Призыв

      Стоило самолету подняться в воздух, как Крис забылся сном. Молодая симпатичная стюардесса, узнавшая знаменитого актёра, то и дело предлагала Локи напитки, лишь бы оказаться поближе к голливудской звезде, бросала на спящего Криса жадные взгляды.       Мага это отчего-то раздражало; когда она в очередной раз подошла к нему, Лофт вежливо попросил одеяло, чтобы укрыть Хемсворта, а когда стюардесса, на бейджике которой было написано «Мэри», подала одеяло, маг как бы невзначай коснулся её пальцев и мысленно задал установку больше их не беспокоить, добавляя вслух незнакомое Мэри заклинание.       — Что, простите? — девушка отвела от Криса взгляд, глаза её перестали выражать маниакальную одержимость знаменитой персоной.       — Ничего, — самодовольно отозвался Локи. — Спасибо за одеяло.       Она улыбнулась в ответ и тут же скрылась с глаз, а Лофт довольно хмыкнул и, повернувшись, осторожно укрыл Криса мягким одеялом. Задерживая взгляд на мягких светлых локонах, маг не к месту вспомнил, как актёр прикасался к его собственным волосам — с нежностью и трепетом.       Бесконтрольная мечтательная улыбка сошла с тонких губ: Крис вздрогнул и схватился за подлокотник кресла, при этом спокойное лицо спящего вдруг окрасилось мертвенной бледностью. Не имея ни малейшего понятия о том, что происходит с Хемсвортом, Локи инстинктивно накрыл его руку своей ладонью, но в ту же секунду отдернул, словно обжегся.       Маг схватил человека за плечи, сильно встряхнул, своим импульсивным жестом выражая нетерпение и накатывающее беспокойство. На долю секунды Локи обмер, ему показалось, что Хемсворт не очнётся, не откроет глаза. Он не успел осознать собственной паники, как светлые ресницы дрогнули...       Резко размыкая веки, Крис вырывается из грязной трясины, видит Локи, его безумно взволнованные зелёные глаза, шумно сглатывает, ощущая, как бешено бьётся сердце и коротко выдыхает. На вопросительный взгляд ему нечего ответить, сон поразил актёра своей реалистичностью.       — Что это было? — едва слышно произносит Локи, лучше укутывая Криса одеялом. — Что тебя так напугало? Просто кошмар?       — На тебе это никак не отразится, — отстранённо отвечает Крис, сам он ещё потрясён и пытается это скрыть, снова отворачивается к окну, едва превозмогая страхи, и расслабляет похолодевшие пальцы.       — Я задал вопрос, — с нажимом говорит бог обмана, но не хватает за плечи, не пытается заглянуть актёру в глаза, а накрывает ладонью руку Хемсворта, и Крису кажется, что она куда теплее по сравнению с его собственной.       — Кошмар, — бесцветно произносит Хемсворт, не пытаясь освободится от прикосновения — это единственное, что кажется настоящим в данную минуту. — Спасибо.       — За что? — Локи скорее прошептал, чем сказал. Крис повернулся к нему, чувствуя себя обязанным сказать это вслух. Ему только кажется или в глазах мага — растерянность?       — Меня убили во сне, — произносит Хемсворт, опасаясь собственных слов, и чувствует, как вздрагивает ладонь мага. — Можно считать, что ты спас меня. Вот за это и спасибо.       Крис улыбается, сам не зная почему, а Локи больше ничего не спрашивает, обдумывая информацию, которую донёс до него смертный. Так в молчании они провели остаток полёта. В сон Хемсворта больше не клонило, а Локи, к удивлению актёра, так и не отнял руки от его ладони. ***       Через пару дней после возвращения сон забылся, а жизнь, кажется, вошла в привычное спокойное русло. О том, что произошло той ночью, Крис старался не думать, ибо никаких разумных объяснений собственному поведению, как и поступку Локи, он не находил.       Актёр не отличался злопамятностью, да и злиться на то, что маг просто преследует свою выгоду, не имело смысла. Каждый из них получает что-то и что-то берёт взамен.       Всю неделю до отъезда актёра Локи охотно шёл на контакт. За завтраками маг ограничивался чашкой кофе и тостами, порой придирчиво разламывал песочное печенье, будто что-то ища внутри, съедал пару отколовшихся кусочков и выглядел вполне удовлетворённым утренней трапезой. Временами они смотрели телевизор в гостиной, но, как казалось Хемсворту, маг смотрит сквозь экран, о чём-то размышляя.       В очередной раз щёлкая по каналам, Хемсворт искал что-то интересное, может, музыкальный канал или спорт? Вечером совершенно нечего было посмотреть. В конце концов, он почему-то остановился на новостях и на пару минут завис как компьютер, перегруженный излишней информацией.       В новостном блоке объявили о происшествии в Сиднее. Из местного зоопарка каким-то совершенно странным образом сбежали дикие животные, которые впоследствии напали на городских жителей. Тридцать пострадавших, пять человек в реанимации с серьёзными травмами.       — Ничего себе! — с искренним удивлением воскликнул Крис, прослушав сообщение ведущей новостей. Локи в ответ удостоил его скептическим взглядом. Порой казалось, ему искренне наплевать на жизни людей, пусть так. Но Крису-то не всё равно. — Это странно, ты не находишь?       — Желание людей закрывать животных в клетки можно назвать странным, — возвестил Локи, сидя рядом, облокотившись на спинку дивана: его длинные ноги, затянутые в узкие брюки, были чуть раздвинуты. — К тому же телевидение имеет пристрастие искажать факты и слишком драматизировать на пустом месте. Делать шоу для обывателей — обычное для них дело.       — Ты думаешь, что волки или львы умеют открывать клетки? — не унимался Хемсворт, отчего-то взволнованный этой ситуацией.       — Значит, это диверсия, Крис. Произведённая с какой-то целью, — всё так же спокойно предложил собеседник, одним быстрым движением выхватил у смертного дистанционку и продолжил шлёпать по каналам, как это до того делал человек.       — Верни, я хочу досмотреть! — по-детски возмутился Хемсворт и потянулся к Локи, делая попытку выхватить у того пульт. — Вдруг там ещё что-то покажут.       Локи отдёрнул руку, не позволяя руководить, но Крис не отступил, ухватив Лофта за руку, а другой — пытаясь уцепиться за пульт.       Локи шипел змеем и дергался, мешая Крису добиться своего. Шутливый поединок за право смотреть или не смотреть новости обернулся для Хемсворта неловкой ситуацией. Порываясь выхватить предмет, о котором шёл горячий спор, он случайно угодил Локи в объятья, а когда понял, что произошло, и повернулся посмотреть на реакцию мага, задел прохладные тонкие губы своими.       — Прости, я не специально, — поспешил извиниться Крис и тут же прекратил глупый поединок, отстраняясь от Локи. Тот внимательно следил за Хемсвортом, ожидая каких-то повторных попыток вернуться к проблеме обладания пультом от телевизора, но их так и не последовало. — Просто хотел узнать, это единственный случай нападения или были ещё.       — Зачем тебе? — поинтересовался Локи, оставляя без должного внимания причину капитуляции актёра.       — Вдруг это какая-то глобальная проблема, – пожал плечами Хемсворт, приводя хоть сколько-то разумный довод. Локи сдвинул чёрные брови, хмурясь, артистично коснулся кончиков собственных волос. — Может, наш мир в преддверии апокалипсиса, откуда мне знать?       Крис насупился, уставившись в телевизор: они остановились на кулинарном канале, и Хемсворт уже ожидал, что Локи поднимет его на смех, но этого так и не произошло.       Актёр дернулся, вжимаясь в спинку дивана, когда на его ладонь легла прохладная рука.       — Мне нужна твоя помощь, — оповестил Лофт таким тоном, что стало ясно — возражения всё равно не принимаются. Крис опасливо повернул голову, взглянув на мага, а тот продолжил. — Я должен узнать, что стало с Асгардом.       — Зачем тебе это? — у Хемсворта пересохло во рту. — Зачем ворошить прошлое, в котором одна лишь боль?       Локи знал — Крис может подозревать, через что прошёл маг в свой божественной бытности. Едва ли он знает всё, скорее, до него если и доходят, то лишь короткие обрывки воспоминаний и размышлений. Связь между ними становится все крепче против воли самого Локи — это неоспоримо.       — Я должен знать, что стало с другими богами.       — Что от меня требуется? — с готовностью помочь отозвался Хемсворт, когда Локи убрал руку.       Лофт поднялся с дивана, отключил телевизор, окинул взглядом гостиную и движением руки поманил человека за собой. Устроившись на ковре возле потрескивающего камина со скрещенными в подобии позы «лотоса» ногами, он указал Крису на ковер, без слов предлагая присесть напротив.       Хемсворт так и поступил: уселся напротив бога, дублируя его позу и ожидая дальнейших указаний. Создавалось впечатление, что они сейчас возьмут спиритическую доску (имеющуюся на чердаке у каждого) и будут призывать духов, чтобы поговорить с ними о прошлом.       — Нет, — ухмыльнулся Лофт, давая понять, что ход человеческой мысли ему ясен. – Ничего подобного не потребуется.       — Ты меня успокоил, — в тон ему хмыкнул Хемсворт и глубоко вздохнул. — Мы возьмемся за руки и будем произносить заклинания?       — Я не уверен, что увижу там, — не обращая внимания на слова Криса, начал объяснять Локи, стараясь подобрать подходящее описание. — Чтобы вернуться, мне нужно будет знать, куда возвращаться. Твои печати гарантируют мне возвращение обратно, но не прикасайся ко мне, что бы не случилось с моим телом, иначе я собьюсь с пути.       — Это так рискованно? А что мне делать тогда? А что, если ты не вернешься? И каким же образом эти печати вернут тебя обратно?       — Прекрати тараторить, — зашипел Лофт, теряя терпение. — Печати — это связь между нами, мои силы акцентируют внимание на этих знаках, в том состоянии, в каком я проникну в Асгард, я буду чувствовать эти знаки.       — Астральная проекция?       — Ты не перестаёшь меня удивлять, – скепсис в голосе мага откровенно раздражал. — Не припомню, чтобы ты читал об этом.       — А я и не читал, само собой как-то всплыло, — Крис понятия не имел, из каких глубин подсознания это могло «всплыть», но, кажется, Локи уже начал догадываться, откуда такие познания. — Есть мнение, что информация прошедших столетий содержится в подсознании каждого человека, только проникнуть в эти «пласты памяти» невозможно.       — Как раз возможно, — Локи усмехнулся и положил руки на колени. — Именно это я сделал, когда «сканировал» твою память в самый первый раз в поиске информации о последних тысячелетиях. Возможно, это не прошло даром для тебя, и информация из этих «пластов» проходит в твоё личное пользование.       — Даже думать об этом не хочу, — помотав головой, отозвался Крис и, глубоко вздохнув, добавил. — А как я узнаю, что в это тело вернешься ты, а не душа другого существа?       — Не «душа», Крис! — ревностно поправил Лофт. — Сознание!       — Ну, ты понял, о чём я, — отмахнулся актёр, не обращая внимания на оговорку.       — Ты поймёшь, почувствуешь.       — Прекрасно! — всплеснул руками Хемсворт и быстро поднялся на ноги. — И что мне делать тогда?       Он прошёлся из стороны в сторону, приблизился к окну. На улице темно — что-то внутри сжимается. Страх? Последнее, чего хотел Хемсворт — потерять Локи в забытом потустороннем мире. При этом не имея возможности помочь оттуда вернуться.       — Сядь рядом, — позвал Локи, но человек не шелохнулся, чтобы выполнить полноценный приказ. — Крис, вернись. Ничего подобного произойти не должно.       — Ты в этом не уверен? — Хемсворт повернулся: Локи так и сидел на ковре, скрестив ноги и держа ладони на коленях, но выглядел напряжённым. — Ты сам не знаешь, что может произойти. Я не смогу разбудить тебя, я не смогу помочь! И что, я, по-твоему, должен спокойно наблюдать, как ты исчезаешь у меня на глазах, неизвестно, вернешься ли? Ты не знаешь возможностей своего тела, ты ведь на Земле, и ты уже не тот бог, каким был раньше.       Локи признавал правоту Криса; в его словах была прочная основа. Перечисленные факты имели место. К собственному удивлению, Локи позволял смертному повышать на него голос, пожалуй, ситуация оправдывала поведение актёра, как и его волнение.       — Ты прав, — кивнул маг с чувством собственного достоинства. — Многое изменилось, и я в том числе. Но, так или иначе, я должен увидеть Асгард, мне нужна информация. Твоё дело просто наблюдать, это всё. И…       — Не трогать тебя, — нервно жестикулируя, опередил человек. — Я всё помню.       Чувство тревоги не оставляло, но ничего не оставалось, только подчиняться. Блондин уселся рядом, ловя внимательный взгляд Локи на себе. Глубоко вдохнув, маг медленно, томно прикрыл веки. Хемсворт понятия не имел, как будет реагировать на отсутствие Локи его тело: быть может, замедлится пульс? Неопределённость убивала.       Актёр рассматривал лицо бога. Бесстрастное изваяние белого мрамора: ни одна мышца не дрогнула за последние несколько минут. Сложно понять, здесь ли он? Черные, завивающиеся на концах локоны сливались с цветом рубашки, мерцали призрачно-лунным серебром в свете камина. Пожалуй, сейчас Крис имел полное право «пялиться» самым наглым образом на отстранённого, «летающего» по другим мирам бога.       Скользнув взглядом по застёгнутой рубашке, Крис подумал о том, что по комплекции Локи похож на него самого. Наткнувшись взглядом на пояс брюк, человек уверенно уставился в область паха, туда, где от не совсем удобной позиции ног мага натянулась ткань.       В том, что Локи обладал вполне стандартным размером, Хемсворт уже успел убедиться, даже попробовать на вкус. Пожалуй, размеры гениталий у них были одинаковые, и это отчего-то странным образом радовало актёра.       В гостиной было тихо, если не считать мерно потрескивающего в топке огня, сбоку горел торшер, тускло освещая мягкую мебель, и журнальный столик, на котором одиноко лежала многострадальная дистанционка.       Словно цепкие холодные пальцы бога обмана, в голову лезли неуместные мысли. В Майами Локи без труда завалил Криса на постель, ломая всякое сопротивление. Для того, чтобы довести игру до логического завершения?       