Клото

      Щелчок дверного замка нарушил оглушающую тишину в квартире на Хилсайд авеню. Хозяйка вместительных, но совершенно не уютных апартаментов, словно в них и не жил никто, вернулась домой. Уже привычным движением она швырнула связку ключей на деревянную полку и стянула туфли на высоком каблуке, от которых ноги хотелось засунуть в ёмкость со льдом — настолько они ныли. Пара изящных лодочек неаккуратно развалилась на кремовой плитке прихожей. Ощутив босыми ступнями лёгкую прохладу и шероховатость пола, девушка облегчённо выдохнула и прислонилась спиной к двери. Её глаза неспешно заскользили по комнате.       В квартире стоял привычный сумрак. Он обволакивал струящейся органзой знакомые предметы мебели, делая их обманчиво лёгкими и эфемерными. Алиса специально не зажигала свет. Она желала оттянуть неизбежное — момент осознания того, что дома её как обычно никто не ждал.       Девушка однажды дала себе слово: даже если останется одинокой, никогда не будет заводить животных. Она попросту не хотела искать спасения в четвероногих друзьях. Тем более, пушистые создания не заслуживали в любящие хозяйки такую особу, какой являлась Алиса. Та слишком много работала, чтобы иметь возможность ухаживать за кем-то ещё, помимо себя самой.       Длинные пальцы с идеальным маникюром всё же коснулись кнопки выключателя, что находился под правой рукой. Множество точечных вспышек искусственного света, словно тонкие иголки, неприятно вонзились в сетчатку глаз, от чего Алиса на мгновение прикрыла веки. Вдохнув полной грудью кондиционированный воздух, струившийся из систем вентиляции, она ощутила привычный холодок. Он прошёлся от тонких щиколоток вверх до самого горла, сдавливая его незримой цепкой хваткой. Так из раза в раз проявляло себя одиночество. Оно напоминало о себе в момент едва ощутимого перехода от сумеречной надежды к ярко освещённому принятию. Чтобы унять разыгравшееся сердцебиение, девушка сделала пару глубоких вдохов-выдохов и лёгкой поступью направилась в гостиную, удачно совмещённую с кухней.       Квартира выглядела точно так же, как и утром: везде царила практически стерильная чистота. Таким образом Алиса поддерживала внутреннюю собранность, гарантирующую ясность ума и адекватность реакций. Но все таки идеальный порядок был разбавлен небольшими деталями, свидетельствующими о том, что в этих стенах кто-то всё-таки жил. У девушки существовал своего рода ритуал — оставить хоть что-то напоминающее ей самой, что она не бесполое существо, не пустая красивая кукла, способная работать без продыху, что она человек, женщина у которой есть эмоции.       Глаза прозрачного голубого цвета высмотрели на столешнице коричневое пятно от кофейника. Она случайно пролила ароматную жидкость на дубовую поверхность, когда рано утром торопилась на работу. Благо та была обработана специальным составом и прощала такие промахи ухода. Заметили пару красивых строгих платьев, аккуратно развешенных на спинке дивана. А после зацепились за толстый блокнот с ручкой, куда обычно заносила убористым почерком свои небольшие заметки касаемо её большой страсти — живописи. Этот жест, наверное, был единственным проявлением чистых эмоций девушки с тонкой, как папирусная бумага, кожей. Оглядев эти живые пятна-маркеры на бездушном фоне помещения, она улыбнулась себе уголками губ, от чего градус в комнате словно стал выше, и, стянув одежду, отправилась в душ.       Необходимость утопить в канализационном сливе очередной нелёгкий день отдавалась неприятным покалыванием кожи. Алиса на полную выкрутила вентили. Теплая вода с шумом понеслась вниз, ударяясь о поверхность овальной керамической ванной, наполняя просторную комнату клубами белёсого пара. От температуры воздуха запах цитрусового аромамасла, стоящего на стеклянной полке рядом, раскрылся множеством полутонов, приятно щекоча рецепторы носа и напоминая о беззаботной юности.       Девушка любила воду в любом её проявлении. Будь то бассейн, который она посещала трижды в неделю по утрам, желая оставаться в прекрасной физической форме, либо прохладный точечный душ, неизменно бодрящий и способный разбудить даже самую отъявленную засоню, или, наконец, теплая приятная ванная, что она планировала принять, если бы слишком резкий звонок в дверь не отвлёк от попыток расслабиться и вернуть себе себя. Ругнувшись еле слышно, Алиса выключила воду и надела пушистый банный халат, надеясь в скором времени вернуться к намеченному отдыху.       