Nights

Ястреб снова не пришёл на свидание. Это был третий раз за неделю, и Тойя узнал об этом, когда уже подходил к месту встречи. Кейго прислал короткую смску: «Не успеваю сегодня, прости. Снова много работы». Тойя несколько мгновений молча сверлил взглядом экран телефона, затем тихо выругался и убрал гаджет в карман. Подумав, вновь достал и быстро напечатал ответ: «В таком случае можешь не приходить ко мне завтра. У тебя наверняка будет много работы». Нажав на клавишу «отправить», парень стиснул зубы, развернулся и направился туда, откуда пришёл. Тодороки слышал, как ему пришло ответное сообщение. Через некоторое время ещё одно, и ещё, и ещё, но у него не было ни малейшего желания отвечать на них. Чёртова комиссия, видимо, считала, что их любимой игрушке, герою номер два, не положено никакой личной жизни. А Ястреб и рад был выполнять все их поручения, откровенно не замечая, как им пользуются. Тойя был зол. На концепт геройского общества в принципе, на комиссию, на Ястреба, в конце концов. Конечно, он любил его, но выносить его постоянные отлучки порой становилось практически невозможно. Ему могли позвонить в любое время ― в его перерыв, выходной, даже ночью. «Ястреб, нам нужна твоя помощь». И этот придурок вставал, протирая заспанные глаза, извинялся и летел на задание. Даже не думая хотя бы разок послать этих зажравшихся уродов ко всем чертям. Начал накрапывать противный мелкий дождь, и Тойя натянул на голову капюшон, прячась от всего мира. Телефон в его кармане просигналил ещё пару раз, а затем стих. Зато через несколько минут прямо посреди тротуара приземлился взволнованный и раздражённый Ястреб, мгновенно привлекая к себе взгляды немногих прохожих. Впрочем, сам герой не обратил на них ни малейшего внимания. ― Почему ты не отвечал мне? Я подумал, что с тобой что-то случилось! Неужели так сложно... ― Со мной ничего не может случиться, ведь я нахрен никому не сдался, в отличие от тебя, ― в голосе Тойи отчётливо звучала издёвка. ― Тебе не стоило тратить на меня своё драгоценное время. В глазах Кейго мелькнула обида. ― С чего такой тон? Думаешь, мне самому очень нравится работать сверхурочно? Я не просил давать мне дополнительные задания! ― Тогда бы не брал их! ― оскалился Тодороки. ― Ты говоришь, что не рад работать дополнительно, но никогда не отказываешься! Что мешает тебе раз или два показать твоей комиссии средний палец и нормально провести со мной время? Попробовал бы как-нибудь на досуге! Ястреб открыл было рот, но наконец заметил пялящихся на них людей и, подхватив Тойю под локоть, потянул его за собой в ближайший сквер. ― Как ты не понимаешь? ― прошипел он, понизив голос. ― Я герой! Если я не возьмусь за эти задания, то кто возьмётся? Ты? А если люди погибнут?! Это чертовски важно, я работаю на благо... ― Я уже слышал эту песню! ― Тодороки перебил его, вырывая руку из пальцев Таками. ― Ты всегда заводишь её, когда не можешь провести со мной время! «Я герой, это жизненно важно, бла бла бла...» Раскрой глаза, Кейго! Кроме тебя в этом городе десятки, если не сотни, героев. Кто угодно из них может поработать вместо тебя! Согласись, далеко не все уличные происшествия настолько серьёзны, чтобы требовалась помощь самого героя номер два! Тойя сердито фыркнул и скрестил руки на груди, не сводя с героя пронзительный взгляд. Тот ненадолго замер, словно пытаясь переварить всё услышанное. Нахмурился, глядя в сторону. Затем снова поднял глаза на парня. ― Тойя, пожалуйста... Я не хочу ругаться с тобой. Но мне кажется, ты не понимаешь. Я уверен, меня никогда не дёргают по пустякам ― туда, где можно обойтись и без моей поддержки. В комиссии работают не идиоты, думаю, они умеют оценивать уровень опасности. И вызывают меня тогда, когда это необходимо. Почему тебе так сложно ужиться с этим? Ты же знаешь, я готов проводить с тобой всё своё свободное время! Голос Кейго звучал негромко и мягко. Он стоял напротив Тойи с непокрытой головой, и его волосы уже намокли. На алых крыльях блестели капли дождя. Кажется, он хотел