Элдия: Скрытый порок

Горнолыжный курорт стал для Эрена большим сюрпризом. Рано утром Леви разбудил парня и приказал подниматься. Нехотя Эрен подчинился и без вопросов молча составил компанию за завтраком. А после все также угрюмо сел в автомобиль. Уже подъезжая к аэропорту, в котором их ждал частный самолет бизнес-класса, Эрен подал голос. — Куда мы направляемся? — Это сюрприз! — был короткий ответ. Больше Эрен ничего не спрашивал. Никакого контроля в аэропорту они не проходили, для таких случаев и таких важных персон был отдельный путь и ворота. Миновав охрану, автомобиль Аккермана проследовал прямо к самолету, ждущего на одной из запасных взлетных полос. Заняв место в салоне, пока шли приготовления, парень без интереса уставился в иллюминатор. До этого момента он еще ни разу не летал, где-то внутри роились тревога и сомнения. Быстрый взгляд на мужчину устроившегося удобно в кресле с противоположной стороны, только подтвердил догадки. Леви был полностью спокоен и безэмоционален. Словно и не человек вовсе. Самолет вырулил на старт, с каждой секундой увеличивая скорость. Легкий толчок и парень вжался в кресло, прикрывая глаза. Немного давило на грудь, самолет быстро набирал высоту. Достигнув нужной точки, Эрена малость отпустило, но не до конца. Ощущение зависания где-то в воздухе, при котором следует полностью довериться профессионализму команды и работоспособности воздушного лайнера, заставляли нервничать. А через час полета и того вовсе, его стала одолевать жуткая головная боль. Утром он забыл выпить прописанные обезболивающие и препараты общего укрепления и нормализации работы организма, в частности головного мозга. Сказать об этом хозяину, который сидел спокойный как удав, он не решался, приходилось терпеть. Сколько лететь Аккерман не сказал, а значит впереди как минимум часы полета. На нервной почве к разболевшейся голове добавилась тошнота, и только когда Эрен сорвался с места, прикрывая рот рукой, до Леви дошло, что парень плохо себя чувствует. — У тебя язык отсох, почему раньше не сказал? — И чтобы это изменило? — Не поверишь, но многое! — Забей! Эрен вернулся в кресло, держась за голову. Он быстро отвернулся от стоящего над душой Аккермана. — Свали уже на свою половину. Я посплю, и все пройдет… Оставалось лететь ровно шесть с половиной часов, четверть они миновали. Леви вернулся в свое кресло, но уже глаз не сводил с притихшего парня. Эрен действительно попытался уснуть, проваливаясь в беспокойный сон. Он пропустил приземление, будить его Леви не стал, терпеливо дожидаясь сидя в салоне самолета. Иногда Аккерман выходил наружу, чтобы глотнуть свежего воздуха, но быстро возвращался. Беспокоился ли он о парне? Возможно. — Уже лучше? — спросил Леви, когда Эрен подал первые признаки пробуждения. — Не делай вид, что переживаешь. Это тебе не идет. — Вижу, ты в состоянии плеваться ядом, тогда действительно с тобой все в порядке. Поднимайся! Из-за тебя мы второй час торчим на аэродроме. Больше любезничать и прыгать возле парня Аккерман не стал. Они спустились с трапа, и пересели в машину. Водитель доставил их ближе к позднему вечеру к конечной точке путешествия — горнолыжному курорту в горах. * В вечернее время суток курорт утопал во множестве огней. Еще на подступе Эрен заметил светлый силуэт основного гостиничного комплекса — большого и современного. Рядом с ним было построено огромное множество отдельных коттеджей. Как ни странно, но машина миновала главный вход, центральный комплекс, и, обогнув еще три десятка домиков, устремилась вглубь леса по недавно очищенной дороге. Машина ехала не спеша, словно позволяя своим пассажирам успеть все рассмотреть. Через пять минут езды по лесной дороге они прибыли на место. Пока водитель перетаскивал багаж мужчин, Эрен стоя на холоде, с облегчением