Под покровом пустынь

Гермиона не помнила, как оказалась лежащей в кровати обернутой влажной простыней. Гул в ушах перебивал висящие в пространстве звуки. Она слышала крики, ругательства и чей-то плачь доносящийся в глубины тусклого сознания. Кто-то ходил в её комнате, беспорядочно перемещаясь от балкона до кровати. Вены на висках сильно пульсировали, от чего любое движение мимики давалось с неимоверным трудом. — Давай, Гермиона, нужно попить. Кто-то аккуратно подложил под женскую голову вторую подушку тем самым нарушив покой. Боль и слабость стремительно распространялись по обессилевшему телу, заставляя его тяжелеть мертвым грузом. По пульсирующим участкам Гермиона бы сравнила это состояние с получением по голове каким-нибудь ощутимым по весу предметом от злости или обиды брошенный в неё. Ярко выраженный травяной запах окутал лицо Гермионы, заставив её нахмуриться от неизвестного шлейфа. Что-то терпкое с отчетливыми нотами мелиссы и еще многими оттенками неосязаемой палитры заставляли рассудок прийти в себя. Легкое надавливание на губы стало сильнее, и в рот Гермионы беспрепятственно попала теплая жидкость. На языке ощутился вкус травы. — Должно стать легче, — девушка узнала в голосе Антонина и попыталась открыть глаза, чтобы убедиться в собственных догадках. Веки налились свинцом, но воспоминания о случившемся резко пробудили в Гермионе желание убежать от обморочного состояния. Резкий контраст температур осадил кожу мурашками. Приступ паники вырвался из уст англичанки. — Мистер Ларссон! — воскликнула она, хватаясь слабыми руками за Антонина, - что с ним? Он жив?! Ком подкатил к горлу. Антонин тяжело вздохнул и прямо посмотрел в карие глаза, но не смог найти в них тот самый искренний запал, который был в их первую встречу. — Он слаб, но никто не знает, сколько сможет продержаться в таком состоянии, —мужчина опустил голову и снова обратился к дрожащей фигуре, — Гермиона, здесь не безопасно. Послушай меня, нам нужно покинуть это место. Даже если сюда направили кого-то на помощь, недоброжелатели могут быть где угодно и их мотивы совершенно непредсказуемы! Ошарашенная происходящим, англичанка отпустила предплечье Антонина и уставилась в одну точку. Все это напоминало зловещий сон, который противоречил всему здравому и логически объяснимому. Затянувшаяся шутка судьбы продолжала распылять пелену мрачных чар, превращая настоящее в сцену из фильма ужасов. Что происходит? — Я сам не понимаю, что происходит, — словно прочитав мысли, Антонин положил свои руки на ледяные пальчики Гермионы, но она их резко одернула, непонимающе рассматривая сделанный жест, - но знаю, что нужно уезжать к чертовой матери отсюда. — Что было до того, как я оказалась в кровати? — прошептала она. Мужчина сглотнул, и его глаза забегали. В памяти Гермионы отчетливо отпечатался момент сумасшедшей встречи с неизвестным явлением. Мистическая дымка была повсюду: девушка чувствовала её присутствие через закрытые глаза, словно веки были для неё неким барьером, мешавшим проникнуть глубже в разум для того, чтобы пустить там корни страха. Это потустороннее присутствие однозначно пугало и настораживало пуститься в бега. — Ты лежала без сознания на балконе, —честно ответил Антонин, но заметил ожидающий взгляд, продолжил, - я видел тебя до случившегося со стороны, когда собирался оседлать верблюда. Дальше ты знаешь, что было. — Я была одна? – все же решившись, Гермиона задала главный вопрос, который беспокоил все это время. — Да. Что-то хрупкое надломилось внутри неё. — Ты была не одна? — нахмурился Антонин и настороженно оглядел комнату. Грейнджер прикусила язык. Изнутри предательски вырывался крик отчаяния. — Гермиона, ты была здесь не одна? Тебе кто-то угрожал? Каждое слово Антонин произносил с небольшой паузой, пытаясь выудить правду из испуганной спутницы. «Совсем скоро мы воссоединимся…» — Мне