AvP 3: Хроники Регенерации. Чужехищник

      Наконец Легендарный предстал перед судом Совета Старейшин, где ему выдвинули обвинение в соблазнении и убийстве дочери вождя Дыма. Исходя из того, что в деле были затронуты государственные тайны, заседание проходило за закрытыми дверями в режиме предварительного слушания. Кроме посвящённых, в нём никто не участвовал. Старейшины хотели обсудить щекотливый вопрос заранее, прежде чем будет объявлен официальный открытый суд.       — Что ты скажешь в своё оправдание? — грозно рыкнул Старейшина Клык. Суровый яутжа в годах отличался непреклонным, но справедливым характером. Чаще он выступал на подобных заседаниях в качестве прокурора, так как имел уникальное свойство раскапывать до мелочей любые тайны и секреты.       — Я не совершал этих преступлений, — твёрдо возразил Легендарный, уверенно стоя в центре зала перед полукругом высокого судебного стола, за которым восседали Старейшины.       — Но свидетели и записи с видеокамер утверждают обратное, — продолжал Клык.       — Это был не я, — чётко выговаривая слова, ответил Ликвидатор.       — Прошлое показывает, что ты не раз убивал самок. Для тебя это выглядит допустимой нормой.       — Я не убивал самок умышленно, если они не угрожали моей жизни или не были Матками жёсткотелых.       — А как же Нега? Разве ты не убил свою бывшую избранницу? — спросил Старейшина Вакуум. Его инкрустированная серебром чёрная маска хищно впилась в невозмутимое лицо Ликвидатора.       — Вообще-то я не заставлял её грызть мои отростки, — с небрежной нотой возразил Легендарный.       Старейшины насмешливо хмыкнули, но тут же снова стали серьёзные.       — И тем не менее, в Медцентре ты не случайно убил самку своей ядовитой кровью, а умышленно оторвал ей голову, — настаивал Клык.       — Я ещё раз повторяю, что не совершал этого преступления. У меня есть свидетели. В тот момент я не только не был в Медцентре, но даже не имел внешнего облика яутжа, запечатлённого на камерах. — Легендарный бросил взгляд на Старейшину Равновесие, который до этого момента сохранял полное молчание.       — Хочешь сказать, что ты не находился в своём теле? — с иронией фыркнул Старейшина Закат, имевший необычный розоватый цвет шкуры с чёрными разводами, которую дополнял блеск начищенных доспехов цвета меди.       — Отчего же, я был в своём теле, — спокойно проурчал Легендарный, — но оно выглядело по-другому.       — Это правда, и я могу всё подтвердить, — наконец вступил в разговор Равновесие. Он вышел вперёд на площадку, став с правой стороны от обвиняемого на второй круг, предназначенный для допроса свидетелей. — Как известно, несколько дней назад я был послан на Чи-К’ан чтобы лично удостовериться в правдивости некоторых необычных событий, произошедших там, и детально изучить найденные в недрах палеовулкана древние технологии Предшественников. Я только сейчас получил подробный отчёт от наших учёных о проведённых исследованиях. На ваши маски выведены основные тезисы и заключительные выводы рабочей группы.       Старейшины внимательно ознакомились с полученной информацией. За бесстрастными забралами шлемов сложно было уловить их настроение, но ощущалось, что представители Совета были обескуражены увиденным.       — Исходя из обретённых данных, — продолжал Равновесие, — я с уверенностью подтверждаю: Легендарный действительно подвергся в древнем храме трансформации, перевоплотившись в облик гибридной Мерзости. Тогда как попавшая вместе с ним в приёмную камеру жёсткотелая особь обрела внешний вид Главного Ликвидатора. Подробности этого процесса запечатлены на третьей голограмме ваших масок. Наши специалисты пытаются разобраться в механизме трансформации, но технологии Предшественников сложно поддаются изучению. Мы можем только констатировать факт, что такое действительно происходит, когда в приёмную камеру попадают два объекта.       — А что будет если объект, к примеру, окажется один? — спросил Закат, выразив мысли остальных Старейшин.       — Он дематериализуется. Именно это случилось с Гибридом во время последнего поединка главы Ликвидаторов в зоне трансформации.       Внимание Совета снова обратилось к Легендарному.       — Это правда? — спросил Мудрый.       — Правда, — подтвердил Ликвидатор. — Перевёртыш исчез в приёмной зоне, когда я его туда закинул.       — В каком смысле «закинул»? — переспросил Вакуум.       — В прямом – за хвост.        Старейшины снова хмыкнули.       — И какая гарантия, что Гибрид действительно дематериализовался? — щёлкнул Клык.       — Это зафиксировала камера слежения древней машины, — ответил Равновесие. — Я видел всё лично сам, и наши учёные нашли технологическое подтверждение. Могу добавить, что именно так погибли ликвидаторы первой и второй групп, попавшие в приёмную камеру без матрицы парного объекта.       Последовала некоторая пауза, после чего Мудрый проурчал:       — Хорошо, Равновесие, мы тебя услышали.       Свидетель поклонился и покинул площадку, вновь заняв своё место за высоким столом Старейшин.       Затем Совет выслушал детальный доклад Главного Арбитра, касавшийся как событий в храме Предшественников, так и непосредственного дела об убийстве самки Лагуны. Шелест озвучил результаты допросов Блеска и Паводка. Последний отрицал своё участие в данном преступлении, согласившись лишь с тем, что он действительно приводил Лагуну к заключённому Блеску. О чём они разговаривали, он не знал. Так же, как и был не в курсе нападения на Главного Ликвидатора в его камере и визита наёмной самки Наслаждения, которая отравила Легендарного феромоновым стимулятором. В виду того что Блеск внезапно покончил собой, опровергнуть или подтвердить слова Паводка теперь было некому. Тем более что охрана, нёсшая в то время дежурство, уже призналась в совершении должностного преступления, за что и была наказана. Одним словом, всю вину свалили на «стрелочников».       В итоге Старейшины решили не устраивать допрос Паводка на слушании, решив, что его показания не имеют непосредственного влияния на данное дело. Для этого будет устроено другое расследование, касающееся должностных нарушений управляющего Цитаделью, и с подобными мелочами разбирался уже сам Главный Арбитр. Впоследствии Шелест выполнил своё обещание и не только сместил Паводка с занимаемой должности, но и засадил на весомый срок. Сейчас же Совет не хотел, чтобы распространилась информация о храмах Предшественников.       Дальше на площадке свидетелей выступила Стихия, предоставив подробности исследований Научмедцентра, включая и некоторые собственные наблюдения.       Слушая отчёт избранницы, Легендарный поймал себя на мысли, что не вникает в её слова, а просто любуется своей сладкой самочкой, её силуэтом, её воркующим голосом, напомнившим ему недавнее жаркое прошлое.       Стихия вела себя достаточно уверенно, и её доводы звучали предельно чётко и убедительно. Старейшины с интересом их выслушали, особенно нюансы с отличиями между Легендарным и его двойником. Стихия призналась, что даже она, прекрасно знавшая избранника, не сразу отличила перевоплощенца от настоящего Ликвидатора.       — И в чём же они так разнились, если биологически представляли из себя двойников? — спросил Клык.       — Различия представляли их характеры, — ответила учёная. — Перевёртыш не обладал личностью Легендарного, его натурой. Несмотря на внешность, он всего лишь оставался жёсткотелым Гибридом.       — Так ты сразу узнала в форме Мерзости своего избранника? — спросил Закат.       — Не сразу. Но когда он со мной заговорил, у меня не осталось никаких сомнений. А так как я учёная, то мне проще воспринимать чудеса науки, чем… непосвящённым в её тонкости.       