Туман войны или Синдром неверия

- Как стихией живого существа может быть Смерть? Гектор, сидевший у тихо трещавшего в темноте костра, повернулся на прозвучавший голос. Всадники уже давно заснули, привязав лошадей к крепким ветвям пары стоявших поблизости деревьев. Леголас, устроившийся близ сложенных в груду вещей, до недавних пор пристально наблюдал за полуросликами, мрачно глядевшими на мага после рассказа последнего; равно как и Гимли, укутавшийся под дубом в подаренный эльфами Лориэна плащ. - Она является большей частью меня. – Отозвался маг, смотря на опустившихся рядом мечников, и Арагорн подал голос, опустив ткань накидки на плечи: - Для волшебников эта стихия – редкость? – уточнил он, достав из внутреннего кармана курительную трубку, и Гектор с любопытством проследил за процессом её набивания. - Как сказать?.. – себе под нос пробормотал тот, переведя взор на подрагивавшие в ночном воздухе языки костра. Арнорец, опершись спиной об избитый временем и дождями массивный камень, без лишних слов свободной рукой притянул к себе змееуста. - Вот так и скажи. – Предложил спокойно он, прижав к себе и укутав в тёплый плащ вяло сопротивлявшееся уставшее тело. – Не брыкайся, - произнёс мечник, устроив волшебника поудобнее, и опустил подбородок на его макушку, - расслабься и рассказывай о том, что считаешь нужным. Закончив говорить, он приподнял левую руку и сжал губами кончик трубки, неспешно втянув тёплый дым. Гектор устало зажмурился, принюхавшись к поплывшему по поляне запаху. - Будешь? Маг приоткрыл глаза и повернул голову, положив щеку на ткань чёрной свободной рубахи, и поднял взор наверх, вопросительно выгнув бровь. - Не курю. – Отозвался он, переведя внимание с деревянной трубки на мягко улыбающееся лицо, по коже которого пританцовывали отсветы языков пламени. – Магов под такой стихией нет. Боромир первым свёл в замешательстве брови, согнув правую ногу в колене, и Гектор продолжил, переведя взор на огонь: - Она принадлежит мне. – Тихо произнёс волшебник, глубоко вздохнув, и провёл пальцами вдоль крепко удерживавшей его на месте руки. – Видите ли… - пробормотал он, - Это моя сущность. - То есть, ты родился так? – уточнил Боромир у волшебника, медленно кивнувшего в ответ. - Одними из основателей моего Рода были братья Певерелл – дети Смерти. – Ненадолго замолчал тот, механически ковыряя пальцами ладонь мечника. – Вы говорите с первым и единственным в истории Мастером Смерти. На компанию опустилась тишина, которую никто не решился нарушить сразу. Откуда-то слева донёсся лёгкий храп, и Арагорн вернулся к разговору с тихим продолжительным “хм”: - Что это тебе даёт? – поинтересовался мужчина, так и не убрав кончика трубки изо рта. Маг тихо фыркнул через нос, переведя внимание на Боромира, и отозвался, смотря в спокойные глаза: - Верность многих тварей тьмы, контроль над магией Смерти, - негромко перечислил Гектор, - предрасположенность к окклюменции и время… - пробормотал он и посмотрел за плечо гондорца вдаль поляны. – Бесконечно долгое время. Мужчины задумчиво молчали, смотря вперёд, и лишь ладонь Арагорна продолжала ненавязчиво поглаживать пальцами запястья волшебника. - Окклюменция? – повторил Боромир, поразмышляв над произнесёнными ранее словами. – Это что? Гектор чуть повернулся и тихо что-то пробормотал себе под нос, придавленный вниз сильной рукой. - Это искусство защиты сознания от внешнего проникновения, - отозвался он, устало вздохнув полной грудью, и Арагорн вернулся к начальной теме разговора: - Так, что будет? Маг задрал вверх голову, вопросительно взглянув на мужчину, и приподнял правую бровь, перестав ковырять покрытую пылью ладонь. - Что будет дальше с тобой? – уточнил мужчина, убрав трубку от губ, и, с сомнением подняв руку с мага, затушил распавшуюся пеплом траву. - У меня есть ещё полные два года до вхождения в абсолютные силы. – Отозвался Гектор, переведя взгляд на перемявшихся на месте лошадей, проснувшихся от шума покачнувшихся на ветру ветвей. Боромир наклонил голову и лёг на траву, перевернувшись на бок и положив согнутую в локте руку под голову. - И… – надавил он, внимательно смотря в зелёные глаза, и молодой маг вполголоса отозвался, подняв взгляд на тёмное небо, усеянное первыми звёздами: - Я стану Им. Впервые за последние дни паре мечников было нечего сказать.