дышал свежим горным воздухом. Головная боль постепенно отступала, и на ее место приходила ясность сознания. Тишина зимнего леса успокаивала. Коттедж, который арендовал Аккерман, просто не мог быть маленькой лачугой где-нибудь в чаще леса. Это был огромный, невероятных размеров двухэтажный дом с мансардой, окруженный со всех сторон светом и заснеженными елеями. Стоял он на возвышенности и к нему вели идеально очищенные ступеньки. Леви разговаривал с кем-то важным по мобильному телефону, отойдя на несколько метров в сторону, но даже оттуда, он мог наблюдать детский восторг, застывший на лице парня. — Идем внутрь! — положив руку на спину, спокойным, сдержанным тоном произнес Аккерман. Разговор по телефону был окончен, а вещи любезно перенесены в дом. Снова оказаться запертым в доме парню не хотелось, но долгий перелет, отнявший много сил и нервов, склонил на сторону благоразумия. Пройтись по округе он и завтра сможет, а пока следовало чего-нибудь поесть и еще ненадолго притвориться помирающим лебедем, чтобы у особо идейных личностей не возникло намерений заняться непотребством. И если с едой Эрен угадал, то вот в отношении покровителя сильно просчитался. Нет, секса не было, Аккерман и сам устал от перелета, но он не смог упустить возможности, чтобы не составить парню компанию. После того как Эрен в средней степени любезности поблагодарил за ужин, который им приготовили, он включил режим усталого человека. Ушел в комнату, которую выбрал, а выбрал он самую большую в мансардной части дома. Огромное окно треугольной формы выходило на подъездную часть, вдалеке виднелся сам комплекс и множество крохотных домишек, окруженных точками света. В темноте было плохо видно подъемники, но огромные черные нити, натянутые через склон, различить было под силу. Эрен сел на пол, прислонился головой к прохладному стеклу. Одна клетка сменилась другой. Он не слышал, как вошел Аккерман, но почувствовал. Приятный ненавязчивый парфюм быстро дал понять парню, что он не один в комнате. — Снова голова? Эрен оставил без ответа вопрос, было очевидным, что не в голове дело. Только Аккерман хотел присесть рядом и продолжить ему одному нужный разговор, как парень встал и направился к постели, забрался прямо в одежде и закрылся от всех одеялом. Намек не понял бы только тупой, но Леви был не просто тупым в кавычках, сколько человеком с собственными убеждениями и ”хочу”. Ночь он провел в постели Эрена, хотел парень этого или нет, Аккерман лежал рядом, сторожил как верный пес. Самое противное — он держал его за руку. Проснувшись под утро от желания выпить воды, Эрен попытался разжать пальцы мужчины на своей руке. Сделать это, не разбудив прилипалу, не удалось. Аккерман быстро открыл глаза и непонимающе уставился на застывшего парня. Лаконичное «хочу пить» позволило парню утолить жажду. * Горнолыжный курорт, расположенный на высоте 1400 метров, на солнечной горной площадке-балконе, откуда открывалась грандиозная панорама, охватывающая огромную территорию от лесного озера до гор — сильно впечатлил Эрена. После плотного завтрака, Аккерман сам настоял пройтись по округе. Теперь стоя на вершине горного склона и щурясь от ослепительной белизны снега и яркого солнца, Эрен наслаждался видом. Специальная одежда для горнолыжников была легкой и на удивление теплой. Леви предложил прогулку на лыжах, но парень с недоверием на него посмотрел. Позориться, что он не умеет кататься на лыжах и вызвать смех не хотелось. Однако бесцельно топтаться по склону, имитируя прогулку, раздражало еще больше. Эрен увидел у одного парня доску и, согласившись с внутренним голосом, показал Аккерману, на чем он хотел бы прокатиться. Для приобретения сноуборда им пришлось спуститься вниз, воспользовшись подъемником. В главном гостиничном комплексе для шоппинга были