Фиолетово

      Никогда прежде Ясу так не радовалась тому, что корабль таки причалил к острову. Аки стояла рядом. По трапу они неслись наперегонки, с жадностью втягивая свежий воздух. Но даже когда они сошли на сушу, не покидало ощущение, что не только одежда — они сами пропитались вонью вяленой рыбы.       — Пращайте, ведмы! — опираясь о фальшборт, беззлобно крикнул Рёшу, напоследок сбрасывая каждой по рыбине, завёрнутой во вчерашнюю газету. Аки поймала обе и передала одну Ясу.       — И вам не хворать, осан! — подруги помахали ему на прощание.       Не сказать, что они подружились с Рёшу за это путешествие, однако чувство отвращения, как при первой встрече, этот торгаш не вызывал. Он оказался довольно сообразительным малым и при всём своём скупердяйстве, граничащем с редкими приступами бесчеловечной экономности, и хитрожопости, немножко добрым. Так что у подруг было койка-место, пресная вода и какие-никакие харчи.       Акико и Ясу в девяти из десяти случаев расставались друзьями с теми, кого использовали в своих корыстных целях.       Поначалу Аки была ярым противником того, чтобы поступать так с людьми, но Ясу и её аргументы в пользу такого подхода были убедительны. Во-первых, деньги нечасто водятся, во-вторых, они не навязывают свои правила игры. Например, как с Рёшу — в обмен на молчание, они попросили подбросить их, а не специально отклоняться от маршрута и идти в противоположном направлении.       — Где ж ты шантаж увидела? Это бартер! — Ясу диву давалась в их первый разговор на эту тему. — И вообще, Аки, мы так поступаем только с вредными, с которыми хрен договоришься. Чтобы нервы на чепуху не тратить, — объясняла она прописные истины. У Ясу, которая относилась ко всему проще и не понимала загонов подруги, это были далеко не последние словестные баталии с Аки.       К слову о словесных баталиях — в это четырёхдневное путешествие у Ясу их было предостаточно. Намучилась она и душой, и телом.       Стоит подчеркнуть, что нос Ясу был ориентирован на то, чтобы улавливать тончайшие ноты, источаемые растениями. И он героически пал жертвой обстоятельств после часа проведённого в каюте, полной рыбьих тушек.       Нанюхавшись даров моря на жизнь вперёд, злющая Ясу выползла на палубу. Не зная, за что уцепиться, она принялась дотошно рассматривать корабль — искала причину для скандала. Отчаявшись, она задрала голову, чтобы издать рёв неудовлетворённости — и вот оно! Дырка! Приличная такая дырень в парусе! Уже через минуту она ругалась с Рёшу, попавшим под горячую руку.       Выпустив пар, Ясу полезла штопать, чтобы подольше побыть на воздухе и отвлечься. Успокоившись — как тогда казалось окончательно — она вернулась в каюту к Акико, которая, к слову, оттуда не выходила.       «Как у неё только терпения хватает?» — поражалась она, наблюдая за мерным дыханием подруги.       Аки, уткнув лицо в шапку, спала, свернувшись калачиком.       «И вот постоянно так. Появляется свободная минута — она в спячку. И дрыхнет, что хрен добудишься», — ворчала про себя Ясу. Поначалу удивлялась, что подруга любит вздремнуть, потом бесилась — потому что надолго теряла собеседника. Но и смирилась уже давно, однако ворчать и подкалывать на тему «Когда ж тебя уже принц расколдует, беспробудное дрыхло?» — продолжала до сих пор.       На втором заходе Ясу хватило на два часа, после чего у неё голова пошла кругом. Уверенность, что впереди её ждут четыре бессонные ночи, была абсолютная. Если и спать в этой каюте, то только вечным сном. На этот раз злости не было — было тупо плохо. Пиздец, как плохо. Разболелась голова. Как назло обезбола при себе не оказалось, а у Аки в аптечке он был гостем редким.       Пришлось идти к Рёшу за таблетками от головы. В ответ обиженный и оскорблённый старикан припёр молот. На истошные крики деда сбежалось полкоманды.       — А щто? Адин удар — и галава ни балит, и сон здаровий, — кричал Рёшу из гнезда, забравшись туда так проворно, словно ему не исполнилось двадцать лет назад семьдесят. Или сколько ему там?       — А ну слезай! Я те щас покажу небо в звёздах! — с молотом в руках, задрав голову наверх, орала Ясу. Команда не без удовольствия подленько хихикала в сторонке.       Когда они общими усилиями вытащили деда из гнезда — наверх забрался, вниз — не пошло, Ясу более обстоятельно прояснила ситуацию с судовым врачом. Тот оказался плотником и в медицине ни черта не понимал, но в случае чего мог отпилить конечность — инструмент имелся и рука не дрожала.       Кито слёзно жаловался, что тянет неподъёмную лямку двух профессий, и на скупердяйство старика.       — Дед не шутил, когда молоток принёс! — шумно сморкаясь, продолжал ругаться несчастный. — Не дождёшься денег ни на новую парусину, ни на лекарства!       — Раз плотник, чего парус не зашил-то хоть?       — Это был жест сопротивления, — он протестно сложил руки на груди.       — Ой, — Ясу задрала голову наверх, наблюдая результат своих трудов. — Ну извиняй. Могу вернуть как было.       — Оставь уж как есть, — махнул он рукой. Кито привык мириться со всем, что происходит.       