Невыносимо

      Кровь и время застыли. Погружение в вакуум. Снова нечем дышать. Шум в ушах и в глазах — тёмные расплывчатые пятна на фоне ярко белого снега и зелёных елей.       Что-то тяжелое с силой надавило на плечи Гермионы. — Пригнись! — заорал Гарри, возвращая движение времени и звука.       Она не успела напрячь свои мышцы, чтобы согнуться в животе, как прямо над головой пролетели красные вспышки. Страх пульсацией разлился по сосудам где-то в висках.       Бежать. Нужно бежать.       Грейнджер со всей скоростью сжала предплечье Гарри и схватила бисерную сумочку. Поттер перехватил её ладонь. Взгляды встретились на долю секунды. Кивок, и тут же рывок куда-то за дерево. — Бежим. До Малфоя недалеко, — прошептал Гарри, сжимая палочку, — только быстро не получится — снег слишком глубокий.       Гермиона машинально кивала на все его слова, но кровь, так сильно бившая в голове не давала сосредоточиться и проанализировать ситуацию. Друг что-то говорил насчет дороги, попеременно выстреливая Ступефаем и Редукто в сторону Пожирателей Смерти. — Гермиона, ты сможешь сражаться? Нам не удастся уйти, если не будем отбиваться, — его широкие зрачки, пар изо рта вернули её к реальности. — Да. Я смогу.       И они побежали. Сквозь пот, снег, заклятия и бьющиеся сердца. Гермиона была спереди, и вела их по постоянно движущемуся компасу, а Гарри прикрывал спину и отражал большую часть проклятий. Красные, желтые вспышки. Магия в воздухе, но отнюдь не приятная. Опасная и мрачная, пугающая и тяжелая.       Пожирателей было много, но изначально они аппарировали достаточно далеко, чтобы проклинать в точном направлении во время бега. И снег для них всё еще оставался таким же глубоким.       Холм, горка, еще холм. До точки встречи всего миля.       Гарри рухнул от усталости и слабого Инкарцеро. Гермиона молниеносно создала щит и помогла освободиться от веревок. Силы друга были на исходе — длинные ноги под тяжестью мужского тела проваливались намного чаще и глубже, чем её. Алые щеки и полностью мокрые лицо и грудь. Он явно не мог отдышаться, а рёбра сильно сдавили лёгкие. Но драгоценные секунды убегали. — Давай, Гарри! Осталось немного! Нам нужно добраться до штаба! — не унималась лучшая подруга. Поттер откашлялся и поднялся на ноги, но тут же упал.       Режущее заклинание достигло его бедра. Забитые мышцы отреагировали фонтаном крови и сильной болью. Гарри пронзительно закричал. Грейнджер сразу увидела красные капли на белом снегу. — Нет-нет-нет, — не веря в происходящее шептала Гермиона. Она укрепила щит и наощупь достала из бисерной сумочки ткань. — Мерлин, Гермиона, это бесполезно! Уходи отсюда! — слёзы поневоле выступили из уголков зеленых глаз. — Нужно перетянуть ткань выше раны, кровь остановится, — не отвечая на крики друга, Гермиона решительно обернула ткань вокруг его ноги, но Поттер тут же перехватил её руку. — Гермиона, уйди отсюда, это бесполезно! — проорал он в её лицо. — Ты серьезно думаешь, что я тебя здесь брошу? — не менее громко ответила она, — Замолчи и дай мне помочь тебе!       Гарри истошно закричал после перевязки и попытки встать. Это не было похоже на обычную царапину. — Это мышца. Разрез мышцы. Я не могу идти. — Тогда стоим до конца, — не сказать что её тон был уверенным и смелым, но убегать она явно не собиралась.       Да и было уже поздно — Пожиратели окружили их. — Бомбарда! — проорала Грейнджер наугад. И, к сожалению, её заклинание было отражено. — Долго же вы бегали от нас! — прорычал один из оборотней. Гермиона вспомнила о его приставаниях в Мэноре.       Слезы увлажнили её лицо, руки дрогнули. Мороз медленно превращал мокрые дорожки в иней, сковывая кожу.       Их окружили, всё тщетно. Грязные зубы сквозь омерзительно похабные улыбки врагов. Контраст чёрного и белого.       