Это был камень в огород недоверчивых Старейшин, и кажется они это поняли.       — Хочешь сказать, ты поверила в трансформацию тел в древнем храме? — фыркнул Вакуум.       — А разве каста жрецов не верит в пророчества и древние манускрипты? Или кто-то из вас сомневается в существовании высшего разума? — смело парировала Стихия.       — Давайте вопросы религии отложим на другой раз, — заметил Старейшина Мудрый. — Здесь мы решаем вопрос науки.       — Я хотела сказать, что если мы чего-то не понимаем, то это не значит, что всё является вымыслом. К тому же, у нас есть свидетели и доказательства реальности произошедших событий. — Самка бросила взгляд на Равновесие.       — Хф-ф, а почём нам знать, что перед нами настоящий Ликвидатор, а не его двойник? — внезапно вступил в допрос свидетелей Величавый. — Ведь исходя из всего сказанного, копирование проистекало с абсолютной точностью. Может и сейчас это вовсе не Легендарный.       Все снова посмотрели на Ликвидатора.       — Вряд ли перевёртыш был бы в курсе тех событий, что произошли на К’сане-3 во время случайного заражения с’инхтарами. Там ещё участвовали некоторые самки…       Величавый тут же смутился и поспешно проворчал:       — Можешь не продолжать, я понял, что ты действительно Ликвидатор.       Легендарный хмыкнул. Старейшина не очень хотел вспоминать щекотливый случай, кода он развлекался с молодыми самочками, и все они оказались окружены вышедшими из-под контроля насекомовидными монстрами. Его законные избранницы до сих пор не были в курсе похождений благоверного.       На этом Величавый замолчал, и за дело снова принялся Старейшина Клык, продолжив допрос Стихии.       — Скажи, это правда, что ты тоже подверглась трансформации, как и твой избранник? — неожиданно спросил он.       Самка бросила быстрый взгляд на Ликвидатора, потом посмотрела на Равновесие и, обратив внимание к Старейшинам, согласно щёлкнула:       — Да, правда. Поэтому, как никто лучше, могу понять Легендарного.       — Хф-ф, ваше взаимопонимание аж отсюда слышно, — хмыкнул Вакуум, а Старейшина Мудрый сдержанно проурчал, осадив своего коллегу:       — Это к делу не относится. — Затем он посмотрел на Стихию.       — Хорошо, Мудрейшая, твоя позиция нам ясна. Благодарим за столь развёрнутую подачу информации.       Стихия почтительно склонила голову и отошла в сторону, не преминув бросить короткий взгляд на Легендарного. Тот ободряюще ей чуть кивнул.       Потом в суде выступил Молния. Он рассказал, как на него в пещерах напал Главный Ликвидатор, а позже спас… Гибрид. Всем не трудно было догадаться, кто именно это оказался. Легендарный подтвердил, что действительно помог своему коллеге ввести регенерант. Потом он его оставил, чтобы догнать перевёртыша, но сделать этого не смог, так как попал под обстрел собственных бойцов. Те в итоге и забрали на борт двойника Легендарного, которого позже доставили в Научмедцентр Стихии. Никто даже предположить не мог, что вместо Главного Ликвидатора они привезли жёсткотелого Гибрида. На вопрос же о том, почему Молния сразу не сообщил о произошедшем инциденте, черношкурый ликвидатор ответил, что сам в это не поверил, сочтя случившееся в пещере за галлюцинацию.       В заключение Старейшина Равновесие выразил свои опасения по поводу непредсказуемости и даже опасности древних технологий. Всё это выступило в защиту Легендарного, вот только разрешить создавшуюся ситуацию оказалось не так просто, даже с таким объёмом незыблемых доказательств. Совет долго совещался «за закрытыми дверями», а вернее, масками, а потом вызвал Легендарного для оглашения своего решения.       — Ситуация сложилась непростая, — проурчал Мудрый. — Мы понимаем, что ты здесь невиновен. Но народ требует возмездия за убитую дочь вождя Дыма. О том, что на самом деле произошло, разглашать нельзя. Никто не должен узнать о технологиях Предшественников.       — И что вы мне предлагаете? Убить себя на виду у всех? — проворчал Легендарный.       — Что ж, как вариант, учитывая твою суперрегенерацию, — с едкой нотой фыркнул Вакуум.       — Но это не очистит его имя, — возразил Старейшина Мудрый.       — Так может пусть Легендарный выступит не обвиняемым, а потерпевшим? Ведь, по сути, это так и есть, — неожиданно предложил Равновесие.       — Да, но где мы тогда возьмём его двойника? — спросил Клык.       — По этому поводу есть одна идея, — неожиданно ответил доселе молчавший лидер клана «Стремительный удар». — Но, признаюсь, она непростая.       На этом заседание завершилось, и Совет удалился для дальнейшего обсуждения своих планов, итог которых было позже оглашён остальным. Когда Легендарный услышал решение Старейшин, он был категорически против него.       — Я отказываюсь идти на эту авантюру. Лучше уж изгнание или срок, — рыкнул Ликвидатор.       — Вождь Дым не успокоится, пока не утолит свою месть, — заметил Старейшина Мудрый. — Это может привести к бунтам. Он и так взбудоражил народ, и все теперь требуют возмездия. Что ж, мы им его предоставим. Только твоими руками.       Легендарный недовольно поджал жвала, но возражать больше не стал. Тем более что это было бесполезно. Он и так позволил себе лишнего, начав спорить с решением Совета. В итоге ему пришлось смириться. О том же, что решили Старейшины, было велено сохранять полную секретность вплоть до исполнения приговора.

***

      В большом амфитеатре, в центре которого располагался помост боевой арены, в это утро собралось много народа. Яутжа озадаченно щёлкали, что-то обсуждая между собой, и с интересом поглядывали на возвышение, где должно будет развернуться представление показательной казни. Никто толком не знал, что именно они увидят, кроме того, что здесь произойдёт суд над Легендарным. Или, может, суд Легендарного? Звучало как-то двояко, и каждый хотел увидеть, что же случится на самом деле.       Толпа загудела, когда на арене появился Ликвидатор. Многие начали выкрикивать обвинительные речи и требовать наказания. Легендарный с равнодушным видом устремил взгляд поверх собравшихся, точно его не касалось всё здесь происходящее. Но вдруг народ мгновенно умолк, когда рядом на помосте появилась ещё одна фигура Охотника, как две капли похожая на Главного Ликвидатора. Для усиления эффекта на обоих яутжа даже детали брони были одинаковыми. Единственное, что их отличало — это цвет глаз: оранжевый янтарь у одного и фосфоресцирующий изумруд у второго. При более детальном осмотре можно было найти и другие мелкие несоответствия, как у братьев-близнецов, но в общем ажиотаже этого никто не видел.       Толпа была шокирована подобным явлением. Никто не ожидал, что Ликвидаторов окажется двое. Даже находившийся в первых рядах вождь Дым выглядел обескураженным происходящим, задаваясь одной мыслью: кто же всё-таки из двух яутжа убил его дочь? Ситуацию прояснил Старейшина Клык. Он вышел на трибуну и объявил вердикт Совета: виновным в преступлении признали двойника Легендарного (он имел зелёный цвет глаз). Внезапно появившись, странный пришелец занял место воина-элиты и бесчестно его скомпрометировал. В ходе расследования выявилось, что этот яутжа оказался специально выращен в секретной лаборатории Иизуро, которой владел Старейшина-отступник Златозарный. Более чем полтора десятка лет о двойнике ничего не было слышно. И вот он неожиданно появился на Яутжа-Прайм. Как оказалось, его действиями управлял учёный по имени Блеск, отбывавший пожизненный срок в Цитадели. Он давно вынашивал план мести Легендарному и наконец смог реализовать своё намерение. В виду того, что сам Блеск, после разоблачения, покончил собой, отвечать за гнусные дела хозяина будет этот двойник Ликвидатора. Исполнителем приговора назначен Легендарный, так как он является оскорблённым лицом и направил в Совет встречный иск с требованием возмездия.       — Я протестую! — внезапно рыкнул вождь Дым. Поднявшись с места, он посмотрел на Легендарного, перевёл взгляд на его двойника, а потом обернулся к трибуне представителей Совета. — Какая гарантия, что преступление совершила эта копия Главного Ликвидатора, а не он сам?       По рядам собравшихся яутжа пролетел озадаченный рокот. Толпа выглядела в замешательстве.       — По делу было проведено тщательное расследование и предъявлены неоспоримые доказательства. В результате чего вина обвиняемого установлена со стопроцентной точностью, — проурчал Старейшина Клык и более сурово добавил: — Или вождь Дым подвергает решение Совета Яутжа-Прайм сомнению?       — Нет, Великий. — Дым почтительно склонил голову. — Но у меня тогда тоже есть встречное прошение. Могу я сам покарать виновного?       Старейшины переглянулись и единогласно возразили.       — Нет, — щёлкнул Мудрый. — Мы не можем изменить своё решение.       — Но ты имеешь право наказать виновного, если он победит Легендарного, — внезапно заметил Клык.       Народ одобрительно защёлкал, поддерживая решение Старейшины. Вождь Дым недовольно поёрзал жвалами. Такой расклад дел ему не нравился. Но прекословить воле Совета было не только бесполезно, но даже опасно.       — Обещаю, перевёртыш ответит за смерть твоей дочери. Как и за всё, что он натворил, прикрываясь моим именем, — внезапно прострекотал Легендарный.       Дым бросил на него малоприязненный взгляд, затем посмотрел на равнодушно замершего двойника и снова обратил внимание к Ликвидатору.       — Но если ты его не убьёшь, тогда это сделаю я, — решительно рыкнул вождь.       — Твоё право, — щёлкнул Легендарный, почтительно чуть склонив голову. Потом он посмотрел на Старейшин, и Мудрый дал знак подать противникам их оружие.       По установленным правилам бой должен был проходить без брони до пояса и на клинках, поэтому сражавшихся снабдили только запястными лезвиями. Легендарный надел на руку наруч и чётким движением проверил механизм клинков. Как он и просил, ему предоставили его собственное оружие, которое он самолично заточил. Перевоплощенец тоже щёлкнул лезвиями и коротким жестом скинул нагрудник, открывая уязвимую зону нервного узла и сердца. Легендарный последовал его примеру и отстегнул свою броню, небрежно отбросив её в сторону. Затем два воина вышли на позицию, приготовившись в смертельном поединке решить вопрос Чести.       Прозвучал гонг, и оппоненты начали сближаться, разыгрывая шанс на жизнь. Сегодня с арены уйдёт только один из них.       Первая пара приёмов была всего лишь разведкой, не лишённая какой-то театральности. Выпад, блок, уклонение, новая атака, блок, удар. Словно заранее заученный танец, который никак не мог удовлетворить запросов публики. Все ожидали кровавого месива жестокой расправы. Пока же поединок напоминал игру в шахматы, как сказали бы уманы. Никто из противников ещё серьёзно не пострадал, достаточно ловко уходя от атак оппонента. Так, только пара незначительных царапин, которые мгновенно подживали на телах обоих воинов, лишний раз указывая на их одинаковую суперрегенерацию. Но вот бой начал постепенно переходить в более активную фазу, как будто угождая потребностям привередливых зрителей. Удары становились жёстче, а атаки стремительными. Создавалось впечатление, что на арене сражались клоны, обладавшие синхронной тактикой, а их одинаковый вид невольно заставлял сознание раздваиваться. Толпа затихла, заворожённо следя за опасным, но красивым танцем смерти. Это напоминало массовый гипноз, когда невидимый разум заставлял всех погружаться в задуманную им реальность, и двое воинов, жестоко сражавшихся на арене, лишь были послушными марионетками в его ловких руках. Но время шло, и поединок приближался к своей запланированной кульминации.       