Каирский разлом

Хиросе Коичи проснулся рано, сделал все, что по какой-то причине не смог вечером, позавтракал, получил поцелуй и наставления от матери, неопределённое "мгм" на прощание от сестры, и отправился в школу. По дороге он решил сделать крюк, чтобы немного подождать вечно сонного по утрам Джоске и пойти уже вдвоём. Впрочем, наверняка тот явится вместе с Окуясу — Ниджимура с какой-то чуть ли не военной пунктуальностью заходил за приятелем почти каждый день, что иногда напоминало Коичи о ком-то, кого он знал, но забыл. В этих действиях чувствовался почерк человека, которому было привычно распоряжаться как минимум своим временем, а Окуясу не всегда владел даже собственной головой. Некоторое время Коичи лениво размышлял на эту тему, а потом сосредоточился на сегодняшней контрольной. В этот раз он постарался от души, потому что иногда на Юкако всё ещё находило что-то эдакое, а Коичи совсем не хотелось с этим лишний раз бороться. Они с Юкако пришли к компромиссу, в котором она старалась эдакое контролировать, а он, в свою очередь, не провоцировать девушку лишний раз. Система работала, Коичи выправил оценки, а Юкако стала на порядок спокойнее. Даже Джоске нехотя признал, что с Ямагиши можно иметь дело. Коичи, задумавшись, уставился на подъехавшее неподалёку такси. И кому взбрело в голову ехать сюда в такую рань? Впрочем, неподалеку стоял камень Анджело, место свиданий. Может быть, какая-нибудь парочка... Нет, что за глупости, какие свидания в такое-то время? Коичи почему-то не мог выкинуть автомобиль из головы. Интуиция подсказывала, что что-то тут не так, но разум ничего особенного не находил. Хиросе рассеянно оглядел улицу и перебежал дорогу, будто бы никакие машины его не волновали. У него не было четкого плана действий, зато он мог спокойно рассмотреть подозрительный автомобиль. Хиросе снова попытался понять, отчего это его так потянуло на расследования непонятно чего и непонятно зачем, но чувство неправильности перекрыло все рациональные доводы. "Я просто иду убедиться, что моя голова шутит со мной какие-то шутки", Коичи подавил желание перейти на бег, "я просто взгляну на пассажира и номера, вот и все". Пассажир, впрочем, показался сам. Из машины не спеша выбрался высокий мужчина в белом пальто, с сумкой на плече и чрезвычайно известной в определенных кругах кепкой. По крайней мере, Коичи считал ее кепкой.

