Глава 6. Злоумышленники в Звездной башне
15 марта 2021 г., 08:52
— Мы отбываем на задание завтра утром. Будь осторожен. – наставлял Атна-Мари.
— Да-да, буду. – Шин поморщился. По его мнению, старший товарищ чрезмерно его опекал.
Впрочем, как оказалось – Атна беспокоился не напрасно…
Рейн засиделся за книгой по трехмерным руническим построениям в Малой библиотеке Звездной башни и потому возвращался к себе довольно поздно – почти ночью. Проходя мимо комнат соучеников, проживавших здесь же, в обители лингвистов, лотос почувствовал нечто странное. Юноша активировал руны ясного зрения на своем браслете и увидел, как к комнате Мэя подкрадываются трое в плащах невидимости. Ауры надежно скрыты. Поступь бесшумна. Лица не разглядеть – помимо невидимости их прикрывала плотная черная ткань масок. Единственное, что четко опознавалось – знак учеников Золотых небес.
Взгляды одного из злоумышленников и невольного свидетеля встретились. Неизвестный осознал, что их присутствие раскрыто.
— Что вы здесь делаете?! – возопил Рейн. Это было единственным, что ему оставалось делать в этой ситуации.
— ВОРЫ-ГРАБИТЕЛИ-СПАСИТЕ-ПОМОГИТЕ-УБИВАЮТ! – выдал он на одном дыхании, прежде, чем ему в лицо направили струю странного зеленоватого порошка. Тело словно бы окаменело – ни пошевелиться, ни продолжить кричать.
Один из злодеев быстрым движением установил под дверью Мэя какую-то небольшую чадящую фиолетовым туманом пирамидку с явно недобрым эффектом. Лотос с ужасом наблюдал, как туман втягивается в комнату через щель у пола.
А потом с грохотом отворилась соседняя дверь – на пороге появился растрепанный Хоу-Тан. Одним мощным броском он повалил первого негодяя на пол, второму достался удар ногой в челюсть с разворота. Третий попытался атаковать магией, но «бастион» увернулся. На врага обрушилось сто десять килограмм ревущей ярости, крепких кулаков, усиленных клановой магией костей и стальных мышц. За все это время Тан ни разу не применил боевые заклинания. Впрочем, в условиях узкого коридора и стремительности произошедшего противникам боевая ци также не очень помогла.
На грохот, рыки Тана и отчаянные вопли боли злоумышленников, наконец, начали открываться двери соседних комнат. Соученики осторожно выглядывали в коридор.
Появившийся Мэй схватился за голову, спешно затушил опасно чадящую пирамидку и опрометью бросился к Шин-Мари.
— Шин! Ты живой? Что с тобой? – испуганно вопрошал он. Но Рейн пока не мог ответить перепуганному товарищу.
Тану помогли повязать незаконно проникших в Звездную башню. Как и ожидал Рейн – ими оказались адепты клана Серебряной листвы. Они недовольно ругались, стонали от боли и заверяли, что все это ошибка.
Лотос очень многое хотел им сказать и еще больше спросить. Но его расколдовали только пять минут спустя, когда явились стража и дежурный брат-наставник.
На следующее утро началось разбирательство по делу – троим «листочкам» инкриминировались попытка нанесения вреда здоровью одному из учеников в лице Мэя и незаконное проникновение в Звездную башню в ночное время. Сами бойцы клана Серебряной листвы обвиняли Хоу-Тана в побоях. Выглядело данное обвинение крайне нелепо. Один рунист, побивший троих воинов. Стыд да и только. Если конечно не видел то, что видел Рейн прошлым вечером.
Шин-Мари целое утро опрашивали как свидетеля. Он подробно поведал все, что знает.
— Да-да! Три подозрительные личности ночью в коридоре – все в масках, плащах, под заклинаниями невидимости и крались осторожно. – заверял он. – Я закричал, зовя на помощь.
Тяжелее всего пришлось Мэю – юноша рассказал правду, тем самым свидетельствуя против своих. В том числе – против сына главы клана – Чан-Юя.
— Я услышал крики о помощи. Это был голос моего товарища – Шин-Мари. Когда я выглянул за дверь, в коридоре была драка. Мой одногруппник Хоу-Тан бился с неизвестными в черной одежде, плащах и масках. На пороге моей комнаты чадила пирамидка кун-пау. Да, вот эта самая. Да, я затушил ее сразу же, как увидел, потому что ее пары вызывают отравление, головные боли и рвоту. Да, дежурный целитель сразу же выдал мне противоядие.
Шин сидел на подоконнике в пустующем учебном зале, скрестив ноги и подперев подбородок руками. Это было против правил, но в данный момент подобные мелочи его не заботили. С Тана почти сразу же сняли обвинения, справедливо решив, что побить неизвестных, вторгшихся ночью на законную территорию рунистов – допустимо и правильно. Но и «листочки» отделались предупреждением. Дело одного представителя семейства Чан против других адептом той же семьи заводить никто не позволил, как ни бился куратор Ло-Таи. Вред здоровью – не попытка убийства, а значит – дело внутрисемейное и Академии не касается.
