Почему лучше просто поговорить

      Внезапно поток воспоминаний и мыслей Оливии оборвался, потому что она уснула. Но я знаю, что вам интересно, что же было в её жизни дальше, поэтому, пока она спит, я тихо дорасскажу вам её биографию. А ей это приснится тем временем.       Брайн Мапс оказался очень воспитанным, милым, мягкохарактерным парнем. Ну просто плюшевым мишкой. Вопреки любым ожиданиям, они с Оливией крепко сдружились, и он даже брал её с собой при переездах из одной квартиры в другую. Сперва девушка вела себя образцово, обращалась ко всем на "вы": к Брайну из фальшивого уважения и боязни потерять дом, а к Ботану с целью показать, что их отношения окончательно прервались, не ругалась матом, даже не шумела. Но стоило ей показать, что она может быть собой, и её никто за это не поругает, как девушка постепенно сорвалась с цепи, сохранив, однако, некоторые моральные принципы (например, она никогда не опускалась до воровства и лжи). Из пережившей и познавшей многое бродяги она стала диванной амёбой. Вместо ежедневных приключений, поиска еды и денег, игр с бродячими собаками в догонялки, лечения множества ран, синяков народными методами и травами, выкраивания деньжат на новую одежду или, если всё совсем плохо, на иголку с нитками, вместо краж, избиений других людей Оливией и другими людьми Оливии, попрошайничества её жизнь наполнили сериалы, чипсы, сон и съёмки скетчей вместе с Брайном. В целом, ей понравилась слава. Ей прикольно было смотреть, как видео с ней собирают тучи лайков и просмотров, как её просят ответить на комментарии, а особенно приятно было видеть количество денежек со скетчей Брайна (даже несмотря на то, что она эти денежки не получала, их целиком забирал Брайн, что, в принципе, было довольно справедливо).       Что по поводу Ботана... Оливия, ожидаемо, стала его презирать, а год, проведённый в борьбе за выживание, научил её причинять боль живому существу без капли совести. Из-за этого Ботан постоянно отхватывал от неё: то по лицу, то по животу, по ногам, один раз кирпичом. Она заставила его её бояться, бояться заговорить в её присутствии, бояться попросить её о минимальной просьбе, опасаться лезть к ней со своими учебниками. Да, раньше... Хотя нет, неправильная формулировка. В другой жизни Ботан нередко поучал её, и она только смеялась, теперь же за малейшую попытку исправить её ошибку он мгновенно получал по шее. Оливию устраивал такой ход вещей. Предатель должен ответить по заслугам. Она заставит его мстить всю жизнь за один несчастный поступок, потому что это действие кардинально изменило её жизнь, заставило сбежать от матери, оставить школу на 7 классе, бросить друзей и его самого, пережить день в полицейском участке, множество раз ночевать под открытым небом. Оливия как-то забыла, что её никто не заставлял и даже не просил делать всё вышеперечисленное, она сама приняла решение сбежать и сама выбрала такую жизнь. Человек любит обвинять кого угодно, кроме себя самого. В любом случае, отныне Ботан и Оливия открыто враждовали. Никто из них не рассказывал Брайну о том, при каких условиях они познакомились и при каких расстались.       Такова была жизнь Оливии следующие пару лет, перемежаясь некоторыми яркими для диванного образа жизни событиями. Она познакомилась с разными людьми, в том числе со... своей матерью. Вот как это было.       На самом деле знакомство было довольно-таки тривиальным. Просто в один прекрасный момент Кассандра заявилась к Брайну домой. Она не узнала свою дочь, или сделала вид, что не узнала, даже не поздоровалась. От неё отчаянно воняло спиртным, на ней было надето то же порванное, заляпанное не отмывающимися пятнами, однако выстиранное шёлковое платье, которое она носила почти каждый день раньше. Чёрные волосы были загрязнены, замаслены, глаза лихорадочно блестели, видимо, она чем-то болела в тот момент. Оливия была сильно удивлена тому, что в этой квартире собрались все её знакомые из прошлой жизни. Может, этот дом обладает какой-то магической силой? Говорила же та экстрасенс, что в доме присутствует некая светлая энергия.       - Это Кассандра. Она потеряла память частично год назад, у неё проблемы с алкоголем и прочее. Пожалуйста, будь с ней повежливей, она мамина знакомая, - размышления Оливии прервал шёпоток Брайна.       Девушка молча уставилась на собственную мать, которая, судя по всему, совершенно не помнила, что у неё есть дочь. Год назад... почти в тот самый момент, когда Оливия сбежала из дома. А если девушка виновата в том, что её мать лишилась воспоминаний?       - А из-за чего она потеряла память? - решила уточнить Оливия.       - У неё была дочь, которая в один день пропала. Она искала её по ночному городу и... попала под машину. Ребёнка так и не нашли, а она и не вспомнила, что у неё был ребёнок.       К горлу девушки подступили слёзы, но она усилием воли проглотила их. Нет, она не готова сейчас разрыдаться на глазах у всех. Буркнув что-то вроде: "Не буду вам мешать", Оливия бросилась в свою комнату, плотно закрыла дверь, отошла подальше, чтобы через мутное стекло её силуэт не был виден, и абсолютно бесшумно скривила лицо в слезах. Ей было жаль всех, но в основном себя. Она сама виновата, что её мама не помнит почти ничего. От этой мысли хотелось рыдать ещё сильнее. По скулам, щекам, носу, губам, шее потекли слёзы, лицо покраснело, из носа потекло. Хуже всего была мысль, что мама искала её, она любила... любила свою дочь. Настолько, что отправилась искать её на ночь глядя, возможно, звала, возможно, тоже плакала. А она, счастливая, бежала прочь из-за подростковых тёрок, совершенно забыв про единственного родственника, который у неё был. Ну да сейчас уже ничего не вернуть. Последний всхлип - и лицо девушки мгновенно расслабилось. Она вытерла слёзы и сопли рукавом, и единственное, что напоминало о недавнем горе, были покраснения глаз и кончика носа. Короткая истерика, небольшое высвобождение эмоций. "Плачьте по графику, раз в 50 минут"...       Так в тот день она и не вышла к людям. Сидела на кровати, пялилась в стену. Иногда снова без единого звука всхлипывала и роняла слезу. Потом взяла книгу, попыталась отвлечься, но строки разбегались перед пересушенными глазами, а буквы налезали друг на друга. В конце концов девушка легла спать и быстро уснула, утомлённая слезами.       Вскоре удалось выяснить, что "новая" (Оливии противно было произносить это слово) Кассандра - намного более человечная личность, которая иногда выпивает, но не до полной отключки. У неё даже появился юмор, потребность в гигиене, желание выбиться в люди. Как и прежде, она не узнавала Оливию (и вряд ли когда-нибудь узнает), но она на удивление быстро сдружилась с этой загадочной девушкой, похожей на неё лицом. Долго-долго они сидели на кухне, одна попивала алкоголь, другая газировку, болтали о жизни, рассказывали об интересных моментах своей биографии. Так Оливия узнала, что у Кассандры была... сестра. Настоящая старшая сестра, её тётя. Более того, они общались в тот момент, когда Оливия была младенцем, и Джулия вполне могла её навещать, играть с ней и помнить маленькую девочку в загаженной квартире. Новая родственница свалилась на девушку, как снег на голову. Ей отчаянно захотелось поговорить с той, что помнит хоть немного о её прошлой жизни, с родным человеком. Выпросив адресок у Кассандры, девушка отправилась, ведомая кривой, почти неразборчивой надписью на отрывке тетрадного листа.       