кажется, в моей комнате меня кто-то ждал, — не выдержала она, и на глазах выступили слезы, — но я никого не видела, но что-то было совсем близко ко мне. Когда я услышала крики, за моей спиной что-то появилось. Дальше не могу вспомнить… — Твою мать, — прошептал Антонин и схватил Гермиону за руку, — нам нужно уходить. Какая-то чертовщина здесь однозначно есть. Перед девушкой возникла картинка окровавленных чужих глаз, и она заплакала от накопившегося жуткого напряжения. О таком в книгах не было написано. Под ногами массивно перекатывались мышцы животного, и по мере того, как нарастала скорость, они ощущались сильнее. Угрожающая вуаль того самого злого сна все еще лежала на Гермионе, заставляя её погружаться глубже в затуманенное состояние. Антонин крепко держал женское тело перед собой, уверенно отбивая пятками по бокам верблюда требование двигаться быстрее. Вожжи тряслись в такт ногам мужчины, словно это был некий механизм целой системы, нацеленной на спасение двоих людей. Сердце Гермионы пульсировало в такт копытам животного. Она не смогла толком сфокусироваться на происходящем, когда Антонин вытащил её из гостиницы и с некой силой завалил на верблюда, попутно отвязывая вожжи от деревянного столба. Он не сказал ей и кому-либо еще, куда они направляются, но внутри девушка едва понимала беспричинную заботу знакомого, который решился помочь ценой своей жизни кому-то еще, кроме себя. Это в очередной раз доказывало абсурдность ситуации. Непонимание и страх преобладали над размышлениями Гермионы по мере отдаления их от местопребывания. Она вновь вспоминала случившееся. Пересекая улицы чужих земель на большой скорости, позади они слышали возмущенных ругательства местных, которые едва не столкнулись с ними. Люди буквально отпрыгивали в стороны, оставляя желание оказаться под разогретыми конечностями животного другим смельчакам. Маневрируя между сооружениями, Антонин вел в неизвестность их двоих. На секунду Гермиона поразилась – неужели он хорошо знает эту местность и помнит все дороги? Неожиданно они оба услышали непонятный гул за спиной. Ветер бил по глазам горячим песком, заставляя прикрываться развивающимся платком. Гермиона осмелилась слегка повернуться, чтобы узнать причину нехорошего предчувствия. Казалось, люди, живущие позади, тоже ощутили грядущую опасность. Среди мелькающего неба между крышами выступили черные точки, которые быстро увеличивались в размерах. До неё стали доноситься крики, и по оголенным нервам прошлась волна нарастающей тревоги. Гул угрожающе нависал над ними, напоминая о своем превосходстве. — Черт, саранча?! — Антонин удивленно крикнул и тяжело задышал от покидающих онемевшие ноги сил. — Почему её так много? — еле слышно прошептала девушка и зажмурилась. Факт подтверждения чертовщины брал верх. Она ненавидела насекомых. Была ли это шутка египетских богов или гнев разбитой канопы? Одно точно англичанка знала – все это связано с потревоженной гробницей. Совокупность случившегося как острый клинок пронзала мозг. Совершенный ею грех напоминал о себе. «Да будет месть», — подумала она, проклиная себя о содеянном. Антонин вывел их в открытую пустыню, оставляя город позади. В глубине души, как думала Гермиона, он предполагал, что нападение саранчи связано с урожаем, и здесь на открытой местности, интерес насекомых ослабнет, и они вновь вернуться на намеченный маршрут. Но когда животное остановилось, у них пропал дар речи. Невероятных размеров черное облако угрожающе нависло над зданиями, и оно продолжало расти, превращаясь в некую форму волны, готовую вот-вот сокрушиться вниз. Казалось, звуки саранчи оглушили все пространство. Темная масса стремительно достигла пика, странно выписывая круги в небе, и резко двинулась на город страшной силой. — Бежим! — пронзительно закричала Гермиона от ужаса. Антонин стиснул зубы и