Ясу попросила рассказать поподробнее об имевшихся на корабле средствах, когда плотник заикнулся о травах. Те лежали без дела после случая с матросом, когда у того температура поднялась и он от безнадёги и незнания заварил какой-то куст наугад, выпил и прописался в сортире на четверо суток. Команда до сих пор с содроганием вспоминает муки товарища. И звуки, которые порождала его расстроенная пищеварительная система. Но температура у матроса прошла. Притом все уверены, что сама и из жалости.       Никто этим травам ума так и не дал. Что уж говорить, даже завалящий врач, что у пиратов, что у торгашей на корабле был роскошью. Только дозорные, да знать такой проблемы не ведала.       Кито и слова поперёк не сказал, когда Ясу беспардонно ввалилась в его обиталище, потребовав, чтобы он принёс туда всё, что только было. Шанс он не упустил — помчался вперёд трусов. Ну и что, что выселили из собственной каюты? Оно ж на время.       То был её звёздный час — Ясу никто трое суток не видел, после чего она кликнула Кито. Тот плакал от счастья, когда увидел рассортированные травы, расписанные свойства и назначение каждого кустика. С особым пристрастием она рассказала про траву с мощным слабительным эффектом — на которую, судя по описанию, тот матрос и напоролся — подмигивая. Разумеется, не НАМЕКАЯ ни на какого «чёртового старика».       Вот, что с человеком делает желание помочь. И нежелание находиться в вонючей, маленькой, душной каюте. Да, Ясу не была сильна в медицине, зато хорошо разбиралась в растениях, спасибо её деду. Вот правильно он говорил, что от ботаники до медицины — один шаг.       Акико же выспавшись, осмотрелась, и не найдя подругу, отправилась на её поиски. Походу прикидывая, кого сейчас донимает её неутомимый ботаник. Или с чем возится.       И так оно и оказалось. Подруга окапалась в травах. Аки вдохнула во весь объём лёгких через щель приоткрытой двери. Запах, что стоял в этой каюте и их — земля и небо.       Не отвлекая ушедшую с головой в процесс Ясу, Аки продолжила разведку. Найдя Рёшу, она спросила прямо, с чем ему помочь. Старикан, не упуская своё, нагрузил Акико по самое не балуйся. Разумеется, бумажной волокитой, которую никто из ныне живущих на дух не переносил. Спросил только из интереса:       — И начирта тибе эта? — он-то не был человеком, который оказывал услугу за просто так.       — Делаю то, что считаю необходимым, — не задумываясь, ответила она.       Акико не считала приемлемым ни умалчивание о качестве товара, ни шантаж старика-торговца распространением пусть и правдивой — но вредящей ему — информации. С поправкой на ранние действия подруги, она выбрала тактику.       Когда старик загружал Аки, у него был хитрый умысел — отомстить за свою ущемлённую гордость, обсмеяв её. Был уверен, что она такая же неграмотная, как он сам, не справится и вернётся в слезах. Однако когда Акико вернулась, вместо слёз под глазами он увидел чёрные круги.       Дед ошалел от разобранной документации, к которой никто со дня основания его чахлого бизнеса не притрагивался, но потом ошалел ещё больше, когда она предложила ему поэтапно прописанное руководство, ориентированное на улучшение его… бизнеса, базирующееся на изученных ею архивах.       За последние десять лет Аки исплавала Ист Блю вдоль и поперёк — ну вдоль-то уж точно — потому пришлось разбираться в навигации и картографии, чтобы не заблудиться. Так что в качестве бонуса отдала Рёшу карту с внесёнными коррективами в маршрут. В общем, утёрла деду нос, не подозревая об этом.       Рёшу привередничать не стал. Ему понадобилось несколько часов, чтобы ознакомиться, одобрить и прослезиться. Ему было плевать на возраст и опыт, если ты проделывал качественную работу или предлагал хорошую идею. В этом плане старик закостенелым не был.       Закончили подруги примерно в одно и то же время. Плыть оставалось сутки, а потому оставшиеся часы они посвятили разговорам с его командой — говорила в основном Ясу — и старческим сплетням, которые нет-нет да и разбавлялись его благодарностью судьбе, что послал ему таких смышлёных девчат. Но называл он их ведьмами. Из вредности, но любя. За знания и способности.       Аккуратно развернув рыбу, Ясу схватила ту зубами, распрямила жирный, помятый газетный лист насколько возможно, и зачитала с расстановкой:       — А поф амирара мофкоо гогора…       — Ясу, ни слова непонятно.       — А бовэ ф ой! — она взяла карася в правую руку. — На пост адмирала Морского Дозора — говорю! — назначен уже бывший вице-адмирал Борсалино… ну и рожа, батюшки. Бла-бла-бла. Надои в Вест Блю бьют рекорды — благая весть. Херня, херня, — она перевернула лист. — Команда Акагами снова пересекла Саус Блю, — она поднесла лист к носу, щурясь так, будто напротив маяка стояла. — Фото капитана могли бы и побольше сделать. Козлы. Вот она, Аки, справедливость — фото такого красавчика три на четыре, хоть с лупой разглядывай, а рожа Борсалино — она сунула лист Акико. — На всю, сука, полосу! Так, у меня первая страница. У тебя…       — Я пока не планировала есть рыбу.       — Прочитаю — верну, как было. У тебя последняя, отдай, — своим напором Ясу и крепость бы взяла. Страницу и подавно.       Махнувшись, она продолжила освещение вчерашнего свежака. Пробежавшись по диагонали, выцепила и зачитала вслух:       — Стычка пиратов в Норт Блю. Некого Сэма Троста с Трахальгаром Ло, — Ясу моргнула. — Аки, глянь, мне не привиделось? Что-то подсказывает, что вместо «х» должна быть «ф».       Акико взглянула, куда тыкала подруга.       — Всё так, как ты прочла — через «х», — подтвердила она.       — Вот и в редакции всё через «х». Вряд ли адекватные родители так обозвали бы своего ребёнка. Жалко парня, — она сочувственно покачала головой. — Вот, что значит быть новичком, напечатанным на последней странице. Между некрологом и свежим анекдотом, — она вчиталась и одобрительно фыркнула. — Смешной, кстати. Мало того, что клички дают отстойные, так ещё и имена с опечатками. И без фотки вовсе. В такую прессу только рыбу и заворачивать. Держи, — завернув, как было, она вручила свёрток обратно. — Хотя это как посмотреть. Если с парнем всё в порядке, то это ж от девчат отбоя не будет — такая слава… Чем займёмся? — спросила Ясу, откусывая на ходу от карася. Тот, на удивление, оказался в меру солёным и довольно приятным на вкус. — Лучше бы рыбой, чес-слово, торговал, а не чайниками, — заметила она, отхватывая кусок побольше.       — С рыбой вероятность заработать выше, чем с нынешним подходом, — подруга поступала мудро, избавляясь от карася прямо сейчас, но Аки решила оставить подарок старика на потом, продолжая нести тот в руке. — Надо найти жильё, — постепенно заходя вглубь города, она внимательно оглядывалась по сторонам. Местность была новая — прежде ей не доводилось быть в Логтауне — стоило быть внимательнее.       — Да, неплохо бы, — поддержала Ясу.       — Что касается долгосрочной перспективы, я не представляю, сколько времени займёт сбор информации. Но, — выделила Акико, надвинув шапку повыше. — Если мы найдём хоть что-то о Йоко, не будем голодать и не попадёмся дозорным, то наше пребывание здесь можно считать победой.       — Насчёт дозорных ты права, — подхватила Ясу. — Слышала, о чём Рёшу судачил?       — Я ушла спать, когда он рассказывал про выигрышную тактику на петушиных боях.       Ясу хрюкнула с полным ртом рыбы, давясь. Зря Аки ушла. Эту тактику она ещё долго не забудет. С другой стороны, кто знает, что в жизни пригодится.       — Рёшу частый гость в Логтауне, — прокашлявшись, вкрадчиво продолжила Ясу. — Он и заметил, что сюда с полгода назад новый офицерский выводок хозяйничать отправили. Говорит, что молодняк свирепствует — ловят пиратские корабли, те отчалить не успевают! Либо перехватывают на пути к Реверс Маунтин.       — Это же Ред Лайн? — уточнила Акико. Все что она знала об остальном мире, было исключительно почерпнуто из книг.       — Да, но не совсем. Это ещё и единственный доступный вход на Гранд Лайн для простых смертных типа нас — ребят, с законом не дружащих - гора, в которой встречаются четыре моря и стекают в пятое.       «В горе встречаются четыре моря? — повторила про себя Акико. Про такие страсти она не читала. — Ясу явно что-то путает. Вода не может идти вверх по течению».       — Гиблое место. Что Реверс Маунтин, что Гранд Лайн. И есть у них там среди молодняка сорвиголова, — мечтательно мурлыкнула Ясу. — Рёшу даже имя припомнил… а вот я забыла, как его звать. Дымок? Ветерок? М-м-м-м… Копоть?       Для Акико влюбчивость Ясу в людей была так же очевидна, как и проблемы с памятью, которые этих самых людей и касались. Помнить название редкого растения, про которое она читала семь лет назад, но не запомнить имя человека, который мог прийти в любой момент по их души, было раз плюнуть. Ясу же по этому поводу не заморачивалась, как она говорила: «Имя можно и переспросить, главное, что жопа запоминающаяся».       Акико была права, говоря, что пребывание в городе может несколько затянуться. Кажется, они накаркали, когда обсуждали обильный пиратопоток в Логтауне. Их ждал месяц тщетных попыток. Не добавляло эффективности и то, что они вдвоём штурмовали город — Аки рыскала в порту, Ясу — по забегаловкам.       Пираты появлялись редко — по всей видимости, молодое поколение солдат взяло тех за жопу не на шутку. А те, кого они спрашивали, только и делали, что глазами хлопали, да задумчиво чесали репу. Или, может, только им попадались непутёвые? По закону подлости.       Кто знал, что на вопрос Акико ответят дозорные, следящие за порядком на улицах города. Однако долго уши греть не удалось — кот, спрыгивающий с подоконника, не рассчитал и попал в мусорный бак, шумя на всю окрестность. Солдаты резко обернулись, видя сверкающие пятки Аки и перевёрнутый бак с торчащим из него хвостом и лапами.       Одним из вечеров случился незатейливый разговор.       — Слушай, — Ясу лежала на потасканном матрасе, закинув руки за голову.       — М-м-м? — Акико лениво перевела взгляд на подругу.       — Вопрос тупой, но зачем ты хочешь найти Йоко? Ответ: «Ну, мы ж сёстры» — не принимается.       Акико не считала вопрос тупым и, разумеется, не злилась. Без мотивации, без чёткого осознания, зачем ты делаешь то, что делаешь, далеко не уедешь. Особенно, когда неудачи множатся. Ты должен быть уверен, что, сколько бы времени не прошло, ты добьёшься своего.       — Она на восемь лет старше меня, потому знает гораздо больше обо мне, о наших родителях, о прошлом, — у Аки в самом деле не было ни зацепки, кроме сестры. — После того, как я найду Йоко, я хочу заняться поиском родителей вместе с ней, — она старалась отмахнуться от прошлого, закрыть на всё глаза. Не вышло. Акико только окрепла в своём решении, чтобы со спокойным сердцем жить в настоящем и не бояться будущего. — Самое главное, этот человек очень дорог мне. Я должна увидеть её хоть ещё раз, чтобы сказать… — Аки осеклась. То, что она хотела сказать, предназначалось лишь ей. И то, что она хотела сказать, не уместилось бы в одно предложение.       Ясу задумчиво качала головой, а потом вылупилась на Акико, будто вместо неё русалка сидела.       — Стоп! У тебя, в смысле, у вас есть родители?!       — Конечно.       — Я про то, что они живы?!       — Пока не докажу обратное, я буду уверена, что так и есть, — однажды Аки потеряла надежду. Пока что это была её самая большая ошибка.       — Так, — резким движением Ясу перекатилась, села, скрестив ноги, и хлопнула по колену. — Ну-ка выкладывай, сколько у тебя братьев, сестёр, дедов, бабушек, дядек, тётек! Муж, может, где завалялся? — Ясу перевела дыхание. — Акико, может ты всё-таки дочь короля? Скажи мне сейчас, я выдержу!       — Ясу, спокойно. Больше у меня никого нет. И нет, я — не дочь короля, — Аки поправила шапку, из-под которой тут же вылезло несколько прядей. — Их всех я так давно не видела. Родителей ещё дольше, чем сестру. Когда я узнала, что Йоко жива, вернулась вера в то, что и родители могут быть живы.       — Ясно, — остыв, Ясу понимающе кивнула. — И ты уверена, что Йоко хочет того же?       — Да, — твёрдости в её голосе можно было позавидовать. — Я ни капли не сомневаюсь в этом.       — А то полтора месяца вёсла сушим, а толку… без толку, — она снова растянулась на матрасе. — Что ещё страннее — нас всё это время дозорные будто не замечают. Хотя их тут пруд пруди. Чудеса.       — Согласна. В Логтауне внушительная база, больше солдат, но опасности не чувствуется, — сложно было найти объяснение этому явлению.       Да, они не были пиратами, но тут их попросту игнорировали. Может, из-за того, что город был большим. Было много туристов, торговцев, пиратов. Люди постоянно приходили и уходили, а местным не было ни до кого дела — лишь бы мир, да спокойствие. На небольших островах, в деревеньках их в основном местные и сдавали. Бдительные жители в каждом прибывшем видели угрозу. А тут дозору просто-напросто не хватает на всё времени.       — Возражаю насчёт бесполезности, — продолжила она. — Да, информации мало, зато она ценная и достоверная.       — Достоверная? Тебе капитан на ушко нашептал? — ухмыльнулась Ясу.       — Почти. Я подслушала, как солдаты говорили о пиратах, и речь зашла об одной команде. А потом и о Йоко, как о её части. Теперь сомнений, что она пират, точно нет.       — Прогресс… — деловито заметила Ясу. — Так стоп, — сообразила она. — Да что ж такое?! — подскочила блондинка. — Почему мне инфу из тебя клещами приходится вытаскивать-то постоянно?! Говори, а то покалечу! — Аки произнесла два слова, на что Ясу тупо вылупилась.       — Видишь. Я тоже о них ничего не знаю.       — Цыц! — подпрыгнула она, поднимая облако пыли, отчего Акико шарахнулась на стуле назад. — Это же о них! В газете писали… о них только глухой не слышал! — этой новости она радовалась сильнее, чем своему дню рождения. — Лично мне дед рассказывал, что они шороху по всему миру наводят, — затараторила подруга, пока Аки обратно усаживалась за стол. — Но на Гранд-Лайн особенно! За ними хрен уследишь — никогда на месте не сидят. Об их местоположении можно, разве что, из новостей узнать. Но пока она долетит до читателя — новость — они уже на другом конце света будут!       Подложив руку под голову, Акико внимательно слушала пламенную речь, прикидывая, сколько ей лет понадобится, чтобы разыскать Йоко.       — Ну же, Аки, не расстраивайся. Начало положено, дело остаётся за малым! — размах оптимизма Ясу порой поражал. Вообще-то, попасть в любое другое море было тем ещё геморроем.       — За малым, — эхом повторила она. — Поиски осложняет отсутствие какой-либо конкретики. И то, что выйти в другое море можно только через дозор или пиратов. Заметь, первым не нравлюсь я, вторые не нравятся мне.       — А вдруг, пока мы в Логтауне, они сами сюда приплывут? Если они везде плавают, — боевой оптимизм Ясу проходил закалку в самых горячих точках — его было не сломить.       — Я стараюсь верить в лучшее, — поддержала она. — Надеюсь, так и будет, — по-обычному ровный голос не сломил энтузиазма Ясу.       — Да встретишься ты с Йоко, куда вы денетесь? Ты хоти очень сильно, а Вселенная в долгу не останется, — Аки слышала это впервые от неё. — Мне так дед говорил, когда я у него собаку выпрашивала, — расшифровала Ясу.       — От имени морского дозора и… — Акико не дала договорить вступительную речь — сорвалась с места и дала дёру.       — Вспомнишь лучик — вот и солнце, — выдохнула она, перепрыгивая через забор. «Вспомнишь говно — вот и оно», — как выразилась бы Ясу.       На следующий день, когда Аки вышла за продуктами, неспешно прогуливаясь по городу, по её душу припёрлись вышеупомянутые. А они вдвоём переживали вчера — куда ж их бессменные воздыхатели делись? Вот они — пожалуйста. Легки на помине. Шапку, как назло, дома оставила.       Вылетев из поворота, Акико прикидывала, как улизнуть, не привлекая внимание местных — а местных было много, так что уровень сложности был со звёздочкой. Помимо этой было две дополнительные задачи — не наскочить на прохожего и следить, чтобы дозорные за руку не поймали.       Жаль, на затылке глаз не было. Как и возможности сфокусироваться на всём и сразу. На долю секунды точка фокуса сместилась с дороги и людей впереди — достаточно, чтобы врезаться в прохожего на полном ходу. Что Акико и сделала, чуть не сбивая с ног. Себя. Ощущение было, будто в скалу влетела.       — Ой! Простите, пожалуйста. Хорошего дня! — не смотря на человека, она помчала дальше по улице. В его же глазах мелькнул огонёк интереса.       — Стой, именем правосудия! — поворот, из которого выбежала девушка, изрыгнул взвод вооружённых солдат. Высокий человек с винтовкой на поясе и папиросой во рту — в которого врезалась Аки — проводил задумчивым взглядом её и пронёсшуюся мимо него ораву.       — Стойте, Акико…       — Я ничего не крала! — выделяя каждое слово, своим заявлением она снова не дала закончить, чтобы все, на всякий случай, подумали, что она — воровка. — Потеряйтесь, офицерская отрыжка! — Аки припомнила — когда от дозорных убегали бандиты, то обязательно кричали что-нибудь оскорбительное.       Не сбавляя скорости, Акико резко свернула за одноэтажное здание, запрыгнула на водоотлив, цепляясь за карниз, и залезла на крышу, скрываясь из виду.       Слушая, как они снуют туда-сюда, она переводила сбившееся дыхание. Сняв клетчатую рубашку, Аки замотала ею голову, как некоторые делали летом — её синие волосы бросались в глаза сильнее, нежели неброская рубашка на голове.       Закончив с маскировкой, она прикрыла глаза и села на корточки, опираясь о стенку пристроенного второго этажа. Дыхание выравнивалось по мере того, как устроенный дозорными шум затихал. «Кажется, ушли», — не успела подумать она, как почувствовала, что её ухватили за ворот футболки. Огромная, шершавая рука потянула вверх, заставляя её подняться на носочки.       Акико распахнула глаза, судорожно вдыхая через нос. Над ней возвышался парень в куртке на голое тело, с взъерошенными пепельными волосами и сигарой в зубах. За спиной торчала рукоять какого-то оружия. Дымил он так, что Аки закашлялась. «А вот и тот самый свирепый молодняк», — в её голове включилась сирена, верещавшая голосом Ясу.       То, что он — дозорный, было очевидно и так, да и знакомиться с таким настырным типом не хотелось, но лишняя информация никогда не помешает.       — Кто вы? — просипела она. В этой ситуации было всё — и близость, и контакт глаз, и дыханье в зобу спёрло. Жаль, не от влюблённости.       — Я Смокер, — его низкий голос отдался вибрацией в лёгких Аки. — Офицер морского дозора, — память услужливо подбросила разговор о сорвиголове по имени «Дымок».       Акико окинула взглядом его габариты и осознала, что шансов против такого бугая у неё не то, чтобы много.       Про такого дяденьку язык не повернётся сказать ни «молодняк», ни «Дымок», ни, помилуй боже, «Копоть». У любого нормального человека от одного его взгляда появится неудержимое желание пойти и отложить кирпичей на строительство семиэтажной базы.       Заметив, как Аки потянулась к его руке, Смокер схватил её запястья и завёл их над головой.       — Думаю, мои намерения прозрачны, но я проясню. Наш отряд здесь по приказу — поймать тебя и доставить на базу. В твоих же интересах не сопротивляться, — опасно пробасил он, одновременно отдёргивая руку от её запястий.       Пока парень шипел, растирая ладонь о торс, Аки спрыгнула с крыши, чудом не падая.       — Извините меня! — крикнула она ему, пошатываясь, от потери координации и внезапности. Пользуясь заминкой, она прикинула маршрут отступления и помчала так быстро, насколько позволяли её физические возможности.       Смокер оставался на крыше, наблюдая за ней. Свою кличку «Белый Охотник» он оправдывал из раза в раз на все сто процентов.       — Не знаю, что привело тебя в Логтаун, но это стало твоей последней ошибкой перед сдачей правосудию, — продолжая растирать руку, он перекатил сигару из одного угла рта в другой, не отрывая глаз от девушки.       