разнообразные магазинчики и бутики с большим выбором товара. В одном из магазинов спортивного инвентаря Эрен приобрел первоклассную доску. Аккерману пришлось брать и себе доску, — позволить Эрену в одиночку и без опыта кататься он не мог. Опробовать приобретение они решили на более безлюдном склоне. Владея отчасти четкой техникой катания на таких досках, Аккерман попытался объяснить парню, как следует держаться и стоять на ногах во время скатывания. И что непременно следует сделать растяжку, попрыгать и размяться на месте, сразу бросать с головой в спуск опасно. Пропустив лекцию всезнающего коротышки-извращенца, Эрен испробовал доску по-своему. — Ты хотя бы слушал, о чем я тебе говорил? — переходя на крик, отчитывал Аккерман парня. Очень чесались руки, чтобы от себя лично добавить. Он чуть рассудка не лишился, когда увидел, как Эрен на огромной скорости впечатался лицом в ель, а сверху на него упала снежная масса. Эрен съехал на сноуборде так смачно и громко, не упустив возможности поцеловаться с деревом. Леви спускался осторожно, плавно, волнами, матерясь себе под нос. Нет, он, конечно, предполагал, что маломальское обучение сноубордингу самостоятельно не сможет принести быстрых и ожидаемых результатов, но чтоб вот так! Это нужно иметь талант от Бога! — Господи! — скривился Леви в лице, рассматривая покрасневший лоб, огромную шишку и ссадину. — Так, на сегодня с тебя сноубординга хватит. Было бы правильнее купить тебе детские санки и возить по кругу, хотя, думаю, ты нашел бы способ и с них свалиться. Вставай, пошли назад! Эрен сидел в обнимку с деревом, противясь приказу покидать столь полюбившееся место. Да, он съехал не по правилам, подверг себя опасности, но было же весело! — Если хочешь, то уходи! Я еще покатаюсь… — Вот сейчас, ты говоришь серьезно? — решил уточнить Аккерман, перед тем как отвесил легкий подзатыльник. — Мелкий засранец… Он отстегнул крепление парня на ботинках, откинул доску в сторону. Из носа потекла красная жидкость. Приложенная одноразовая салфетка быстро впитала кровь. Невзирая на сопротивление, Леви уложил его на снег, и приказал лежать пока не остановится кровь. Эрен прикрыл глаза, чтобы не встречаться взглядом с хлопотавшим над ним мужчиной. Лежать на свежем воздухе было приятно, если не считать ноющего лба, и всего лица в целом, а еще ушибленных коленей и грудной клетки, живота и паха. Но было не так больно, как тогда, когда он получил клюшкой для гольфа. Правда, всему приходит конец, и валянию на холодном снегу тоже. Через минут тридцать Эрен мог стоять на своих двоих и передвигаться. Обратный путь до коттеджа занял больше времени, чем положено. Леви придерживал его за талию пока они шли. Доски пришлось оставить под деревом, хотя Эрен порывался прихватить их с собой, убеждая покровителя, что кто-то возьмет чужое. Возле коттеджа их встретил человек, который приходил навести порядок в доме. Увидав Эрена, мягко говоря, в разбитом состоянии, мужчина сам вызывался помочь. * Оказаться на мягкой кровати в окружении тепла было приятно. Суетливость вокруг него — раздражала. Невзирая на просьбу никого не вызывать, Аккерман настоял на своем, и мужчина, помогший им, доставил медика. Молодой специалист осмотрел Эрена и пришел к выводу, что серьезных увечий не наблюдает. Голова в порядке, а синяки, шишки и ссадины со временем проходят. Порекомендовал мазь, за которой пулей сгонял человек из обслуги коттеджа, и менее экстремального отдыха в горах. Медик покинул парочку молодоженов, насколько он смог понять их отношения, сразу же, как закончил с осмотром. Мужчина из обслуги тоже ушел. Они снова остались наедине. В горах быстро темнело, дом погрузился в мягкое освещение ламп. На мансарде имелся камин, который Аккерман разжег. Дополнительное тепло хлынуло в комнату. С недавних