Буквально заставил кончить, хотя если уж на чистоту назвать то действо «ласками» — значит нагло соврать. Крису было не настолько приятно, куда больше подошло бы слово «удовлетворительно». Скорее всего, Локи не стремился доставить удовольствие, лишь поставить «мокрую» точку — показать себя хозяином положения.       «Тогда почему просто не поимел? Ведь мог же? Нагнал бы страху на человеческое отродье», — округлив глаза, Крис готов был ударить себя по лбу. Что за мысли лезут в его голову? Приложив усилие, Хемсворт оторвался от рассматривания скрытых тканью гениталий бога; всё равно ничего толком не видно.       Чёрные ресницы дрогнули, но глаза Локи так и не открыл. Крис настороженно наблюдал за магом: вроде всё так же сидит, ничего не изменилось, но уже через миг по телу Лофта прошла крупная дрожь. Не размыкая век, он дернулся назад, прикладываясь головой о покрытый ковром пол, тело его свело очередным приступом судороги, он резко, казалось, с хрустом, повернулся на бок и замер.       — Локи? ***       Губы довольно растянулись в надменной улыбке. Локи сидел прямо на руинах древнего капища — прежде именовавшегося золотым городом. Асгард — центр всех девяти миров. Сколько сильных богов он породил, сколько из них вели Локи в «Долины Боли»? Маг вдохнул полной грудью, осмотревшись по сторонам, и поднялся с покрытой обломками земли. Опустевший и разрушенный город беспорядочно порос цветами и деревьями.       Оглядевшись еще раз, сын Лафея не смог отыскать взглядом башни чертога Одина; солнце не отражало от них золотых лучей. С этой позиции сложно было понять в какой части Асгарда Локи оказался. Под его ногами что-то хрустнуло, и ему пришлось опустить глаза. Только теперь он заметил, что стоит на обломках монолитной плиты, поросшей мхом и окаймлённой мелкими синими цветами.       Лицезреть крах Асгарда — приятно. Но этого мало. Локи решил, что стоит осмотреться и медленно пошел вперёд, оглядывая руины когда-то величественного царства. Ничего особенного не попадалось изучающему взгляду: каменные обломки, кое-где из земли торчали рукояти мечей, инкрустированные драгоценными камнями, штыки и копья, обвитые зелёными вьюнами. Сам город, постройки, дома жителей словно ушли под землю.       Наконец Лофт заметил тусклый блеск вдали, и усилием мысли переместился туда, откуда исходило свечение. Оказавшись на пустующем берегу океана, маг снова осмотрелся — никого. Под ногами хрустел песок, едва ощутимый тёплый ветер колыхал тёмные волосы. Локи определённо знал это место, только чего-то здесь не хватало. Бескрайняя гладь воды переливалась лазурью, маг повернулся вправо, замечая одно-единственное возвышение, поросшее высокой травой, и переместился туда.       С этой позиции взгляд снова охватывал всю гладь океана, далёкие тёмные созвездия на чудном небе — такое в Мидгарде никогда не увидишь. Шелест травы, тонкая осока касается пальцев, маг медленно опускает глаза.       Догадка поражает Локи — он стоит прямо у врат золотого города, только нет золотых створок и высоких арок, украшенных лепниной. Как нет и радужного моста, тянущегося к сфере-порталу. Он сам обычно появлялся именно там, затем миновал путь по радужному мосту и входил в город через открытые врата. Отсутствие моста привело Лофта в смятение; глупо, но он не мог понять, куда можно было деть такую махину внушительных размеров.       Солнце нещадно палило, особенно хорошо освещая гладь океана. Вот тут-то маг заметил странный блеск — вода искрилась повсюду. Словно на дне яркими бликами переливались драгоценные камни.       Нет, это не камни — осознал обманщик. Это обломки радужного моста рассеялись по океану, размылись с ходом времени. Странное открытие, почти пугающее. Мировой змей принёс Асгарду погибель, позволил Локи вырваться из сковывающих цепей. Но что было потом? Локи помнил лишь тьму и боль.       В том, что все асы мертвы, убедиться сложно, хотя тела могли просто истлеть. А если кто-то выжил бы, то уж точно не довёл город до такого запустения. Но тогда почему представители других планет не заняли Асгард? Вопросов много, а вот ответов нет. Во всяком случае, разумных.       Локи решил вернуться; больше смотреть здесь не на что. Глубоко вдохнув казавшийся раскалённым воздух, маг закрыл глаза, внутренним взором выхватывая из мирового потока знаки, начертанные на груди человека, и так же медленно открыл глаза. Открыв рот в немом изумлении, Локи шумно сглотнул — он всё ещё был в Асгарде, среди обломков.       — Какого чёрта? — перенимая манеру Хемсворта, спросил он у пустоты, но ответа не последовало. — Чёрт!       Срочно нужно что-то предпринять. Но что? Он не смог вернуться, хотя всё сделал, как должно быть. Имея природную магическую силу, он может перемещаться, не используя заклинания. И тут же растерянно шепчет одно из тех, что возвращает странствующий разум обратно в тело. Ничего так и не происходит, и странное чувство, похожее на панику, заполняет сознание. Принимая решение вернуться на то место, в котором он оказался первоначально, Локи тут же оказывается у того самого камня, поросшего цветами, снова шепчет заклинание и не может поверить, что оно не действует.       — Крис! Крис! — отчаянно кричит Локи, слушая отзвук эхо. — Какого чёрта!? Откуда ему было знать?       Маг пинает камень, но не чувствует боли. Неужели Хемсворт — действительно «сосуд», который вполне мог избавиться от Локи таким образом? Забросить его подальше, а самому воцариться в Мидгарде?       — Нет, это чушь! — сам себя обрывает ётун. — Это бред!       Но он не уверен, что Крис до сих пор сидит в гостиной ровно, спокойно и ждёт. Может, он уже прикасался к его телу? Может, специально сбил дорогу домой? Локи не обращает внимания, что думает о Мидгарде, словно о своём доме — хотя так оно и есть. Осознание того, что Локи попал в ловушку, сжимает его холодное сердце, заставляет нервничать, эта мысль туманит разум. Его ловко обманули.       — Нет! — Локи дрожит от злости и признаётся себе. — Он так не поступил бы! Только не он!       Резкая боль раздирает грудь, маг падает на колени; последнее, что видит — яркий синий свет…       Произносимые нараспев слова, отчаянные, кричащие, заставляют Локи открыть глаза. Он лежит на полу, объятый туманно-зелёным светом; резкий запах крови, на полу — окровавленный нож, красные капли возле чьих-то ног…       — Крис? — хрипло произносит маг и, не чувствуя даже банальной усталости, вскакивает на ноги.       Теперь он видит Хемсворта, стоящего в круге, и тот замолкает, выдыхает, гнетуще молчит, губы его дрожат, а грудь изрезана в кровь, изобличая символы Локи. Сын Лафея кидается к смертному, едва успевая подхватить его, прежде чем тот рухнет на пол, старается держать осторожней, чтоб не прикасаться к ранам — кажется, Хемсворт потерял все силы.       — Что ты сделал? Крис, что ты сделал? — шепчет Локи, заставляя актёра прижаться к нему и положить голову на его плечо. Маг аккуратно подводит Хемсворта к дивану, усаживая на него. — Ты вырезал знаки на своём теле? Зачем?       — Я действовал так, как мне подсказывало сердце, — тихо ответил Крис, стараясь не выдать жгучей боли, что появлялась от каждого движения. Цель оправдывала средства. Локи вернулся, и это успокаивало если не боль, то его душу или сознание? Всё равно, главное — Локи.       Отчасти Лофт догадался, что Крис использовал тот обряд призыва, которым пользовался в первый раз: и как только памяти на это хватило?       — Адреналин, — коротко пояснил Хемсворт и закрыл глаза. И ни слова укора, столь знаменитого у людей, вроде: «Я же тебе говорил!».       Локи уверенно плетёт заклинания, скользя пальцами от одного кровавого символа на коже Криса к другому. Когда маг закончил, то понял, что только сейчас окончательно «пришёл в себя»: кровавые метки на груди затянулись, но остались едва видные шрамы. От них Локи обычно использует мазь, на её приготовление требовалось время и ингредиенты. Но это подождёт до завтра, главное, крови больше нет.       — Что произошло? — осторожно спросил Локи, касаясь светлых волос. — Как ты понял, что я не могу вернуться?       — Ты упал на пол, глаза не открывал, — коротко объяснял Хемсворт, словно ему было больно даже говорить об этом, а Локи продолжал поглаживать его волосы невесомо и приятно, и тут Крис не выдержал, рассказывая всё как есть. — Если до того я думал, что ты дышишь, то когда ты… ты не дышал, я был в этом уверен, не знаю почему. «Нельзя трогать»? И единственное, что я мог, это повторить опыт с вызовом. Я читал заклинание на память, долго, но ты не возвращался — я понял, что ты не вернешься, не знаешь куда. Тогда-то и появилась догадка, что тебе нужно видеть, куда возвращаться… Только тогда вспомнил. Не уверен, что символы верные, но я чертил то, что «чувствовал», а затем снова читал заклинание. Твоё имя…       Крис затих: Локи показалось, что он потерял сознание, но через пару минут молчания актёр открыл глаза и сказал:       — Я назвал твоё имя, и вмиг забыл это заклинание, что произносил речитативом десяток раз. Просто звал тебя. Я так хотел, чтобы ты услышал меня.       — Ты всё правильно сделал. А теперь тебе надо отдохнуть.       — Поцелуй меня, — произнёс Крис, смотря на склонившегося над ним Локи; в глазах мага читалось недоумение — пожалуй, отважный смертный заслуживал награды, пусть даже такой странной.       Локи нежно коснулся ладонью гладко выбритой щеки и нагнулся к плотно сомкнутым губам. Целуя осторожно и трепетно, маг беспокойно вдохнул, и, чуть приподнявшись, тихо шепнул:       — Открой рот.       Крис подчинился, впуская влажный язык. Локи снова облизывал его. Так приятно и странно, хотелось прижать мага к себе, но сил не было. Ещё сильнее Крису хотелось только одного — чтобы Локи придавил его к дивану своим телом. Потонув в поцелуе, Крис провалился в сон. ***       Утро выдалось пасмурным и туманным — не редкость для Лондона. В гостиной было тихо и тепло, с кухни пахло жареным мясом, а из холла слышалось странное копошение.       Крис открыл глаза: всю ночь он спал на диване, накрытый одеялом. К дивану плотно придвинуто кресло — словно кто-то всю ночь сидел рядом. Припомнив события вчерашнего вечера, Крис встрепенулся, хотел позвать Локи, просто для того, чтобы услышать его голос, убедиться, что он здесь, в этой реальности. Не успев окликнуть мага, Хемсворт услышал его осторожный голос в холле. Кажется, Лофт говорил с кем-то по телефону, при этом ровным тоном рассказывал, что актёр приболел и на пробах появится позднее, чем его ожидали.       Приложив усилие, Крис уселся на диване, ещё чувствуя некоторую слабость; в гостиную тихо прошла молодая брюнетка Салли, одна из штата прислуги. По её появлению Крис догадался, что сегодня «календарный день уборки».       — О! Мистер Хемсворт! Я вас не потревожила? — смутилась она, заметив сидящего на диване актёра.       — Нет, — добродушно отмахнулся Крис. — Я уже проснулся, а…       — Я здесь, — коротко возвестил проходящий в гостиную Локи, одним взглядом давая служанке понять, что ей лучше заняться делом и девушка тут же скрылась на лестнице, ведущей на второй этаж. — Как ты себя чувствуешь? Слабость есть?       Крис кивнул и почему-то улыбнулся.       — Я не был при смерти, насколько помню, — всё-таки с иронией заметил Хемсворт, но Лофт его шутку не оценил, лишь смерил Криса ледяным взглядом.       — Снова этот взгляд, — не успев подумать, актер сказал это вслух. Возможно, стоило промолчать, но Крис не хотел. — Пока я спал, я успел чем-то перед тобой провиниться?       — О чём ты? — Локи подошёл ближе и сел рядом прямо на одеяло, коротко осматривая часть груди человека, которая не была прикрыта.       — Испуг делает тебя похожим на человека, — Крис заметил, что собеседник намерен возразить, но он сам его прерывает, продолжая. — Вчера ты смотрел на меня иначе, чем сегодня. Ты же вернулся, всё закончилось, чего ты тогда испугался? Моя смерть, как мы уже выяснили, не вызовет глобальных проблем.       — Заткнись, — срывается на шепот Локи, и Хемсворт готов поклясться, что видит румянец на бледных щеках.       — А что я такого сказал? — не унимается актёр. — Неужели чтобы удостоиться «человеческого взгляда», я должен каждый раз испытывать боль?       — Зачем тебе это? — вздрогнув, Лофт схватил Криса за руку, но не причинил боли стальной хваткой. Казалось, он просто хотел почувствовать тепло чужого тела под своими холодными пальцами.       — Так я могу врать самому себе, что имею хоть какое-то значение для тебя. Что я тебе нужен, неважно зачем, просто нужен, и всё.       Локи не ответил, во всяком случае, словами. Он обнял Криса за спину, прижимаясь к обнажённой груди пряча лицо в тёплых после сна волосах, вызвав у человека удивление, смешанное с тихим и осторожным восторгом. Хемсворт готов сидеть так ещё долго, но сын Лафея отпускает его и смотрит в глаза, но взгляд его неожиданно тёплый. И Крис верит — неважно, лжёт маг или нет.       Первым заговаривает Хемсворт: он просит Локи рассказать, что произошло в Асгарде, и тот охотно поведал о случившемся, не утаив ничего из увиденного. Рассказ не долгий, но весьма красочный производит на человека сильное впечатление. Когда Локи замолкает, Крис говорит:       — Тогда в самолёте я видел «дурной» сон.       — Ты говорил, — кивает Локи.       И Крис рассказывает о том, что видел в гнетущем сновидении. Локи слушает внимательно, а когда повествование заканчивается, резко поднимается и уходит вверх по лестнице, где скрылась не так давно служанка. На такую странную перемену Хемсворт не обижается, может, маг что-то вспомнил? Что-то важное?       Последующие дни Локи ведёт себя по-настоящему странно: молчит, напряжённо размышляя о чём-то, хмурит брови и не отвечает на вопросы человека, что бы тот не спросил. Уединяется в своей спальне с доставленными ингредиентами, и Хемсворт опасается предполагать, что маг там делает.       