Глава 1. О крахе и новом начале
5 марта 2021 г., 14:34
Рейн сделал глоток крепкого свежего кофе и сладко зажмурился от удовольствия. Аромат будоражил ноздри, а терпкий горьковатый вкус дарил бодрость. Все в жизни, наконец-то, складывалось как надо. С уютной застекленной лоджии открывался прекрасный вид на предрассветный город с высоты десятого этажа. Из чуть приоткрытой форточки тянуло дождем, листвой и осенней прохладой. На столике мерно гудел ноутбук. Только что просмотренная заключительная серия дорамы «Полет Черного феникса» оставила смешанные, но скорее приятные чувства.
Хотелось поделиться впечатлениями.
— Утро. Уже досмотрел? – полюбопытствовал Рейн у знакомого из фандома, увидев, что пользователь с ником ЯоДжань777 уже в сети, несмотря на ранний час.
— Утро! Да. – мигом отозвался тот. – Даже не верится, что все закончилось.
— Цун как-то неприлично крут. – сообщил Рейн. – Каким образом он все-таки оказался духом? И как при таком-то семействе вырос адекватным?
— Вырасти адекватным в семье абьюзеров и тиранов – это магия почище применения ци. — согласился ЯоДжань777. – Шин таки мертв… Я до последнего верил, что его израненного, но живого отыщут в каком-нибудь подвале Темной воды.
Рейн вздохнул: — Я сразу понял, что этот персонаж рипнулся. Для надежды не было.
— Быть красивым, богатым, знатным наследником клана с друзьями и подданными и все про***ть! Умудрится оттолкнуть от себя абсолютно всех! – истошно вопил сообщениями ЯоДжань777.
— Синь-Ин – умелый манипулятор. – напомнил собеседник. – Отлично играл на слабостях и комплексах.
— Этот лотос и до демонолога творил много мерзкого. – не согласился пользователь с ником болотника. – У него не было сильных психологических травм, мирное счастливое детство. То, что для матери не на первом месте – неприятно, но с этим можно жить. Особенно при наличии таких друзей, как Атна и Лойто.
— Мне немного жаль Шина… Ему бы меньше бегать за Атна-Мари, держаться Гуан-Чина, не пытаться стать главой клана, а пойти работать с бумагами – явно же имеется склонность. – выдал свои размышления Рейн.
— Но вся проблема в том, что Шин – му**к… — возвестил ЯоДжань777. – И все время творил не то. Бежал не к тем, делал не тот выбор, принимал не ту сторону.
— При таких исходных данных, как у него – я бы развернулся! – рассмеялся Рейн. – Ох, мне пора собираться на работу. Дня!
— Ага. Счастливо. – отозвались на той стороне.
Вторая группа начинала трудиться на полтора часа позже первой (оставаясь в офисе до более позднего часа), но все равно уже стоило поспешить. Юноша допил кофе, выключил ноут, побросал в сумку кое-что из вещей, оделся и выскользнул за дверь. Хозяйка всех квартир на этаже – уважаемая Дорн – сдававшая эту и еще две другие жилплощади, сама обитала по соседству и сейчас не спала, судя по звукам включенного телевизора. Рейн как можно тише пробрался мимо ее двери. Сегодня был день оплаты аренды. Лучше не попадаться ей на глаза.
Сегодня днем должны наконец перевести зарплату за месяц и можно будет со спокойной совестью отдать всю причитающуюся сумму. От прочих долгов Рейну удалось избавиться. Почти полгода после окончания университета он не мог найти работу. В городе закрыли два из трех основных предприятий и рабочих рук резко стало намного больше, чем вакантных мест. И тут вдруг такая удача – работа с бумагами в крупной и солидной фирме – дочернем предприятии корпорации с главным офисом в столице. Не по специальности, денег обещают немного, но хоть какая-то стабильность. Рейн Тауи был почти что счастлив.
Улица встретила юношу накрапывающим дождем. Он поднял воротник плаща и ускорил шаг. До офиса было всего-то семь кварталов – сущие пустяки для молодого, крепкого, хоть и не очень сытого организма.
Первые странности начались еще в холле. На входе на него странно покосился охранник, а пропускная карточка не сработала. Рейн списал это на сбой системы, тем более, что после звонка главе отдела его всё-таки пропустили.
Тревога усилилась, когда приятели по офису не ответили на приветствие, а рабочий компьютер не признал пароль.
Рейн запоздало осознал, что была еще одна странность – Олаф… то есть, конечно, мистер Хайно – со вчерашнего вечера молчал. Он и раньше бывал занят и не отвечал по пол дня, но…
Рейна крайне смущал его совершенно неприличный, но столь волнительный и будоражащий роман с молодым начальником. Все началось полтора месяца назад во время совместной командировки по инициативе Хайно и оставалось в строжайшем секрете. Нечастые, но невероятно приятные встречи… и полный контроль каждого взгляда и жеста на работе. Рейн еще в университете осознал, что его привлекают не только девушки, но и юноши, но стабильных отношений с мужчинами у него ранее не было.