Грейнджер укрепила щит. Слёзы ведьмы и кровь её друга горячими каплями падали на снег. Несколько заклинаний, щит трескается. Конец.       Ещё несколько. Редукто, Ступефай, Круцио. Круцио, Ступефай, Редукто. Щит разлетается на мелкие осколки. Гермиона ничего не слышит кроме пульсации в ушах. Её руки в крови Гарри. Она уже засохла и коркой покрыла кожу ладоней. Со всех сторон Пожиратели смерти и оборотни кругом приближались к ней, как в замедленной съёмке. Гарри тряс её окровавленную руку и что-то кричал. Взгляд на него, словно это последнее, что позволено сделать перед смертью. — Бомбарда Максима! — звук раздался где-то в левом ухе. Поворот, медленный, как дождь во сне. Звуковая воронка вместе с закланием возвращает скорость времени. Кровь и ошметки покрыли её лицо, волосы, куртку. «Как хорошо, что я в куртке, »— почему-то прозвучало в голове за миг до нормального течения времени.       Ещё двое взорвались рядом. И ещё.       Гарри исступленно орёт «Редукто», но его палочка направлена в другую сторону. — Гермиона, не стой! — доходит до её уха.       Сознание отключается. На чистых животных рефлексах Гермиона вскидывает палочку на первого попавшегося егеря и тихо, но твёрдо проговаривает «Экспульсо». И на другого. И ещё.       Оставшиеся Пожиратели накладывают щит и немного отходят назад. Грейнджер резко оглянулась туда, откуда доносились Бомбарды, и, даже не успев оценить обстановку, кинула «Редукто» наугад. — Грейнджер, совсем сдурела?! — Драко Малфой собственной персоной выглядывал из-за дерева на возвышении и отражал заклинания только что увидевших его противников. Всё их внимание теперь сосредоточилось на нём, Малфой стоял ближе к ним. Сознание моментально вернулось головокружением и болью в висках, — Хватай Поттера и тащи сюда!       Гермиона тут же оглянулась на друга. Смертельно бледное лицо, но приподнят на одном колене с вытянутой палочкой, а снег вокруг раненного бедра — багрового цвета. — Вулнера санентур, — прошептал Гарри, направляя палочку на рану. Кожа слегка затянулась, но не до конца. Заклинание хорошо закрывало раны, но сшить мышцу с его помощью — невозможно, — Протего! — тут же отрезал Поттер на вновь полетевшие в его сторону заклинания, — Пошли!       По сантиметру, прихрамывая и отражая заклинания, они приближались к Малфою. Хлопки аппараций попеременно раздавались со всех сторон. Но время было на их стороне.       Шаг, щит, ещё шаг, и ещё.       Гарри уже держится за дерево, за которым укрывается Малфой. Рука Гермионы почти дотянулась до куртки друга.       Отразила заклиание и обернулась.       Это она.       Лестрейндж.       Стоит и улыбается.       Гермиона замирает на месте.       Страх. Так липко покрыл её с ног до головы и заставил её тело окаменеть.       Грейнджер ничего не слышит. Ни Гарри, который тянется к ней всем телом, ни Малфоя, удерживающего Поттера одной рукой и выкрикивающего ей нечто, способное вразумить.       Ни Лестрейндж, направляющую палочку в её сторону.       Только ухмыляющиеся губы, произносящие какое-то проклятье. Дрожь во всём теле и змея в позвоночнике.       Оранжевые, с красными бликами искры. Сильные пальцы вокруг плеча. Рывок в районе пупка.       Портал перенёс их прямо к длинной тёмной юбке. Нарцисса Малфой трясущимися руками вцепляется в лицо Гарри и осматривает. Тепло очень медленно окутывает окоченевшие от долгого нахождения в снегу ноги.       Адреналин и сердцебиение постепенно ускользают, заменяемые чувством безопасности в сердце. Деревянные стены, запах пыли, дыма и трав.       Поттер переводит взгляд на Гермиону с чуть нарастающей на рефлексе улыбкой, которая тут же исчезает с лица.       Гермиона мелко трясётся. Кровь хлестнула из её рта и растеклась по грязному от засохших чужих останков и крови лицу, а в районе сердца огромная кровавая дыра и пламя, словно пожирающее её изнутри.