Шумная трель продолжала бить по барабанным перепонкам, отдаваясь лёгкой болью в висках. Девушка, чьи нервы за последнюю неделю были и без того на пределе, хотела вырвать с корнем этот злосчастный звонок, а после вцепиться в горло нарушителя спокойствия. Посему она уже подготовила гневную тираду в адрес человека, стоящего за дверным полотном. Но, открыв массивную конструкцию, она обнаружила близкую подругу Кэтрин. Эта чертовка с миндалевидными глазами цвета горького шоколада держала в руках огромную коробку с пиццей и пиво. Много пива.       — Какого… ? — выругалась Алиса, пропуская Кэт в квартиру.       — И тебе привет. Пришла тебя спасать от твоей унылой жизни, — кивнула подруга и поставила пиццу с выпивкой на стойку.       — Моя жизнь не унылая. Почему не позвонила?       — Ага, — пробормотала Кэтрин.— Я звонила, — она взглядом указала на лежащий на столе смартфон, достав и смачно откусив пышущий жаром кусок. — Но ты, видимо, собиралась топиться, судя по внешнему виду.       — Прости. Нервы ни к черту. Неделя выдалась тяжёлой, — потёрла напряжённый лоб хозяйка квартиры и затянула пояс халата потуже. — Спасибо, что пришла. И принесла весь этот… целлюлит, — улыбаясь, Алиса обняла невысокую девчонку, целуя ту в каштановую макушку.       — Вечер пятницы, а ты снова завалена работой. Когда мы последний раз куда-то выбирались? — Кэтрин уселась на высокий барный стул и закинула ногу на ногу, а после открыв две бутылки пива, протянула одну подруге.       Холодное, покрытое испариной, стекло, оказалось в изящной руке Алисы. Она сделала приличное количество глотков, чувствуя как голодный желудок заурчал от попавшего в него алкоголя. Это означало лишь одно — захмелеет она достаточно быстро.       — Не помню, кажется, пару недель назад мы были в том клубе, где ты танцевала на столе.       — Мы танцевали, — тыкая пальцем смуглой руки, парировала Кэт. — Это было два месяца назад.       Кэтрин была права, Алиса совсем потеряла счёт времени. Открытие новой художественной галереи отнимало много сил. Она руководила практически всем, начиная с того, что выбирала и тщательно продумывала схемы освещения, необходимого для лучшей демонстрации полотен как известных, так и молодых художников, заканчивая рекламной компанией, поиском потенциальных покупателей и организацией работы персонала. Её деятельность требовала наличия разносторонних навыков, именно поэтому Алиса считалась одним из самых востребованных галеристов во всем Лондоне.       В реальность девушку вернул запах ментоловых сигарет, приятной дымкой кружащийся в воздухе. Кэтрин расслабленно курила. Алиса потянула носом, желая ощутить этот давно забытый вкус на языке, а после протянула руку к небольшой пачке и зажигалке. Тонкая бумага, изящно зажатая между красивых губ, заалела живым огоньком. Сделав затяжку и прикрыв глаза, Алиса попыталась вспомнить, когда в последний раз курила.       Девушке показалось, что она услышала мыслительный процесс, словно в голове заработал встроенный жёсткий диск, выискивающий в недрах памяти тот самый день. Незримый щелчок внутри черепной коробки воскресил в сознании воспоминания полуторогодовалой давности. Тогда закончились последние, как ей казалось, серьёзные отношения. Легкое разочарование и грусть отозвались в сердце. Отчего девушка тряхнула головой, рассыпая копну рыжих завитушек, гоня прочь воспоминания. Затянулась ещё раз и прилично отпила из бутылки. И, чтобы скрыть неприятные эмоции, задала вопрос:       — Кэт, расскажи, как ты? Я со своей выставкой совсем выпала из жизни.       И подруга, сделав вид, что не заметила незначительных изменений в лице девушки, принялась в красках щебетать о её новом бойфренде, планах на отпуск и прочей несущественной мелочи. От её рассказов Алиса то закатывала глаза, то в голос хохотала. Стоило признать, у неё был очень красивый и звонкий смех, напоминающий переливы сотни колокольчиков на весеннем ветру. Но поводов для улыбок было не так много. Хоть девушка всей душой любила живопись и свою работу, искренне улыбаться ей приходилось редко. Поэтому она была неимоверно рада наличию этой непосредственной болтушки с каштановыми волосами в своей вместительной кухне-гостиной, да и жизни в целом.       Алиса верно просчитала степень воздействия пива на её уставший организм. Алкоголь быстро заструился по венам, расслабляя тело и обволакивая разум пьяным туманом, но девушке это даже нравилось. Алиса чувствовала себя легко и непринужденно. И в один момент, когда она, хохоча во весь голос, попыталась выдать какую-то шутку про очередного коллекционера, Кэтрин не без доли грусти произнесла.       — Такой мне тебя не хватает.       Алиса не сразу поняла, в чём дело, и что имеет в виду подруга:       — Какой?       — Живой, смеющейся, — пожимая плечами, ответила Кэт.       — Я живая. Да, у меня много работы, но я живу полной жизнью. Хожу в клубы, летаю в отпуск позагорать на пляже, имею отношения, вот пью алкоголь с тобой — с самой живой девчонкой, что я знаю.       — С клубами и отпуском всё понятно. Отношения… — теперь пришла очередь подруги закатывать глаза, от былой грусти не осталось и следа. — Ты называешь отношениями секс с этими твоими идеальными красавчиками из мира искусства, — Кэтрин даже не скрывала неодобрения. Градус алкоголя в крови делал своё дело. — А после ты всех до единого пинаешь под зад. Тоже мне отношения, — фыркнула подруга. Алиса снова рассмеялась, глядя на гримасу обладательницы карих глаз. Но ответила уже без улыбки:       — Кэт, ты же знаешь, что я не хочу ничего серьёзного. Мне, кажется, я для этого не гожусь.       — Чушь. Просто твой бывший был козлом. Ну и ты… — подруга на долю секунды задумалась, — ещё не встретила того самого…       — Ну начинается, — Алиса беззлобно хлопнула ладонью по столу и прикурила новую сигарету. Предыдущие, все до одной истлели в пепельнице, не выдержав накала женского общения.       — Так, есть у меня одно предложение, но пообещай, что хотя бы выслушаешь, — не унималась Кэтрин.       — Валяй, — откусив внушительный кусок жирной пепперони и запив его пивом, отреагировала девушка. По правде говоря, она ожидала услышать очередную гениальную идею касаемо двойного свидания или ещё какой-нибудь план в духе подруги. Она знала, что Кэт искренне желала ей счастья, но выбирать мужчин, с которыми делила кровать и личное время, Алиса предпочитала сама. Никакого чувства вины, никаких обид, никаких эмоций.       — Слышала про сервис знакомств «Клото»? Уверена, что слышала. Так вот, у них появилась интересная опция для тех, кто готов платить неплохие деньги, — Кэтрин умолкла, ожидая реакции. Но таковой не последовало, поэтому она продолжила. — Ровно на сутки ты получишь в пользование кого захочешь: мужчину, женщину, — а организация гарантирует, что твоя жизнь изменится.       — Серьезно? Зачем мне платить за то, что я и так могу получить просто так и не только на сутки. В чем подвох?       — Никто не знает принципа работы. Их главное условие — нельзя разглашать событий прошедших суток. Но отзывы кричат об успехе. Недовольных нет, — Кэт рассказывала с таким энтузиазмом, что Алиса на секунду задумалась, а не из личного ли опыта подруга делилась информацией. Но стоило эту мысль взять за основу, как та показалась девушке абсурдной. Она не знала счастливее человека, чем Кэтрин, а знакомы подруги были почти с детства.       — Что, действительно, есть люди, которые на это ведутся?       — Ты удивишься, но я знаю таких лично, — кивнула в подтверждение своих слов Кэт. — Что ты теряешь? Ты столько работаешь, позволь себе расслабиться.       — Ну, разве что деньги, — констатировала девушка. — Если, я соглашусь, мы сменим тему? — она надеялась, что её утвердительный ответ позволит увести диалог в другое русло. Ей казалось очевидным, что это какой-то развод для уж совсем отчаявшихся и запутавшихся людей. Алиса себя таковой не считала. Да, одиночество напоминало о себе, последнее время слишком часто, но не настолько, чтобы доверить сомнительной конторе устраивать свою личную жизнь.       — Обещаю, — ответила Кэт, тем самым прервав мыслительный процесс Алисы.       — Хорошо, я согласна, — девушка подняла обе руки вверх, признавая поражение, — завтра на трезвую голову обещаю выслушать все подробности данной авантюры.       Подруга была довольна, как кот, получивший самый лакомый кусок со стола хозяев.       — Даже не спросишь, сколько это стоит?       — И сколько это стоит?       Кэт взяла салфетку, лежащую на почти опустевшей коробке, ручку для заметок и вывела красивым почерком немаленькую сумму на помятой бумаге. У Алисы от увиденного округлились глаза.       — Они там, что, перепрошивают мозг, предварительно орально ублажив заказчика?        От сказанного Кэтрин ехидно улыбнулась, но, как и обещала, тему беседы сменила. Она была действительно рада тому, что смогла уговорить подругу на эту небольшую затею.       Вечер плавно перетек в ночь. Девушки всё не могли наговориться, вспоминая выходки из времён незрелого возраста и хохоча без остановки. Но силы хозяйки квартиры оказались не безграничны. Когда она начала откровенно засыпать, сидя в неудобной позе, Кэт убрала последствия мини-вечеринки, и, как заботливый взрослый, увела подругу в объятия белых простыней. Алиса провалилась в сон, стоило голове коснуться мягкой подушки, не подозревая, во что она ввязалась, согласившись на предложение Кэт.