Дворецкий и кошка

Кэти заставила себя подавить воспоминания, которые лезли в голову. Тем более дальше мысли были ещё менее радужные, а она итак устала за сегодня. Чтобы чувствовать себя в безопасности Кэти привычно обратилась в кошку. Одним прыжком запрыгнула на высокий шкаф и свернулась клубочком. Закрыв глаза кошка сразу же провалилась в сон. Она проснулась лишь от тихого стука в дверь. Сон у неё всегда был чуткий, как и слух, поэтому смогла легко расслышать. Ускоренно поменяв облик на человека, та надела свой неприметный костюм с тонкой юбкой. За дверью оказался монах, которого накануне представили как Бернара. – Мадемуазель Кэти, наш скромный обед готов и ждёт вас в столовой, но если вы смущаетесь мужского общества можете перекусить в комнате. К мужчинам стеснения не было, всё же ей довелось пожить в цирке, общаясь с разными людьми. Но Кэти действительно проголодалась, хотя «людская еда» была не для неё. – Я захватила еду с собой, поэтому можете не беспокоиться. Бернар вежливо улыбнулся и ушёл. А Кэти, тем не менее, движимая чувством голода решила выйти из комнаты. С провизией нужно срочно что-то решать, иначе голод может заставить её набрасываться на окружающих. Это подставит не только её, но и испортит отношение к ней Габриэля, с которым необходимо наладить отношения, иначе помощь Себастьяну будет под угрозой. Решился вопрос просто, охотник договорился, что самолично будет приносить девушке сырую рыбу. Конечно бакэнэко могла бы бегать в облике кошки, но выпрашивать еду или охотиться на мышей ей претило. К тому же если её истинную сущность раскроют будет не очень хорошо. Занятия для Кэти Ван Хельсинг тоже быстро нашёл – предложив научиться стрельбе. Ведь, как оказалось, девушка-кошка не умела пользоваться револьвером. Тогда как можно доверить той смертоносное оружие? В ближайшее время, заказов на убийство нечисти не нашлось, поэтому можно было расслабиться. На вопросы: «Когда она может получить оружие?» Ван Хельсинг отвечал: – Когда я буду уверен, что вы с ним справитесь. Для плохообучаемой Кэти стрельба далась с трудом: она торопилась, считая поначалу, что научиться будет просто, но это частое заблуждение. Для любого навыка нужно время. Нетерпение же всё усложняло. Церковь девушка не покидала, не решаясь снова пройти через главный зал. Это место демонскую душу пугало всё больше. Так прошло несколько дней. Девушка-кошка нервничала, ведь ценное время уходило, пока ей не взбрело в голову нанести визит самому Ван Хельсингу. Тук-тук За дверью слух Кэти различил шелест плотной бумаги, а по быстрым движениям она сделала вывод, что хозяин комнаты нервничал. Габриэль показался на пороге немного сконфуженный гостьей. – Кэти? Я думал вы собирались спать. Что-то не так? Она, держа в руках небольшую книгу, указала на обложку. – Я надеялась, что смогу почитать, но кажется снова натолкнулась на бесполезное чтиво. Это был сборник французских стихов на английском языке. – А что с ним не так? – Я больше люблю приключенческую литературу, а это мне совершенно непонятно. Охотник пожал плечами. – Хм… Я могу попытаться найти вам что-то интересное, но давайте не сегодня. Видя, что приглашать её к себе в комнату мужчина не соизволил, Кэти воспользовалась очередной уловкой: – А ты сам что-то читаешь сейчас? При этом беспардонно заглянула ему через плечо, чтобы разглядеть комнату. Ван Хельсинг повертел головой, затем видимо планировал распрощаться с гостьей, но было уже поздно – Кэти ловко проскользнула мимо него вглубь помещения. – О, а у тебя здесь гораздо уютнее, чем у меня. Охотник вздохнул, смирившись с поражением, ведь любопытство кошки оказалось сильнее его запретов. И хотя Кэти нарушила этикет, войдя к мужчине в комнату без приглашения, прогонять смутьянку воспитанному Габриэлю было невмоготу. Комната действительно оказалась более обжитая и просторная. Разные