Никогда такого не было

У Дениса между указательным и средним пальцем на правой руке был ожог курильщика от прогоревшей сигареты. Денис проводил тыльной стороной ладони – по щеке Влада, по его губам, когда они делали любовь. Кожа на месте ожога была совсем светлая, похожая на маленькую медузу или звезду с множеством лучей, она была плотнее, и Влад привык к этому ощущению, к тому, как маленькая медуза скользила по его нижней губе, до правого уголка рта. Целовал ее. Хуй знает, почему, но пиздец заводило, когда проводил по ней языком. Засыпали вместе, и рука Дениса лежала на подушке совсем близко, возле лица Влада, и утром Влад целовал его пальцы снова, на случай, если он вдруг готов был встать. На новый год решил купить ему мундштук: маленькую медузу Влад успел полюбить, но вот друзья ей были ни к чему, а Денис много курил в постели и еще чаще засыпал, не потушив бычок. Влад заебался гуглить, был ли мундштук у Сталина, почувствовал себя ебланом, выяснив, что Коба курил трубку, точно ведь знал это, и в школе, и с рассказов Дэна, и все равно забыл. - Причем как раз курил табак из папирос, Герцеговина Флер, так что по сути верно, что это любимая была марка у Сталина – да? – только он их потрошил, значит, нахуй, чтоб трубочку забить. Я так понимаю, это медитативный ритуал был у Отца Народов больше, потому что пока кисет затаришь таким макаром, пиздец же заебешься. Вторая проблема вышла еще веселей. Мужской мундштук, как оказалось, больше мундштуком в интернетах не называли. Влад перебрал гору мундштуков для кальяна, длинных женских, колец-держалок, в том числе для Хеллоуина и под косплей, пока в итоге не врубился, что надо искать «держатель для сигарет». Дело пошло, надыбал в итоге за пятерку черный, из вишневого дерева, красивый, но без изъеба, однотонный, чтобы не выбивался из общего стилька. Не удержался, взял к нему зажигалку, типа армейскую, в духе сороковых, с откидной крышкой, как в кино. Потратился пиздец, но оно стоило того. Жутко радовался, что получилось придумать ему подарок, вроде – хороший, вроде – подходящий. Считал дни до НГ, не терпелось увидеть его лицо. Он очень трогательно смущался, вообще-то, когда случилось что-нибудь приятное, но выпадали такие моменты не часто. Оставалась только одна накладочка – смешно, но никак не мог подобрать слова, чтоб предложить ему встречать новый год. Вдвоем. Денис не предлагал. После Москвы вообще особо не базарили. Влад написал спросить, как он добрался. «Нормально долетел? Как чувствуешь, себя? Извини, если доебался, но тебе было не очень вроде, мне показалось» Денис прислал стикер со сберовским медведем, мол, порядок. «Как мама?» «Лучше всех, рассказал ей про ТНТ. В общих чертах. Не переживай, она соцсети не ведет, так что нигде не проболтается, если пока нельзя» «Я не за нее тут переживаю, Владислав» На душеньке стало теплее. Владиславом Дэн называл его, когда все было плюс минус в порядке, когда хватало настроенья на шутливый тон. «И я не буду Реально, серьезно. Чо, из-за сториз ты? Сториз постить было не надо?» «Да чо уж теперь» «Больше не повторится, генерал» Потом еще докинул, собравшись с мыслями: «Дэн, я сказать хотел Как-то мы суматошно попрощались, не успелось Но я очень благодарен Пиздец как благодарен За все Спасибо тебе огромное, не знаю даже, как передать» «Отборов подожди» «Отборы к делу не касаются Отборы – это уже моя задача Уже моя задача – пройти так, чтоб тебе краснеть было не надо Это мы исполним в лучшем виде Но я серьезно. Спасибо тебе. За все» Чтоб поднять немножко бабла на праздники, стримил каждый вечер. Кинули донат, на просмотр Андрея Петрова. В душе не ебал, кто это. В чате писали, Чейни смотрит: прямо сейчас. Какой-то блогер, рэп-клип выпустил. Влад запустил, охуел, чуть не сблевал – и вырубил. Его еще