успокоить Тойю, отвлечь его. Помириться. Но злость на комиссию и заодно на всё устройство этого общества, в котором герои являются центром мироздания, копилась в Тодороки слишком долго. Ястреб всегда пытался свести конфликты на нет, но рано или поздно вопросы приходится решать. Тойя устал закрывать глаза на их разногласия. Устал молчать, потому что «Кейго занят важной работой». Он начал встречаться с ним, потому что Кейго было не плевать, в отличие от его отца. Потому что Кейго участвовал в его жизни. И если теперь он предпочитает работу Тойе, Тойя должен об этом знать. ― Нет, Кейго, это ты не понимаешь. Наше общество завязано на героях. Никто уже не может даже котёнка с дерева снять без помощи какого-нибудь придурка, занимающего пятисотое место в ранге. Жить в таком обществе удобно ― тебе ничего не нужно делать, ведь на каждом углу есть герой, который, в случае чего, спасёт тебя. Ведь это его работа. А если с тобой всё-таки что-то произойдёт, виноваты будут тоже герои ― потому что никого не оказалось рядом. Люди паразитируют на вас! А государству чертовски удобно снимать с себя всю ответственность, перекладывая её на ваши плечи. Они используют тебя, Кейго. Особенно тебя. Они вырастили тебя как свою марионетку, послушную куклу, промывая тебе мозги с самого детства. И сейчас ты готов в лепёшку расшибиться, и ради чего? Ради репутации? Если так, то ты ничем не лучше моего отца. В жизни есть вещи важнее, чем твой геройский статус. Тойя замолчал, переводя дыхание. Кровь стучала у него в висках, на обычно бледных щеках проступил румянец. От осознания того, что именно он сейчас сказал в лицо Кейго, Тодороки почувствовал прилив адреналина. Вся ситуация ощущалась как планомерное поджигание мостов ― чтобы затем они сгорели в синем пламени. Тойя впился сверкающими глазами в лицо Таками, желая увидеть его реакцию на свои слова. Кейго заметно побледнел, между бровями залегла морщинка. Казалось, в какой-то момент он хотел что-то сказать ― возразить, начать спорить ― но затем снова замер, рассеянно теребя край куртки. На его лице отразилась растерянность ― один из немногих моментов, когда обычно острый на язык герой не смог найти, что сказать. Он молчал несколько минут, прежде чем заговорить. ― Послушная кукла? ― негромко переспросил Ястреб, глядя Тойе в глаза. ― Значит, вот какого ты был мнения обо мне всё это время? Марионетка с промытыми мозгами? Такого я от тебя не ожидал. Может, мы с тобой слишком разные, чтобы на чём-то сойтись. ― Может, мы не заметили этого слона в комнате с самого начала, ― едко заметил Тойя. ― Или ты каким-то образом просмотрел, с кем начал встречаться. А ещё говорят, что у ястребов хорошее зрение... ― О, так ты уже переходишь на личности?! ― Кейго вспыхнул. Растерянность мгновенно улетучилась, сменившись злостью. ― Оскорблений я от тебя не потерплю. Если ты с таким презрением смотрел на меня с самого начала, удивительно, как мы вообще продержались так долго! Оба замолчали, глядя друг на друга. Сердце Тойи всё ещё бешено стучало, как если бы он только что пробежал стометровку. Ястреб же, наоборот, словно окаменел: лицо приняло холодное, безучастное выражение, обычно тёплый янтарный взгляд стал равнодушным взглядом хищной птицы. Дождь шуршал по гравию дорожки, капал Тойе на лицо, не скрытое капюшоном, залезал Ястребу за воротник. Тяжёлая пауза начала затягиваться. ― Значит, вот так? ― наконец прервал колкую тишину Таками. ― Это всё? ― Значит, вот так, ― бросил ему в ответ Тойя. Злость душила его, путая мысли. Он ждал, что Кейго начнёт спорить с ним. Возможно, задумается над его словами, что-то поймёт. А он просто обиделся, даже не попытавшись прислушаться. Что ж, может, им будет лучше порознь. Не сказав больше ни слова, Тодороки развернулся и двинулся прочь от героя по аллее сквера. Достал телефон, пометил все сообщения Ястреба как прочитанные. И закрыл диалог. Постояв ещё с минуту под холодным дождём, герой номер два раскрыл большие алые крылья и взмыл в воздух. Ему ещё предстояло закончить своё задание.