Одержим им.

Сегодня записей в дневнике нет. Уже как неделю в мире Сущности ходит событие "Священное увядание". Сегодня эта зараза достигла пика и уже как неделю Призрак собирает гнилоцветы, выжимая из них нектар. Он слышит голос, нет, шëпот в голове, что нашептывает ему сама Сущность. Вряд ли Филипп обезумел, но такое поведение, так сказать, одержимость изучением, не есть норма. Впрочем, ничего нормальным здесь не назовëшь. Обычно, вне охоты, он ведëт себя более добро и вежливо, что многие сурвы его не сильно то боятся. Сколько дней Оджомо опять не спал? Два? Три? Он уже сам сбился со счëту. Возвращаясь со свалки после очередного собирательства язвенников, его особо тихое поведение привлекло Фрэнка. - Хей биг бой, чë притих? - весело задал вопрос подросток, на что не получил ответа, а только пустой, ничего не выражающий, взгляд, какой Колокольчик "излучал" на испытании. - Хватит на меня так пялиться! Я тя спрашиваю, чë как? - Фрэнку стало немного стрëмно, но его эмоции скрывала маска. Филипп всë таки ответил, но холодно и коротко: Я занят. И ушёл в свою комнату, заперевшись в ней, дабы никто посторонний не заглянул. Сам Легион, мягко говоря, офигел от такого. Кроме него в гостиной больше не было, все либо на охоте, либо по своим локациям сидят. Доктор Картер был в своëм кабинете, что так любезно перенесла Сущность в виде комнаты, как у остальных. Минут так через 5 из комнаты Призрака начал доноситься какой-то шум, возня, и что-то, что деревянное разбилось вдребезги. Это очень сильно насторожило Моррисона. Подойдя к двери комнаты, из которого доносился шум, паренëк постучал, но никто не открыл, а шум внезапно прекратился. Фрэнк гадал, что мог сейчас учудить Колокольчик, так что без всяких церемоний подросток распахнул дверь с грохотом. - Что ты тут делаешь, что на весь дом слышно?! - прокричал Фрэнк, но тут же замолк, увидев следущий ужас: комната была разгромлена, стол, как и стул были прекращены в щепки, на полу разбросаны клочья старой газеты, пара ярких жëлтых пятен и засохший цветок. Сам Призрак сидел в углу комнаты, обнимая одной рукой колени, а другой закрывая пол лица, его взгляд был весьма спокоен, устремлëнный на бардак. Был слышен слабый хрип или рык, трудно понять. Легион просто остался без комментариев, да и зачем они были сейчас нужны? - Ты не норм? - только через несколько секунд Фрэнк отошёл от шока, а услышав рык не удержавшись от шутки, намекая, что Филипп словно пëс - Если хотел жить в будке, мог бы мне сказать. Я бы сделал всë, но зачем комнату то громить?! Филипп перевëл взгляд с бардака на Фрэнка, его зрачки будто метались туда сюда, медленно убирая ладонь от закрытого лица, Оджомо продемонстрировал пол лица испачканного и чутка разъедшем нектаром гнилоцветка. Да ещё что-то лепеча на своëм родном языке, но разобрать можно было только "Беги... ". Заметив цветок, Моррисон вспомнил поведение Доктора. Он боялся его! И видимо на то были веские причины. Медленно доставая нож из кармана, Фрэнк сделал шаг назад. - Тебе жрать нехер было?! - но, потом выдохнув, паренëк добавил холодно и в пол голоса - Не знаю что ты удумал, но лучше тебе сидеть на жопе ровно, пока я не позову Дока - Больше... знать... не лучше... - донëсся какой-то бред с угла. Призрак пытался контролировать себя, чтобы при приступе дикости не наброситься на Фрэнка и не порвать в клочья, но это давалась всë меньше и меньше. А когда Легион и вовсе крикнул в гостиной, зовя Дока, то дикость Оджомо достигла пика - Ни за что... Молниеносно вскочив с места и выскочив из комнаты, Призрак резко набросился на подростка, укусив за руку. Крик боли Фрэнка разнëсся по всему дому. Монстр крепко вцепился зубами в руку, да, именно монстр, каким Филиппом сейчас и был. Диким, яростным, безумным, уродливым монстром, в чьëм теле нектар прожëг аж дыру. Около часа длилась драка, удар за ударом ножом, укус за укусом острыми клыками, был риск что Фрэнк мог заразиться, он конечно сам этого осознавал, но сначала надо было покончить с тем монстром. Завершив свои дела в кабинете, Герман направился в гостиную с желанием отдохнуть, ещё в коридоре он услышал рычание и шум. "Либо кто-то играет с Демогоргоном, либо происходит что-то не то" - пронеслась мысль в голове Доктора. Когда он уже был в проходе, то тут же замер. Увиденные жëлтые пятна на полу заставляют Картера припомнить некоторые старые неприятные события, от чего он ëжится плечами, но всë ещё сохраняя дежурную улыбку. Ещё заметив пятна нектара на лице одного из придурков, не трудно догадаться как это произошло, но у Дока совсем не было желания разбираться с этим вновь, но и уйти он тоже не мог, поэтому он всë ещё стоял в проходе и наблюдал. Его присутствие заметил Призрак, отвлëкшись на несколько секунд, устремил свой дикий взгляд на Картера. Если бы не эта дрянь, что делает его монстром, то ему было бы очень жаль и стыдно, ведь он не послушал Дока. Заметив, что противник отвлëкся, Фрэнк решил нанести окончательный удар, ведь силы были на исходе. - Надеюсь, ты простишь меня... - прошептал Фрэнк и собрав остатки силы в себе, вонзил нож в горло монстра. Заражëнный пал, издавая противные хрипы, а из его раны потекли струйки крови, гнили и нектара. Такие твари обычно живучие, а потому стоило удостовериться в том, что он больше не нападëт. Тяжело вздохнув, подросток вонзил свой охотничий нож в черепную коробку монстра. От заражения можно избавиться только одним способом. Через смерть. Но ведь смерть это не выход. Сущность не допустит полной смерти как выжившего, так и убийцы. Это вечный круг ада и мучений. Никто не сможет выбраться из еë паутины. Усталый, раненный и злой Легион встал с колен и поплëлся к Доктору, глядя на него ни чуть дружелюбнее, чем на уже мëртвого Оджомо. - Док, что мне делать? Я не хочу стать этим... - показывая свои руки в глубоких укусах, на которых очевидно виднелся сок язвенника. Герман всë ещё стоял неподвижно, держа дежурную улыбку. Он понимал, что хоть доза может быть и малая, но рисковать всë же не стоит, а потому нужно избавиться и от второго разносчика заразы. Ничего не отвечая Фрэнку, Док схватил голову парнишки и пустил мощный заряд электричества, явно переборщив. Не успев хоть как-то среагировать, а сил кричать от боли уже не было, Моррисон упал замертво с "поджаренными" мозгами. Оба мëртвых тела забрала Сущность паукообразными лапками под землю, словно захоронив. Когда они вернуться к жизни, как это обычно происходит с сурвами у костра, у Призрака будут проблемы. Его наверняка ждëт разговор с Картером. Среди уже мусора в разгромленной комнате валялся кусочек страницы дневника, где было написано: "...давно потерян... ".