Верни меня

      Музыка к главе:

Tommee Profitt, Fleurie, Jung Youth — In the End (cut)

Kai Engel — Hourglass

***

Добравшись до дома Ёри, Мэй всё еще не могла прийти в себя. Почему она уже во второй раз видела этого странного мальчишку? Его черты лица казались немного знакомыми, но девушка с трудом силилась вспомнить, кого именно он напоминал. Хотя, кажется, парень был немного похож на Ёрин. Но сказать точно она не могла. Мэй тут же пришла навязчивая идея расспросить подругу о наличии у неё братьев.   Изначально Мэй хотела разместиться в отеле, чтобы не стеснять родителей подруги. Но Ёри, когда узнала, рассердилась на неё, поэтому от этой затеи пришлось отказаться. Сразу после приезда её семья любезно предложила Мэй занять гостевую комнату, хотя подруга настаивала на своей, но Мэй наотрез отказалась. Ей просто не хотелось выставлять Ёрин из её собственной комнаты, потому что будь на её месте она — девушка вряд ли бы отдала свою без боя.   Ближе к ночи, когда уже все улеглись, и в самом доме наступила полная тишина, а за окном был слышен только стрекот сверчков и изредка доносился звук проезжающих авто, Мэй всё ещё продолжал мучить образ паренька, который отказывался покидать её голову. Чтобы больше не терзать себя, она всё-таки решила поговорить с подругой и постараться не выглядеть при этом сумасшедшей.   Постучав в комнату девушки, она медленно вошла, шёпотом позвав её:   — Ёри, не спишь еще?   — Нет, онни. Тебе не спится? — ответила она так же тихо.   Прошагав через всю комнату и дойдя до кровати, Мэй уселась почти на краю. В комнате было темно; только лунный свет чуть просачивался сквозь плотную шторину, засвечивая небольшой участок на полу. Тяжело вздохнув, она всё же решилась.   — Слушай, а у тебя, случайно, нет братьев? Про родного я не припомню, чтобы ты говорила... Но, может быть, есть какие-нибудь сводные? — спросила она и сразу же замолчала, ожидая ответа от подруги.   — Нет, я в семье одна, и нет никаких братьев, даже кузенов. А почему ты спрашиваешь?   — Тот мальчишка, помнишь? Который был в поезде… Я снова видела его, — Мэй не успела даже закончить, как Ёрин воскликнула.   — Ты снова за своё, онни... Там никого не было! Понимаешь? Мы были в поезде одни... Стой, а почему ты подумала, что у меня есть брат? — не унималась она, а Мэй уже начала переживать, что такие громкие разговоры точно поднимут её родителей.   — Эй, тише, не то мы всех разбудим. Честно, я думала, что может быть у тебя есть брат и, возможно, вы меня разыгрываете, но…   — Не знала, что ты такого обо мне мнения, — обиженно произнесла брюнетка, дуя губы, — но нет, у меня никого нет. Да и зачем бы я стала тебя разыгрывать?   — Я не знаю, Ёри… Кажется, я схожу с ума. Я видела его на берегу, когда ты отходила, но стоило мне отвернуться и увидеть тебя, как он исчез. Клянусь всем, чем угодно, что он был там.   Ёрин пересела повыше и, облокотившись на спинку кровати, задумчиво ответила:   — Так вот почему ты тогда на берегу сказала, что сходишь с ума.   — Понимаешь, у меня чувство, словно он что-то хочет мне сказать, — грустно молвила Мэй, поникая всей фигурой и закрывая руками лицо.   — Может, ты всё-таки обозналась? — с нотками недоверия спросила подруга, отодвигая одеяло, — хочешь, ложись сегодня со мной.   — Нет, я, пожалуй, пойду к себе. Ложись спать, не переживай...Может, мне действительно показалось.  — Как знаешь, — пожала плечами Ёри, — но приходи, если что. 