Акико повернула несколько раз, прежде чем заметила — тот парень не преследует её? И людей на пути почему-то не было…       Подгоняемая нежеланием сдаваться, в очередной раз она оглянулась назад. Задерживая взгляд на повороте, показавшемся подозрительным, Аки свернула ещё раз. И напоролась на человека. Снова. Только на этот раз всё-таки упала. На задницу. День стычек, не иначе. Над её головой раздалось сдавленное «Ах ты ж ёб твою мать».       — Спешишь? — прокряхтело уже более внятно.       — Даже очень, — на автомате выпалила она.       — Вот как. Всё равно, смотри куда несёшься, — предупредил её сиплый голос.       Человек, в которого она врезалась, протянул руку, что было очень мило с его стороны. Однако на этот жест Акико не обратила внимания, как и на человека, зыркая по сторонам, словно загнанный зверь.       — Погоня? — снова задребезжал голос.       — Что?       — Погоня? — он громче повторил свой вопрос. Акико наконец-то посмотрела снизу вверх, прежде чем ухватиться за руку.       — Думаю, да. Спасибо, — поблагодарила она, оказываясь на своих двоих, морщась от моментально проступившей боли в копчике.       Распрямившись, она заметила, что этот человек был выше и маской на лице. На нём были штаны, сланцы на ремешках, толстовка и капюшон, отбрасывающий тень на глаза. Похоже, они оба не хотели быть узнанными.       — Не знаешь, в таверне «У Дженкинса» ещё наливают? — человека отчего-то покачивало, но в целом стоял он ровно.       — Что? — Акико сейчас была в режиме выживания. Любой вопрос ставил в тупик.       Человек хотел было что-то сказать, да махнул рукой, вздыхая.       Только Аки хотела обойти его, пожелав всего доброго, как отлетела к соседней стене. Рядом пригвоздило и человека в чёрной толстовке. Весь спектр ощущений ей не дало почувствовать облачко, материализовавшееся за спиной и по бокам, перед столкновением. Следом из дыма появился тот парень, который поймал её на крыше. Акико раскрыла глаза, пытаясь осознать, что за фокус провернул этот офицер. В то время как на соседа по несчастью эффектное появление не произвело никакого впечатления. Будто с ним такое каждый день ни по разу случается.       — В этом городе от меня не сбежать никому, — заявление прозвучало уверенно, оттого и чертовски устрашающе. Сейчас этот парень казался более свирепым и вездесущим.       «Что происходит? Как он это сделал? Как от него такого сбежать?!» — куча вопросов жужжала взбунтовавшимся ульем в голове Аки.       — Я-то тут причём? — раздался страдальческий, еле слышный хрип сбоку. Акико мысленно извинялась перед незнакомцем за то, что невольно вплела его в неудобную ситуацию. Крайне неудобную.       — Что? — Смокер переключился на человека в маске.       — Да вы заебали по два раза вам повторять, глухие! Банан из уха вытащи! — терпение незнакомца кончилось на Смокере, отчего тот предпринял соответствующие меры.       Давление облачка усилилось двукратно, ощущаясь прессом по всему телу. Тут-то незнакомец в полной мере осознал, что офицер шутить не намерен и снисходительности от него ждать не стоит. Он вскинул руки в жесте «Сдаюсь», прищурив глаз.       — Надавишь сильнее — сблюю! — проскрипел он.       Это была не угроза, это было предупреждение. Смокер внимательно посмотрел на человека и наклонился к нему — если тот носил маску, чтобы не докучать окружающим — напрасно. Жутко пасло перегаром. С выражением презрения на лице он отклонился назад, ослабив давление.       — Слушай, офицер. Ну, сорвалась, с кем не бывает? Нервы ни к чёрту, — поубавив гонор, почти что вежливо обратилась она. — Знала бы заранее, что тут такой человек на задании, пошла бы другой дорогой. Я ж тут случайно — ищу, где попить. Давай я съебу, куда подальше. Мне не сдались проблемы с законом.       «Так это женщина. А голос как у несмазанной повозки», — подметил Смокер. Предположение, что перед ним забулдыга со стажем, подтвердилось.       — Ты кто такая?       — Да так… бродячий алкаш.       Акико взглянула на представившуюся. Обычно этого стыдятся и стараются скрыть.       Казалась подозрительной встреча на безлюдной улице девушки в розыске и скрывающего свою внешность человека. Как показывал опыт Смокера, случайностей в его профессии не бывает. Они явно как-то связаны. К тому же он чувствовал бешеную силу, исходящую от этого… человека. А чутьё никогда прежде его не подводило. Эта забулдыга явно прикидывалась безобидной. Стоило держать с ней ухо востро ещё и потому, что она могла оказаться фруктовиком. Прокрадывалось и такое подозрение. Проверить это было проще всего — достав дзюттэ, Смокер ткнул концом в открытый участок кожи, в шею.       — Не действует на меня твоя палка, — спокойно парировала она, приметив кончик из кайросеки. — Засунь, откуда достал. Не позорься, — хоть эта мадам и старалась казаться доброй, нотки издёвки и превосходства были куда красноречивее, чем напускное дружелюбие. Чем дальше заходил этот разговор, тем подозрительнее она становилась.       Убедившись, что фрукт она не ела, Смокер насторожился ещё больше. Отголоски ауры, что он начал чувствовать, контактируя с ней, были хищными, подавляющими. Если окажется, что она ещё и сдерживает её, будет туго. Таких людей он встречал в дозоре среди высших чинов.       