Я хочу знать

Итак, вечер пятницы. Работа закончена, поэтому появилось время заняться чем-то, что не требовало напрягать мозги. Не долго думая, я решила посмотреть фильм. Заранее подготовила вкусняшки и какао, обустроила диван, закидав его подушками и достав небольшой мягкий плед. За окном медленно смеркалось. Облака окрасились в розовый оттенок, и постепенно один за другим загорались фонари. Вторая половина марта выдалась теплой. Стояла прекрасная, тихая погода. Под стать моему романтическому настроению. Даже фильм был выбран соответствующий в жанре романтической драмы. С Томом я общались пару дней назад. По телефону. Он был занят в Нью-Йорке и давал интервью почти каждый день. Его приглашали то туда, то сюда, и свободной минутки у него почти не выпадало. Для парня стало привычкой каждый вечер отправлять мне смс с пожеланиями спокойной ночи. Что-то вроде ритуала. Все это казалось нереальным. Как будто я сплю долгим, сладким сном. Всякий раз думалось, что я вот-вот выпаду из него, проснусь и окажусь в серой реальности, в которой нет Тома и его чарующего голоса. Укрывшись пушистым пледом, я обхватила ладонями кружку с горячим напитком. На экране разворачивалась драма, в которой бедная девушка Фанни пыталась устроить свою личную жизнь, разрываясь между мужчинами благородных кровей. В этот самый момент прозвучал долгожданный сигнал оповещения. Сделав потише звук телевизора, я поставила на журнальный столик чашку и взяла в руки телефон. На сенсорном экране высветилось сообщение от Тома. Пятница 22 марта 2012 г. — 19:36: «Привет, милая! Я соскучился… Надеюсь, не отрываю от чего-то важного?» Расплываясь в радостной улыбке, я быстро набрала ответ: «Здравствуй, Том. Как ты прямолинеен. :) Нет, я ничем не занята, просто отдыхаю.» Думаю, он держал телефон в руках, потому что следующее сообщение пришло моментально: «Как проводишь вечер?» Скрывать было нечего, поэтому написала, как есть: «Мой вечер проходит в компании фильма, пледа и кружки горячего какао.» По правде говоря, фильм был уже не так интересен, как переписка с Томом. Кажется, я даже потеряла нить сюжета. Все уходило на второй план, стоило этому импозантному мужчине появится в поле моего зрения. «М-м-м, звучит превосходно! Я бы с удовольствием присоединился к тебе под пледик…» Я рассмеялась, представив, как мы с Томасом пытаемся укрыться под моим маленьким пледиком. Не спорю, мысль казалась соблазнительной. Однако я — не я, если не повредничаю! «Он маленький! Ты б не уместился. : р» Конечно, не уместился! Том вон какой высокий в отличие от меня, а я маленькая и миниатюрная. Но Хиддлстон был не так прост. Он знал, как вывернуть ситуацию в свою пользу: «Знаешь кто ты? Ты маленькая врединка!)) Надо будет подарить тебе плед побольше, тогда мы сможем вместе пить какао и смотреть фильмы. Кстати, когда у тебя день рождения?» Несколько минут поразмыслила: отвечать или нет? Но теперь нет смысла скрывать дату рождения. Мы знакомы не первый день, так что он в праве знать. Тем более в недавней переписке я сама спрашивала о его дне рождения, а потом записала на память в блокноте, чтобы не забыть. Пальцы быстро набирали ответ, скользя по сенсорному экрану. Облизнув губы, я нажала на кнопку отправить: «Мммм… Совсем скоро, 26 марта. :)» Смс от Тома ждать долго не пришлось, но и ответ меня немало удивил: «Это же превосходно! Раз так скоро, то у меня есть повод пригласить тебя в ресторан, милая. Ты согласна поужинать со мной?» На мгновение у меня отпала челюсть. Я ожидала звонка с поздравлением, подарок по почте, или на крайний случай сообщения, но не свидания. Он ведь приглашал на свидание, я же не ошиблась? Конечно, оно! Меня бросило в жар. Я прижала ладони к щекам, улыбаясь, как дурочка. Отказываться было глупо, учитывая ту ночь, в которую Том провел в моей кровати, несмотря на то, что между нами ничего не было. Как далеко я зайду? «С удовольствием!» — именно таким было мое сообщение. Отложив в сторону телефон, я встала с дивана и прошла к окну. Мистер Форман заканчивал выгул своего старенького пуделя по имени Гуччи; они уже подходили к дому. Маленькая черная кучерявая собачка носилась между ног пожилого мужчины, беспрестанно что-то ворчащего себе под нос. Песик напомнил мне Хиддлстона, который крутился вокруг меня, а я безуспешно оборонялась, запутываясь в сетях его очарования еще больше. В итоге, все мои старания потерпели крах. Этот мужчина ворвался в мою жизнь совершенно бесцеремонным образом и не собирался ее покидать. На диване тренькнул телефон, и я вернулась, беря сотовый в руки. «Хочу услышать твой голос. Могу тебе позвонить?» Когда читала сообщение, казалось, будто слышу, как он сладко шепчет на ушко, и от этой мысли в груди замирало сердце. Разве можно отказать такому мужчине? Нет. «Конечно…» Пара ударов в груди, и вот уже телефон