пор Эрен был окружен дорогими и красивыми вещами, жил в богатом доме, в относительной степени мог позволить себе иметь сверх того, что имели такие безродные люди вроде него. — Я давно подозревал, у тебя склонность к мазохизму, но теперь вижу его широкий диапазон. И все же, я бы посоветовал тебе быть более сдержанным, — поучительным тоном вещал Леви, стоя у окна. Тишина в доме успокаивала. — И это сказал тот, кто практикует садизм… — Теперь ты осознаешь, насколько мы подходим друг другу? — Все еще в твоих мечтах, ”господин озабоченность”. Как понял Эрен, Аккерман не собирался покидать его комнату в мансарде. Мужчина для наглядности разложил свои вещи на полках бельевого шкафа и в туалетной комнате. Оставаться еще на одну ночь в одной постели и уступать — парень отказывался. — Ты не взял с собой охрану. Не боишься, что сбегу? — Без документов, денег, в незнакомой стране, где люди говорят на непонятном тебе языке — устраивают побег только те, кто имеет четкое представление, как двигаться дальше. Так что, нет, я не боюсь, что ты упорхнешь сегодня-завтра. — Леви обернулся, не выражая никаких эмоций на лице. — К чему этот разговор? Строишь планы? — А если и строю? — важно выдал Эрен. — Тогда, я полагаю, мне следует пожелать тебе удачи! — Она мне не помешает, тут ты прав. Аккерман обошел постель, на которой лежал парень. Внушительная шишка на лбу занимала все больше. Он склонился ближе, чтобы рассмотреть, однако Эрену это не понравилось, и он специально отполз подальше, насколько было возможным. — Эрен, признайся, эта мысль тебя посетила, потому что ты сильно ударился головой, или все намного сложнее? Парень сглотнул, натянул пошлую улыбочку, где-то глубоко внутри радуясь, что извращенца это сильно задевает. Еще бы, где он найдет такого идиота, который будет мириться с побоями и втрахиванием в постель? Леви еще какое-то время всматривался в лицо, изучал, или все же сканировал, а после вкрадчивым голосом произнес: — Ты вполне здоров, отказа я не принимаю… Месяц воздержания — это жутко неприятная пытка. Сказать что-либо в свою защиту у парня не нашлось, против собственной воли пришлось позволить прикоснуться к себе. Сначала к лицу, плечам, рукам, груди, а после к поясу на спортивных штанах. Аккерман устроился возле силой разведенных ног, бесцеремонно стаскивая штаны. Грубости в движениях и действиях парень не замечал, возможно, именно поэтому позволил извращенцу улечься на себя и покрывать шею страстными укусами вперемешку и поцелуями. Леви прихватывал кожу зубами, заставляя Эрена вздрагивать и желать большего, сильнее впиваться пальцами в плечи. От спортивной худи пришлось быстро избавиться, она мешала покрывать кожу засосами и укусами. Аккерман жалел, что под рукой не было привычных средств для сессии. Приходилось импровизировать с тем, что имелось. Шарф Эрена вполне сгодился для фиксации рук, таким образом, у парня больше не было возможностей держаться за плечи. Серые глаза были пропитаны желанием, причем жгучим и переполненным ожидания. Для того, кто привык получать все и сразу, ожидание было неприемлемым. А Эрен заставил его ждать больше месяца. Эрен шикнул от внезапной боли, когда Леви сжал его ушибленное колено. Легкое напоминание о том, с чего все началось и как нравится Аккерману. — Недавно здесь был доктор, он прописал мне полный покой, — сорвалось с губ, которые неожиданно накрыли поцелуем. — Я не хуже доктора знаю, как лечить таких как ты! Через поцелуй Леви попытался выразить недоступное Эрену желание. Один взгляд на полуобнаженное тело парня в бликах от огня камина, заводил не хуже традиционной игры в доминанта и саба. — Измеряя температуру членом? — Делая ртом искусственное дыхание. Не слышал о таком? Вопреки внутренней неуверенности тело понемногу превращалось в податливый воск. Эрен