— Тауи! – раздалось за спиной Рейна во время второй попытки включить компьютер. К нему обращалась миссис Лаан – глава отдела кадров.
— Да. Здравствуйте. – отозвался Рейн. Он пока не понимал, что происходит, но сердце предчувствовало неминуемую катастрофу.
— Следуйте за мной. – респектабельная ухоженная дама средних лет сверлила его недобрым взглядом через стекла очков.
В коридоре им навстречу попались никто иной как генеральный директор всей корпорации – господин Хайно-старший в компании сына и «свиты». У Рейна подкашивались ноги и болело сердце. Он не помнил, как поздоровался. Олаф задержал на нем виноватый взгляд и спешно отвернулся.
— То есть как это все эти недостачи на мне? – Рейн не верил своим ушам. Весь офис точно знал, на ком лежит ответственность за то происшествие. И виноватым был точно не Тауи…
— Увы. Но неприятностей можно избежать – штраф и увольнение по собственному желанию. – максимально холодным казенным тоном сообщила миссис Лаан.
Рейну хотелось закричать – от обиды и несправедливости. Он осознавал, что ровным счетом ничего не может сделать – у него нет ни связей, ни сил, ни средств на борьбу…
— Я… понял. – произнес он тихим надтреснутым голосом.
— Вот и хорошо. – женщина кивнула. — Бумаги уже готовы.
Когда он подписывал документы, руки Рейна дрожали. Все произошло необычайно быстро. Уже спустя час юноша покидал офис компании, где проработал три месяца. Бывшие коллеги не смотрели на него и не замечали, будто он сделался призраком. Да он и был для них фактически призраком – беспокойное и неприятное явление, отголосок прошлого, с которым лучше не иметь дела, чтобы избежать неприятностей.
Какое-то время Рейн бесцельно бродил по ближайшему парку – идти домой было нельзя. Хозяйка квартиры заметит ранее возвращение и почует неладное, потребует денег. А их после штрафа осталось удручающе мало – оплатить проживание явно не хватит.
Опустившись на мокрую скамейку, Рейн сделал то, чего делать не следовало – написал сообщение Олафу. Ответа не было почти пол часа. Лишь когда Рейн медленным шагом добрел до озера и принялся рассматривать плавающих в темной воде уток, телефон подал сигнал.
«Прости… Не пиши мне больше. Так будет лучше для всех». Вот и все. Ни слова больше. Секундой позже Рейн заметил, что добавлен в черный список – возможность отправлять сообщения пропала. Аналогичная ситуация со всеми бывшими коллегами.
Дышать стало неимоверно тяжело. Сердце болело от столь внезапного и вероломного предательства. Разум отказывался верить в происходящее, пребывая в ступоре.
Еще пару часов назад все было так пленительно хорошо, а теперь… Обратиться не к кому. Скорее всего уже этим вечером его попросят убраться из квартиры. Отчаяние накрыло ледяной, темной, густой волной.
Рейн медленно побрел сначала вдоль озера, потом по асфальтированному берегу питающей его речки. А затем решил приблизиться к потоку. Ее шум немного успокаивал. Покатые берега были вымощены цветным камнем, то и дело попадались желтые облетающие кусты. Низкое хмурое небо отражалось в бегущей воде, снова начал накрапывать дождь.
Голова закружилась сильно и внезапно – может от волнения, может от низкого давления или голода – Рейн ничего не ел со вчерашнего дня.
— Ох! – произнес он, пытаясь унять слабость. Шаг, еще один. Следующий камень под ногой оказался предательски скользким. Юноша потерял равновесие, неловко взмахнул руками, а потом с головой ушел в быструю ледяную воду. Кажется, на берегу кто-то испуганно вскрикнул, увидев произошедшее…
Дыхание перехватило, мышцы свело судорогой, Рейн не знал, где верх, а где низ и никак не мог вынырнуть. Легкие жгло… Было невыносимо холодно и больно.
— Вот и хорошо. Так даже лучше. Сейчас все закончится. Может новая жизнь будет более благополучной и счастливой, чем нынешняя. И в ней я наконец научусь разбираться в людях… — успел подумать Рейн, прежде чем сознание милосердно оставило его.
Очнулся он от осознания того, что кто-то аккуратно несет его, бережно прижав к себе. Доставив до места назначения, неизвестный осторожно завернул полубессознательное тело и уложил на что-то мягкое.
— Атна, с ним ведь все будет в порядке? – взволнованно уточнил звонкий юношеский голос откуда-то сбоку.
— Да, Лойто. Он вот-вот придет в себя. – почти уверенно отозвался второй – с чуть более низким и приятно-бархатистым тембром.
— Что происходит? Где я? Почему мне знакомы эти имена? – все еще пребывающий в сумрачном состоянии мозг находился в полнейшем недоумении от поступающих в него сигналов. – Я упал в реку… А потом – темнота… Я умер?
Сознание снова отключилось. Когда оно вернулось, Рейн чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы осторожно открыть глаза и пошевелиться. Пахло дымом и каким-то варевом. Слышалось потрескивание дров. Бок уютно согревало теплом огня.
