In my zone

      Минки засел с книжкой до самого вечера, отвлекаясь только на Олли, который очень хотел поиграть с ним. Сонхва даже смастерил несколько игрушек для фенека, от которых Минки пришёл в восторг не меньше, чем сам Олли. Они побегали с ним — шуршащая бумага на верёвочке, привязанная к палке, не на шутку увлекла лисёнка — а потом Олли уснул у Минки на коленях.       — Минки, завтра утром я возьму у тебя анализ крови, — Чонхо подошёл к дарящему, сидевшему у костра.       — Но я же уже хорошо себя чувствую, — протянул дарящий и жалостливо посмотрел на Чонхо.       — Минки, — тот подошёл к нему и погладил по голове. — Не упрямься. Я рад, что ты хорошо себя чувствуешь, но контролировать твоё состояние пока нужно. Ты же ещё пьёшь лекарства.       — Не люблю анализы, — пробубнил Минки.       Чонхо улыбнулся.       — Посмотри на это с другой стороны: один крохотный прокол пальца может дать возможность понять, как работает твой организм. Представляешь? Это же как загадки разгадывать, проникать в тайны.       Минки заинтересованно поднял голову.       — Правда? А как ты это делаешь?       — С помощью микроскопа, который даёт большое увеличение, я могу увидеть маленькие тельца, которые есть в твоей крови, и исходя из того, какие они и сколько их, сделать выводы о том, как функционирует твой организм.       Глаза Минки засияли.       — А ты покажешь мне? Расскажешь?       — Хорошо, — тепло улыбнулся Чонхо и снова погладил его по голове. — Завтра этим займёмся, договорились?       — Хорошо, — с энтузиазмом закивал дарящий.       Чонхо тоже кивнул и собрался было уходить — сегодня была его очередь идти в патруль, когда его остановил голос Минки.       — Чонхо-хён?       Он обернулся к костру.       — Что такое, Минки?       — Скажи, — начал дарящий. — Ты говоришь, что можешь видеть всё в крови. А там можно увидеть любовь?       Чонхо удивлённо поднял брови.       — Неожиданный вопрос. Думаю, нет. Нельзя.       — Но почему? Это же свойство организма, разве нет?       — Всё не так просто, Минки, — Чонхо вздохнул и вернулся к костру. — Любовь — это очень многогранное понятие. Есть любовь физическая, есть психологическая. Понимаешь?       Дарящий отрицательно помотал головой.       — Мы — это не просто тело, Минки. У нас есть сознание, которое определяет нас. Иногда его называют душой. И если рассматривать с таких позиций, то любовь как чувство скорее относится к продукту сознания, чем тела, не так ли? — дождавшись кивка, Чонхо продолжил. — А значит и в микроскоп её увидеть нельзя.       Минки задумался.       — А что тогда имел в виду Сан-хён?       Чонхо мысленно чертыхнулся.       — Это скорее такой оборот речи.       Минки похлопал глазами.       — Я не понимаю…       — Это сложный и долгий разговор, Минки. Я не думаю, что его время пришло.       Дарящий надулся. Олли, сидящий у него на коленях, будто почувствовал настроение и завертелся во сне.       — Минки…       — Хён, — дарящий поднял взгляд. — Я же не дурак. Я понимаю, что вы всё от меня что-то скрываете.       Чонхо отвёл взгляд.       — Это не совсем так, Минки. Просто мы все посчитали, что для твоего же блага будет лучше пока не грузить тебя этим.       Дарящий надулся ещё сильнее.       — Замечательно просто…       — Ладно, — сдался Чонхо. — Я всё тебе расскажу, но только не сегодня, хорошо? Дай мне время.       — Правда расскажешь? — и надутых губ как не бывало. Чонхо усмехнулся — вот же манипулятор.       — Правда. Но не торопись с этим. Не все знания безболезненны.       — Как это возможно? — удивлённо воскликнул Минки.       — Поверь мне это так, — заверил его Чонхо. — И раз уж ты так настаиваешь, я расскажу тебе. Но начнём мы всё-таки с крови.       — Хорошо, — улыбнулся Минки.