подавался навстречу умелым властным ласкам, отнимающие силы к сопротивлению. Задним умом он понимал, что прогибается и уступает. Собственные слова были поставлены под сомнение. Хотел Эрен или нет, — его тонко развели на секс. Не такой как обычно, а с чувством и страстью. С грубоватыми, уверенными движениями, с колоритным втрахиванием в отельный матрас, дразнением чувствительной точки и судорожным состоянием в секунды оргазма. Аккерман же получал не меньше удовольствия. Один вид стонущего парня в полубессознательном эйфорическом состоянии под ним — вынуждали работать энергичнее. От предвкушения приближающейся волны экстаза, его затягивало все глубже. Огонек, горевший в задернутой дымкой бирюзово-изумрудных глазах, завораживал сильнее, доставляя хмельное болезненное наслаждение. Он кожей ощущал чужое напряжение и возбуждение. Словно отражение его собственного. Это было очень волнующе. Прежде он никогда не разделял таких ярких ассоциаций и впечатлений. Происходившее между ними в большей степени походило на ожившую фантазию. Все было настолько хорошо, что больше ничего не имело значения… Поездка в горы была своеобразной компенсацией за неожиданный срыв, повлекший к первой серьезной ссоре с печальными последствиями. Однако была и другая причина, почему Леви Аккерман решил устроить отпуск в разгар деловой жизни, наполненной затруднениями в Холдинге. Эрен ему ничего не говорил, да и вообще помнил ли он о собственном дне рождения? Незабываемый секс должен был быть первым подарком от господина, привыкшего только получать. Взглянув на настенные часы, сверяясь со временем, Аккерман подумал, что сейчас самый подходящий момент. Парень лежал рядом, выравнивая дыхание, чувствуя отголоски пульсации во всем теле. — Запоминающегося дня рождения, Эрен! — хрипловатым голосом, произнес Леви, приподнимая лицо парня за подбородок. Трепещущие блики огня отсвечивали в серо-голубых глазах мужчины. Эрен слабо улыбнулся, медленно загружая жесткий диск головного мозга. А он и вправду забыл о собственном дне рождения! Леви мягко смотрел на парня, наслаждаясь своеобразной близостью, едва ощутимо поглаживая большим пальцем щеку. Невидимое тепло разливалось по телу и было очень приятно, словно парень был самым дорогим человеком в его жизни. Минуты шли и ничего не происходило. Руки Эрена по-прежнему были связаны теплым шарфом, хотя это не помешало переложить их через голову на плечи мужчины. Эрен подался вперед, утягивая за собой несопротивляющегося Аккермана. Коснувшись губами ушного изгиба, он вызвал полное недоумение, ядовито выдав: «На день рождения принято дарить подарки, если ты не в курсе!? Хотя я нисколько не удивлен, зная какой ты эгоистичный гондон и лицемер, любитель потрахаться. Все так предсказуемо... И знаешь, что? Засунь свое поздравление сам знаешь куда!». Аккерман не понял чем были обусловлены столь обидные слова в свой адрес. Ощущение было не из приятных, словно его окатили ледяной водой. Пока они занимались сексом не было и намека, что Эрену что-то не нравится или он чем-то не доволен. Наоборот, чересчур отзывчив и активен. — Тебе недостаточно того, что сейчас было? — Леви попытался обернуть все в шутку, смотря на быстро меняющееся выражение лица парня. Ничего кроме циничности, наглости, неблагодарности и равнодушия он не видел, словно парня подменили. Он убрал со своих плеч связанные руки, слегка отстранился, быстро прощаясь с чарующим наваждением, которое окутывало их буквально некоторое время назад. Эрен сам того не замечая, начинал нагуливать аппетит. — Так это и был твой подарок? — вопросительно воскликнул парень, окончательно разочаровываясь в покровителе. Мог бы и безделушку, какую подарить. Член в заднице он каждый день может почувствовать. Аккерман перекатился на бок, а потом лег на