Глаза Смокера загорелись интересом. Теперь он просто обязан узнать, кто она такая.       — Кто ты? — офицер понизил голос. От такого взгляда исподлобья кишки узлом завяжутся.       — Не надо делать такие страшные глазки, я и испугаться могу, — в тон ему ответила незнакомка, уставившись на него в упор. Её зрачки сузились.       — Ещё раз — кто ты? — он приставил дзюттэ к её животу и надавил.       А она ведь говорила, что может случиться беда. Даже сквозь маску было видно, как у незнакомки раздулись щёки от мощного рвотного позыва. Она сжала губы, стараясь удержать весь свой богатый внутренний мир там, где ему самое место — внутри. Смокер ослабил нажим, оставив своё оружие на том же месте, в качестве предупреждения.       — Повышение хочешь? — не уронив лица, с достоинством поинтересовалась она. От резкой смены темы, Смокер вопросительно выгнул бровь.       — Молодой, амбиции прут, вот и перевыполняешь план на досуге, кидаясь на невинных, — пояснила она, продолжая висеть над землёй.       — Невиновных людей нет.       — А ты проверял? Парень, давай не будем испытывать моё хорошее настроение на прочность. Отпусти. А то сама уйду, — голос предостерегал, однако глаза в ту же секунду полыхнули красным из тени капюшона.       — Ответишь — отпущу, — невзирая на очевидные знаки, офицер сдавать позиции не собирался. Лишь усилил напых от сигары — единственное, что выдавало его нетерпение.       — Я ж тебе уже сказала, кто я, — разочарованно вздохнула она. — Тупой, что ли?       Аки переводила взгляд с незнакомки на офицера и наоборот. И та была как раз таки не в том положении, чтобы угрожать. Скорее она сама умалишённая — говорить такое. Либо она намеренно хочет вывести его из себя. Но на лице Смокера и мускул не дрогнул.       — Не тупее человека, что пререкается с дозорным, — вернул он её же шпильку.       — Мне можно. Я вашего брата на хую вертела. И хватит уже своей палкой мне в живот тыкать, я ещё не дала тебе своё согласие, извращенец! — она отмахнулась от дзюттэ.       — Твои слова говорят лишь о твоей испорченности, — Смокер перекатил сигару из одного угла рта в другой.       — А ты — пиздец святоша, по всей видимости, — выражалась она, не чувствуя и толики стеснения. Если бы не Ясу и не ежедневное погружение в бесконечный мир мата, Акико сейчас бы терялась в смыслах, додумывая, что же эта незнакомка имеет в виду.       — Мы оба понимаем, что я не отступлюсь.       — Понимаем, понимаем, — в нетерпении заёрзала она. — Какой ты душный, а. Неудивительно, что тебе досталась логия дыма.       Следя за перебранкой этих двоих, Акико убедилась, что о ней забыли — она даже не чувствовала давления облачка. Жаль, идей, как спасаться, так и не появилось. Хоть одна была бы кстати.       «Надо было убираться с острова, как только наткнулась на тех солдат», — подумала Аки.       — Никогда с такими, как ты, по-хорошему не получается, — это было последнее предупреждение от Смокера.       — Слишком много прелюдий, родной. Давай уже по-плохому, как привык.       Ничего не добившись словом, Смокер перешёл к действиям. В качестве перестраховки он усилил давление облака сверх того, что было, и потянулся к лицу, намереваясь стянуть маску.       Отмахнувшись от его руки, незнакомка оттолкнулась от стены, словно давления и не было, и пнула Смокера в живот, отчего тот отступил назад, рассеивая облако. У Ясу бы челюсть отвисла, будь она на месте подруги. У Аки и двинуться не выходило, пока дым не рассеялся!       Удивление Смокера было скромнее, но сейчас он чувствовал то, чего давно не испытывал — уязвимость. Как она умудрилась ударить?! Неужели она…?       — Чо встал, душный? Чтобы узнать, кто я — придётся попотеть, — подливая масла в огонь, незнакомка сократила расстояние и нанесла несколько мощных ударов по корпусу.       Не ожидая такой сильной атаки, у Смокера схватило дыхание, он закашлялся. Незнакомка же непринуждённо стояла, покачиваясь из стороны в сторону. Казалось, что она и не напрягается.       Разозлённый тем, что даёт какой-то ужратой бабе бить себя голыми руками, он использовал одну из своих сильнейших техник. Плотный дым окутал незнакомку и стал закручиваться сильнее и сильнее. Повышая скорость кручения, Смокер запустил получившийся вихрь в небо.       Прояснилось практически сразу, и Смокер обнаружил оставшуюся стоять на месте эту сволочь в маске, вместо того, чтобы наблюдать, как она кружит в небе. Было ощущение, что у него от негодования пар из ушей пойдёт.       — Фу, пиздец, — лаконично прокомментировала незнакомка. — Или утро в кабаке с закрытыми окнами, — из приоткрытого рта парня чуть сигара не выпала. — Ход неплохой, но через три минуты ты будешь давить своей рожей брусчатку. Засекай.       На лбу Белого Охотника вздулась вена. Однако он был не из тех, кто терял контроль или опускал руки после неудачных попыток. Он быстро сориентировался. Применять более сложные и комбинированные атаки с помощью фрукта было опасно — он не владел контролем на достаточном уровне. Значит, придётся сойтись в ближнем бою и драться своими силами.       