— Шин, ты очнулся! – стоило подать признаки жизни, как рядом моментально очутился худощавый подвижный юноша восточной внешности с большими черными глазами и слегка растрепанными длинными черными волосами. На незнакомце была белоснежная одежда в стиле столь любимых Рейном дорам.
— Дорамы! – мысленно воскликнул Тауи. Он очнулся в достаточной мере, чтобы осознать, откуда знал все эти упомянутые ранее имена – Атна, Лойто, а теперь еще и Шин. Все они персонажи новеллы «Полет Черного феникса», экранизацию которой он только сегодня досмотрел.
В паре метров горел костер. Вокруг – небольшая сухая пещера, через вход виднелось синее вечернее небо и частично заснеженная земля.
— Кажется – очнулся. – осторожно подтвердил Рейн, с трудом садясь на каких-то шкурах. – Всё тело ноет. А что произошло?
Юноша понимал, что необходимо вести себя как можно естественнее, попутно попытавшись разобраться, что, черт побери, происходит. Например, почему он говорит незнакомым голосом? И руки на одеяле – слушаются, но выглядят не так, как прежде.
— Тебе сильно досталось в стычке с ядохвостыми пятнистыми вивернами. – отозвался второй – тоже в белоснежном, но высокий, мускулистый, широкоплечий, с пронзительно синими глазами и чеканно-мужественными чертами лица. – Прости, что не уберег…
— Так ты совсем не помнишь этот бой? – насторожился этой тип невероятной внешности.
— Нет. – Рейн виновато развел руками.
Собеседники переглянулись.
— Яд этих зловредных ящериц имеет много неприятных эффектов. Я уже провел один сеанс исцеления. Через час проведу еще… И утром. Тебе станет легче. – заверил синеглазый. Похоже, он не был уверен, что это не только снимет боль, но и вернет память, а потому нервничал.
— Хорошо. Спасибо. – с готовностью отозвался Рейн.
— А-а-а! Что происходит?! – вопил юноша мысленно. – Я в коме и у меня видения? Я сплю? Галлюцинации после травмы головы? Сейчас я очнусь в палате больницы!
Но все вокруг выглядело максимально реальным. Как никогда реальным. Ощущения, запахи, звуки, визуальная картинка. Ущипнув себя незаметно под теплой шкурой-одеялом, Рейн ощутил отчетливую боль – в дополнение к той, что и так донимала тело.
— Я умер и попал в дораму? – наконец предположил Тауи. – Я – попаданец?! Значит, рядом со мной… Атна-Мари и Лойто-Мари. А сам я – Шин. Только не этот поганец! Стоп! Разговор сегодня утром. Дорогое мироздание, ты издеваешься? Хотя… сам же говорил, что был бы рад такому варианту и показал бы всем, как надо жить за этого зловредного лотоса. Пока остается исходить из того, что происходящее – РЕАЛЬНО. Атна – эмпат, но его до сих пор ничто не насторожило, он не кричит о самозванце в теле товарища. Кажется, на первых порах я защищен от его сканирования подлинных чувств. Именно моя аура и мои нынешние эманации считаются правильными и канонными. Атна-Мари видит во мне друга детства – Шина. Рядом двое Небесных, которые знают Шин-Мари с малых лет. Но… у меня же провалы в памяти после всего произошедшего и всему виной опасный яд монстров. На них многое можно списать.
Лойто и Атна вовсе не смотрели на Рейна с подозрением, а мирно переговаривались между собой.
— Еда готова! – объявил Лойто, снимая с огня котелок.
— Отлично. Умираю с голоду. – отозвался новоявленный Шин. Минутой позже он уже вовсю стучал ложкой, опустошая миску, полную горячей похлебки.
— Судя по аппетиту – идешь на поправку. – сообщил Атна с улыбкой.
— Моему пострадавшему организму нужно МЯСО! – объявил Рейн, многозначительно поднимая ложку и хищно взирая на посудину.
— Последний кусочек все равно мой. – не согласился Лойто и троица устроила шутливую потасовку ложками на дне котелка, охотясь за остатками.
— Вижу их впервые, но ощущение такое, будто знал всю жизнь. – с теплотой подумал Шин-Мари. – Хорошо, когда есть ДРУЗЬЯ. И да… они определенно ничего не подозревают.
Поужинав, Атна провел обещанный сеанс исцеления – положил руки на плечи Рейна. От его прикосновений по телу разливалось тепло и утихала и без того не очень сильная боль. После троица начала готовиться ко сну. Шина всячески опекали, взяв на себя все заботы по лагерю и даже принесли полезный травяной отвар прямо в уютную постель из шкур. В ночных дежурствах он тоже не участвовал, считаясь пострадавшим.
— Доброй ночи! – сообщил Рейн, кутаясь в одеяло и постепенно погружаясь в дремоту.
— Ночи, Шин. – отозвались засыпающий Лойто и оставшийся бдеть у костра до середины ночи Атна.
— Хоть бы это был не сон и завтра я очнулся здесь же… — подумал Рейн, прежде, чем отбыть в царство сладких видений.