***

Осторожно прикрыв за собой дверь и уже проходя по коридору, Мэй заметила серого кота за стеклянной дверью, которая, по всей видимости, вела во внутренний двор дома. Кот настойчиво смотрел на неё своими янтарными глазищами, словно зазывая пойти за ним, отчего в девушке взыграло любопытство, и она подошла к створке, разглядывая пушистого гостя. Он больше не сидел на месте и, потоптавшись немного у входа, пошёл в сторону детской площадки, которая, скорее всего, раньше принадлежала Ёрин. Мэй даже удивилась, что родители до сих пор не убрали её.  — Эй, малыш, подожди... — Мэй тихо позвала кота, прикрывая за собой стеклянную створку.  Заходя за угол, девушка обомлела, снова увидев того мальчишку. Шатен качался на качелях, опустив голову, а после протянул руку к серому коту, слегка поглаживая его по холке.  — Кто ты? Ты преследуешь меня? — спросила Мэй, собираясь с духом, чтобы уже наконец узнать, что ему от неё нужно.  Но мальчишка молчал.  — Ты что, немой? — продолжала наседать она, но шатен оставался непреклонен.  Кот уже куда-то скрылся из виду, а парень продолжал молча раскачиваться на качели, едва касаясь ботинками земли. «Нет, он точно надо мной издевается», — подумала про себя Мэй, но не стала это озвучивать. Она присела на соседнюю качелю, с интересом разглядывая парня.  — Так, ладно. Может, ты хотя бы скажешь, как тебя зовут? Парень снова не ответил, лишь остановился и ногой вывел на пыльной земле букву Ч, после печально взглянув на неё.  — Отлично… И что это значит? — в который раз проговорила Мэй, практически самой себе.  — Онни, это ты? Ты чего не спишь?  Вдалеке послышался голос Ёрин, и девушка, вскочив с качели, стремглав рванула к ней. Ей срочно нужно было показать этого странного парня. «Теперь-то он точно никуда не денется», — подумала Мэй. Добежав до стеклянной двери, она схватила подругу за руку и потащила на задний двор, пока нарушитель её спокойствия опять не скрылся из виду.  — Он там... Я его тебе сейчас покажу, — бормотала Мэй, пока удивленная подруга быстро шагала следом. — Клянусь… Там был он и серый кот. Девушки зашли на площадку, но там снова никого не оказалось. Она была пуста. Этот мальчишка словно играл с ней.  — Тут никого нет. Никаких парней и котов, — Ёри покачала головой и с тревогой посмотрела на подругу.  — Он точно был… Там на земле должна была остаться буква, которую он вывел, — пыталась оправдаться Мэй, добегая до качелей. Буква действительно была на месте, отчего Ёрин охнула и, испуганно взглянув на подругу, добавила:  — Ладно, ладно… Я тебе верю. Слушай, онни, а если он какой-нибудь сталкер, мне страшно.  — Не думаю… Он не похож на маньяка. Ты знаешь каких-нибудь парней, чьё имя или фамилия, начинаются на букву Ч?  — Ну, ты сказала, это четверть Пусана, как минимум. Да и зачем он тебе сдался?  — Не знаю, я просто чувствую, что должна ему чем-то помочь. Ёрин потянула Мэй в дом, и когда они уже почти зашли, девушка тихонько прошептала:  — Давай мы завтра выясним, что за «мистер Ч» тебя преследует. Идёт? 

***

Утро оказалось тяжелым, потому что Мэй ворочалась всю ночь, думая о таинственном парне. Что же он хотел ей сказать, и почему именно она? Почему он выбрал её? Но ответ на этот вопрос ускользал, словно песок сквозь пальцы. Пока девушки завтракали, Ёрин оповестила о том, что сегодня ей нужно помочь маме с какими-то делами, и подруги, собравшись, поехали в сторону центра на метро. Сеул, по сравнению с Пусаном, был гораздо больше и оживленнее. Но в Пусане было как-то душевно спокойнее, хотя по вечерам краски города и неоновые огни были не менее яркими, чем в столице.  Когда они доехали до здания местной администрации, брюнетка попросила Мэй подождать её и отправила в ближайший парк с кофейней неподалёку. Подруга скрылась за дверьми высотного здания, когда девушка стояла уже на светофоре. Обычно она бы не обратила внимания на толпу людей напротив, но сейчас она снова увидела этого странного молчаливого паренька, который появился словно из ниоткуда… Мэй была готова поклясться, что его там не было секунду назад.  Шатен стоял через дорогу и настойчиво всматривался в её взволнованное лицо. Мэй машинально двинулась вперед, забыв о том, что светофор еще не загорелся для пешеходов. Покрышки завизжали, стираясь об асфальт от резкого торможения, а после девушка почувствовала резкий удар в бедро и темноту.