ёмкости вроде кувшинов и странной формы камни, украшали полки. На шкафу громоздились книги, тряпки и прочее барахло. На столе находились письменные принадлежности. Похоже охотник часто тут бывал, хоть и временно, ведь сам он родом из Италии, а это место всего лишь одно из нескольких пунктов его проживания. Когда охотник первым делом подошёл к столу, Кэти догадалась, что он хотел скрыть. Нервозность его выдала с потрохами. – О, это газета? Интересно что там пишут. Габриэль, стараясь вести себя непринуждённо, пожал плечами, а девушка ловко вырвала газету у него из рук. – Праздничное мероприятие у барона Гатри закончилось массовой резнёй. Множество людей убиты, а выжившие в кровавой расправе утверждали, что всему виной проделки высших сил. Ведь первоначально никто из них не планировал убийство. Расследование массового помешательства продолжается. В данный момент за состоянием уцелевших наблюдают врачи. Закончив, Кэти внимательно посмотрела на охотника: – Ты считаешь кто-то из нечисти виноват в убийствах людей? Но зачем им это всё? Ван Хельсинг обречено кивнул. Эта девушка слишком проницательна и вероломна, отказать ей в чём-либо крайне сложно. И Габриэлю нравился такой подход. Смелые женщины вызывали в нём уважение. – Мотивы мне пока неизвестны, но нужны ли они? Большинство злокозненных существ, с которыми мне довелось столкнуться, редко имеют мотив. Для начала нужно доказать действительно ли они причастны, быть может это действительно массовое помешательство. Девушку-кошку заинтересовало расследование, только стало непонятно одно: – Мне показалось ты пытался скрыть это дело от меня, почему это? Габриэль отмахнулся: – Вам показалось. – Есть ещё что-то? Охотник продолжал странно себя вести, словно от этого вопроса ему стало неловко. Девушка не сдавалась продолжая сверлить охотника взглядом. – В действительности, мне бы не хотелось втягивать в это дело вас, Кэти. Кэти присела на стул возле стола, давая понять, что не собирается уходить, не выяснив причину. – С чего бы это? Я же обещала помочь вам. – Я помню, но вы не обязаны рисковать. Девушка обиженно скривила губы: – Вы что же, мне не доверяете? Ван Хельсинг протестующе поднял руки. – Нет! Что вы! Дело вовсе не в этом. – А в чем тогда? Мужчина вздохнул, понимая, что снова придётся сдаться и выложить всё как на духу. Ведь обижать милую кошечку он не хотел. – Если честно, я уже несколько дней собираю информацию и кажется догадываюсь кто виновник, но для этого необходимо поймать его с поличным, а значит побывать на самом приёме. Кэти так и не смогла уловить ход его мыслей, поэтому снова переспросила: – Так и в чем сложность? Я умею владеть собой и манерами тоже… – сказав это она сразу добавила: – Когда нужно. Допустим она вела себя бестактно некоторое время назад, но ведь это не повод ограничивать её. Она вполне могла исправно вести себя, если это для дела. Ван Хельсинг задумался на несколько секунд, но всё же сдался и выдал: – Дело в том, что... как я выяснил, перед тем как люди начали убивать друг друга они все занимались любовью. Кэти с трудом сдержалась, чтобы не хихикнуть в ответ. Чем могла подорвать уважение охотника. Потому как всегда старалась вести себя благопристойно. – Ну и что с того? – Поэтому, я бы хотел уберечь Вас от того, что может случиться на приёме. Но Кэти уже не хотела отступать и просто проигнорировала собеседника: – Я всё равно не понимаю, зачем кому-то смерть такого количества людей? Какой в этом резон? Допустим это существо хотело поесть, но неужели оно так прожорливо, что ему нужно так много людей? – Я это выясню, – пообещал Габриэль, натянуто улыбаясь собеседнице. – Нет, со мной ты выяснишь это гораздо быстрее. У меня есть чутье. Охотник повертел головой: – Это плохая идея, Кэти, будьте благоразумны. Только вот он не знал, что благоразумие и Кэти вещи несовместимые.