Каирский разлом

The World, 21 карта Таро и по совместительству последняя, символизирует гармонию всей вселенной. Она замыкает путь, начатый картой The Fool, Дураком, человеком с пустой и оттого открытой к новому головой. И Мир, и Дурак, И Маг, и все карты равны между собой, причем в раскладе двадцать первая карта обычно сулит вещи благоприятные. Но в жизни все идет по другим правилам. Возможно, именно поэтому The World обладал способностью устраивать исключительный бардак в судьбе всех причастных. Но в этот раз бардак благополучно превратился в бал неадеквата, окончившись легендарной в своей безумной бессмысленности пиздопляской. Джотаро предполагал, что в остановленном времени он сможет преодолеть таинственное притяжение поганой лесной полянки, но все пошло вкривь и вкось. Коичи, славный, надежный парень Коичи, приобрел нездоровую прозрачность, трава и деревья словно начали таять и растекаться по полу. Окружающий мир вибрировал и рушился от одного только взгляда. Джотаро отчаянно пытался сдержать тошноту, невольно вспоминая выпускной: ощущения на следующее утро по уровню дерьмовости были примерно такие же. К счастью, через пару дней они развеялись как дурной сон, но вот сейчас на счастливое пробуждение рассчитывать не приходилось. Привычная реальность, которую Джотаро уже начинал искренне любить за ее милую предсказуемость, внезапно стала шаткой и топкой, как болото. Хуже этого было только то, что дышать становилось все труднее. Джотаро нервно втянул в себя воздух и чуть не подавился липкой жижей, по ощущениям напоминающей сгустившиеся запахи леса. В отчаянии он вцепился в стремительно исчезающего Коичи, пытаясь одновременно отменить действие проклятого тайм-стопа и не потерять парня в... чем бы эта чертовщина не была. Стоило ему схватить Хиросе за плечо, как все поплыло окончательно, перед глазами словно бы взорвали ящик с светошумовыми гранатами и фейерверками, и... Все вернулось в норму.

***

— Что вы имеете в виду, Джотаро-сан!? Вы в порядке? Таким бледным Коичи видел доктора Куджо один раз. Но тогда хоть все было понятно: потеря крови, раны от взрыва, да и в целом, ситуация была на грани жизни и смерти. Что могло произойти в остановленном времени такого, Коичи даже представить не мог. Разве что Дио, которого Хиросе знал лишь по рассказам, неожиданно явился передать привет. К счастью, Дио был мертв уже десять лет как, и Коичи выкинул эту дурь из головы. — Во-первых. Я не знаю что произошло. Во-вторых. Я в порядке. В-третьих. Мне надо немедленно связаться с Фондом Спидвагона, поэтому, пожалуйста, немного помолчи, Коичи-кун. Это очень важно. Хиросе с усилием засунул свою панику куда-то в горло, судя по тому кому, что там образовался. Джотаро с хмурым видом уставился на экран служебного мобильного и каким-то образом умудрился нахмуриться еще сильнее. — Связи нет, — ответил он на безмолвный крик Коичи, — уходим отсюда. Ты первый. — Но я же не могу! Мужчина окинул его взглядом и Коичи показалось, что за шиворот ему кинули не кусок, нет, целое гребаное ведро льда. Ноги сами понесли его на выход из леса. В паре метров за ним следовал Джотаро. Коичи мельком взглянул на наручные часы и горько вздохнул: урок начался пять минут назад. Даже если он сейчас побежит, путь до школы займет еще пять минут, а значит в класс его не пустят. И это именно в день контрольной! Хиросе мысленно приказал себе не разнюниваться, но в голове звучало одно и тоже: "ну как же так", "ты просто должен был подумать", "если бы не ты, этого ничего бы не случилось". Коичи попытался объяснить сам себе, что вообще-то он тут как минимум на треть не причем, но внутренний голос благополучно послал его к черту и продолжил нудить. — Стоп. Ничего не кажется тебе странным, Коичи-кун? Коичи напряженно попытался увидеть что-нибудь странное. В конце концов, если Джотаро-сан спросил, значит он уже что-то увид.. — Я не местный, поэтому не могу сказать точно, Коичи-кун. Поэтому спрашиваю тебя. Ах, так вот оно что. — Да вроде бы... Все в порядке? — сказал Коичи и в ту же секунду понял, что это неправда. В целом, улица не изменилась, разве что дорога стала чуть менее пыльной, да воздух словно бы посвежел, но это со спокойной душой можно было списать на обострившееся после непонятного произошедшего восприятие. Коичи давно подметил, что после особо стрессовых ситуаций мир кажется немного почище и вполне логично заключил, что организм на всякий случай после неприятностей ещё некоторое время остаётся начеку, заодно немного улучшая скорость реакции и ускоряя мысли. Коичи не признавался себе в том, что в глубине души после встряски он чувствовал себя гораздо живее, чем в спокойной, как сонная муха, обычной жизни. В конце концов, до обретения станда самой опасной ситуацией было столкновение с хулиганами, да проклятый урок английского, и в этих ситуациях риск абсолютно не казался делом благородным. — Коичи-кун? — Джотаро-сан, мне кажется что что-то не так, но я не могу понять что. Все такое же, как и было, просто... Просто... Я не знаю как объяснить, простите. — Как будто бы мы не вернулись в Морио. Да и здесь явно чище, чем было. Творится что-то неладное. Держись рядом, Коичи-кун. Да, понял Коичи, так оно и было. Морио имел свою непередаваемую атмосферу барахолки: никогда не знаешь, что найдешь на ней сегодня, может, растянутый свитер, а может антикварный сервиз по дешевке. Морио не забывал о своих маленьких чудесах и превращал их в местные достопримечательности и городские легенды. — Связи нет. — Может, телефон сломался? — предположил Хиросе. Джотаро внимательно посмотрел сначала на экран мобильного, потом перевел взгляд на Коичи. — Нет. — О... — Сейчас мы пойдем к твоей школе. Не нравится мне это все. "Блин, так английский не отменяется, вот же ж че- божечки!" Коичи старался не ругаться лишний раз. Даже мысленно. Никогда не знаешь, когда какой-нибудь сумасшедший решит залезть к тебе в память ради своих мутных идей.