поспамили, в донатах и в чате, мол, генерал просил передать, боец слаб духом, слаб духом – не осилил до конца. Влад заглянул к нему на стрим. - Вот так вот в испытаниях, между прочим, и проверяется мужчина. На стойкость характера. Денису было весело. Клип он посмотрел целиком. Сказал, что это пиздец: Влад это крепко запомнил, потому что в голове мелькнул – мелькнул тревожный огонек, а чо Дэн скажет? Но Дэн сказал один в один то, что Влад подумал, и Влад расслабился. Писали, что чувак родом из Калуги – чуваком же можно было вот эту хуйню называть, или не, нет, на определенном этапе чувак становился чувихой? - Это какая-то не правда. Не может никак в Калуге такого быть. Калуга белая, православная. Это все поклеп. Поклеп и клевета. Влад слазал к Петрову на канал. Для игроков топил педаль, в голос охуевал с видосов, немножко доиграл, но мутило всерьез. Залупа была в том, что Влад как будто влетел с разбегу в свой ночной кошмар. Не думал об этом раньше, не думал толком – так, чтобы раскладывать по полочкам, - тогда, но именно вот этой хуйни он и боялся, как огня. Что если кто-нибудь узнает… не, отбой. Что кто-нибудь увидит… в детстве мама прочла ему сказку про Карлика Носа, и Влад рыдал полночи, не мог успокоиться, ему разрешили спать на полу, на одеяле, возле родительской кровати, так его люто перекрыло, и в школу он на утро не пошел. Потом ему часто снился момент, где Якоб – не Якоб, конечно, он сам – идет по городу, и еще думает, что он – это он, с ним все в порядке, его все любят, у него есть лицо и имя, семья и дом, и в этот дом можно вернуться, но все вокруг кричат «карлик! Какой же безобразный карлик! Какой жуткий уродец, только посмотрите на него», и вот-вот мать увидит его и закричит, а отец отхуярит его ремнем, чтобы прогнать из мастерской, и нельзя будет пройти по городу так, чтобы никто не заметил и не стал кричать, и в зеркале будет отражаться изуродованное лицо и перекошенное тело, и никто больше не увидит его таким, каким он себя помнит. Во сне Влад поднимал к лицу чужие руки, а перед старшим братом стыдно было пиздец, когда просыпался в соплях. Дико было об этом рассказывать, глупо было это мусолить, но чувство было, словно с тех пор, как они начали (с тех пор, как Влад пошел за колдуньей, за женщиной, которая должна была поднять его выше королей), Влад изменился навсегда. В чужих глазах, по крайней мере. И он по-прежнему видел себя – собой. По-прежнему считал себя нормальным мужиком, по-прежнему был сыном, братом, чьим-то другом, чьим-то партнером, по-прежнему был человеком, которому не зазорно было пожимать руку, который мог спокойно выйти на улицу или сесть с остальными за один стол. Но каждую секунду он ждал, что вот-вот кошмар станет явью – и остальные, глядя на него, больше не увидят Влада. А на его месте будет что-то вроде – Андрея Петрова, Влад не знал, что такая поебень на свете существует, его воображенья не хватало, чтобы ее нарисовать, но бедный пидор от и до воплощал – гротескное нагроможденье, всего, чем мужик быть не должен, всего, что всплывало в голове, когда про пидорство вообще заходила речь. От вброса, что они «земляки» - от этого в общем случайного совпадения – кошмар становился только ближе, паранойя нарастала, и после стрима Влад даже припил, его потряхивало. Шутки шутками – тревожно было спускаться в кальянку. Это все был полный бред – но в мозгу стучало: а если они увидят? А если ты последний, кто еще не понял? И ты суешься под удар, и все они уже тебя не узнают, и то, что вы вчера были кореша, тебе нихуя не поможет, тебя ничего уже не спасет. Старался к этому не возвращаться, вообще, но хорошо запомнил собственное чувство омерзения – когда впервые увидел Дениса, с другим мужиком. Знал, что не в праве ждать чего-то еще, если все вскроется. Знал, что нет