Место встречи — Амстердам

— Trein 320 komt over 30 minuten aan op perron 1, — объявил железный голос громкоговорителя в здании вокзала. Вперемешку с ним были слышны голоса людей на многих языках мира. С одного конца вокзала можно услышать смех, вызванный радостью встречи, с другого — тяжёлый плачь разлуки и слова прощания на долгие месяцы. Темноволосая девушка стояла перед табло, на котором красными буквами бегали строки об отправлении и прибытии поездов. Мюнхен, Париж, Прага, Рим. Все было не то. Почему они объявили так рано? Она нервничала. Все время смотрела в экран телефона и сверяла время с часами в здании, теребила в руке какую-то открытку. На ней акварелью был нарисован город, из которого должен приехать самый дорогой в ее жизни человек. Самый важный и нужный в тяжёлые для нее времена, наставшие столь внезапно.

***

— А что, если тебя не будет рядом, когда это случится снова?! — она захлёбывалась слезами, закрывала ладонями глаза и жмурилась до звёздочек под веками. Она старалась игнорировать реальность настолько, насколько это возможно. Пыталась не задохнуться в истерике. Невнятно говорила что-то про то, как ее семья не заслужила всего этого и как она бесполезна. — Я буду. Обещаю. Приеду хоть по любому твоему зову и останусь до тех пор, пока ты сама не захочешь меня прогнать, — он обнимает ее со спины, помогает задушить в своих объятиях горечь недавней утраты и ничего не говорит, потому что знает о бесполезности своих слов. Он знает, что тишина и его присутствие — самая большая поддержка от него на данный момент.

***

Поезда сменяют друг друга один за одним. Толпы туристов и жителей страны вываливаются из них с большими чемоданами. Так вываливалась картошка из мешка, когда она случайно уронила их будущий ужин. В каждой толпе она пыталась найти самого высокого из них, но все тщетно. И каждый раз она теснилась к стене, чтобы не быть раздавленной. — De trein van St. Petersburg naar Amsterdam komt aan op perron 1, — снова этот железный голос, заставляющий девушку вздрогнуть от испуга и радости одновременно, прорезает гул поездов и крики людей на перроне. Масса людей стекается к месту, объявленному минуту ранее. Народ уже успел сделать из своих тел непреодолимую преграду. Такую плотно сомкнутую цепь девушка не могла преодолеть при всей своей тяге встретить любимого в первом ряду. Всё-таки её довольно низкий, по сравнению с незнакомцами, рост играет с ней плохую шутку здесь. Пока она пытается проскочить через толпу или найти хоть какой-то зазор в этой мясной стене, поезд подходит к первой платформе и оповещает гудком встречающих на перроне. Толпа зашумела, словно бушующее море. А те люди, что посыпались из вагонов и смешивались в один поток с людьми перед ней, волной накрыли её с головой, как накрывала волна на скалистом берегу моря. Она тонула в этой волне человеческих голосов, в этой удушающей и уничтожающей все живое стихии. Из её рук ускользает то, что помогало ей сохранять сознание все эти тёмные дни. — Nee, nee, nee! — она пытается найти глазами потерянную открытку, старалась нашарить рукой на полу, но быстро отказалась от этой идеи, ведь толпа была беспощадна. Куда они её несут? Внезапный приступ паники охватывает все тело. Сжимает кольцом горло и не даёт выдохнуть. Слёзы подступали к глазам. Ей хотелось забыться, окунуться с концами в эту толпу и не выбираться из неё. Раствориться в воздухе, распасться на молекулы и уснуть вечным сном. Воспоминания о недавней семейной утрате жгут мозг с удвоенной силой и заставляют жмуриться до звёздочек в глазах. Прям как в ту ночь на кухне, когда он был рядом и обнимал её. А на утро он приготовил самый вкусный кофе, затем, глядя на рассвет, они выкурили самые вкусные сигареты, привезённые им из Питера. Тёмный омут воспоминаний и боли почти забирает ее с концами в свои цепкие объятия. Но чьи-то руки оказались сильнее. Она выныривает из толпы, как будто это и впрямь было море. Делает жадный глоток воздуха и не смеет открыть глаза. Только жмётся к своему спасителю и сильнее цепляется за рукава одежды. — Ты сказала, что не будешь лезть в толпу. Знакомый голос ласкает слух. Она не верит себе, ей страшно посмотреть на этот мир. Боится, что все это окажется лишь фантазией воспалённого мозга. Но капелька смелости в ней все же находится. — Петенька! — она кидается к нему на шею. Сделать это было довольно проблематично, но за столько лет она уже привыкла и приноровилась к этому делу. Оставляет на его щеке следы от своих губ. Специально для этого дела она купила стойкую помаду. Её счастью не было предела. Боль предыдущих дней отошла на второй план. Она бы запищала от восторга, если бы умела и были силы. Внезапно в ее руке оказывается какой-то плотный лист. Екатерина смотрит на подарок. Это оказывается потерянная в толпе открытка. Она совершенно цела! — Важнее, что я успел тебя вытащить. Но это как приятный бонус, — Романов наклоняется удобства ради и даёт Кате время насладиться моментом их встречи после долгой разлуки. — Я просто хотела тебя увидеть поскорее, — её щеки краснеют от смущения. Лицом она полностью краснеет, когда Романов поправляет её джинсовку, надевая обратно на плечо, подхватывает на руки как пушинку и целует у всех на глазах.

***

Они уже успели выйти из вокзала. Да, Романов все это время нёс Екатерину на руках, а та, хоть и была счастлива, все же смущалась такого проявления чувств и закрывала лицо руками. Только под конец их небольшого путешествия, когда Пётр всё-таки позволил девушке идти на своих двоих, та забеспокоилась за его вещи. Чемодана она не обнаружила. Зато заметила за плече сумку для поездок, наверняка набитую всякими тяжёлыми вещами. — Ты совсем дурак?! — Катя говорит все это в шутку и с долей волнения. Все-таки помимо неё был ещё груз в виде вещей, привезённых из дома, — А если бы потянул чего? — она щёлкает Петра по носу, пока эта высокая шпала не очухалась и не выпрямилась обратно. — Да уж не сахарный! — её возлюбленный трёт свой ушибленный в нечестном бою нос и с детским недовольством смотрит на Екатерину, — А тебя вообще кормить нормально пора. Совсем уже в своих делах погрязла с головой. Катя не стала ему ничего говорить. Только щёлкнула по носу второй раз, подбежала к свободной стороне и сцепила их руки в крепкий замок. Как прекрасно, что в их семье все поровну. Муж готовит, а жена выигрывает деньги в профессиональном покере.