незамедлительно ударил верблюда. Заворчав, животное стало ускоряться. Она не представляла, где можно укрыться. Черная гладь настигала их с невероятной скоростью. Отголосками в спину доносился истеричный вопль людей, превращая все вокруг в самый настоящий кошмар. — Переждем здесь, — сквозь шумные ленты ветра прокричал Антонин, указывая пальцем на неприметное сооружение, скрывающееся среди песков бесконечной пустыни и беспощадных лучей солнца. Тяжело дыша, Гермиона согласилась с мужчиной, одновременно поражаясь внимательности спутника и оглядываясь назад на приближающуюся вьюгу саранчи. Пальцы на ногах поджимались от преследующей угрозы. Гермиона молилась, чтобы они успели. Копыта верблюда тонули в вязких песках, когда дистанция до места спасения стала победно сокращаться. «Еще немного», — успокаивала она себя. Гул становился громче. Боги, как будто услышав их молитвы, сжалились над чужаками. Через несколько секунд Антонин и Гермиона уже оказались внутри неизвестного темного помещения, жертвенно бросив животное снаружи. Встав по бокам проема, они готовились встретить мощный удар роя, но звуки насекомых, почему-то, постепенно затихли. Складывалось впечатление, что они отступили. Ноги Гермионы дрожали от напряжения. — Мы в безопасности, — хрипло проговорил Антонин и аккуратно выглянул. Убедившись в отсутствии насекомых, он подошел к девушке и ободряюще похлопал по плечу. — Что за дерьмо это было? — выругалась когда-то вежливая Грейнджер, выйдя из укрытия. Виски предательски пульсировали от пережитого дня. Помассировав участок ноющей кожи, она ощутила острый песок в своих волосах. Впечатления о чужой стране постепенно менялись. — Прости меня, — еле слышно прошептал Антонин. Гермиона недоуменно повернулась. — За что? — Так должно было случиться, — мужчина медленно стал надвигаться на неё, заставляя Гермиону делать обратные шаги, -— у судьбы нет причин без причины сводить посторонних. — Антонин, что происходит? — дрожащим голосом спросила англичанка, предусмотрительно сохраняя расстояние между ними. Мужчина смотрел на неё молящим взглядом. — Мне обещали золото за то, чтобы доставить тебя сюда. Гермиона сглотнула. — Кто…кто тебе его обещал? Антонин достал из кармана штанов неизвестный мешочек. — Тот, кого ты пробудила от многолетнего сна, — мужчина медленно развязал узелок, заставив Гермиону сконцентрироваться на его дальнейших действиях. Что-то непонятное творилось внутри неё. Тело прошибло током. — Антонин, — чуть ли не плача, начала девушка, — я не понимаю, что происходит… — Он заставит тебя вспомнить, кто ты есть на самом деле. Неизвестная пыльца неожиданно ударила в женское лицо. Острая смесь перца и пыли попали в дыхательные пути, заставив Гермиону потерять контроль над ситуацией. Задыхаясь от порошка, девушка начала оседать на пол, чувствуя, как силы стремительно покидают тело. Как некий дурман подействовал на её сознание, унося в тускнеющие долины разноцветных пятен. Прежде чем провалиться в темноту она чувствовала острое предательство и отчаяние с которыми, к сожалению, не смогла поделиться с врагом. Антонин успел вовремя подхватить отяжелевшее тело. Чувство восторга вперемешку с раскаянием и алчностью заполнили его. Он получит то, чего так долго добивался — признание и награду. Взяв Гермиону крепче, Антонин подошел к стене и надавил на выступающий камень. Неприятный скрежет и пыль ударили по мужчине, заставив его отшатнуться. Возле ног появилась полуразрушенная лестница, которая вела вниз в кромешную темноту. Ухмыльнувшись правдивости слов «заказчика», Антонин убедился, что за ними никто не наблюдает, а затем, словно паук, скрылся со своей добычей в пугающей, но таинственной неизвестности. Хриплый выдох наслаждения зазвенел в глубине подземелья. То единственное сокровище, потерянное в многолетнем заточении, теперь снова окажется в законных руках.