смысла. Три раза стучать в двери, собирая пиздюли, как карлик Нос, Влад не собирался точно. Вечер прошел тяжело. За тем, что сказал в эфире, Влад, конечно, не следил. Денис позвонил в районе полуночи, пришлось выйти на улицу, чтобы поговорить. Разговор получился короткий. - Значит так. Мне похуй, чо ты думал – это, в конце концов, мы всегда знали, не твой конек. Мне похуй, чо ты хотел сказать. Зашкварно, блядь, тебе контачить с глиномесами – так скатертью по жопе, пиздуй в родимое село и обратно на Слово БэкТуБит, что в общем-то одно и то же. - Я не – - Рот будешь открывать, когда я разрешу. - Дэн, тормози, реально – - Пошел нахер «тормози»! Блядь - похуй, насколько это лицемерное говно дешевое, насколько вот это вот блядь – должно быть ниже какого-то достоинства, каких-то нормальных рамок, для мужика. Поебать. Блядь, поебать, не первый день живу, похуй, не велика потеря. Но ты ж насколько сука должен быть тупым, беспросветно, чтобы одновременно мне писать «спасибо за все», аля улю, сироп блядь с патокой, после твоего языка аж жопа слиплось – и тут же, тут же сука ебало расчехлять в прямой эфир? Или ты меня настолько тупым считаешь, свинья охуевшая? - Я никем тебя – - Уже насрать, чо ты там думаешь – - Я ничего не думаю… - Но завалить ебальник-то – - Блядь, ты чо от меня хочешь-то? Там если на то пошло – ты сам же, сам же поржал над клипом этим – Тут он немного сбавил тон. - А это напомаженное очко-то тут причем, прости? - Я нихуя уже не понимаю… - Да обоссать и сжечь его, ну нахуй. Влад невольно прикекнул. Дэн перевел дух. - Дальше тебя куда понесло? Или – ты что, ты мне сказать хочешь, ты блядь разницы не видишь – хуй с ним, не то, что между собой уже, это мы поняли, ты у нас, видимо, последний натурал баттл-рэпа… между мной и этой макакой в блестках ты тоже разницы не видишь, например? - Так наоборот же – я про тебя ни слова не сказал – - Да, мне приснилось – - Ни слова не сказал – это как в разных… из разных миров вообще же вещи – - Пидорасы блядь, которым руку стыдно подавать, чтобы не законтачиться, и как мы в жопу ебемся, - у тебя в разных мирах? - Да? Денис бросил трубку. Ситуация вырисовывалась херовая. За первой растерянностью и тупкой накатила злость: Дэн базар не фильтровал вообще, а Влад привык, что на таком этапе у правильных ребят уже ничем, кроме мордобоя, дело закончиться не может. Но злость прошла, когда пытался объяснить себе, где он кругом прав. Пересмотрел стрим. Отдельно от всего прочего, от ебла Петрова, от стрима Дениса, - звучало плохо. Очень. В этом был грязный трюк, конечно, не честная игра, потому что отдельно ничего не происходило, но в рот Владу слова никто не вкладывал. Он сам это спизданул. Сам пару раз повторил, на вопрос из чата. И чтобы объяснить Денису, что он имел в виду на самом деле, нужно было признаться: да, Влад очень хотел подстраховаться. Влад изо всех сил старался, чтобы никто, никогда его не поставил на одну полку – с Андреем Петровым и его напомаженным очком. И рядом с другими. С другими тоже. И это не значило, что Владу стыдно пожимать Денису руку, он, наоборот, за счастье считал по секрету всему свету распиздеть, что Дэн Чейни теперь готов вести с ним дела. И самого Дениса Влад на эту полку никогда бы не поставил. Никогда. Но что-то подсказывало, что так просто Влад не объяснится. Что для Дениса или полок было побольше, если задачка была посложней. И Влад очень хотел бы сказать: а ты-то не пидор, ты лучший человек, которого я знал, - но ясно было, что Дениса такая схема не устроит. Приятной неожиданностью стало, что Влад до сих пор не попал в бан. Надиктовал ему голосовуху: - Мне очень жаль, что это прозвучало – что прозвучало, как не уваженье. Я правда не думал ни о тебе, ни обо мне, и ни о ком – из приличных людей-то, я охуел по всей