А тем же вечером Лофт заявляется в спальню актёра; к тому моменту Крис уже лёг спать, но ещё не успел заснуть. Он — скользящий в темноте фантом, словно и не соприкасающийся с полом, но актёр резко открывает глаза, когда чувствует, как прогнулась постель рядом с ним.       — Локи? — выдыхает актёр, и одно лишь его имя успокаивает натянувшиеся в один момент нервы. Тот не отвечает, лишь едва качает головой, подтверждая догадку, аккуратно тянет одеяло вниз. — Что ты…       Хемсворт обрывает собственную речь, приподнимается на локтях, но Локи едва слышно шелестит: «Лежи», и актёр подчиняется, расслабляется на мягком ложе. По какой-то неведомой причине закрывает глаза и чувствует, как скользят по груди холодные пальцы, оглаживая кожу травянистой субстанцией.       А на следующее утро Локи сухо сообщает о том, что Хемсворту пора браться за новую роль: вещи упакованы, билеты куплены.       — Вылет через три часа, — говорил Локи после того, как они вместе с Крисом позавтракали в полной тишине.       Хемсворт не спрашивает, почему его наглым образом выпроваживают — на это определённо есть причины, в которые его всё равно не посветят. Препираться лишний раз — прямой путь к пустой ссоре. А ссоры хотелось бы избежать любыми усилиями.       После завтрака Локи поспешно удаляется в свою любимую библиотеку, а Крис принимает душ и пару часов бесцельно мотается по дому, так и не решившись заглянуть к магу. Едва ли он спустится, чтобы проводить его. Да и к чему бы такие «нежности»?       Надев чёрные джинсы, белую футболку, чёрную кожаную куртку и коричневые туфли, Крис стоит в холле, смотрит в зеркало, нервно затягивает волосы резинкой и понимает, что панически боится выйти за порог.       Оттягивает этот момент как можно дольше: бросает взгляд на наручные часы - времени совсем мало, пора ехать в аэропорт, вот-вот приедет такси. Крис боится одного — момента, когда он в следующий раз вернётся домой, и его снова встретят ледяные стены и отстранённый, совершенно равнодушный взгляд зелёных глаз.       Крис поворачивает, выжидающе смотря на полукруглую арку, ведущую в гостиную. Сердце вдруг замирает, когда появляется Локи. Он медленно подходит к человеку, словно с неохотой, останавливается на расстоянии вытянутой руки, сохраняя дистанцию, предвзято осматривает нелепую причёску.       Крис не выдерживает напряжения и тишины, в два шага сокращает расстояние между ними, и, одной рукой ухватив Локи за талию, настойчиво прикасается к губам. Большего маг ему не позволяет, на объятья не отвечает. На миг актёру кажется, что Локи противно, но один мимолётный миг меняет всё.       Локи прижимается к нему плотнее, широким мазком облизывает обнажённую шею, влажно целует и поспешно отстраняется. Тело Криса сотрясает сладкая дрожь, но больше никаких попыток он не предпринимает.       — Тебе пора, — говорит маг, и в его голосе отчётливо слышна ответная дрожь.       — Спасибо, что проводил, — улыбается Крис, нежно прикасаясь к мягким чёрным локонам мага. ***       Крис всё понял, хоть и не до конца. Локи действительно в буквальном смысле «отослал» его подальше. Но не для того, чтобы избавиться от компании актёра, как казалось Крису.       Затянувшийся визит в Асгард открыл Локи неприглядную, но очевидную истину: изменения оказались куда более глобальными, чем думал маг. Локи больше не часть того далёкого мира; сейчас он начал подозревать, что произошло перерождение.       Но сила той магии, которой он обладает, никуда не делась, а со временем уровень её возрос и высвободил силы для возрождения плотской оболочки, но несколько иной. Это объясняло чёрный цвет волос, более развитое и сильное тело.       Как объясняло и то, что он чуть не застрял в Асгарде, отправив туда астральное тело. Если бы не Крис — дорога назад закрылась бы навсегда. А виной всему собственный запрет, который он наложил на прохождение в другие миры для людей.       Была и другая проблема, которая волновала Локи — сон Криса. Это был не просто сон, но об этом маг умолчал: не стоит лишний раз волновать нежные струны человеческого сознания.       Оттого, что Хемсворт будет дёргаться из-за каждого шороха, лучше не станет. Но Лофт был почти уверен - вещий сон пророчил неприятную ситуацию, виною которой станет сам Локи. Молния — символ обманщика. Во сне человека она занимала важное место, ибо после неё он оказывается в грязи и его затягивает боль и безысходность. Пока ничего нельзя сказать точно: магу остаётся лишь следить за благополучием Хемсворта, дальше будет видно. ***       Как и следовало ожидать, на пробах Крис поразил всех своей удивительной игрой. Получил роль и приступил к работе. Работать в картине Рона Ховарда удивительно приятно, с ним у Хемсворта сразу сложились дружеские отношения, они прекрасно понимали друг друга.       Даниэль Брюль, играющий в фильме Ники Лауда, оказался приятным собеседником, в отличие от царящего в картине противостояния между их персонажами, Крис и Даниэль быстро нашли общий язык. Они подолгу общались, разговаривали на разные темы, касающиеся не только работы.       Но стоило только бросить беглый взгляд на мягкие, зачёсанные назад волосы Даниэля, Крис в очередной раз «зависал», мысленно переносясь домой.       В ходе съемок из-за какой-то технической неполадки у актёров освободилось несколько дней. Технические проблемы обычно быстро решались, но группу актёров всё равно распустили. Перспектива пару дней просто передохнуть от динамичного процесса съемок всем была по душе.       Вернувшись в отель, Крис принял душ, натянув одни только джинсы, уселся на диван, включил телевизор и пару минут бесцельно бродил по каналам, затем отключил. Дисплей электронных часов показывал 16:32. Хемсворт пару минут раздумывал, нервно теребя ткань дивана и, наконец, взял телефонную трубку.       С Лондоном соединяли долго, или просто актёру так показалось. Конечно, он был почти уверен, что Локи как всегда заперся в библиотеке, изучая очередную книгу, но один процент из ста все же имел место быть, и, возможно, Лофт ответит на звонок.       Хемсворт глубоко вздохнул: гудки шли долго, затем включился автоответчик, и актёр вдруг растерялся. Нужно было что-то сказать, но говорить с пустотой как-то странно.       — Привет, — неуверенно произнёс Крис в трубку и откинулся на спинку дивана, вдох-выдох. — Можешь считать меня дураком, но я надеялся, что ты ответишь. Глупо, да? И конечно не перезвонишь. Я хотел… Просто хотел услышать твой голос. Хотя бы услышать голос.       — Услышать мой голос? — переспросил Локи надменным тоном.       Крис вцепился в трубку, шумно выдохнул, чувствуя себя счастливым. И с некой долей удивления в голосе сказал:       — Локи?       Но тут же отвлёкся на шорох позади. Обернувшись, Крис наткнулся на смеющиеся зелёные глаза и, отложив трубку, поднялся с дивана, словно в замедленном действии. Локи же как ни в чём не бывало обошёл диван, оглядывая обстановку номера в дорогом отеле и уселся на диван.       