасти, — он говорит это так зло, будто бы плюётся ядом. — Ты сам виноват в этом, не начал бы войну, никто бы не пострадал, — говорит Данил, сжимая в руке чужую ладонь. Он боится не меньше, чем подросток, но старается не подавать виду, вести себя так же, как всегда, даже если это невозможно. — Виноват…., — Фрэнсис смотрит под ноги, опустив голову так низко, что эмоций не было видно совсем, — если бы не ты, всё было бы хорошо, — говорит на грани слышимости, — только бы если ты не встрял! Только бы если не полюбила она тебя! Всё было бы хорошо! — кричит он, а люди сзади напрягаются, замечая, как зол их командир, — только бы если эта глупышка не поверила твоим речам о любви, то мы бы были счастливы, — он говорит теперь спокойно, смотрит на мужчину и подростка скучающим взглядом, — и ты бы был счастлив, — он вновь злится, — а теперь я заставлю тебя пережить всё то, что пережил я!       Данил вздрагивает, он убирает за спину Антона снова, боясь, что Фрэнсису пришла в голову идея убить подростка. — Любишь его, — вымученно улыбнулся он, Даня не отвечает, разглядывая ещё раз поляну, ищет хоть что-то, хоть маленькую надежду на спасение. Но ничего нет, — конечно, любишь, — горько улыбнулся Фрэнсис, — как её любишь. Только с ней ты был таким заботливым, любившим, не таким куском говна, — он повышает голос, — думаешь, я не следил за тобой? Да я весь месяц за тобой скитался. Может, да, я сумасшедший, но что ещё я сделаю? — он смотрит на Данила, видит, как тот держит за руку подростка и усмехается, — даже не думай врать об обратном. Ты точно его любишь.       Данил качает головой, не соглашаясь с этим. — Разве? — спрашивает тот, вновь доставая пистолет, — а за ложь надо расплачиваться, — усмехается Френсис и не медлит, стреляет в Данила. Антон кричит, он напуган. Его руку сжимают ещё сильнее, а тело, до этого скрывавшее от опасности валится на землю. Парень падает на колени, пытается поднять мужчину, но видит только блеск серых глаз, остекленевших ещё сильнее, наполненных слезами.       Фрэнсис приближается, хватает подростка за руку, тянет на себя. — Я хочу, чтобы ты страдал, — шепчет он, — посмотри-ка, Квантум, ты вновь не смог уберечь близкого человека, как жаль, — мужчина тащит за собой брыкающегося Антона, пытающегося вырваться. — Даня! Даня! — кричит парень, смотря на тело, неподвижно лежавшее на холодной земле. — Успокойся, — шепчат ему на ухо, а через секунду Антон чувствует боль в голове и то, как его поднимают на руки. Последнее, что он видит и запоминает — будто бы не дышавшее тело на земле и ошалевший взгляд своего кота.       Кузька… мой милый котик….       Неужели это конец? 1* — специально. Не надо исправлять, пожалуйста) 2* — Альдебара́н — ярчайшая звезда в созвездии Тельца и во всём Зодиаке. Одна из самых ярких звёзд на ночном небе. Отсылка идёт и к тому, что Данил родился в знак тельца. Антон проводит параллель с Венерой. Кто не знает, то когда на небе не видно ни одной звезды, кроме той, которая около Луны, то это Венера. Объяснил так объяснил.