длине с этого шапито и вообще больше ни о чем не думал. Я говорил только о нем. Только об этой всей хуйне. И еще одну, через полчаса: - Я тебе клянусь. Ты же – ну. Ты сам сказал: я не очень умный. Пускай. Пускай. Может быть так. Иногда оглядываюсь на себя, чо я там где наисполнял, вообще хуею, чо за долбоеб такой на моем месте пляшет. Я как бы. Ок. Я дурак. Но ты ж не думаешь тогда, что дурак может так хитро пиздеть тебе, какой месяц подряд? Так хитро пиздеть – и потом так тупо проебаться? Антоха Ами спрашивал: - Чо блядь за мозгоебку ты нашел, нормальных баб – только выбирай. Пошли бахнем. - Да, щас… - Пошли, пошли! Пошла нахуй – захочет, перезвонит. На сон грядущий: - Я не хотел тебя никак… я никогда тебя не хочу, если на то пошло, грузить как-то или расстраивать, я наоборот – хочу все время что-то сделать. Что-то сделать для тебя в ответ и никак правильно не угадаю, что. Я не хотел. Правда. Прости. Извини меня пожалуйста, что так хуево выглядело все. Я – ты не можешь как-то, обвинять меня, что я за спиной одно, в глаза другое. Ты знаешь же, я о тебе с огромным уважением – с огромным уважением всегда с третьими людьми говорю. И с публикой, и с кем. Ты даже ж притормаживал меня. И это – не аля-улю, я правда думаю так, правда думаю всегда, даже если ты мне не веришь до конца, ты знаешь, я о тебе всегда только хорошее… только хорошее, всегда. Двадцать седьмого позвонил Умнову, увидев у них в сториз одну и ту же елку. На заднем плане слышно было Prodigy, узнал, что они собрались пораньше: а на Новый Год Дэнчик уезжает. Передавал ему поздравления. Умнов сказал, обязательно. Позвал его к телефону, но до Влада донеслось: - Он и так знает все. Тон вроде обнадеживающий был. Вроде. По крайней мере, Дэн что-то ответил. Двадцать восьмого Влад, конечно, опять не дозвонился. - Скажи мне что-нибудь, пожалуйста. Я еблан. Я еблан. Ну блядь пиздец – я хуй знает, чо еще тут сказать. Тридцатого нажрался безобразно, выблевал все, что было, к середине ночи, и залил сверху. - Я очень тебя люблю. Я – правда. Я – пиздец, ну почему ты в один раз какую-то хуйню… в какую-то хуйню ты веришь, а в не хуйню – хоть лоб блядь расшиби… На всякий случай, дописал на утро: удалять не стал, голосовуха была в просмотренных. - Я протрезвел. Чист, здрав, свеж. И я по-прежнему тебе все то же самое сказал бы. Я очень тебя люблю. Я долбоеб. Мне жаль. Но ты же – я с другой стороны тут-то не врал никогда, ты в общем сам сказал, ты знал, что я немножко долбоеб, я не знаю, как еще… ну хочешь, в пачку дай мне при встрече просто, и мы в рассчете? На Новый Год решил охладить. Пацаны волновались. Никита сказал, если Влад не вылезет на тусу, они с Антохой и Петлюрой силой вытащат. Питти вообще заявил, что: - Такое пиздостральство не красит мужика. Ты себя видел в зеркале? Вот именно. Убрал мобильник нахуй, можешь сверху на него сесть, но чтоб до вечера не трогал. - Мне маме надо позвонить, ты чо доебался? - Маме святое дело – маме звони, а потом я его у тебя сам конфискую, если не уймешься. Влад зарядил пятичасовой стрим: пацаны были заняты все равно, кто с девочками, кто с семьей, у всех были свои дела до ночи, киснуть не хотелось, Влад чувствовал, что фляга свистит немилосердно. А на стриме попросили: «Поздравь Чейни с Новым Годом». Денис взял трубку. Послушал. - Мы не на громкой? - Сделаем, как ты хочешь. - Не выводи тогда. Я – бог с тобой, ладно. Потом поговорим, как люди. - Конечно. - С Новым Годом, Влад. - И тебя. И тебя. Первого числа он еще постил в инстач, повесил фотку из спортзала – как потом оказалось, старую. Влад немедленно ответил тем же. Пришел смайлик в личку. Влад написал ему: «Можно тебя увидеть? Я, если честно, скоро ебнусь, как скучаю» Денис прочел. И еще неделю Влад не мог с ним связаться. А потом позвонил КПСС.