вибрирует входящим звонком. Я так нервничала, словно общалась с Томом впервые? Отыскав пульт, я убавила громкость телевизора ноль и только после этого смахнула зеленый значок вправо, отвечая на звонок: — Алло? — Елена… — из динамика раздался вибрирующий голос Томаса. — Том… — глупо заулыбалась я и уселась обратно на диван. — Как приятно слышать тебя, — сладко проговорил мужчина. — Знаешь, так нечестно, — хихикнула ему в ответ. — Тебе говорили, что твой голос сводит с ума? — Говорили, и не раз, — томно вздохнув, Хиддлстон будто куда-то переместился. Возможно лег на кровать. Затем быстро и со звучащей в голосе хитрецой поинтересовался: — А я свожу тебя с ума? — Еще чего! — наигранно возмутилась, скрывая волнение. — Хе-хе, и все же ты вредина, Елена. Что же мне с тобой делать? — задумался Томас, а затем, понизив голос, прошептал в трубку: — Думаю, надо наказать. Как считаешь? — И как же вы накажете меня, мистер Хиддлстон? — облизнулась я, прикрыв веки. Господи, что я говорила? Как будто выпила бутылку красного полусладкого и меня начало заносить. Мое тело полностью расслабилось. Было ощущение, будто я погрузилась в теплую воду или утонула в мягкой перине. В тишине комнаты звучало лишь мое дыхание. С кухни раздавалось глухое тиканье часов. Я говорила, что влюбилась? Похоже, что так и было. Бесповоротно и безнадежно. Пути назад нет. — У меня есть одно очень-очень жесткое наказание для тебя, моя милая, — горячим шоколадом разливался голос Тома, от которого немело между лопаток. — Ты не выдержишь эту пытку, когда я сотворю нечто подобное с тобой… Я аж глаза распахнула. Бедное сердечко бешено колотилось. Чувствую себя словно рак, которого окунули в кипяток. Актер затих на мгновение, чтобы тут же выпалить: — Поймаю тебя… Свяжу по рукам и ногам… — страстно и медленно шепчет мужчина в трубку, а внизу живота все стягивается в тугой клубок. И вдруг он резко и без предупреждения смеется: — А потом поставлю на просмотр все работы Куросавы и спрячу пульт! Меня словно холодной водой окатили, и я мигом протрезвела. Но несмотря на это я разразилась веселым смехом, и Хиддлстон вместе со мной. Хотя где-то в груди все еще жгло от желания быть связанной Томом. — Не надо так со мной шутить, — ответила я спустя пару минут. — А кто сказал, что это шутка? — настроение резко поменялось, и Том уже был сама серьезность. Повисла неловкая пауза. Я не знала, что ответить, и чувствовала себя, словно рыба выброшенная на берег. Актер глубоко вздохнул, а затем внезапно предложил: — Ты умеешь играть в ассоциации? — Моя любимая игра! — с вдохновением воскликнула я, обрадованная тому, что можно сменить тему. — Тогда давай сыграем, — лукаво предложил Томас. — Отлично! Начинай. Удобнее устроившись на диване, я положила голову на подушку и закинула ногу на ногу. От возникшего смущения не осталось и следа. — Я сейчас смотрю на небо, поэтому — небо, — произнес мужчина, и я перевела взгляд на окно. — А у меня темнеет за окном, поэтому — ночь. Всего секунда понадобилась на размышления, и Том быстро прошептал низким бархатистым голосом первое, что пришло в его испорченный ум: — М-м-м, постель. Это же логично. Ночью ложатся в постель. — Хм, нежится на мягкой перине, — игриво ответила, принимая негласные правила игры. — О, мне это нравится, — жарко проворковал Том. В его голосе я слышала улыбку; перед глазами встал образ сияющих глаз и сексуальных ямочек на щеках. — Хорошо. Сто-о-о-ны. Смущенно улыбнувшись, я прикусила кончик ногтя: — Стоны? Почему стоны? — Потому что мужчина и женщина вдвоем нежатся на мягкой перине. Это звучало убедительно, и мне уже никуда не деться от мыслей, рожденных моим воспаленным от возбуждения мозгом. — Я поняла. Тогда… Поцелуи, — провокационно произнесла, удивляясь, как быстро разговор перешел в иную плоскость. — Как интересно… Хм… Губы. Твои губы, Елена… Страсть в голосе почти достигла предела. Том говорил с чувственной хрипотцой. Я затаила дыхание, сдерживая наплыв эмоций. Голова пошла кругом. Чувствовала себя жертвой, которую загнал в угол хищник. Еще немного, и мой последний барьер падет, и не будет преград между нами. — Твой язык, Том, — томно вздохнула я, представляя, как облизывается, подобно довольному коту. — Ах, мой язык на твоей шее, — проворковал Томас, шумно облизывая губы. — Он на твоей ключице, на груди, на животе… — Это уже не похоже на игру в ассоциации, — чаще задышала. — Да-а, это больше походит на мои мысли… — мягко пробормотал Том, а затем наигранно испугался, будто сказал лишнее. — О нет, я сказал это вслух? — Так вот какие у вас пошлые мыслишки, мистер Хиддлстон? Напольная лампа светила мягким светом, громкость телевизора убавлена на самый минимум. Сердце в груди колотится в желании большего. Мне уже хотелось не только говорить, но и приступить к более активным действиям.