***

Немного раньше... Джотаро Куджо в очередной раз перечитал свои записи. Каирский разлом, странное место, поглощающее ультрафиолетовые лучи. У одних оно вызывало чувство необъяснимой тревоги, у других невероятный духовный подъем, у третьих беспричинную ярость, но во всех случаях было кое-что общее — все испытуемые очень сильно хотели убраться оттуда как можно дальше. Еще периодически рядом с разломом сходили с ума часы и, как ни странно, собаки. На этом моменте Джотаро невольно хмыкнул. Загадка на уровне ворон и письменных столов. Кэрролла бы в исследовательскую команду, может, хоть какая-нибудь польза от неё была. Проблема с разломом была проста. Он попал под пристальное внимание Фонда Спидвагона десять лет назад, почти сразу после памятной битвы с Дио, и с тех пор в его изучении не продвинулись ни на шаг. Все, что Джотаро и команда Алекса Флатли знали о загадочном разломе, стало ясно чуть ли не в первую неделю после обнаружения. В конце концов, неизученный феномен отдали молодому ученому, просто чтобы со спокойной душой положить на полку старые исследования и формально повысить способного парня. Верхушка Фонда, несмотря на передовые технологии, все же предпочитала видеть в качестве кураторов перспективных направлений кого-то постарше. Иными словами, начальники Фонда Спидвагона периодически превращались в консервативных старых пней и с этим оставалось только смириться. В любом случае, Флатли загорелся своим несчастным назначением и даже смог собрать более-менее приличную команду. И вот, спустя года четыре бесплодных попыток, ему улыбнулась удача. Когда Куджо только приехал в Морио, Флатли предположил, что этот японский городок и Каир могут быть в чем-то похожи. — Конечно, — с каменным лицом сказал Джотаро, — у них столько общего. Алекс принял это за чистую монету и радостно кивнул. — Да, мистер Куджо! Смотрите сами. Повышенная активность станд-юзеров... — Я знаю буквально троих, это не так много, — перебил его Джотаро. Флатли проигнорировал замечание. — ...так вот, станды, некие события проходят незамеченными большинством обывателей, в одном месте сконцентрировано большое количество, если так позволите выразиться, аномалий... — Типа станд-юзеров? — резко спросил Куджо и мысленно вздохнул. Ну вот, опять он грубит без повода. — Ну да, типа, — Флатли неловко взял в руки бумажный стаканчик с американо и рассеянно повертел его в руках. Он исподтишка бросил взгляд на Джотаро и совсем уж тихо промямлил извинения. Куджо мысленно проиграл в голове их диалог еще раз. — Подожди, почему ты два раза сказал одно и то же? В чем разница между "повышенной активностью" и "большой концентрацией аномалий"? Флатли отхлебнул кофе и уже гораздо более бодро ответил: — А, это немного разные показатели. Активность — частота использования станда, концентрация — количество юзеров на, гм, квадратный метр. Что в Египте, что в Морио и того, и другого было более чем достаточно. К тому же, остановки времени... Это невозможно с точки зрения физики. Но у вас как-то получилось. Черт, я бы полжизни отдал, чтобы там побывать и провести пару экспериментов! Измерений! Записей, на худой конец! От переполняющих его чувств Алекс залпом допил кофе и закашлялся. Джотаро неловко похлопал его по спине. — Так вот, — продолжил Алекс, слегка отдышавшись, — я уверен, что здесь будет еще один разлом. Моя команда будет его искать, я буду разбирать наши бумажные завалы. Мы кидали жребий, кто поедет в поле, ну и... Мне не повезло. — Поедет в поле? — переспросил Джотаро, — в смысле, отправится в командировку? — Угу. — Причем тут поле? — Ну, полевые работы. Типа как у археологов. Никогда не встречали такое выражение? Куджо помедлил. — Первый раз слышу. Флатли неожиданно хихикнул. Джотаро невольно нахмурился. — Ну надо же, мистер Куджо, а я думал что это только вы мне рассказываете о каких-то незнакомых причудливых вещах. Наконец-то я отплатил вам той же монетой. Куджо усилием воли заставил себя слегка расслабиться. Тут же ему в голову пришел абсолютно ни с чем не связанный вопрос, и Джотаро буквально прикусил себе язык, чтобы не получилось как всегда. Грубить такому человеку, как Алекс, второй раз за день просто не хотелось. Впрочем, Джотаро прекрасно понимал, что черта лысого он сдержится. Он мог молчать о своих чувствах, о важных секретах, в целом, он большую часть времени прикидывался пленным партизаном на допросе, но вот когда дело доходило до "задеть ближнего своего"... — Так вот, не могли бы вы тоже поискать здесь... — Ты гей? В этот момент Джотаро искренне пожелал оказаться в старом-добром прошлом, где он со спокойной душой остановил бы себе сердце и никогда, никогда больше не попадал в такие ситуации. На Алекса было просто больно смотреть. Он открывал и закрывал рот, будто выброшенная на берег рыба. Куджо прикрыл глаза, решительно встал со скамейки и закурил. Алекс остался сидеть. — Понятно, — спокойно сказал Джотаро, пялясь в закат. В принципе, ему было решительно наплевать, кто с кем спит, но общество упорно лезло в личную жизнь ко всем подряд и радостно там топталось. Неудивительно, что Флатли так, гм, огорошен. Даже испуган. — Я н-не... Куджо мельком взглянул на Флатли и снова уставился в закат. По правде говоря, он просто не знал, как вообще ему решать эту проблему. Джотаро поступил как и всегда: переложил на плечи собеседника ответственность за неловкий диалог. Флатли судорожно пытался найти слова, но у него не получалось. — Ну и ну... — вздохнул Джотаро, — мне пора уже в отель. Не люблю возвращаться по темноте. Он кивнул бледному Алексу. — Удачи. Если наткнусь на разлом или нечто подобное, сразу же позвоню. До связи. — У-угу, — сказал Флатли ему в спину. Некоторое время Джотаро чувствовал на себе его взгляд, но когда он обернулся, на скамейке уже никого не было.