Назвать его красивым не поворачивался язык — он был идеален. Вместо привычных чёрных тонов и классического покроя одежды, которую Локи обычно заказывал по каталогам, не имея ни малейшего желания покидать своё пристанище из-за таких пустяков, как одежда, Лофт предстал перед Крисом в тёмно-зелёной рубашке и штанах, без какой-либо обуви.       Могло показаться, что на нём пижама, если бы не чудной полукруглый ворот с золотыми зубцами. В любом случае, Лофт редко спит, а значит, вероятность того, что он встал с постели, близится к нулю.       — Итак, — требуя каких-то объяснений, Локи смотрел на Криса снизу вверх и при этом выглядел высокомерно. — Ты хотел услышать мой голос, и вот я здесь.       — Не проекция? — осторожно поинтересовался Хемсворт, вздрогнув одновременно от страха не иметь возможности прикоснуться к Лофту.       — Нет, — отчего-то строго отозвался гость и стал хмур, как грозовая туча. — Что ты хотел?       Крис не понимал, почему Локи столь холоден.       — Всё в порядке? Ты странно себя ведёшь.       — Как обычно.       — Что я снова сделал не так? — сокрушенно вопрошал Хемсворт: он начал нервничать и не знал что делать, поэтому вдруг резко словно упал, рухнул на колени, склоняя перед богом голову. — Я буду стоять на коленях, если это необходимо, только не смотри на меня «так».       Хемсворт рушил ледяную стену, стену которую Локи построил для защиты человека.       — Хватит, — Локи схватил Хемсворта за плечи, дёргая вверх. — Поднимись.       Актёр не пытался подняться с пола, но заглянул в глаза бога, и в них тоже заметил растерянность, как и в самом себе.       Лофт в очередной раз хотел что-то сказать, но Хемсворт его опередил, подаваясь вперёд; он лизнул губы обманщика, и тот против воли затаил дыхание, его чёрные ресницы дрогнули, а с губ слетел сдержанный стон.       Если Локи и хотел сопротивляться, то просто не успевал этого сделать. Крис пиявкой присосался к его губам, словно хотел выпить из них всю кровь, но, услышав протестующий задушенный возглас, сбавил обороты, и, пропихнув свой язык между приоткрытых губ, повалил Локи на диван, так удобно оказавшись между стройных ног бога.       Лофт вздрогнул, когда Крис уверенно прижался к его паху, демонстрируя силу своего желания и чувствуя ответное возбуждение.       — Снова хочешь, чтобы я тебя приструнил? — зло зашипел Локи, когда нашёл возможность вырвать свои губы из затягивающего плена чужого рта. Крис прижимал его к дивану, шумно дышал в бледное лицо.       — Хочешь, чтобы я тебя вылизал? Я это сделаю, — от этих слов у Локи в момент закружилась голова, резко подскочил пульс, а щёки окрасились едва заметным румянцем. — Только объясни, что опять…       — Я подыщу тебе кандидатуру среди людей, — беспристрастно заявил Локи, сохраняя отстранённость: он не пытался освободиться, считая, что его ледяной тон сделает своё дело. Вот тут-то всё стало на свои места. Крис всё понял.       — Ты ревнуешь? — поражённо выдохнул актёр и чуть было не полетел на пол. Такая формулировка вопроса не пришлась магу по вкусу. Удержаться удалось лишь ухватившись за спинку дивана. — Наблюдаешь за мной, да?       Наивно полагая, что, сделав вид, будто Лофт — ледяная глыба, Крис сам отстанет, опровергать или подтверждать догадку Локи не считал нужным. Но уже через миг магу стало ясно — капитуляции не предвидится.       Сын Лафея болезненно застонал, когда Хемсворт протолкнул свою руку между их тел и накрыл ладонью натянувшуюся в паху ткань тёмно-зелёных штанов. Слишком вызывающе и нагло повёл себя человек, он был твёрдо уверен в том, что инстинкты его не обманывают.       Нежно лаская мага через ткань, Крис жадно ловил каждый тихий выдох, слетающий с тонких губ, малейшую дрожь, охватывающую тело Локи. Никакого терпения не хватит сопротивляться такой откровенной пытке. Маг застонал в губы склонившегося к нему Хемсворта, в его глазах потемнело, как в тот короткий миг перед пробуждением.       Локи разрывался между желанием скинуть актёра на пол, осыпая проклятьями, или оказаться обнажённым под сильным телом, от которого так и веяло жаром.       «Пусть делает то, что хочет», — промелькнуло в голове Локи, и он уже готов был избавить их от одежды, сэкономив время для удовольствия, какого Локи никогда не испытывал прежде. Сейчас маг чувствовал острую необходимость слиться с человеком: тело требовало долгожданной ласки. Но Крис медлил, и Локи пришлось открыть блаженно прикрытые глаза. Почему Хемсворт остановился? Одного взгляда хватило, чтобы понять — Крис действительно не жаждет насиловать Локи и уж тем более причинить ему какой-то вред в угоду собственным желаниям.       — Я что, выгляжу как жертва? — хрипло спрашивает повелитель магии, чувствуя, что Крис боится даже двинуться. Всё же он — мужчина, и быть слабой жертвой ему не пристало, хотя в этот раз он согласился бы и на такую роль.       — Я хочу тебя, — тихо произносит актёр, словно боится последующей за этими словами реакции позднего гостя, собственное признание повергает человека в шок.       — А хватит смелости? — осторожно шепчет Локи, щурясь от предвкушения дальнейших действий блондина.       — Только если ты тоже этого хочешь, — отзывается человек, робко прикасаясь к губам Локи.       Признаться себе в неуместном влечении к человеку стоило для мага огромных усилий. Крис будил в нём потайные желания — желания, которыми в прежние времена Локи пренебрегал. Многое он испытал на себе в той «другой жизни», но никогда не чувствовал подобного влечения к мужчине.       Хемсворт мягко улыбнулся, снова принимаясь нежно, почти невесомо ласкать Лофта через ткань штанов, отлично понимая, что долго тот не выдержит. Крис высвобождает руку, чтобы удобней было держаться на весу, и при этом не сильно давить на мага.       Но Локи не тяжело, ему хочется чувствовать горячее тело любовника. Удивительная зелёная рубашка исчезает на глазах, оголяя прохладную кожу ётуна. Крис прилипает губами к бледной груди, не желая отстраняться, ласкает языком потемневшую горошину соска, шумно дышит через нос, словно загнанный зверь. Локи выгибается под ним, плавно, с неимоверным удовольствием принимая ласки, напряжённо коротко вдыхает и выдыхает.       — Не хочу причинить тебе боль, — оба знают, что имеет в виду Крис. — Я никогда не был с мужчиной.       — Пока мне всё нравится, — приглушённый смех срывается с тонких губ. — Твоё сознание открыто для информации, может, тебе стоит покопаться в памяти?       — А может, ты подскажешь? — Крис просяще облизнул скатившуюся по шее мага каплю пота, и он был готов поклясться, что на языке остался вкус мяты.       — Мне доводилось вынашивать потомство от коня, — зачем-то говорит маг и прикусывает себя за язык. Надо же было такое сказать? Но Крис не удивлён, (что-то подобное он читал) он покрывает шею мага поцелуями, словно предлагая продолжить. — Я, знаешь ли, был… кобылой. Уловка, не более того. Но в том обличии сношаться с жеребцом казалось вполне естественным. Я хотел сказать, что мы как-нибудь справимся.       