спину. Безусловно, у него был подарок для Эрена, и он отдал бы его в подходящий момент. Парень все испортил! И откуда у него такая маниакальная способность рушить едва сформировавшиеся хрупкие грани? — Что, правда, перепих и был твоим подарком? — не унимался Эрен, возмущаясь, как продажная девка, оставшаяся без чаевых. На претензию в свой адрес Леви решил не отвечать. Быстро развязав зубами шарф на руках, Эрен сел в постели. Не прошло трех минут, как он фыркнул, встал и направился в душ. Стоя под теплой водой, с тела смывались остатки неги и следов яркого секса. Умение Аккермана входить без звука, порой пугало Эрена. К этому он еще не привык. Впрочем, и ко многим другим вещам тоже. — Эрен, признайся честно: ты беззастенчиво дерзким всегда был или недавно стал таким? — Это как-то должно помочь тебе смириться с мыслью, что не один ты — центр вселенной? Леви встал под соседний душ, по привычке включая прохладную воду. — Тебе неприятен факт, что с тебя спрашивают оплату? — Эрен подошел к Аккерману, смело смотря в глаза. — Почувствуй, каково это быть использованным без вознаграждения! — Так дело только в этом? — Леви отзеркалил смелый взгляд, даже больше, на лице появилась странная ужимка, напоминающая больше синдром стервозного лица. Если бы у парня за спиной был белый флаг, то он непременно показал его. А за неимением оного, он предпочел ретироваться: вернулся под душ, быстро помылся и, поджав воображаемые уши и хвост, юркнул в постель. Держать язык за зубами он научится только тогда, когда сляжет с онемением данного органа. Леви не заставил себя долго ждать. Оказавшись в комнате, он подошел к походной сумке, откопал там серую коробочку, завязанную серебристым бантом. Запутавшись в чувствах, признать правоту парня было непросто, платить по счетам нужно. Честные благородные люди так всегда поступают. Эрен четко для себя определил грань между ними, а значит, и ему самому нужно провести жирную линию, чтобы не забываться и не сильно фонтанировать добротой душевной. Фантазии о милом любовнике тоже следует похоронить в зародыше. Он единственный из них двоих, кто придумал сказку со счастливым концом. Следовательно, надлежит вернуться к тому, с чего все началось, внятно обозначить их статусы. — Ты прав, за любую услугу нужно платить! — он протянул Эрену коробочку, даже не смотря. Не было необходимости. Момент упущен, романтический настрой спущен в сортир, все снова на своих местах. — Держи! Неприятное чувство неловкости и какой-то недосказанности окружили их обоих. Эрен не решался принять протягиваемый ему подарок. Это сделал Леви, в грубой форме, по-скотски, бросив на кровать коробочку. Возможно, теперь Эрен будет счастлив!? Ключи с фотографией от нового мотоцикла, который ждал Эрена в особняке, были тем самым подарком, который Аккерман хотел преподнести в более приятной манере и в подходящий момент. И это был совершенно другой мотоцикл, а не тот, который Эрен увидел в подземном гараже особняка. Леви купил ему новый, последней модели, даже планировал дать уроки вождения, но теперь после предъявления претензий, лучшим вариантом будет — оставить все как есть. С этим заданием справится и Майк. Теперь он понял Эрена: секс — деньги. Аккерман передумал оставаться на ночь. Он вышел из комнаты, планируя провести остаток ночи где-нибудь подальше от предмета своеобразного обожания. Комната внизу вполне для этого сгодилась. Два этажа служили достаточно сдерживающим барьером для совершенно разных, но в то же время одинаковых людей. И каково же было его удивление, когда под утро он обнаружил спящего под боком Эрена, держащего в руке клочок бумаги, на котором с ошибками было написано всего одно слово «Спосиба!». Целомудренный поцелуй в лоб, который Эрен не почувствовал, вновь вернули Леви Аккермана на стартовую позицию.