***

Коичи поспешил вслед за Джотаро. Тот решительно направился вглубь небольшого лесочка, который был, впрочем, достаточно ухоженным, чтобы называться парком. Некоторое время они бродили между деревьев, пока Джотаро не остановился. — Могу я узнать, почему ты меня преследуешь, Коичи-кун? Доброе утро. Хиросе вздрогнул. В принципе, он не то чтобы собирался кого-то преследовать, он просто собирался поздороваться, но как-то... не вышло. — Д-доброе утро, Джотаро-сан! Простите! Я хотел поздороваться, но почему-то пошел за вами, я не с-специально, честно. Простите! Джотаро обернулся и подошел к подростку. Чтобы быть с ним на одном уровне, Куджо пришлось сесть на корточки. — Выслушай меня внимательно, Коичи-кун. Коичи напрягся. Если Джотаро говорит нечто подобное, значит, быть беде. В конце концов, именно таким тоном он и объясняет важные вещи. — Прямо сейчас я собираюсь найти нечто, что может быть опасно. Или не быть. В любом случае, я крайне рекомендую тебе не ходить за мной и держаться подальше от этого места. Джотаро встал и неторопливо ушел в лес. Коичи немного постоял на месте и вдруг вспомнил кое-что важное. Он быстро бросил взгляд на наручные часы и аж подпрыгнул на месте. — Черт! Черт, я же уже опаздываю! Ой, божечки мои, сегодня же тест! Коичи лихо рванул с места, и побежал как можно быстрее, перепрыгивая ветки. Вообще он знал, что на бегу нельзя разговаривать, иначе дыхание кончится быстрее, но в приступе легкой паники он никак не мог прекратить восклицать "божечки святы!". На последнем таком "божечки святы!" он споткнулся о какой-то корень и буквально вылетел из леса. Коленка неприятно саднила, форма испачкалась, но зато Коичи мог более-менее спокойно идти в школу. Коичи Хиросе никогда не был большим фанатом опасностей. Еще меньше ему нравились жуткие вещи, хоть на ужастики он иногда и ходил. Приключения ему нравились, даже очень, но... Быть героем приключения оказалось на редкость сложно, страшно, а иногда и смертельно. И вот сейчас, вставая с асфальта, Коичи думал, что за Джотаро идти не стоило. Что вот такие странные решения обязательно однажды доведут его до очередного приключения, в котором ему снова что-нибудь сломают, пробьют насквозь грудную клетку, или что-нибудь в этом духе. Решительно повернувшись в направлении школы, Коичи похвалил себя за ответственное отношение к той части своей жизни, которая никак не была связана ни с потусторонними призраками, ни с битвами на стандах. Коичи Хиросе на самом деле иногда хотел пожить очень спокойно, без каких-то потрясений и шоков. Но странное, неподавляемое чувство тревоги словно схватило его за сердце и потащило в лес. Когда Коичи наконец прибежал туда, куда вело его предчувствие, он был совершенно не удивлен увидеть там Куджо Джотаро.