Крис не знал, что ответить, но ему определённо нравилось слушать откровенные речи Локи на столь щекотливые темы. Тем более, что, имея вполне чёткие представления о механической части процесса однополой связи, оба нервничали.       — В Мидгарде это не редкость, — произносит Локи после непродолжительной тишины, наполненной прерывистым дыханием и звуком влажных поцелуев. Крис отрывается от заманчивой вспотевшей шеи, горячие ладони его скользят по груди мага, оглаживают живот.       Теперь Локи не пугает своим отстранённым взглядом, он замирает, словно надеясь, что Крис не отступит, и шумно сглатывает, когда человек осторожно расстегивает молнию на его штанах и аккуратно тянет их вниз. Локи чуть приподнимается, помогая ему справиться со своей одеждой, затем штаны летят на пол.       Маг довольно улыбается и шире разводит ноги, позволяя Крису видеть его обнажённым, изрядно возбуждённым и доступным. Сейчас всё совсем не так, как на пляже или в гостинице Майями. Локи не подчиняет, он подчиняется сам.       — Нам нужно что-то… — хрипло выдыхает Хемсворт, не зная как сформулировать. Но Локи понимает.       — Дай руку.       Крис вытягивает ладонь, и, когда Локи касается её своими пальцами, на коже появляется склизкая прозрачная субстанция, затем он нетерпеливо отдергивает руку, выжидающе смотря на актёра. Тот незамедлительно распределяет слизистую субстанцию по пальцам и наклоняется к магу. Касается сжатого входа, осторожно проталкивает палец.       Локи замирает, словно в ожидании чего-то, хватается руками за мягкую поверхность дивана и смотрит на Криса, инстинктивно сжимая внутри скользкий палец. Но затем вдруг делает пару уверенных глотков воздуха, кивает, прикрывает веки, дозволяет продолжать. Пока ничего неприятного он не ощущает — непривычное давление там, где до Локи никто никогда не дотрагивался, странным образом будоражит сознание. Крис боится даже случайно причинить боль, поэтому настолько осторожен, что едва ли не дрожит.       Локи дышит ровно, кажется, совсем не нервничает, открывает глаза и облизывает губы — лицезреть мага таким для Криса — высшая награда. Чуть более уверенно блондин проталкивает второй палец, осторожно разводя их внутри.       — Пожалуй, ты порядком лучше того жеребца, — хитро скалится бог обмана, провоцируя человека. — Он столь старательно меня не подготавливал.       Если маг хотел разозлить Хемсворта, то у него не получилось: актёр был всерьёз настроен всё сделать правильно, и никакая провокация ему в этом не помешает. Добавив третий палец, любовник заметил, как нервно дёрнулся маг, но последующий за этим продолжительный стон уверил актёра в том, что он сам скоро сорвётся.       Словно заметив эту мысль в сознании человека, Лофт срывающимся шёпотом произнёс заклинание, которое заставило джинсы Хемсворта испариться, а его — начать действовать. Намёк был понят, так как надо. Крис осторожно вытянул скользкие пальцы и приставил к влажному растянутому входу горячую головку.       — Крис!       Локи резко смежил веки, когда любовник, ухватившись за белоснежные бёдра, одним рывком скользнул в глубину его тела. Задохнувшись от чувства губительной для разума тесноты, Крис поражённо выдохнул: внутри Лофт был прохладным, как горный источник и влажным от смазки.       Крис не до конца понимал, что чувствует, но ему определённо нравилось. Локи коротко и нервно дышал, что заставило Хемсворта волноваться; он всё ещё не двигался, боясь навредить. Локи ухватился за бёдра актёра, стремясь удержаться в этой реальности, в тот момент ему показалось, что астральное тело вышибло наружу. Непривычные ощущения нахлынули давящей волной, было не столько больно, сколько неудобно и непривычно.       — Всё в порядке? — тихий шёпот Криса привёл мага в чувства. Локи застонал от удовольствия, когда Хемсворт плавно подался назад, выскальзывая из него и снова, но уже медленней толкаясь обратно.       Кажется, Локи всерьёз задался целью довести актёра до помутнения рассудка этой ночью. Преувеличенно осторожные движения любовника, казалось, не давали Локи полностью потонуть в вязком томительном удовольствии, привыкнув к ощущениям Лофт решительно подмахнул бёдрами, насаживаясь на горячий член человека, словно желал испытать боль, последующую за слишком поспешными действиями.       Но в этот раз Хемсворт не протестовал, наращивая темп проникновений до бешеной скачки, врываясь в податливое тело бога с грозным напором. Низменно-вульгарные влажные шлепки плоти о плоть странным образом заводили ещё сильнее.       Локи выхватывал взглядом лишь общую картину жадного совокупления: власть человека над ним в тот момент превышала все допустимые нормы. Маг застонал в голос, когда Хемсворт особенно сильно и глубоко вошёл в него, задевая точку, от соприкосновения с которой маг готов был потерять сознание.       Особенно сильно всхлипнув, Локи выгнулся дугой, всегда прохладная кожа мага стала горячей. Лофт сжал Криса внутри с такой силой, что на какой-то короткий миг в глазах потемнело, а нутро мага стало совершенно ледяным, и Хемсворт едва удержался, чтобы не кончить. Сомкнув пальцы на истекающем смазкой члене, Крис начал настойчиво ласкать любовника, при этом поддавая бёдрами, вырывая из горла Локи почти волчье рычанье.       Долго вынести такую пытку было невозможно. Маг задрожал и болезненно застонал в очередной раз, выгибаясь, схватил Хемсворта за плечи и снова сжал внутри. Крис вцепился рукой в спинку дивана и бурно кончил, чувствуя, как по руке стекает прохладное семя мага.       Перед закрытыми глазами Локи замерли скудные созвездия ночного неба Мидгарда. Да, они совсем не такие красивые, как в Асгарде. Но эти белые точки, рассыпанные по чёрному небу, стали родными.       После того, что произошло, Локи долго не мог прийти в себя, не мог даже открыть глаза.       – Локи?       Маг услышал тихий взволнованный шепот Криса, и, едва шевеля губами, ответил:       — Я хочу спать.       На губах мага замерла довольная улыбка. ***       Локи потянулся в мягком ворохе шёлкового постельного белья и открыл глаза. Пару секунд он просто не мог понять, где находится, потом его совершенно сбило с толку ласкающее шею тёплое дыхание и зашевелившаяся на животе рука.       — Ты спал, — произнёс Хемсворт на ухо богу, словно подозревая недоумение Локи.       — Который час? — Локи вздрогнул, и Хемсворт отлип от любовника, взглянув на электронные часы, что стояли на прикроватной тумбе.       — Без четверти двенадцать, — оповестил Крис, и маг быстро выдохнул, словно чуть было не пропустил важную встречу. — Ты куда-то торопишься?       — Я вполне успеваю, — коротко отозвался маг, прикинув разницу во времени. Крис пристально посмотрел ему в глаза, словно дожидался объяснений. Отчего-то Локи показалось, что теперь он понимал, каким взглядом сам частенько смотрел на человека. — Что за взгляд?       