То, чему не дано сбыться

Эсмеральда бежала вперёд, словно стрела она преодолевала все препятствия. Она бежала вперёд не разбирая дороги. Часто врезалась в учеников и, что было не свойственно ей, грубо отталкивала их с дороги. По сторонам стало проносится всё меньше и меньше лиц. Наконец лица совсем исчезли, и вместо них показался пейзаж. Красивое голубое небо с кучерявыми белыми облаками, а вдали виднелся густой тёмно-зелёный лес. Эта картина была настолько умиротворённой, что казалась лишь плодом воображения. Запыхавшись девушка прислонилась к стенке и сползла вниз. Эсми плакала на взрыд. Впервые за долгие годы она потеряла контроль над метоморфией и её волосы становились все чернее и чернее, а глаза стали светлеть приближаясь к белоснежному, что выглядело жутко. Почему всё настолько сложно. С годами всё хуже и хуже. Почему нельзя просто делать как ты считаешь правильным: любить кого хочешь, дружить с кем хочешь, вести себя как душе угодно. Но нет! Всё должно соответствовать определённым рамкам, вписываться в шаблон, не нарушать стереотипы. Будто из тебя растят геометрическую фигуру, без мнения, чувств и желаний. Ведь ещё до твоего рождения твою жизнь разложили по полочкам, составили план, ослушаться которого не возможно. Какое место имеет Эсмеральда в этом мире, если её даже слушать не хотят. Как вообще можно добиться чего-то в жизни если следовать рамкам шаблонам и стереотипам. Почему со всеми детьми в чистокровных семьях так легко?! Беспрекословное повиновение, слепая вера - всё это будто в генах у них прописано. Братья Эсми были такими же, однако, почему она так не может. Не может верить без доказательств, повиноваться без причин. Что с ней не так? Все эти мысли уже четверть часа кружились у кудрявой в голове, будто кольца Сатурна. Только если те предавали восхищение, то мысли только вгоняли девушку в землю, лишая возможности двигаться. Эсми снова посмотрела на пейзаж вдали. Почему нельзя просто стать его частью, такой же жизнерадостной и умиротворённой. Может можно всё это как-то прекратить. Может можно просто взять и исчезнуть, будто тебя и не было. И всё станет легко, легко, как в детстве. Определённо такой способ есть, но стоит ли он того. Отдать жизнь за избавление от страданий. Звучит паршиво. Но как терпеть такую жизнь. Она не геометрическая фигура, она человек, разумное и живое существо. Интересно а это больно умирать. Ведь Астрономическая башня высоко, а внизу гранит. Мать говорила в детстве, что девушка - это изящная фарфоровая кукла, а фарфору свойственно биться. За этими размышлениями Лестрейндж уже стояла на краю выступа. Ей оставалось лишь сделать шаг. Простой шаг, такой какой она делает каждый день, когда встаёт с кровати или идёт на уроки. Но что-то будто золотая нить удерживалась её. Что это было Эсмеральда не понимала. Всё стояла и стояла. Она уже всё для себя решила, никто и не вспомнит о ней. Но этот шаг был очень труден. Вдруг снизу послышались шаги и голоса, да и не шаги а скорее бег. Кто-то бежал сюда. Как глупо. Люди бегут опаздывают и думают будто если сейчас не побегут пройдёт всё, но ведь есть что-то более важное. А вот жизнь, что вообще она из себя представляет. Ведь жизнь можно разделить на два типа: ощущаемая и не ощущаемая. Ощущаемая жизнь - это наше тело, органы, то что живое и мы можем потрогать, а не ощущаемая - это наш внутренний мир, отношение , эмоции, чувство, память. Всё это второй тип жизни. Между тем приближались и шаги и голоса. И на площадку вынырнули семь человек. Три девушки и три юноши. Их лица были наполнены ужасом от увиденной картиной. Будто они созерцали убийство. Хотя так оно и было. Эсмеральда Лестрейндж, девочка, которой до совершеннолетия оставалось каких-то 4 месяца. Сейчас стояла на конце выступа самой высокой башни замка. С её глаз текли слёзы, и всхлипы. Рыжей девушки прибежавшей первой тоже потекли блестящие дорожки из глаз. Лили Эванс выкрикнула: - Пожалуйста, Эсми, не надо! Это того не стоит! - у Лили было такое чувство будто от неё самой отрывают часть. - Ты не понимаешь! Вы все не понимаете! Вам не понять этого никогда! - в ответ выкрикнула Кудрявая - Послушай меня, Эс! Мы не дадим тебе умереть вот так. Тогда