Список Желаний

Пять месяцев спустя ИЗБРАННЫЙ ИЗБИРАЕТ ПОЖИРАТЕЛЯ СМЕРТИ «Ежедневный пророк» рад известить, что Гарри Поттер теперь состоит в серьёзных отношениях ни с кем иным как с Драко Малфоем, божественно красивым плейбоем со Слизерина и бывшим Пожирателем смерти. В эксклюзивном интервью со мной, Миллисент Булстроуд, Поттер объяснил, что они с восхитительно привлекательным слизеринцем планируют вместе путешествовать по миру. «У меня, можно сказать, никогда не было отпуска, — говорит Поттер, влюблённо глядя на своего роскошного нового парня, — и Драко только восстановился после практически смертельной болезни. Мы оба хотим посмотреть мир». «Пророк» отмечает, что слизеринцы в целом привлекательные люди. Не только Драко Малфой. Когда Поттера спросили, как он относится к прошлому Пожирателя смерти своего шикарного блондина, он был непоколебим: «Драко снова и снова доказывал, что изменился. Он потрясающий, добрый и целеустремлённый. Я знаю, что он глубоко сожалеет о своих действиях на войне и о большем. Все мои друзья одобряют наши отношения.» «Никто никогда не простит меня, это всё лишь пустая трата времени», — говорит горячий сексуальный слизеринец. Однако здесь, в «Пророке», мы чувствуем, что мнению Гарри Поттера можно доверять». — Как так вышло, что она ни разу не сказала, что я тоже сексуальный? — спросил Гарри в негодовании. — Ты подкупал её? — спросил Драко. — Ты подкупил её? — Ты такой милый, когда злишься. Иди сюда. Драко действительно ужасно привлекательный, подумал Гарри, позволяя Драко утянуть себя в объятие. Драко теперь практически полностью поправился, хотя до сих пор утверждал, что устаёт больше, чем раньше. Гарри боялся представить, сколько энергии у него будет, когда он полностью выздоровеет, если сейчас Драко был уставшим: он бегал каждое утро и плавал каждый вечер; он ел всё, до чего мог дотянуться. На выходных плавал на байдарках с Джеком в Корнуолле. Работал волонтёром в приютах для бездомных и ходил на, как Гарри это называл, сеансы терапии с Семь. Его тело стало гладким и мускулистым, сильным и здоровым. Волосы — густыми и блестящими. Раны на груди закрылись, хотя Драко говорил, что они до сих пор ноют к дождю. Он уверенный в себе, думал Гарри, он яркий, он мой. *** Драко больше не паниковал так часто. Последний раз случился, когда Гарри вытащил свою палочку и неожиданно направил на него, в то время как они вели горячий спор о художественных достижениях Советской России. (По крайней мере, это было тем, о чём спорил Драко. Гарри спорил о том, что Драко нужно уйти с холода — они тогда приехали в Лапландию, чтобы посмотреть на северное сияние.) У Драко была паническая атака среднего размера, но она утихла, когда Гарри просто наложил на него согревающие чары. — Тебя трясло, — отчаянно сказал Гарри, пока извинялся. — Прости меня… тебе было холодно… В ту ночь, укрытый мехом, лёжа на льду («№48. Остановиться в ледяном отеле»), Драко прижался носом к носу Гарри. — Раньше я думал, что ты хочешь убить меня, — сказал он. — На шестом курсе. Думал, что наверняка заслуживаю этого. Гарри поцеловал его. — Дорогой, — сказал он. — Не хочу быть нудным, — сказал Драко. — Пожалуйста, — сказал Гарри. — Будь нудным. — Мне никогда не приходило в голову, что ты можешь меня полюбить. Было темно, и под мехами их тела были тёплыми. — Мне тоже это не приходило в голову, — сказал Гарри. — Но я люблю тебя. Я так сильно тебя люблю, Драко. — Как сильно? — Пиздец как. Драко кивнул. — Думаю, ты знаешь, что чувствую я, — сказал он. — Знаю, — смущённо сказал Гарри. — Но… иногда… приятно это слышать… — Я люблю тебя, Гарри, — Драко услышал, как Гарри резко вдохнул. Они оба так редко это говорили. — Пиздец как, как ты сказал в своей поэтичной манере. Гарри провёл руками вверх и вниз по спине Драко. — Хорошо, — сказал он. — Тогда давай так и продолжать. — В ледяных