***

Джотаро шел рядом с пытавшимся завести светскую беседу пацаном и думал. Он думал, что, во-первых, разговоры нихрена не помогают отвлечься, во-вторых, что семья его где-то далеко и в-третьих, что у него есть все шансы её никогда не увидеть. Что Джолин наверняка его забудет, что они вряд ли будут тайком от матери смотреть ужастики на ночь, и что однажды кто-нибудь абсолютно точно явится по их души, ибо люди рядом с ним имеют неприятную тенденцию попадать в неприятности весьма смертельно опасного характера. Нет, все это лишь пустые тревоги. Нет, ни черта не пустые, сказал себе Джотаро, Морио не был таким чужим никогда, даже когда я только-только к нему подъезжал. Опасным, жутким, странным, веселым, но не чужим. Я словно на полностью незнакомой территории. И меня что-то напрягает. Что-то очень хорошо мне знакомое. Что? Пачка сигарет. Она тоже была одновременно знакомой и нет. Сколько лет такие не производят? Два? Три? Пять? Десять? Это была не ловушка, это было гребаное предупреждение "не лезь сюда, идиот несчастный, убьет." И что я сделал? Правильно. Расхлёбывай теперь последствия своего идиотизма. Джотаро искренне обрадовался зданию школы. Думать ему не особо хотелось, а прекратить не получалось. Зато теперь можно было отвлечься на действия, например, задать пару вопросов какому-нибудь родителю, отводящему своё чадо в этот дом скорби. К сожалению, никаких родителей поблизости не наблюдалось. Джотаро проследовал за явно приунывшим Коичи в холл. Школьные часы показывали 8:17. Джотаро посмотрел на свои наручные. 8:18. Ничего особенного. Коичи успел доскакать почти до конца школьного коридора, когда Джотаро окликнул его. Хиросе не мог знать, что в данный момент Джотаро медленно, но верно начинал паниковать. Он неотрывно пялился на календарь, вспоминая все известные ему молитвы. Проклятые цифры не желали меняться, хоть ты тресни. Джотаро хорошо знал эту дату, потому что каждый год в этот день он шел навещать своих товарищей. Павших товарищей. 28 ноября, 1988 год. В этот день выяснилось, что Холли Куджо грозит смерть. Просто потому что где-то в богом проклятом Каире столетний вампир... просто был. И когда запыхавшийся Коичи начал задавать свои вопросы, Джотаро уже знал, чем они сегодня собираются заняться. Тем же, чем и всегда. Попробуют спасти мир.