Квартира Джулии была на удивление чистой, особенно по сравнению с тем бардаком, который творился у Кассандры. Дом был маленький, на одного человека, отчаянно бедный (там стоял очень старый телевизор эпохи, должно быть, 1970-х годов), но он был выдраен до блеска. То тут, то там находились пачки сигарет, молодёжных вейпов, пепельниц, а на обеденном столе стоял кальян. Всем своим видом комнаты кричали о том, что их владелица страдает никотиновой зависимостью. Сама Джулия была похожа на Кассандру, как капля воды на другую; однако, в отличие от сестры с чёрными волосами, у женщины были седые пряди. В зубах она, конечно же, держала сигарету. Невольно задашься вопросом, глядя на этот безразличный взгляд в сторону, морщины на лице, бумажную трубочку, которую держал мастерски человек с большим опытом, ненакрашенную физиономию того, кто никогда не ухаживает за собой, разномастные носки, обычные открытые пыльные сланцы и розовую наивную шляпку: что такого пережил этот человек? Почему она выглядит так, словно прошла войну? Выпустив облако ядовито-кислого дыма из дешёвого табака, сиплым голосом Джулия спросила:       - Оливия, значит? Помню, помню. Помню тебя совсем маленькой, когда ты срала в памперсы, - смех у женщины был как у глубокой старухи, хриплый, глухой, тихий, - А ещё ребёнком тебя помню, когда ты впервые, - Джулия плюнула в пепельницу. - пошла в детский сад. Тебя мать тогда одевала пьяная и надела тебе летом зимнее пальто, хорошо хоть, я додумалась захватить нормальную одежду. Лицом-то ты в мать пошла, а фигурой в отца. Такая же доска!       - Вы помните моего отца? - осмелилась задать вопрос девушка.       - Ох, нет, никто не помнит твоего отца. Мать твоя тогда жениха искала и спала со всеми подряд, как дешёвая шлюха. Но она хранила фотографии со всеми её хахалями, а я их сп***ила в один день. Ну и любуюсь теперь этими пьяными мордами. На, смотри, - женщина ткнула Оливии в лицо пропахшую сигаретами насквозь фотографию в треснутой рамке. На ней была изображена Кассандра, только намного более молодая, с изрядным беременным животом и неизвестный кудрявый мужчина с абсолютно плоской, прямоугольной, как по линейке, фигурой. Лицо у него было удивительно нежное, расплывшееся в улыбке, казалось, его образ делал мир добрее. Однако в следующую секунду девушка поняла, что мужик на фото еле стоит на ногах от алкогольного опьянения. Она разозлилась. Надо же родиться у такой парочки!       - Нравится обрюзгшая морда? - Джулия снова заржала, - Да ты проходи, садись, сто лет тебя не видела. Посидим, поговорим о жизни, я тебе про семейку твою прекрасную расскажу. У каждого там сверхспособность, - послышался смех, - Отец мой дорогущий бил всю семью, мать моя наркоманкой была, а прадед вообще полицаем в Великую Отечественную, фашистам продал своего второго ребёнка, моего двоюродного деда. Весёлые у тебя корни, Оливия. - женщина вновь выдохнула кислый дым прямо в лицо девушке, - Ты-то сама куришь? Может, сигаретку разделим?       - Нет, я не курю, - слегка шокированная, промолвила Оливия.       - Ну и правильно. А то я до**я денег трачу на всё это говно. Да и болею часто, лёгкие совсем плохи стали. Может, из тебя что-то путное да выйдет, раз ни пьёшь, ни куришь. Хахаль-то есть? Мужики, небось, толпами не бегают за такой-то фигурой, но хоть один-то попасть в сети должен? Ай, ладно, не отвечай. Если вопросики есть, задавай, с радостью отвечу, на что смогу. Ой, а историю хочешь зыкинскую (Прикольную, крутую. Молодёжный сленг времён СССР. - Прим. автора)? О том, как мать твоя до белочки допилась? Короче, рассказываю один раз, - Джулия не дала Оливии даже слово вставить, - Пришла Касска, значит, на работу к каким-то чувакам. Мать, отец, сын, всё как у людей. Мать его вообще как шалава дворовая выглядела. Причёска у неё была чётенькая такая, кудрявая, длина до ушей, бедные волосы вытравлены краской еёной до состояния мочалки, зато светлые, цвет красивый. Притащила Касска с собой водочку и забухала на работе, пьяная уснула. Просыпается - и тут полный п***ец начался. По её словам, сынишка их в демона превратился, летать по комнате стал и всё ломать. И Касска тоже летала по всей квартире, охотилась на этого чёрта. Потом еле расплатилась за убитую квартирушку. После она целый месяц в рот ни капли, прикинь, - Джулия распалилась, широко раскрыв глаза и открыв рот на максимум.       Оливия задумалась. Дело в том, что она знала одного человека с такой интересной причёской. И это была мама Ботана.