отелях? — Так. Давай продолжать встречаться. — Не думал, что это нужно обговаривать, — сказал Драко. — Перестань быть слизеринцем на одну секунду, — сказал Гарри. — Ладно, — прошептал Драко. — Я хочу сохранить тебя, — сказал Гарри. — Я хочу сохранить тебя, — сказал Драко. — Я имею в виду надолго. — Ладно. — Очень-очень надолго, — уточнил Гарри, как будто Драко не понимал. — Гарри. Это так не только с твоей стороны. Мы оба находимся в одинаково унизительном эмоциональном положении относительно друг друга. Гарри счастливо вздохнул и ещё ближе прижался к Драко под меховыми одеялами. — Я люблю тебя, — сказал он. — Это зашло уже слишком далеко, — строго сказал Драко. — Я люблю какой ты смешной. — Прекрати этот идиотизм. — Я люблю твою тягу к приключениям. — Ещё одно слово, и я заткну тебя единственным способом, который я знаю. Последовала вопросительная тишина. — Моим членом, Гарри. — О! Ну, в таком случае… твоё чувство юмора во время болезни заставило меня уважать… После этого Драко заткнул его единственным способом, который знал. *** Гарри сказал, что Драко до сих пор ведёт себя так, будто умрёт через три месяца. Это было их самой большой, снова и снова возобновляющейся ссорой. Гарри и сам был безрассудным, но считал, что Драко заходит слишком далеко: например, когда в Андах захотел забраться на скалу без верёвки и снаряжения. — Да что такого плохого может случиться? — спросил Драко. — Ты можешь умереть! — Ах это, — сказал Драко. — Это должно было произойти сто лет назад. Сейчас — лишь отсрочка. Это спровоцировало их самую серьёзную ссору. В итоге Драко уступил. Он взял с собой снаряжение, когда полез на гору. *** — Значит, сначала ты ставишь воду на огонь, — сказал Гарри. — Что насчёт соли? — Не нужна тебе соль. — Итальянцы используют соль, — сказал Драко. — Я уверен, что соль — неотъемлемый ингредиент для этого процесса. — Я всегда просто кипятил воду без соли. — Если бы я хотел научиться делать простенькие варёные яйца, то уже сделал бы это, — сказал Драко. Гарри закатил глаза. Он был таким милым, когда бесился. Он всегда был таким милым, когда бесился? И поэтому Драко так сильно хотел вывести его из себя в школе? Но нет… раньше Драко его боялся. Он помнил те панические атаки. — Забудь про соль! — сказал Гарри. — Смотри. Потом ты опускаешь яйца… — А что, если я захочу сделать одно яйцо всмятку и одно просто варёное? — Тогда тебе нужно достать одно яйцо раньше. — Что насчёт объема воды? — Что насчёт объема воды? — спросил Гарри напряжённым голосом. — Объем воды меняет время, которое нужно потратить на варку яиц, — сказал Драко. — Почему ты так всё усложняешь? Драко подобрался. — Я ничего не усложняю. Это ты недооцениваешь древнее искусство варки яиц. — Драко, да ладно тебе. Я не хочу пропустить закат в Гранд-Каньоне из-за спора про ёбаные яйца. — Ёбаные яйца? Я не думаю, что кому-либо из нас стоит ебать яйца, Гарри. Я вынужден твёрдо стоять на своём. — Я скоро выебу тебя, если ты не придержишь язык, — сказал Гарри. Они так и не увидели закат в Гранд-Каньон тем вечером. Но ничего страшного, потому что они могли сделать это на следующий день. У них было много времени. *** Пять лет спустя. «ВЕДЬМИН ЕЖЕНЕДЕЛЬНИК» ЗАМЕЧЕНЫ: Всеми любимые Ламорак Тужур и его многолетний партнёр, Гарольд Пуатье! Скрытная пара была замечена на благотворительном вечере Луны Лавгуд, и они выглядели влюблёнными как никогда. Слухи утверждают, что привлекательная пара — это не кто иные, как прославленный целитель Драко Малфой и хогвартский профессор защиты от тёмных искусств Гарри Поттер под прикрытием, — но оба, Ламорак и Гарольд, отказались давать какие-либо комментарии «Ведьминому еженедельнику». Благотворительные вечера Луны и Ламорака продолжают собирать миллионы галлеонов для фондов помощи в преодолении последствий войны. За другими фотографиями обращайтесь к странице 17.