Каирский разлом

Бывают такие дни, когда на небе ни облачка, погода ласково шепчет что-то про поездку к морю, бутерброды не падают маслом вниз, а яичница получается с "глазком" идеальной формы. Сегодня был именно такой день. Джотаро Куджо проснулся за минуту до будильника и впервые за долгое, долгое время с удовольствием потянулся в кровати, наслаждаясь мягкостью ещё тёплой постели. Все-таки отель в Морио оправдывал свое имя — "Гранд-Отель". Да уж, владельцы не особо заморачивались с названием, подумалось Куджо. Он выключил только начавший трезвонить будильник, выбрался из-под одеяла и, мурлыкая под нос что-то бессмысленное, отправился в ванную. Там он впервые за последние пару лет встретился глазами со своим отражением и не отвел взгляд в сторону. Впрочем, уже привычное чувство вины все равно неприятно кольнуло его куда-то рядом с сердцем. Джотаро Куджо не был плохим человеком. Скорее... не слишком последовательным в некоторых своих решениях. Зачастую Джотаро прекрасно понимал, что вот сейчас стоило бы проявить немного больше покладистости, гибкости или простой вежливости, но увы — ему никак не удавалось побороть собственное упрямство, так что Куджо делал ошибки, прекрасно это сознавая. А потом мучался от чувства вины, недосказанности, да от чего он только не мучался... «Мазохист» — хмыкнул как-то Польнарефф в трубку. Джотаро послал его к черту, выждал три дня, чтобы Жан-Пьер решил, что в ближайшее время ему никто звонить не собирается, набрал номер... и все. Польнарефф так и не ответил. Почему Джотаро сразу же не поднял Фонд Спидвагона? Почему просто взял и выбросил это из головы? Понадеялся, что все будет нормально, мол, Польнарефф переиграл моё переигрывание и дело с концом? Джотаро вздохнул. Потому что безнадёжный идиот, вот почему. Потому что из чистого упрямства ждал, когда Жан-Пьер ответит на звонок ещё где-то месяц. Зная, что тот собрался в одиночку бодаться с мафией ради загадочного, ценного и опасного артефакта. Джотаро слегка встряхнулся, стараясь избавиться от бессмысленных горьких размышлений. В конце концов, ещё лет восемь назад они пообещали друг другу, что если кто-то умрет, то оставшийся не будет скорбеть до скончания веков. — Не хотелось бы остаться в чужой памяти, ну, надгробной плитой, знаешь ли, — Польнарефф затянулся, не прекращая улыбаться, — я как представлю твоё мрачное лицо, так хоть воскресай. — Ты умри для начала, Лазарь, — хмыкнул Джотаро, — а вообще что это ты про моё лицо думаешь? Не можешь сдержать свои типично французские романтические наклонности? Польнарефф неожиданно серьёзно ответил: — Да нет, дело не в этом... Джотаро заржал в голос, плюнув на все приличия. Польнарефф невозмутимо продолжил: — ...ты распугаешь всех девушек, и я совершенно разочаруюсь в тебе на том свете! И ты даже об этом не узнаешь! Моя душа не упокоится в мире. Все будут несчастны. Джотаро издал хрюкающий звук. — Ну вот вечно с тобой так! Стоит мне начать говорить о чем-то серьёзном, как ты смеёшься, а стоит мне пошутить, как ты молчишь. Что ты за человек такой? — Бестолковый? — почему-то вслух предположил Джотаро, сосредоточенно пялясь в шкаф. В конце концов, он выбрал первое, что попалось под руку. Благо свой гардероб он подбирал тщательно, так что даже случайный наряд выглядел прилично. Это позволяло в случае чего спать подольше, избежать опоздания и поесть. Система зарекомендовала себя крайне надёжной, простой, и Джотаро втайне ей гордился. Он крутанулся перед зеркалом в коридоре, просто ради удовольствия лишний раз звякнуть пряжками поясов и уже приоткрыл дверь, как в номере зазвонил телефон. Джотаро с некоторой опаской поднес трубку к уху. Конечно, вряд ли кто-то снова решит взорвать у него телефон прямо под ухом, но мало ли. — Алло. Куджо Джотаро слушает. — Алекс Флатли, Фонд Спидвагона. Я куратор... «А как хорошо все начиналось.» — Каирского разлома. Я помню. Полагаю, он снова нестабилен? Флатли тяжело вздохнул. — Более чем. Такое впечатление, что он либо взорвётся, либо наоборот, окончательно исчерпает все ресурсы и погибнет. В смысле, исчезнет. Простите, оговорился. Флатли явно смутился. Впрочем, Джотаро мог его понять: со временем ты прикипаешь душой к объекту исследования, вне зависимости от того, живой он или нет. Так что Джотаро не был удивлён этой оговоркой. — Итак, мистер Флатли, вам нужна моя помощь? Мне следует собираться в Каир? К Магде, если я правильно помню неофициальное название. — Да, доктор Куджо, к Магдалене, — голос Флатли звучал так, словно у него с плеч свалилась гора, — правда, у меня к вам большая просьба: вы можете по дороге проверить одно место в Морио? Стар Платинум уже носился по номеру, аккуратно складывая вещи в саквояж. Джотаро мельком бросил взгляд на часы. — Где оно находится? Диктуйте адрес. Во сколько самолёт в Каир? — С вами приятно иметь дело, доктор Куджо, — радостно сказал Алекс, — это находится около... Через минуту Джотаро спустился вниз и сдал ключи. Через пять он уже сидел в такси, задумчиво перелистывая страницы записной книжки. «Хм. Странное у меня предчувствие... Да и к дому Джоске это близковато. Что-то здесь не так.» Такси рвануло вперёд.