Актёр не ответил, медленно нагнулся к тонким губам, коротко целуя, но подняться ему так и не дали. Локи ухватился за его плечи и углубил поцелуй. Словно давая понять, что вчерашняя ночь много для него значила.       — Если мы проведём еще хотя бы минуту в постели, – заявил маг, резко прервав поцелуй. — Я могу и не успеть.       — Я заказал завтрак в номер, — покорно отстраняясь, отозвался Хемсворт. — Ты в душ пойдёшь?       Локи кивнул и, не устанавливая очередность, отправился в ванную первым. Только когда обнажённый маг скрылся за прозрачной дверью, а из ванной комнаты послышался плеск воды, Крис позволил себе улыбнуться. Он был счастлив, казалось, что вот-вот начнёт парить в воздухе.       Когда Локи вышел из ванной с полотенцем вокруг бёдер, покрытый россыпью капель, Крис облизнулся.       — Ты идёшь? Или будешь любоваться мной, пока солнце не сядет?       Актер улыбнулся и, поднявшись с кровати, прошёл мимо, ощущая на себе жадный взгляд мага.       Пока Крис принимал душ, в номер принесли завтрак. Окутав себя чарами, маг воспользовался внешней личиной своего любовника: забрал поднос с завтраком, не забыв порадовать прислугу щедрыми чаевыми и торопливо захлопнул дверь ногой.       Когда Хемсворт вышел из ванной, так же в одном полотенце, то ли копируя Локи, то ли собираясь повторно соблазнять, маг сидел на смятой постели и довольно поедал тарталетки. Это совершенно чудесное действо не могло не вызвать у актёра улыбку.       — Проголодался? — в голосе сквозил осторожный намёк. Локи возвёл глаза к потолку и хмыкнул. — Ты нормально себя чувствуешь?       Крис подошёл ближе и уселся с другой стороны кровати, потянувшись за стеклянным стаканом, расписанным золотистым узором. Сделал несколько торопливых глотков свежевыжатого апельсинового сока.       — Если ты волнуешься о моей заднице, то...       — Она в порядке, я проверил, вчера.       Крис взволнованно сглотнул, он боялся, что Локи как-то не так его поймёт. Маг улыбнулся в ответ, верно истолковав поведение Хемсворта как заботу о своём божественном здоровье. О нём давно никто не беспокоился, Локи даже успел забыть, как это приятно.       — Слабости я не чувствую, боли тоже, — поспешил заверить сын Лафея, глаза его тепло смотрели на Хемсворта. — Мне понравилось всё, что ты делал.       Крис не знал, что ответить. Он был по-настоящему счастлив, и даже не собирался спрашивать, захочет ли Локи повторить. Пусть это будет единичный случай, когда маг подпустил его к себе столь близко, им было хорошо, и эти ощущения ничто не способно затмить.       — А куда ты собирался? — прервал тишину Крис, аккуратно переводя тему, чтобы не создавать неловкой ситуации.       — Повидать моих новых «друзей», — загадочно отозвался Локи. Хемсворт выглядел озадаченным, и маг сжалился, объясняя, в чём дело. — Масонов.       Крис напряжённо сдвинул брови. Локи молча наблюдал, как Хемсворт стал серьёзным и, кажется, то, что сказал маг, актёру не понравилось.       — Зачем тебе связываться с ними? Это подпольная власть. Что ты задумал, Локи?       — Ничего особенного, я не так давно вступил в ряды масонов для того, чтобы узнать об их «деяниях» получше. Точнее, больше всего меня волнует оккультная основа их великого деяния. В символике этого общества нашлось много очень знакомых мне вещей, я полагаю, они не раз пытались произвести, подобно тебе, вызов потусторонних сил.       — Я всё ещё не понимаю.       — Я хочу быть уверен, что у них ничего не вышло, — наконец говорит о самом главном Локи и съедает очередную тарталетку с сыром и морепродуктами. — Я не особо жажду встречаться с другими богами, и одна только мысль о том, что кто-то из них волшебным образом попал сюда, мне отвратительна.       — Но ты ведь не думаешь, что я «сосуд»? — не успевая одёрнуть себя, интересуется Крис. — Потому, что это не так!       — Поверь. Даже если это и было бы так, ты всё равно этого не понял, — начал объяснять маг, и, когда Хемсворт готов был начать протестовать, добавил успокаивающим тоном. — Я знаю, что ты не «сосуд», не нужно так волноваться.       — А как же церемония посвящения? — всё не унимался Крис, припоминания, что где-то слышал о повязках на глазах и острия шпаги у сердца.       — Я доверил это своей иллюзии, — вскинув руку, словно прославляя свой иллюзорный облик, объявил Локи и добавил хитро. — Ты, кстати, тоже вступил в это древнее сообщество. Мы оба честно соврали, произнося клятвенные слова, и вошли в первый круг. Деньги и влияние сделают своё дело, там приветствуется всякая власть.       — Ты ведь будешь только наблюдать? — Крис смирился с тем, что Локи и его втянул в это тёмное дело, наверное, потому, что вместе с Локи он вошёл бы даже в ряды всадников апокалипсиса.       — Разумеется, помогать им я не собираюсь. Мне нужно лишь знать, может у них что-то получиться или нет. Кто знает… После того, что ты вызвал меня, я вполне могу ожидать чего угодно.       — Я был в отчаянии, — открылся Крис. Локи об этом догадывался, поэтому снисходительно улыбнулся.       — Отчаяние и сильное желание могут и стену проломить, — меланхолично отозвался Локи, и, завершая утреннюю трапезу с любовником, который сделал только несколько глотков сока вместо полноценного завтрака, быстро нагнулся к человеку и поцеловал. На губах остался привкус сыра и креветок. Крис довольно улыбнулся, наблюдая, как маг покидает спальню.       Очередное собрание проходило в довольно неформальной обстановке: не в том здании, где Локи побывал в прошлый раз, и которое куда больше смахивало на светский раут.       Рядом с Лофтом уверенной походкой шла иллюзия Криса, и это было единственным плюсом. Приём обещал быть скучным, разговоры — однообразными. Всё больше Локи казалось, что эта организация существует лишь для одной цели — сбор денег и, пожалуй, дешевой мистификации. Символика впечатляла, но обряды не несли никакой особенной нагрузки, кроме попытки убедить окружающих в том, что они стремятся к высшему благу и «тайному знанию».       Локи встретили в холле и почтительно сопроводили в большой зал, где уже собралось достаточно публики. Повелевая иллюзорным спутником, Локи прошёл в освещённый зал, где царила атмосфера глобального таинства. Мужчины в однообразных костюмах обсуждали что-то между собой, в воздухе витал аромат дорогой выпивки и, к счастью, появления мага никто особо не заметил.       — Как бы я хотел, чтобы ты сейчас действительно был здесь, — взглянув на точную копию актера, произнёс Локи; тот широко улыбнулся и ответил:       — Может, в следующий раз?       — Едва ли. Мне кажется, что я ищу не там.       Сборище скучающих богачей — так для себя определил Локи то собрание, на котором присутствовал. Едва ли они способны вызвать из параллельных миров хотя бы духа, не то, что бога. Совершенно упустив ход беседы между братьями-масонами, Лофт отчаянно ждал окончания встречи.       Ему так хотелось вернуться в уютный номер гостиницы, где сейчас был Крис. Странная улыбка коснулась тонких губ: он всё больше становился похожим на человека.