Ночник

Губы Годжо-сенсея всегда мягкие, нежные и блестят. Конечно, маг берег все свое тело и Юджи еще не приходилось видеть его крови, просто потому что мужчина был силен и подобраться к нему, чтобы причинить физический урон, было просто невозможно. Сатору был метросексуалом, чего не скрывал, в конце концов ухаживать за собой это вполне нормально. Гладкая кожа скул, Итадори так же ни разу не замечал хотя бы легкую щетину с утра, словно её вообще у мага и не было; тело без единого шрама или хотя бы родинки; чистые и мягкие волосы, идеально уложенные, даже после сна. Сатору Годжо был совершенством и вот угораздило Юджи, влюбиться именно в него. Ко всему прочему, мужчина всегда умопомрачительно пах, словно только вышел из парфюмерного магазина. Запах был такой же мягкий, как сам мужчина на первый взгляд: Юджи пытался уследить, когда сенсей хотя бы раз воспользовался флаконом, но то ли Годжо слишком тщательно скрывал это, либо же по страшному шаманил. Со своей идеей, узнать, каким волшебным одеколоном пользуется учитель, Юджи раскрывает совсем другой секрет. Сатору Годжо красит губы блеском. Маленький тюбик, с изображением клубники мелькает в руках сенсея всего один раз и всего на миг, но глазам Итадори этого достаточно. И когда мужчина лезет к нему целоваться, он улавливает слабый запах этой самой клубники и своим языком собирает немного остатков прозрачного блеска. Сатору удивляется этому жесту, а когда парень беспардонно лезет в его правый карман, открывает в недоумении рот. Юджи едва не пищит от радости, когда выуживает из кармана заветный тюбик. Сам тюбик прозрачный, с парой изображенных клубник и короткой надписью, жидкость в нем бледно-розовая, да и осталось ее в тюбике чуть меньше половины. — Так вот почему, ваши губы всегда блестят, — выдыхает юноша и улыбается. Сейчас губы сенсея были припухшие, куда розовее обычного и не блестели, можно было даже разглядеть каждую выемку, а если присмотреться, Юджи смущенно фыркает, то небольшую шишечку — последствия утренних нежностей. — Ну да, — пожимает тот плечами и с интересом следит, как Итадори крутит блеск в руках и раз за разом, кидает взгляды на его губы. — Тебе не нравится? Могу прекратить мазать. — Нет! — выкрикивает парень оживленно и с мягкой обивки дивана, осторожно, словно крадущийся лис, перебирается на бедра. — Мне нравится… — смущенно признается он. — Эм…сенсей, можно мне.? Сатору никогда не отказывал этим глазам, поэтому, подтянув парня к себе за поясницу, подставляет губы в ожидании. Итадори вспыхивает от смущения, руки слабо подрагивают, когда откручивают крышку, но он и не думает отступать. Перед тем как нанести вязкую жидкость на губы юноша принюхивается: и правда, пахнет клубникой, запах из тюбика насыщенный. Осторожно, прихватив острый подбородок мага, Юджи выдавливает мизерную каплю и возюкает тюбиком по губам: мазюкает сначала нижнюю, а затем верхнюю. Губы учителя сразу наполняются и розовеют. Парень ведет носом в близости и смущенно улыбается, а потом удивленно хлопает глазами. Годжо вбирает свои губы в рот и выпускает с влажным чмоком. — Зачем вы так сделали? — Сатору улыбается: растерявшийся Юджи на его бедрах выглядит умопомрачительно мило. — Чтобы равномерно распределить блеск, — говорит он, однако юноша лишь хмурится, а затем наклоняется и целует. Сатору удивленно выдыхает через нос, ловит горячий язык своим и успевает зарыться рукой в короткие кудри, как парень отстраняется. Облизывает свои губы, задумчиво гоняя остаточный вкус блеска на языке. — Можно еще? Только на этот раз ничего не делайте своими губами. — Шепчет Итадори и активно, вновь прихватив подбородок, мажет губы блеском. На этот раз куда обильнее и смачнее. Годжо не может не улыбнуться, когда сосредоточенное лицо Юджи с немного высунутым языком в такой близости. — Ничего не делайте! — вновь предостерегает парень, и отложив тюбик на подлокотник, обхватывает мага за щеки и накрывает губы своим ртом. Именно ртом, Сатору забывает дышать, когда его губы поочередно облизывают на собачий маневр, а затем вбирают в рот и немного посасывают. Маг не противится, позволяя мальцу играть со своими губами, как тому заблагорассудиться. Себе он позволяет едва ощутимые поглаживания по спине, бедрам и пояснице, чтобы не спугнуть; наклоняет голову, так чтобы было удобнее и когда парень с горящими глазами отстраняется, слегка нажимает на его спину, заставляя вновь вернуться и легко чмокает в губы. — Вкусно, — говорит Юджи и вновь тянется к тюбику. Сатору не возражает. Он готов перемазаться клубникой с головы до пят, лишь бы парень продолжал к нему тянуться и так смущенно улыбаться, сверкая своими глазами. Завтра он так и сделает — обмажется, обваляется в клубнике с головы до ног.