Элдия: Скрытый порок

Мир — разделенный на богатых и бедных — не новость и не редкость. Столетие за столетием люди пытаются выжить, а не жить. Порой наступает такой период, при котором вседозволенность богатых становится нормой. И чтобы ты не делал все тщетно. Твоим спасением может стать только слабый луч надежды, который рано или поздно засияет на небосводе. Эрену Йегеру, парню с окраины, не повезло родиться в бедной семье, а после потери родителей — попасть в дешевый приемник-распределитель. Обычно в таких приемниках держали до шестнадцати лет, — практически ничему не обучая и не прививая никаких знаний. Чем не образованнее человек, тем легче им управлять, запугивать и пользоваться в свое удовольствие. Люди, отвечавшие за таких беспризорников, зачастую делали на этом деньги. Передавали в семьи, способные заплатить за дешевого илота, которого использовали в хозяйстве, или продавали ”нужным” людям за куда высокую цену, для гораздо ужасных целей. Самым страшным считалось попасть в руки тайных медицинских организаций и лабораторий, где на таких, ненужных никому людях, ставили опыты и испытывали новые лекарства. Но еще более мерзким было — попасть в сексуальное рабство, где человек становился чьим-то питомцем. Поэтому многие парни и девушки старались за время пребывания в приемнике уродовать свои лица. Без смазливого лица такие отбросы общества никому не были нужны. Их не выбирали. Им оставался последний вариант: молиться Богу, чтобы появился кто-то, кто спасет их. И только кому-то из меньше одного процента сотой доли могло действительно повезти, и его забирала приличная семья. Воспитывала и заботилась, как о родном. В тот день, когда неприятной наружности лысый мужчина с козьей бородкой со своей свитой приехал в приемник Шиганшины, парень занимался уборкой в мужском туалете. Это было наказание за выходку в столовой, когда он нечаянно задел плечом одного белобрысого короткостриженого верзилу с янтарными глазами, и тот устроил драку. В ходе драки они перевернули огромную кастрюлю с грибной баландой, оставив половину очереди без обеда. Директор был в ярости, когда узнал, и наказал того и другого. Обоим выписал пиздюлей, белобрысого отправил в прачечную, а того кто толкнул — прямиком делегировал в сортир. Ровно час, против какого бы то ни было желания, парень усердно надраивал пол, кривясь от мерзкого запаха дерьма и мочи. Смотрины начались без него, и это нисколько не огорчало. Уж лучше еще немного побыть в этом тараканнике, где условия пребывания еще можно стерпеть, чем оказаться прикованным к кровати от очередного укола или лежать под каким-нибудь извращенцем, чей член ходит ходуном в заднице. Перспективы не радужные, поэтому, чем дальше от психов, тем лучше. Оставалось помыть пару изгаженных унитазов, и с уборкой было бы покончено. Он присел на подоконник возле распахнутого настежь окна, снял головной платок, решая устроить небольшой перерыв. За окном играло летнее солнце, скудный цветник недалеко от окна желтел на фоне зеленой травы. Люди, приехавшие из столицы, почему-то быстро вышли на улицу, с ними было несколько отобранных парней и девушек. «Не повезло кому-то», — пробубнил парень, рассматривая подростков, с которыми прожил какое-то время. Среди приглянувшихся лысому дядьке подростков, был и тот парень, с которым он недавно подрался. Директор приемника кружил вокруг лысого, всячески нахваливая своих подопечных. Лысый кивал головой, параллельно делая отметки на планшете. Парень хитро усмехнулся, смотря на белобрысого и помахал ему ручкой, в ответ отобранный парень не удержался и погрозил кулаком. Отследив, в какую сторону был обращен кулак, лысый мужик облизнул губы. Он подозвал директора, что-то шепнул на ухо, и тот, поклонившись, понесся в сторону парнишки, сидевшего на подоконнике мужского туалета. Строение шиганшинского тараканника было в один этаж и низкое, поэтому вытащив парнишку за шкирку, директор потащил его ко всем. Вялое сопротивление ничего не дало. Когда они сровнялись с толпой, лысый мужик грубо вздернул парня за подбородок, заставив посмотреть в глаза. Отросшие темно-каштановые волосы лезли в глаза, лысый убрал их в сторону и с прищуром осмотрел лицо. «Годится!» — сказал он твердо, и парень почувствовал, как земля начала уходить из-под ног. Теперь перспектива быть подопытным в лаборатории оказалась намного спасительней, чем притон для богачей. А то, что этот мужик с похотливым взглядом именно из него — сомнений не оставляло. Белобрысый парень стоял рядом и широко улыбался, радуясь, что не его одного загребли в этот раз. Директор, в свою очередь, не возражал, лишь просил добавить в список еще одного и намекнул на доплату. Назвал имя и номер личного дела, которое пообещал сразу же выслать по электронке. Девять человек погрузили в микроавтобус с тонированными стеклами. Отобранных подростков охраняли несколько крепких мужчин. Сбежать от таких товарищей по дороге — шанса практически не было. Да и что они могут в свои годы против тридцатилетних, а то, и сорокалетних мордоворотов с оружием? Грунтовая дорога быстро сменилась асфальтной магистралью. Белобрысый парень сидел напротив, и ненавязчиво кидал странные взгляды, молчал, но говорил жестами и урывками. Не понятно то ли он успокаивал и подбадривал, то ли что-то хотел сказать. Но понятно было одно — он сильно нервничал, и его состояние было написано на лице. А совсем недавно во дворе приемника широко улыбался и был рад. Неужели осознал, куда его везут? Совсем тугодум. Даром, что мышцы в нужных местах накачал! За все время пути была сделана всего одна остановка: их сводили в туалет и дали поесть по сухому сэндвичу с сыром, в качестве напитка предложили по маленькой баночке яблочного сока. Сердце бешено колотилось в груди. Было ощущение, что вскоре ничего хорошего не произойдет. Голова заполнялась странными мыслями, которые пугали. Очень хотелось назад, а больше всего, чтобы родители были живы и он мог волочить жалкое существование, но в родном доме. К утру следующего дня и вовсе — дневной свет прекратил существовать.