Мы набросаем свою историю

      Боль. Дикая разрывающая боль, что идёт трещинами от самого сердца. Слишком невыносимо, слишком странно быть в столь большой квартире одной. Слёз не осталось, было лишь удушающее спокойствие. Нет, даже сплошная пустота. Мизуки не была готова к расставанию. Как вообще к этому можно было подготовится? Не было никаких предпосылок, никаких тревожных звоночков. Просто измена, случайно заставшую где-то по пути к дому. К их общему дому              Звонок в дверь. Слишком громкий. Давит на виски. Два коротких, один длинный и снова короткий. Так обычно звонил Нанами или Сатору — работали в одной команде и отделе. Не хотелось никого видеть. Последние два месяца Абэ жила на автомате, не замечая, как жизнь медленно течёт и подхватывает девушку, унося прочь. Подальше от мечты, от целей и от ожиданий.              — А ты так и чахнешь здесь, Мизу.              Абэ хмурится, припоминая, оставляла ли Сатору свои ключи или же нет. Хотя, та могла оставить их по привычке под ковриком. Сугуру постоянно забывал их. То ли часто терял, то ли намеренно оставлял дома. Мизуки помнит его маленькие привычки. Незначительные, Гето сам не предавал им значениям. Только для неё это было значимо.              — Сплошной разгром.              Нанами смотрит на всё педантично, с его привычной строгостью. Мизуки оглядывается. Все тарелки разбиты, фоторамки сломаны и фотографии порваны, кресло перевёрнуто, в холодильнике нет еды, только полуфабрикаты. Абэ кивает Кенто, пытаясь подняться, только в коленях мелкие осколки от тарелок. Больно, но не так, как треснувшему сердцу.              — Пошли полечим тебя, Мизу.              Тряпичная кукла. Поддаётся Сатору, тот бережно вынимает из коленей осколки и обрабатывая. Годжо не любит такой потерянный взгляд. Парень поднимал уже Мизуки с колен, показывал жизнь со всеми красками, сам познакомил с Гето. Только не такого исхода он ожидал. Сатору верил Сугуру, он его лучший друг. Гето был счастлив, дарил себя этим отношениям, советовался с ним, что можно подарить Абэ. Эта история с изменой была странной. Сам бы не поверил, если не встретил один раз Сугуру, что в засос целовался с другой девушкой.              — Мы взяли тебе онигири, мисо суп и ещё разных закусок.              Нанами прибрался в квартире, пока Сатору всецело занимался Мизуки. Даже успел помыть её голову и высушить. Кенто сдерживал сочившуюся злость, думая только о заботе Абэ. В его глазах она впервые была такой беззащитной и слабой. Мизуки, которую он знал, рвалась к цели, была амбициозной и справедливой. Нешуточный огонь горел в столь ясных глазах.              — Тебе нужно быстрее прийти в себя, Мизуки.              Слёзы. Горькие слёзы текут из глаз, не прекращаясь. Она не плакала. Она просто не могла заплакать. Словно клапан со слезами решили резко закрыть. Сатору рассказывает какие-то случаи с работы, пока Мизуки не было. Нанами кормит девушку с ложки, утирая влажные дорожки на щеках.              Стало легче. Легче жить, дышать, существовать. Они втроём выбирались в разные кафешки, устраивали марафоны у Абэ, засиживали допоздна на работе, втроём вывели их отдел в лидирующие позиции. Всё завертелось, закружилось и понеслось галопом.              Корпоратив. Чёртов корпоратив, на котором они неожиданно встретились. Работав на разных этажах, в разных отделах и ни разу не пересекались благодаря этому. Убегать не хотелось, что-то доказывать тоже нужды не было. Мизуки была в красном коротком платье с открытой спиной, на чёрных каблуках. Нанами в своём излюбленном костюме и Сатору в полураскрытой рубашке с брюками. Выглядели все троя, словно сошли с обложки.              — Ты себя хорошо чувствуешь?       — Да, — Мизуки счастливо улыбается, впервые, за долгое время. — Я уже немного выпила.       — По тебе это заметно, — Сатору смиряет Нанами и Мизуки своим заговорщицким взглядом. — Покину вас ненадолго. Нанами, следи за нашей пьяницей.              Кенто кивает. Пару часов прошло, прежде чем Сугуру подошёл к их паре. Нанами как мог, сдерживал порывы Абэ напиться сильнее, чем тот мог. Хотелось поговорить. Немного, как раньше, может узнать, что и как нового у Мизуки. Тянет настолько сильно, что представить раньше не мог.              — Мизуки, мы можем немного поговорить?              Девушка смотрит недоверчиво, нехотя. Незнакомец, о котором она знает так много. Хотелось бы стереть все воспоминания, болезненные и счастливые. Только не может. Это всё равно опыт. Не важно, насколько приятный или нет.              — Я скоро приду, не напивайся слишком сильно, хорошо?       — Да, не буду.              Отходят не настолько далеко, но так, чтобы их не видели и не слышали. Мизуки смотрит с пьяной улыбкой на того, кто однажды вдребезги разбил её сердце. Слишком добро смотрит на него, что у Сугуру взывает чёртова совесть. Ей сказать нечего. Девушка искренно счастлива, Гето это видит.              — Твои извинения мне нужны. Это делать нужно было раньше. Я счастлива.       — Я вижу, — Сугуру улыбается. — Просто хочу сказать, что меня переводят в другую компанию. Я рад, что ты смогла преодолеть моё предательство.       — Желаю счастья тебе, Гето.              Нанами может лишь причитать, когда Мизуки свалится с ног к нему на руки. Абэ твердит, что хочет дико спать и уснёт сейчас прямо на Кенто. Мужчина не слишком сильно против, вторит, что нужно найти сначала Сатору. Ласковый поцелуй касается его щеки.