Бессмертник

Тишину погружённой во мрак комнаты нарушил звук уведомления. Сенсорный экран вспыхнул запоздало, спустя две-три минуты, в сопровождении к вибрации устройства. Хрупкое спокойствие раскололось. Нет, разрезалось ножом или разорвалось на мелкие кусочки. «Уведомление..?» Чей-то размытый из-за резкого пробуждения взгляд сфокусировался на телефоне. Он уже позабыл об этом подарке, изо дня в день собирающем пыль на прикроватной тумбочке, но ещё не растерявшем ни процента заряда. Дорогая игрушка, соперничающая с компьютером объемом оперативной памяти и набором функций, выполненная под заказ. Преподнесенная от чистого сердца. Только совершенно бесполезная. Ненужная. У него нет ни малейшего желания звонить или участвовать в переписке. Не с кем. Незачем. Недостаток общения компенсировался иными вещами. «Странно». Происходящее воспринялось бы очередным последствием хронической бессонницы, не будь звук повторного уведомления ещё пронзительнее. Поморщился. Прежде не возникало и мысли настроить «беззвучный режим» (не в последнюю очередь из-за отсутствия контактов). Неуверенно положив телефон на кровать, со второго раза вспомнил незамысловатую комбинацию разблокировки. Система настояла на сканировании отпечатка пальца владельца. «Поменять пароль». На тёмных обоях отобразились ярлыки установленных приложений. Что-то вроде базового набора необходимых программ: камера, заметки, фото... и таинственный «Lime Soft Messager» — причина незапланированного пробуждения, приветливо мигающая пастельно-мятным квадратом с изображением открытого конверта. Без сомнения, оно. Выполненный в нейтрально-успокаивающих оттенках зелёного интерфейс не слишком отличался от стандартов. Низменный перечень возможностей («чат», «вызовы», «настройки» и «профиль») занял нижнюю часть экрана. Чат — «ваши сообщения и групповые чаты». С одним-единственным мерцающим прямоугольником непрочитанного сообщения от «Томаса».

Запрос чата от Томаса

Томас добавил тебя в чат

Томас: «Привет?» Томас: «Ты тут?» Панель клавиатуры выдвинулась с некоторым опозданием. Указательный палец, застывший между пустым полем ввода и услужливо предложенным «заблокировать», склонился к первому. Смутное любопытство пересилило необщительность. Не без промелькнувшего понимания того, что заснуть вновь навряд ли удастся. Бессонница. Перед набором система предложила ввести «имя» профиля. «Чтобы вашим друзьям и знакомым было легче вас найти!». «Имя..? Нет. Так лучше» Бессмертник: «Здесь» Томас: «Угу, хорошо» Томас: «Привет» Томас: «Не знаю, как это объяснить, всё звучит довольно безумно» Томас: «Я это столько раз уже прогонял у себя в голове» Он бы без сомнений закрыл чат, заблокировал незнакомца и удалил приложение. Перевёл телефон на беззвучный режим, убрав обратно на тумбочку. Отвернулся бы к стене, поправив сползшее одеяло. Расслабился. Постарался бы вновь погрузиться в обрывки кошмаров и пустоту бессвязных сновидений. Если бы не эта беспричинная горечь на языке. И стремительно наполнившие сознание серые искры, смешанные с вкраплением ярко-оранжевых... постепенно переходящие в привычные «эмпатические нити», тянущиеся в неопределенном направлении, в растерянности пытающиеся оплести удерживаемый телефон. «Эмпатия..?» Нити, искры, образы, цвета, ауры — всё она. Изредка присутствовал вкус или запах. «Уникальнейший врождённый эмпатический потенциал» — значилось в одном из многочисленных документов. «Врождённая» и «приобретённая» (магическая) эмпатии существенно разнились по принципам действия и... во всём. Наверное. Классификация. Развитие. Проявление. Способность развивалась самостоятельно. Действовала пассивно, автономно. Базовая функция организма. Дышать. Ощущать чужие эмоции. Бессонницу купировало снотворное. Эмпатию никогда ничего не купировало. Теперь она распространилась и на невербальное общение. Тусклее. Слабее обыкновенного. Возможно, не «зацепила». Так не всегда. Чужое отчаяние проявлялось привкусом горечи. Хаотичным мельтешением вспыхивающих и исчезающих серых искр. Вытянувшиеся нити — грязно-пепельные, тоньше волоса — обрываются, бессильно обвисают. И всё же появляются вновь. Горчит. Сильно горчит. Незнакомец в отчаянии. В пассивном отчаянии. Смешанном с надеждой и грустью. Возможно, растерянность. Всё же искры-помехи интенсивностью заслоняют и вытесняют собою всё остальное. Даже сквозь расстояние эмоция сохранила структуру, не исказилась. «Сильная». Состояние таинственного «Томаса» (пополам с любопытством) подтолкнуло его остаться в групповом чате. Продолжить следить за всплывающими сообщениями. Томас: «Погоди» Томас: «Сначала других добавлю» Томас: «Пожалуйста, не уходи никуда» Присутствие в разговоре кого-то ещё не внушало оптимизма. Больше людей — больше их эмоций. Если бы он сам не испытывал такое отчаяние раньше — без лишних угрызений совести позволил бы «Томасу» общаться с пустотой или заблокировал. Но этой ночью любопытство, сострадание и бессонница пересилили въевшиеся привычки. Вздохнув, он набрал краткий ответ на клавиатуре. Бессмертник: «Жду»