лучше... лучше я умру с тобой! - воскликнула Марлен и подошла к девушке взяв её за руку - Помнишь Лили рассказывала нам про влюблённую пару с того затонувшего корабля «Титаника»? Помнишь? « Если ты прыгнешь, то и я прыгну» - там так говорилось. Так вот я прыгну за тобой, во чтобы то не стало, - Марлен уже не скрывала слёз. - Мы все прыгнем, Эсмеральда! - вступил Сириус, - Никто из нас не переживёт если ты умрёшь. Эсмеральда посмотрела на Марлен, и та взяла её за руку и потащила к ребятам. Уйдя с обрыва девушка камнем упала на пол, обхватила себя руками и уставилась номом в колени. Слёз больше не осталось, но время от времени Эсмеральда всё равно всхлипывала. Глаза уже были красноватыми от слёз и голова раскалывалась. Вдруг девушку будто молнией ударило, она подскочила и уставилась на ребят очень суровым взглядом. - Почему вы возитесь со мной? - спросила Эс, а в ответ получила недоумевающие взгляды, - Почему вы так заботитесь обо мне? Я могла бы просто умереть и вам бы ничего не было! - Как ты не понимаешь? - прошептала Алиса, - ты наша лучшая подруга, ты нам словно сестра. Мы бы не выдержали твоей смерти. Это был бы конец для всего светлого, доброго и детского. - А вы? - обратилась Эсми в мародёрам, - Из всех вас единственным с кем я дружила был Римус. С тобой, Сириус, мы поссорились сразу же после знакомства, Питера я совсем не знаю, а Джеймс начал общаться со мной снова совсем не давно, и мы не так крепко дружим. Почему? Возникла неловкая пауза. Ведь ребята и правда не знали, почему они вдруг начали помогать ей. Ведь это не потому что Бродяга притащил её и у них не было выбора, нет. Все молчали в ожидании чего-то, и тут Сириус стал очень серьёзным, ( что было редкостью ) явная грусть читалась в его глазах. - Просто ты ещё не знаешь кто ты, - девушка изумлённо посмотрела на него, - Каждый из нас нашёл своё место, не разрывается между двумя мирами. А ты пытаешься угодить всем и забываешь про себя. Из-за этого ты нигде не чувствуешь себя как дома. Ты постоянно скрываешь себя настоящую, а чтобы ты стала такой надо привлечь слишком много усилий. Нет нам конечно не жалко прилагать эти усилия, но ты сама понимаешь... - продолжить ему не дал Джеймс понимавший, что Сириус сейчас уйдёт не в то русло. - Понимаешь, пусть мы с тобой и не ладили, мы не были врагами, и не возражай мы ими не были, это странно, но когда на тебя напали, будто бы напали на близкого нам человека. - Эс, за все эти годы, что мы воевали друг с другом, мы настолько близко узнали друг друга, что можем перечислить всё ваше расписание наизусть, - гордо добавил Сириус Эсмеральда улыбалась сквозь слёзы. Казалось требовались часы, чтобы всё это переосмыслить. Она всё стояла и стояла с заплаканными глазами и заложенным носом, от чего всё так же тяжело дышала. Глаза и кудри у неё приобрели обычный вид, а сама девушка начала успокаиваться. Спустя долгие минуты молчания Эсми робко прошептала: - Спасибо, вам, вы меня спасли. Лили не выдержала и обняла кудряшку и все остальные последовали её примеру. Они ещё долго так стояли. Их мысли были разные, но у всех было ощущение, что только что они потерпели тяжёлую утрату, и тут же она восполнилась. Если бы какой-нибудь врач составлял их кардиограмму на тот момент, он бы увидел дно Марианской впадины и вершину Альп близко - близко друг к другу. Наконец их объятия расцепились. И Эсми тихо спросила: - Наверное завтрак уже закончился? - было вполне ожидаемо, что она была жутко голодна. - О! Не волнуйся я взяла тебе немного еды, - сказала Алиса доставая что-то из-под мантии, но Сириус перехватил её руку - У нас с Джеймсом сейчас тренировка по квиддичу, пойдёмте туда, ты там поешь, а за одно и понаблюдаете за нашей безупречной игрой. В ответ послышался лишь смех. Все уже начали спускаться по витиеватой лестнице, как вдруг Джеймс с Сириусом задержались. - Ты ведь солгал тогда, - сказал Джеймс - Не понимаю о чём ты! - невозмутимо ответил Сириус. - Брось, Бродяга! Вряд ли ты прямо так заботишься о её месте в жизни, скорее тебя интересует место её сердца, - продолжил Джей - Тебя это не касается Сохатый! И только попробуй ей проболтаться! - сказал Бродяга и пошёл за всеми, оставив ошеломлённого Джеймса