А это значит, что Мэй по-прежнему в опасности… Хуже того – кто-то явно впустил злоумышленников в надежно запертую на ночь Звездную башню. Кто-то из своих. Кто-то, кто не любит Мэя. У Шина были идеи на этот счет, но он предпочитал их пока не озвучивать.
Товарищ Рейна осторожно заглянул в зал и устроился рядом с лотосом.
— Господин наставник Ло-Таи обещал присматривать за мной. – тихо поведал Мэй.
— Хорошо. – приободрился Шин. – Как на счет того, чтобы обезопасить твою комнату рунами? Ты же хорошо в них разбираешься – почему бы не применить знания на практике?
— Да – надо заняться. – робко улыбнулся «листочек».
— Я помогу! – с энтузиазмом предложил Рейн.
Мэй смутился: — Ты так добр ко мне. Вчера, если бы ты не позвал на помощь и не подоспел Тан…
— Мы же друзья. – сообщил лотос уверенно.
— Друзья? – переспросил юноша.
— Да. У тебя никогда не было друзей?
Мэй задумался: — В детстве.
Он почти сразу смущенно смолк.
— Спасибо. За помощь… и за дружбу. – добавил он тихо.
Шин вновь не стал расспрашивать. Вместо этого они с Мэем отправились сначала в комнату лотоса, приготовили там все необходимое, а затем до самого вечера занимались обеспечением безопасности жилища «листочка».
— Не крепость, но жить можно! – резюмировал Шин в конце трудов.
— Мне нравится! Враг не пройдет. – хихикнул Мэй.
Юноши понимающе переглянулись.
— Спасибо за помощь. – Мэю потребовалась вся его смелость, чтобы подойти к Тану и поблагодарить.
— Эмм… Хмм… Это не ради тебя – и не думай! Просто не люблю, когда рядом шастают посторонние. – немного смущенно огрызнулся «бастион».
— В переводе с Танского это значит «Пожалуйста. Всегда рад помочь!» — тихо пояснил Шин на ухо «листочку», пока тот не сбежал в панике под действием сурового взгляда собеседника.
— А ты здорово с ними справился! – добавил лотос уже громче.
— Эти идиоты совсем не имеют опыта потасовок. – отмахнулся Хоу-Тан. – И да… не рассчитывайте, что я и дальше буду опекать таких бесполезных бестолочей, как вы.
— «Постарайтесь не попадать в беду. Я очень волнуюсь.» — снова перевел Рейн.
Тан продемонстрировал наглому цветочку внушительных размеров кулак. Шин ему – язык. После чего Рейн переглянулся с окончательно смущенным Мэем и утащил того повторять домашнее задание по лирийскому.
— И этим наглым «листикам» ничего не будет?! – искренне возмущался Атна-Мари. Боевые только вернулись с задания. И Рейн успел поведать друзьям о том, что произошло в их отсутствие.
— Они слишком много себе позволяют! – согласился Лойто.
Шин лишь отмахнулся: — Что поделать? Они пытались навредить соклановцу. А в такого рода дела Золотые небеса не вмешиваются.
— Я надеялся, что Звездная башня – безопасное место… — вздохнул Атна.
— Как правило – вполне безопасное. – заверил Рейн. – Да и я принял определенные меры, чтобы впредь избежать подобных неприятностей.
— А Шин весьма талантлив. Не припомню, чтобы я умел так много даже после целого года обучения артефайзингу в Лунном озере. – задумчиво отметил Лойто. – Все эти его изобретения, домашняя лаборатория, многомерные построения рун…
— Ты больше времени уделял лингвистике. – поспешил успокоить друга Атна-Мари. – В целом, действительно – Шин очень одарен. В любом случае – я рад, что он не грустит и наслаждается учебой.
Шин тем временем уютно проводил время в своей комнате, благодаря многим часам усиленного труда, превращенной в рунический куб – трехмерное построение магических знаков, делающее все внутреннее пространство подконтрольным рунисту. Нужную последовательность рун с учетом необходимых эффектов, вида чернил и материала стен, длины, высоты, и ширины комнаты, расположения двери, местоположения в здании, юноша вычислил сам. Господин наставник Ло-Таи лишь проверил вычисления, высоко оценив старания юноши.
У Шина был дар. А это значит руны он подбирал не «на ощупь» и наугад, как любой другой Небесный, а при помощи особого магического чутья. Разница с лишенными этой способности была примерно, как в случае поиска предмета в комнате слепым и зрячим человеком… или умением плавать у человека и дельфина.
Лотос подогрел чай до оптимальной температуры при помощи магической подставки и устроился почитать свитки конспектов, когда ощутил срабатывание сигнальных знаков по периметру.