Неожиданно двойник Легендарного случайно совершил мелкий просчёт, на секунду открывшись, и Ликвидатор точным ударом пронзил запястными лезвиями сердце оппонента. Клинки легко вошли в незащищённую доспехом плоть, в возвратном жесте вырвав из мускулистой груди двойника мерцающий фонтанчик крови. Светящиеся капли сорвались с острых клинков и тяжело упали на каменные плиты. Псевдояутжа покачнулся, зевнул растерянно жвалами и рухнул на пол.       Толпа взревела ликованием, приветствуя победителя. Лишь вождь Дым сохранял суровую невозмутимость, пряча разочарование за плотно сомкнутыми жвалами. Легендарный перевёл на него внимание и коротко щёлкнул:       — Твоя дочь отомщена, вождь Дым. Моя честь восстановлена.       Отец Лагуны ничего не ответил. Он молча поднялся на арену и приблизился к телу поверженного обидчика. Из раны на его груди вытекала зелёная кровь. Однако точно не доверяя увиденному, Дым склонился над двойником Ликвидатора и прощупал его пульс. Наблюдавший за ним со стороны Легендарный недовольно подтянул жвала, а в его янтарных глазах промелькнуло напряжение.       Убедившись, что обидчик его дочери и в самом деле оказался мёртв, Дым вновь выпрямился и посмотрел в невозмутимое лицо воина-элиты.       — Да, моя дочь отомщена! — громким тоном подтвердил яутжа, и чуть тише, чтобы его услышал только Ликвидатор, добавил: — Но, если бы не ты, она была б жива.       Легендарный предпочёл промолчать. Ведь судьба и так наказала вождя, лишив его дочери.       Наблюдавшие за боем Старейшины объявили завершение показательной казни и приказали убрать тело убитого. На арене тут же появилось двое воинов и, разложив мобильные носилки, они ловко загрузили на них тело перевёртыша. Однако едва они собрались его унести, как их внезапно остановил вождь Дым. Легендарный насторожился, а в его глазах блеснул люминесцентный белый огонёк.       — Что-то не так? — В ровном тоне голоса Ликвидатора промелькнуло напряжение.       Дым снова посмотрел на тело двойника и неожиданно предложил:       — Будет честно, если его череп останется в дар у могилы моей дочери. Это успокоит её дух. — Он посмотрел на Старейшин. — Могу я попросить об этом одолжении?       Представители Совета напряжённо переглянулись, а затем Мудрый ответил:       — Мы не можем удовлетворить твою просьбу, так как голова поверженного двойника Главного Ликвидатора является его законным трофеем.       Дым обратил внимание к Легендарному, но твёрдый взгляд того не давал никаких шансов, что эта просьба вождя окажется удовлетворена.       — Сожалею, но ни одна моя копия не должна существовать. Ни живая, ни мёртвая, — возразил Ликвидатор. — Тело будет полностью уничтожено. Но ты можешь забрать его пепел и развеять в память о твоей дочери. Это успокоит её дух.       Дым с досадой шелохнул максиллой и посмотрел на Старейшин. Однако те одобрительно кивнули в поддержку Ликвидатора.       — Совет согласен с мнением Легендарного. Генетический материал двойника должен быть уничтожен. Мы проследим, чтобы после кремации тела, пепел был передан тебе, вождь Дым, — ответил Клык.       Отец Лагуны остался недоволен этим решением, но прекословить Совету Старейшин не стал. Он сдержанно кивнул.       — Хорошо.       Затем Дым развернулся и покинул арену, а следом и территорию амфитеатра, не обращая внимания на шум довольной толпы. Едва он удалился, Ликвидатор жестом указал двум воинам унести тело двойника. И те быстро (даже очень) поспешили выполнить приказ. Легендарный на арене тоже долго задерживаться не стал и, едва Совет Старейшин его отпустил, он удалился с арены под восторженный рокот толпы, скандировавшей его имя.