Он атаковал первым, однако незнакомка блокировала удар, в мгновение оказываясь за его спиной. Запрыгнув на него, взяла голову в захват. Она вцепилась в него словно клещ, не выпуская и не давая ему сбросить себя. Тогда он разогнался и со всей дури приложился спиной о стену. Та разрушилась с одного удара, но незнакомка и не думала слезать и уж, тем более, сваливаться.       Смокер продолжал прикладываться о стены, однако результата это не приносило, а время шло. Незнакомку же забавляли его тщетные попытки.       — Эх, ты, — она положила подбородок ему на макушку. — Потенциал есть, ума нет. Будет тебе урок, что опа-а-асно, — растянула она слово, объясняю Белому Охотнику, как ребёнку. — Мозги ебать тому, кто сильнее.       Важность своих пережатых сонных артерий офицер осознал постепенно. Через пару десятков секунд попытки вырваться стали вялыми, еще через десяток — он медленно осел. Когда прошёл очередной десяток, Смокер растянулся на дороге.       — Отдохни, не перерабатывай, — потрепав пепельные волосы, незнакомка слезла с него.       Только она сделала шаг, как он вцепился в её ногу.       — Настойчивый нынче кавалер… — закатила она глаза, сделала шаг назад и прежде чем отправить его бороздить мир грёз, сказала:       — Я не знаю, чему вас в вашем дозоре учат, но вот тебе, парниша, бесплатный совет: спроси у старших — что такое воля, — и нанесла точный удар по шее ребром ладони, вырубая его. — Кстати… — она нагнулась к офицеру, шаря по его карманам. — Я передумала. Совет небесплатный! — победно выудив купюры, она пересчитала их со скоростью счётной машинки. — Смотри-ка, не зря доебался!       Повернув голову в сторону моря, она молитвенно сложила руки:       — Спасибо тебе, Посейдон, что не бросаешь детей своих и всячески помогаешь нам в делах наших праведных, — повернув голову в сторону Смокера, она продолжила. — Спасибо морскому дозору, что не бросает честных людей в беде и помогает нам в меру возможностей, — и засунула честно спизженные деньги в карман. Был бы кто другой на месте Аки, может, оценил бы юмор.       На глазах Акико, был создан дымовой вихрь, разрушено семь стен человеческим телом, а от рук прохожей пал дозорный, от взгляда которого хотелось самоуничтожиться. А сейчас она осталась наедине с человеком, который — страшно подумать насколько — сильнее того парня!       Было тихо. Даже когда эти двое ломали стены, не было слышно ни криков страха, ни возмущения. Горожан либо не было здесь изначально, либо они прикинулись мёртвыми. Перед Акико встал выбор — прикинуться мёртвой и бежать потом, или бежать уже сейчас. Вопреки рассуждениям она привалилась спиной к стене дома, к которой её Белый Охотник изначально и пригвоздил, поглядывая то на парня, то на незнакомку.       — Вы довольно жестоко обошлись с офицером.       — О, ты ещё здесь? — заметив Аки, удивилась незнакомка. — Не волнуйся, жить будет, — и махнула в сторону Смокера, икнув.       Она стянула маску, которая оказалась обычной банданой, и промокнула ею пот, выступивший на лбу.       — Ох уж мне эти самоуверенные с логиями, — ворчала она. — А этот такой душный, я аж вспотнула. Но парень хороший, да. Подозрительный, дотошный, упёртый — далеко пойдёт, — продолжала незнакомка, пока Аки сползала по стене.       В конце концов, задница упёрлась в брусчатку. Ушибленный копчик первым почувствовал единение с дорогой, посылая сигналы в мозг о жутком дискомфорте, но возмущение было проигнорировано. Лежащий рядом офицер, снующие неподалёку дозорные — всё неважно. Центром мира Акико стала эта высокая девушка, а всё остальное ушло на второй план. Сейчас она всего лишь хотела изучить её до мельчайшей детали. Потом ущипнуть себя, а дальше по ситуации.       — Залюбовалась? — отметив повышенное внимание к своей персоне лёгкой ухмылкой, она расправила и встряхнула бандану.       Скажи ей это кто другой, Аки непременно бы отвела взгляд. Но она ни глаз не отвела, ни вопрос не расслышала. Потому что необходимость рассмотреть цвет волос зашкаливала, но мешал капюшон, и Акико сейчас решала, что было менее беспардонно — попросить снять его или стянуть самой.       Не видя никакой реакции, незнакомка рассудила, что сидящая на дороге в ступоре, и поспешила ретироваться.       — Пошла я, бывай, — правый глаз весело подмигнул ей. — Не попадайся! — только она начала движение, как к ней подлетела Акико и стянула капюшон. — Ты чего? — грозно нахмурилась она.       — Ты, — констатировала Аки своим будничным выражением лица. — Это ты, — чуть громче произнесла она, стянула с запястья чёрный, плетёный браслет и вложила его в руку девушки.       — Это что за херня? — она недоверчиво покосилась на потёртый местами браслет, пока Аки разматывала рубашку.       Когда Акико закончила, размер глаз «незнакомки» был прямо пропорционален её удивлению.       — ДА ТЫ ЕБАНИСЬ, — сжимая браслет до побелевших костяшек, просипела она.