***

Разлепив глаза, Мэй ощутила ослепляющий свет, настойчиво бьющий из окна прямо в лицо. Очнувшись в полностью белой комнате, она не сразу поняла, где находится. Но на диванчике в углу снова сидел он. Тот, из-за кого она тут и очутилась. От испуга девушка подпрыгнула на кровати и прокричала:  — Это ты! Ты виноват, что я оказалась здесь!   — Прости, я не хотел, чтобы ты пострадала… — тихо молвил брюнет.  — Кто ты?! Ты говоришь?! — воскликнула Мэй, пытаясь переварить всё, вслушиваясь в голос напротив. Всё было словно в тумане. Его слова звучали каким-то эхом. Голова гудела, глаза налились свинцом и начали закрываться, и только сейчас она поняла, что всё это время спала, и перед тем, как её выдернули из сна, мальчишка успел прокричать:  — Я в этой больнице, найди меня... После Мэй резко очнулась от того, что какой-то мужчина в белом, вероятнее всего, врач, светил фонариком ей в глаза, наблюдая за реакцией зрачков, а медсестра, стоявшая рядом, проверяла пульс. — Вы меня слышите, мисс? — заговорил мужчина, а девушка всё еще не могла понять, где сон, а где реальность.  — Где я? Что со мной? — неуверенно спросила она.  — Мы в больнице Кан Донг в городе Пусан. Вы попали в аварию, но сейчас с Вами всё в порядке. Небольшие ушибы и лёгкое сотрясение. Сутки мы понаблюдаем Вас, а после можно будет выписываться, — договорил доктор, убирая фонарик в карман. — У Вас есть кто-то, кто бы мог приехать за Вами?  — Да, за мной приедет подруга.  — Хорошо, тогда отдыхайте.  Врач и медсестра покинули палату, а Мэй с ватной головой пыталась переварить то, что сказал парень, пока она, по-видимому, была в отключке. «Найди меня»… Как он вообще с ней заговорил? И что происходит? Почему именно она? Один вопрос сменялся другим, а ответов по-прежнему не было. Ближе к ночи девушка всё еще не могла уснуть, а действие обезболивающих почти закончилось. Мэй решила спуститься вниз и узнать, не лежит ли, случайно, в этой больнице таинственный шатен с именем, начинающимся на букву на «Ч». Подойдя к стойке регистрации, за которой скучала женщина лет сорока пяти с небольшим, что-то усердно печатая в телефоне, она прочистила горло и позвала её:  — Простите, Вы не поможете мне?  — Да, милая, что ты хотела? Я могу позвать медсестру, если ты плохо себя чувствуешь, — протараторила она.  — Нет, нет. Со мной всё в порядке. Вы не могли бы подсказать мне кое-что... Я, наверное, сейчас покажусь Вам сумасшедшей, но в этой больнице случайно не лежит мальчишка, шатен с именем или фамилией, начинающейся на букву «Ч»?  — Ох, девушка, милая, тут таких парней полным-полно, да еще и с такими инициалами. Я вряд ли смогу тебе помочь.  Её ответ, конечно, огорчил, и Мэй уже хотела развернуться и пойти в палату, но, краем глаза заметив знакомую фигуру в конце коридора, попрощалась и устремилась за ней. Она шагала за пареньком, что есть сил, проходя, наверное, даже отделения, в которых ей нельзя было находиться, стараясь не попасться никому на глаза. А он удалялся от неё всё дальше и дальше словно тень… Кое-как минуя три пролёта, она поняла, что сейчас находилась в отделении реанимации и интенсивной терапии. Отделение для тех, кто находился в коме… Осознав это, она почувствовала, как по её спине резко пробежал холодок. Это место не предвещало ничего хорошего. Как, в принципе, и то, что Мэй видела этого странного парня каждый раз. Он встал напротив определенной палаты, а после, шагнув сквозь дверь, просто исчез.  Мэй дошла до палаты с номером «четыреста семьдесят девять» и замерла. Её окутал липкий страх вперемешку с волнением. Затаив дыхание и посмотрев по обе стороны коридора, она аккуратно повернула ручку трясущимися руками. Войдя в белое помещение, такое же, как и то, в котором девушка очнулась, она увидела мальчишку, смирно лежащего на койке. Того самого, что не давал её покоя на протяжении уже нескольких дней. Шатен был прикован трубками к кровати. Неподвижный. В её видениях он выглядел совсем иначе. Сейчас он был более худым и бледным. Перестав разглядывать парня, Мэй невольно опустила взгляд на историю болезни, прикрепленную к кровати. На ней также было имя:  «Чон Чонгук, 22 года, кома. Состояние удовлетворительное».