Выглянув в коридор, юноша обнаружил следы невидимых магических чернил на двери. Коварная ловушка, но уже обезвреженная защитным контуром комнаты.
— Безобразие! – мысленно ругнулся Рейн. – Позорные неумехи! Три ошибки в цепочке из двенадцати рун. Написано небрежно и не четко. Кто же так проклинает?
Шин тяжело вздохнул. Он подозревал в произошедшем старших фениксов. Только они одни из врагов лотосов хоть как-то знали руны. У Хэ и Рана нет нужных знаний, да и не такие характеры, чтобы покушаться на не боевого калеку, хоть и способного потенциально со временем вернуться к роли наследника клана.
Поборов желание направиться к комнате Джи-Уду и его напарника, чтобы показать на практике, как правильно наносить рунические проклятья, лотос вернулся к себе – его ждали чай и приятное чтиво.
Закрывая дверь, юноша успел заметить темный силуэт на потолочных балках.
— Цун идет спасать Атну! – умилился Рейн, улыбаясь.
Очередной визит к Гуан-Чину прошел как обычно. Целитель был внимателен, вежлив и заботлив.
— Все хорошо. Никаких ухудшений. – максимально позитивно заверил лекарь. В голосе его Шин уловил ту неловкость, которую порой испытывают здоровые люди в присутствии безнадежно больных. – Болевых ощущений не бывает?
— Нет. Никаких болей. – заверил лотос. Он бывал у Чина дважды в неделю, почти всегда они успевали немного побеседовать. Но ни малейшей заинтересованности со стороны лекаря так и не возникло. Да, Шин был его пациентом. Но в каноне целителю это не помешало завести с ним бурные отношения.
— Замечательно. Тогда жду через три дня. – кивнул Гуан-Чин, делая какие-то пометки в свитке.
— Что изменилось? И что пошло не так? – с недоумением спрашивал себя Рейн. – В дораме Чин оказался заинтересован чуть ли не с первого взгляда…
От размышлений его отвлек шум. В лазарет поступило двое новых пациентов. Не смотря на обилие синяков и ссадин, они нещадно бранились, норовя вновь наброситься друг на друга и только многочисленные сопровождающие мешали бесчинству повториться прямо в коридоре лечебного заведения.
Одним из бузотеров оказался никто иной как Хоу-Тан. Его недругом – Нун-Лань из Нефритовых черепах. Уровень ярости и повреждений у обоих был примерно равный. Подбитые глаза и челюсти, содранная кожа на костяшках пальцев.
И… никаких повреждений от атак энергией ци, как моментально отметил лотос.
Бранящихся противников растащили по разным палатам. Гуан-Чин принялся за повреждения Тана. А Шин решил подождать товарища, чтобы потом сопроводить в Звездную башню.
Нун-Ланя отпустили первым. Тот выглядел недовольным, но вполне целым – словно и не дрался только что.
Когда спустя пятнадцать минут в коридоре показался Хоу-Тан – выскочил из палаты, злобно сверкая глазами и громогласно интересуясь: — Где этот недоносок?! – «черепахи» уже не было поблизости.
Зато обнаружился Шин-Мари.
— Ты в порядке? – поинтересовался лотос. У «бастиона» не осталось и следа синяков и кровоподтеков, Гуан-Чин знал свое дело, так что вопрос был задан скорее из вежливости – для начала разговора.
— Не твое дело! Лучше скажи, в какую сторону ушел этот негодяй Лань?
Рейн выразительно приподнял бровь: — Чтобы ты помчался следом и снова подрался? Вот уж нет! Время позднее. Здесь остался только дежурный лекарь – дополнительная работа ему ни к чему. Давай я провожу тебя в башню.
— Ты мне не нянька. Да и от чего сможет защитить такая мелочь, как ты? – усмехнулся Хоу-Тан.
— От глупостей и неприятностей. – улыбнулся Шин-Мари. – Пойдем. Не шуми в лазарете.
Недовольно ворча, здоровяк позволил-таки себя увести.
Выходя из лечебного заведения, лотос приметил у служебного входа Гуан-Чина. Смена целителя закончилась, и он направлялся к главному зданию Академии. В компании Канаана-Мари. В том, как общались эти двое чувствовался явно не дружеский интерес…
От столь внезапных новостей лотос невольно закашлялся.
Чтобы отвлечься и не вызвать лишних подозрений, юноша спешно поинтересовался у Тана: — Ну и что Вы не поделили с Ланем?
— Он – идиот. – пояснил «бастион» мрачно.
Шин вздохнул: — Если бить всех, кого считаешь идиотами – можно сражаться не переставая.
Тан неожиданно рассмеялся.
— И все-таки ты меня раздражаешь меньше, чем остальные.
— Как и ты меня. – отозвался Рейн. – Хотя порой ведешь себя как упертый баран.
— А сам то… изнеженный цветочек. – не остался в долгу «бастион».
